Помоги проекту - поделись книгой:
Разобравшись во всех этих тонкостях, со временем исследователи смогут выписать и «формулу зебры» ту самую, которая определяет расположение полос на ее шкуре. Но это, так сказать, частность — некий побочный вывод из всеобщей «формулы жизни».
НОВАЯ ЖИЗНЬ СТАРЫХ ИДЕЙ
Дрова XXI века
Огнем костра человечество любуется уже около 500 000 лет. И вот теперь, в век угля, нефти и атомной энергии, люди хотят вернуться к сжиганию древесины. Только на ином технологическом уровне.
Дрова в прежние времена использовали не только для бытовых нужд. Они играли важнейшую роль во многих технологических процессах, скажем, в металлургии. Уже в Древнем Египте для повышения температуры в плавильных печах использовали древесный уголь.
Большими мастерами по этой части были и россияне. Например, в XVIII веке Россия вышла на первое место в мире по выплавке чугуна, обогнав лидеров того времени — Англию и Швецию. Тому способствовало не только мастерство наших металлургов, но и качество древесного угля. Ведь для выплавки одного пуда чугуна требовалось сжечь в 3–5 раз большее количество угля.
Крупными потребителями древесины были также и солеварни, гончарные мастерские, кирпичные, стекольные, сахарные и мыловаренные заводы…
И хотя в XVIII веке промышленность начала переходить на каменный уголь, пароходы и паровозы вплоть до начала прошлого столетия работали по старинке — на дровах.
Древесное топливо выручило нашу страну и в Первую мировую войну, и в Великую Отечественную. Когда не хватало бензина, керосина и прочих нефтепродуктов, котельные, паровозные топки и печки в жилых домах опять-таки отапливались в основном дровами. На древесных чурках работали даже автомобили!
И все же дрова утратили свое монопольное положение на топливном рынке еще в прошлом столетии. В последние десятилетия преимущество получили не только каменный уголь, но прежде всего нефть и природный газ. По данным эксперта правления Российского лесного научно-технического общества Д. Рохленко, ныне в мировом энергетическом балансе доля дров не превышает 3,5 %, а в России — даже 1 %.
Есть, впрочем, и теперь государства, в которых дрова и сейчас — основной вид топлива.
В странах Африки, например, на дрова идет 88 % всей заготовленной древесины, в Южной Америке — 68 %, а в Индии — свыше 90 %. Но и в промышленно развитых странах интерес к дровам может возрасти.
И тому есть причины. Рано или поздно, как полагают эксперты, дешевая нефть на Земле кончится, как и уголь, а вот древесина будет всегда. Из семечка лет за пятнадцать можно вырастить новое дерево, годное на дрова. И вообще количество древесины на Земле, как это ни удивительно, растет: общий годовой прирост в лесах планеты составляет в среднем 5,5 миллиарда кубометров, то есть примерно в 1,5 раза больше годового объема лесозаготовок. Более того, на топливо вовсе не надо изводить деловую древесину. Сейчас с успехом отрабатывают технологии эффективного использования древесных отходов — стружек, опилок, сучков, коры, даже листьев и хвои.
В Швеции, например, на таком топливе сегодня работает более 200 районных теплоцентралей. А в США количество используемых в энергетике древесных отходов увеличится в ближайшие 30 лет не меньше чем в 2,5 раза.
Для удобства употребления таких отходов в ряде стран из них прессуют топливные брикеты. С некоторых пор подобное производство стали налаживать и в России. Брикеты эти удобны по форме, хорошо горят, их плотность гораздо выше, чем у исходной биомассы, да и тепла они выделяют в 1,5 раза больше.
Специалисты петербургской фирмы «Дюкон», например, предлагают потребителям пресс для опилок. После прессования под давлением в 150 атмосфер первоначальная масса уменьшается в объеме в 10 раз. Одновременно резко возрастает теплоотдача такого топлива. Как показали испытания, брикеты из опилок могут даже в 3–4 раза превосходить каменный уголь. И все же основные перспективы применения древесины в качестве топлива связаны не с брикетами и не с дровами, а с переработкой древесной биомассы в жидкое и газообразное топливо.
Так, в городе Пущино Московской области сотрудниками Института биологического приборостроения РАН создана модульно-блочная установка «Лада» по переработке углесодержащего сырья. В основу технологии, как пояснил заместитель директора В.К. Кудряшов, положен термохимический крекинг.
«Помните, еще Менделеев говорил, что топить печь нефтью все равно, что ассигнациями, — сказал он журналистам. — Примерно так же обстоит дело и отходами деревообрабатывающих, сельскохозяйственных и целлюлозных производств. Из них можно получать смолы, спирты, кислоты, сорбенты для сбора разлившейся нефти и еще множество полезных вещей».
Скажем, метанол, который имеет еще одно название — древесный спирт, производят сухой перегонкой древесины с последующей очисткой, а этанол — при помощи гидролиза. Из тонны дерева можно при этом получить до 180 литров спирта и еще ряд ценных продуктов: кормовые дрожжи, фурфурол, жидкую углекислоту, топливный лигнин…
В последние годы этанол широко применяют в Бразилии, где на нем работает уже несколько миллионов автомобилей. Производят его там из отходов сахарного тростника, бамбука, сорных кустарников. В нашей стране тоже разработаны перспективные технологии получения жидкого горючего из древесины. Особенно интересной представляется разработка специалистов НПО «Энергомаш», которая позволяет получать из древесных отходов диметиловый эфир. Теплотворная способность этого топлива на 48 % выше, чем у метанола, и на 15 % выше, чем у этанола, а по экологической безопасности он превосходит все традиционные виды моторного топлива, полностью отвечает всем требованиям европейских стандартов.
ВНИМАНИЕ!
Самый первый «ЮТ»
«…Коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество».
«…Поколение, которому теперь 15 лет… должно все задачи своего учения ставить так, чтобы каждый день в любой деревне, в любом городе молодежь решало практически ту или иную задачу общего труда, пускай самую маленькую, пускай самую простую».
Вы уже поняли, наверное, что у вас в руках необычный номер «Юного техника».
Да, ровно 50 лет прошло с тех пор, как ваши дедушки и бабушки открыли самый первый номер журнала с такой же точно обложкой, как та, что вы только что перевернули. Это было время, когда человек еще не поднялся в космос, когда никто в мире ни разу не слышал слово «транзистор», экраны телевизоров были размером с почтовую открытку, а компьютеры занимали многоэтажные здания. Верится с трудом, но это было.
Мы от души благодарим всех, кто поздравил журнал с юбилеем!
Спасибо библиотечным работникам, подлинным хранителям нашей культуры. Благодаря им «ЮТ» попадает многим и многим ребятам, которые станут со временем инженерами и учеными» гордостью России. Ведь не секрет, что, хотя не все наши читатели стали профессорами и академиками, нет, пожалуй, в стране ни одного академика, который не читал бы в свое время «Юный техник».
Спасибо всем авторам писем с добрыми пожеланиями в адрес журнала — и школьникам, современным читателям журнала, и их бабушкам и дедушкам, впервые открывшим в сентябре 1956 года журнал «Юный техник».
А каким он был тогда — смотрите сами. Сегодня мы публикуем часть материалов того, ставшего уже историческим, номера.
* * *
Перед вами два приятеля: Вася Дотошкин и Петя Верхоглядкин. Их прислал к нам художник Константин Павлович Ротов. В журнал пришел еще кто-то третий (смотри ногу справа), но кто это — мы еще не знаем.
Меня часто спрашивают, как я стал авиаконструктором. Должен признаться, что, когда я был подростком, мне казалось, что я опоздал родиться, что старшие уже все открыли и переоткрыли и мне негде применить свои способности. Автомобили на улицах уже не собирали толпу зевак. Двигатель внутреннего сгорания был описан во всех учебниках физики. Электричество прочно вошло в быт, радио не вызывало удивления, и самолеты привычно бороздили небо.
Теперь-то я понимаю, как я ошибался: ведь прогресс техники не имеет предела — каждая новая научная и техническая мысль вооружает человека для еще больших открытий.
Я начал с обычной модели. В одной книге, которую я прочел, была описана модель планера, и я решил построить планер.
Больше месяца трудился над моделью. Не все удавалось. Модель получилась довольно большая, дома испытать ее было негде — пришлось притащить в школу. В большом зале в присутствии множества школьников я запустил свой летательный аппарат. Он пролетел метров пятнадцать. Модель летала, плоды моих рук жили!..
После испытания модели «авиационной болезнью» заболели и некоторые мои школьные товарищи. В свободное от занятий время мы собирались вместе и строили одну авиамодель за другой. Некоторые из них немножко летали, другие совсем не летали, но от этого энтузиазм наш не убывал. Наш кружок был первым московским кружком авиамоделистов. Вслед за моделями мы построили настоящий планер и приняли участие в планерных состязаниях в Крыму.
Окончив среднюю школу, я твердо решил стать авиационным инженером. Но изучение авиации мне хотелось начать с азов, и я поступил рабочим в авиационные мастерские. Там сначала был, как говорят в авиации, «на подхвате»: принеси, подержи, стукни. Потом научился столярничать, слесарить.
Проработав в мастерских: два года, я стал авиамотористом. Труд моториста был нелегким. Но это были замечательные годы в моей жизни. Впереди была цель — стать конструктором.
Как видите, в Военно-воздушную академию я пришел не юнцом-школьником, а человеком с жизненным опытом и трудовыми навыками. Попав после академии на завод и в конструкторское бюро, я чувствовал себя инженером в полном смысле этого слова. Я знал не только, как спроектировать деталь самолета, но и как ее сделать на верстаке или на станке, знал, как она будет работать на самолете в воздухе.
От модели к планеру, от планера к самолету вот путь авиаконструктора.
ПОМНИТЕ, ДРУЗЬЯ: БЕСПОЛЕЗНЫХ ЗНАНИЙ НЕТ. ВСЕ, ЧТО ЧЕЛОВЕК ПОЗНАЛ В ПРОШЛОМ, ОБЯЗАТЕЛЬНО ПРИГОДИТСЯ ЕМУ В БУДУЩЕМ.
БЕЛОРУЧКИ НЕ ЛЮБЯТ ТЕХНИКУ, НО И ТЕХНИКА ТЕРПЕТЬ НЕ МОЖЕТ БЕЛОРУЧЕК.
ТОЛЬКО ТОТ, КТО СЕГОДНЯ НЕ БОИТСЯ ИЗМАЗАТЬ РУКИ КЛЕЕМ И ЗАНОЗИТЬ ПАЛЕЦ, ДЛЯ КОГО МОЛОТОК — ПОЧЕТНЫЙ ИНСТРУМЕНТ, А МОЗОЛИ НЕ В ДИКОВИНКУ, СМОЖЕТ ЗАВТРА СТАТЬ НАСТОЯЩИМ ТВОРЦОМ МАШИН.
* * *
— Это нечестно! — подтягивая стропы, закричал Верхоглядкин. — Что же, я не знаю, что на каждом самолете есть радиоприемник?
— Не хитри. На каждом самолете десятки радиоприборов, а не один радиоприемник. Но не будем ссориться. Приземлимся и пойдем дальше.
* * *
«МЕХАНИЧЕСКИЕ РУКИ»
Можно ли вынуть из коробки спичку и зажечь ее, если коробка находится от вас на расстоянии в несколько метров?
Оказывается, можно. Эту работу легко может выполнить интересный механизм, который обладает способностью точно копировать движения человеческих пальцев.
Для каких же целей создано такое сложное устройство?
«Механические руки» служат для дел, конечно, более важных, чем зажигание спичек. Они применяются там, где ученым приходится иметь дело с радиоактивными веществами, излучение которых опасно.
Поделиться книгой: