Игра - Война - Иллюзия

-А то, что я читал?

-Тоже вранье, причем еще более наглое.

-А что же правда?

Если бы это услышал Иван-Иваныч, он бы воскликнул: "Ну теперь пеняй на себя, долбиться вам с ним в с***у!"

Глаза Саурона на секунду загорелись радостью и вновь приняли горестно-ироничное выражение. (23)

-Так вот, слушай сюда. Сначала наш самый главный - как ваш Бог сотворил нас, айнуров и майаров. Майары они послабше будут и помногочисленней. Затем сделал Арду - это типа вашей Земли - и сказал всем: "Творите тут жизнь, а я посмотрю". А моему будущему патрону, Мелькору (эти крысы, на самом деле, по инициативе Ульмэ, стали его потом обзывать Морготом, что на древнеэльфийском значит Пидор-с-Красной-Задницей), Мелькору потом шепнул: ты тут поумней, вот и следи, чтобы эти сосунки делов не наделали. Короче, стал он типа госприемки. Сделают криво, а он этот срам быстро ликвидирует и говорит: "Не пойдет. Делайте заново. И нечего халтурить" А делали они поначалу не просто криво, а так, что в глюках были еще глюки, да и те иногда глючили. Короче, если бы ваш Бог такое, не дай Бог, увидел, он бы материализовался от изумления. Наконец, сказал им: "Ладно, сойдет" и все бы было хорошо, но эти бездельники заперлись в своем Валиноре, где было покомфортнее, стали устраивать попойки с плясками и какие-то деревья сажать, а Средиземье - на произвол судьбы. Уговаривать их было бесполезно, так что Мелькор засучил рукава и сам принялся работать. Сделал он орков с людьми. Первые хозяйничали в лесу, среди зверья, а вторые возделывали поля вдоль рек. И никто никого не обижал. А когда Мелькор все шикарно обустроил, эти валинорские негодяи решили Средиземье прибрать к рукам. Взяли и без спросу наклепали эльфов около одного озерца, а те были ублюдки еще те... алчные, подлые, высокомерные, лицемеры, вруны и извращенцы. Стали крысятничать и всех доставать. Ну, Мелькор с орками это терпел-терпел, а потом связал их всех и депортировал в Валинор. Визгу поднялось - жуть: "Апартеид! Расовая дискриминация! Верни нам наше Средиземье!.."

Саурон еще долго рассказывал про то, какие все были глупые и нехорошие, про войны в Белерианде, поддельные Сильмариллы, самоубийство Мелькора и многое другое.

-...Я им говорил, что у нас перенаселенность, экологический кризис и этнические конфликты по их вине, ведь эльфы все время всех стравливали между собой и устраивали провокации, делая при этом милые лица: мы все такие хорошие! А эти придурки не слушали: взяли да наспавнили (24) хоббитов. А уж они-то получились хуже эльфов! Заняли самые лучшие земли, сидели на всем готовеньком, грешили обжорством и пьянством. Это ведь они приучили людей бухать и травку курить, а их надоумил засранец Олорин. Но главное... Вот идет путник. Выходит почтенный хоббит на крыльцо и приглашает его чайку попить, побеседовать, да переночевать. Усаживает его за стол, гостеприимно улыбается, а сам незаметно подает знак соседу в окно. Гость сидит, попивает чаек и не знает, что уже вся деревня собралась за углом в сладострастном предвкушении. Когда гость поднагрузится галлюциногенного чайку, его хвать! И за забором всю ночь пялят, уроды. Вот так...

Далее Леха прослушал значительный кусок и врубился при словах:

-На самом деле, все колечки я сам выковал. Хорошенькие! А эти сволочи вместе с пятью шестерками из-за моря все, кроме одного, у меня стырили, падлы, а потом стали угрожать, чтобы я последнее отдал. Я отказался и заперся у себя в Черной Пустыне, обидевшись и решив больше этих дураков не сдерживать, чтобы они там все загадили, поняли, что я им дело говорил, и просить прощения стали...

-Где, ты сказал? Может, в Мордоре?

-Это они так поиздевались, придумав такое название. Оно значит: Большая-то-что-все-время-упоминает-Иван-Иваныч. Ну, ты меня понял.

-Но ведь... это недалеко от истины.

-А знаешь, заешь, почему?!! - вспыхнул Саурон, - потому что сначала тупых сосунков из-за моря было шестеро, но один посчитал себя больно умным, подглядев как-то, что вы в своем мире строите, и стал всякие железяки конструировать. Для того, собственно, и гномов сделал, чтобы они ему уран, железо и алюминий добывали. А то, что они еще в Белерианде жили, это байки, я говорил. Кончилось тем, что реактор ядерного синтеза вместе с этим неудачником взорвался на юге от Сумеречья и восточнее Итилиена. Хорошо еще, что я оказался рядом и успел с трех сторон горы воздвигнуть, иначе все западное Средиземье радиацией бы изуродовало. Там я и поселился в надежде со временем все исправить. Да. Так они и туда с войском полезли. Мне их было жалко, и чтобы избежать жертв, я колечко одному лбу и отдал. А они-то потом навыдумывали! Но тот его до заказчиков в Ривенделл не довез: набухался по дороге, полез купаться и утонул...

Леха увидел за окном на плацу Гелиоса с какой-то четырехствольной штуковиной в руках. Вдруг все вокруг него озарилось ярко-зеленым и послышались неестественные звуки, как в скверной электронной музыке: "шьюить". Стволы быстро двигались вперед-назад и испускали небольшие зеленые сгустки. Леха увлекся зрелищем, и когда минут через двадцать вспомнил о собеседнике, тот размеренно, с унылым видом глубоко оскорбленного меланхолика говорил:

-Крыса Гэндальф знал, что я терпеть не могу ложь, и придумал издевательство: перевранную историю нашего мира впихнуть в мозги одного из вас. Им стал Толкиен. Когда я узнал и увидел, что писал по ночам он, еще, можно сказать, мальчишка, в ярости явился к этому выдумщику Гэндальфу и прямо сказал, что если тот англичанин хоть что-нибудь опубликует, я не посмотрю, что он - майар тоже, забуду на время свой пацифизм, и посажу его прямо в Ородруин, - это эпицентр термоядерного взрыва, - где он будет у меня под колпаком квакать. Он в штаны наделал, стал мямлить и извиняться...

Леха вновь потерял нить повествования на несколько минут.

...А потом он просек, кто и где прятал от греха подальше мое кольцо (ведь эти засранцы все еще хотели его захапать, а сами сделать не могли, безрукие). Тогда он с бандой гномов и одним мерзким хоббитом отправился в Мглистые Горы, но не дальше, заметь. По пути они зарезали и обобрали (а хоббит потом втихаря сделал и кое-что похуже) трех безобидных троллей, переругались в Ривенделле с Элрондом (это после Гэндальфа был главный их запевала) из-за кольца, после чего устроили массовый геноцид мирно живших в горах гоблинов. Но хоббит оказался хитрее и проворнее всех: пока остальные махались с гоблинами, он зарезал Хранителя и взял кольцо себе, после чего 60 с лишним лет шантажировал Гэндальфа, не говоря, куда спрятал его, и заявив, что если его попробуют пытать, он сразу раскусит ампулу с драконьей мочой, - а это похлеще цианистого калия, - вделанную в зуб. Тот повелся на блеф, кипятком писал, кучу денег на хоббита просадил, а сделать ничего не мог. Но племянничек оказался еще шустрее: нашел кольцо и заявил, что отдаст, если ему устроят шикарное турне по Средиземью со всеми удобствами. Ему все организовали, а дядюшку под патронажем самого Гэндальфа переправили к Элронду и там, помирившиеся, стали с ним в отместку такое вытворять, что даже в гестапо перекрестились бы, узнав. А племянничка погубила наглость. Сказал: отдам, если возьмете с собой в Валинор. Только на корабле Гэндальф догадался, что кольцо Фродо хранил... вспомни Иван-Иваныча и догадайся, где. После этого хоббита скормили акулам и, довольные, доплыли до Валинора. Тут это Серый подлец почувствовал себя в безопасности и продолжил компостировать мозги Толкиену. Ведь знал, сволочь, что теперь я ему ничего не сделаю, чтобы не осквернять Валинор... его кровью. Ведь я ж не изверг какой. Ну а чего эти умники насочиняли, да навыдумывали, причем иногда весьма хитроумно, ты знаешь. Когда это стали публиковать у вас, я заперся в Барад-Дуре и перестал со всеми разговаривать. Но когда появились еще и "Хроники Средиземья", я не выдержал и убежал оттуда в ваш мир, чтобы сказать правду. Но вижу, что это было бы бесполезно. Мне повезло: я попал сюда. Здесь тихо, уютно. Нет дураков, которые все делают через задницу. Здесь меня уважают, понимают и к советам прислушиваются.

Саурон достал из внутреннего кармана пиджака флягу и две рюмки.

-Будешь?

-Что это?

-Коньяк.

-А здесь можно пить?

-Конечно, только вечером. Причем можно упиваться по-свински, потому что после сна не останется и следа. Но в виде исключения немного можно и сейчас...

-Ну давай! - Леха не мог отказать, видя жалкие, просящие глаза Саурона, хотя коньяк терпеть не мог.

Саурон медленно, с наслаждением выпивал рюмку, а Леха, залпом хлебнув, чтобы не чувствовать вкус, сидел не в адеквате, пытаясь понять ощущения.

-За правду! - произнес Саурон запоздалый тост, - можешь идти, не буду больше тебя задерживать, Алексей. Ты хороший собеседник. Счастливо.

"А ты - еще лучше. Ага. Куда уж дальше задерживать. Три часа по часам, а по мне, так все десять". С этими мыслями Леха, пошатываясь, вышел из столовой.

На плацу Гелиоса уже не было. Зато валялось несколько аккумуляторов, слишком уж hi-tech по виду, и стоял Т-72, точнее то, что когда-то им было груда искореженного, а местами оплавленного металла, с торчащим из нее стволом орудия и висящим на нем оторванным куском гусеницы.

Из ангара послышался мат и стук металла об металл. Леха пошел на эти звуки и, войдя в ангар, увидел нечто: среди полок с пестрыми пушками, вызывавшими сильнейшее чувство дежа-вю, и гор боеприпасов Гелиос, стоя рядом с чучелом кибердемона в полную величину, молотил двухметровой викинговской кувалдой по зеленому четырехствольному агрегату, в ответ протяжно звеневшему, и приговаривал: "Ну и на х?# мне в????$сь эта ????ая п????лина!" (25)

-Привет, Гелиос. Что это ты делаешь?

-А! Это ты... Здорово. Я вот... видишь ли, пытаюсь выбить отсюда аккумулятор. Только пристрелялся, перестало заедать и сбоить, решил дать длинную очередь, а аккумулятор приплавился. Намертво.

Гелиос в сердцах ударил молотом изо всей силы. Пушка издала отчаянный металлический визг и развалилась на куски, которые начали медленно растворяться, как гоблин. Тут Гелиос стал городить матом такие этажи, каких Леха не видел даже в контрстрайковских чатах, при этом в исступлении молотя кибердемона молотом по колену: выше он не доставал. Теперь только Леха заметил, что ниже колен металлические ноги чучела были измяты и искорежены.

-Почему ты так нервничаешь из-за этой пушки? - удивился Леха.

Гелиос метнулся к шкафу, выхватил оттуда холщовый мешочек и высыпал его содержимое себе в рот. Он мгновенно успокоился и стал ровно дышать.

-Что это ты сделал?

-Отвечаю сначала на второй вопрос, - ровно заговорил Гелиос, - я съел порошок против безумия, кажется, из Wizardry, но не уверен. Не советую пробовать. Конечно, хорошее успокоительное, но быстро на него подсаживаешься. Теперь объясню тебе, почему я так нервничал. Вышла новая игра с очень крутыми пушками, которые могут здорово облегчить нам жизнь. И мне приказали вытащить их все в сжатые сроки, испытать, обкатать и поставить на вооружение. Проблема в том, что после релиза прошло меньше полугода, и мысленные проекции образов пушек пока очень нечеткие. Еще через полгода я бы за несколько дней вытащил все пушки в трех-четырех экземплярах, причем легко. Но сейчас мне их приходится выцарапывать с кровью. За неделю работы - вот весь улов, - Гелиос указал на полку, на которой лежали уже виденный Лехой шестиствольный пулемет-газонокосилка и здоровая пушка с полуметровым ядром рядом, - а пушку придется тащить новую, ведь эта кривая получилась. В заряженном состоянии весит почти полтонны, а в игре килограмм двадцать, а импульс ядра при выстреле вдвое больше, чем у этой. Теперь ее разве что перед воротами на попа поставить, - будет похоже на огромный фаллос, - чтобы гоблинов веселить.

-Гы-гы, - мрачно произнес Гелиос свой комментарий по поводу только что им же сказанного и продолжил:

-А теперь придется заново доставать и эту зеленую ядрену фень.

-А это что, так сложно?

-Не сложно, а просто занудно, требует сосредоточения и зверски убивает время.

-И что же делать?

-Я же сказал: доставать снова.

-А как?

-Не придуривайся, сейчас покажу.

Гелиос сел в кресло, приделанное к большому металлическому контейнеру, окутанному проводами и трубками. Перед ним находился компьютер и черная коробка, как у Ника под столом. Орудуя мышью, он стал продираться сквозь многочисленные зеленые менюшки на экране. Игра загрузилась. "Графика класс! Третьеквака жалобно скулит в углу", - подумал Леха. Тем временем Гелиос взял себе годмод и гивол и стал (26), постоянно меняя оружие, бешено носиться по какому-то древнему храму, отстреливая многочисленных монстров, испускавших при этом красивые и обильные брызги ярко-красного кетчупа. Наконец, он промолвил: "Кажется, есть!", нажал эфтри и... исчез. Монитор потух, а контейнер стал жужжать и мелко трястись. Через минуту его дверца отъехала в сторону, и Леха увидел стену подвижной жидкости металлического цвета. Она напоминала ртуть. Вдруг она заколебалась, по ней пошли концентрические круги, как от камней, брошенных в воду, и из нее показались затылок, спина и локти Гелиоса. Он медленно выходил из жидкого серебристого экрана, возмущая его поверхность колебаниями. Гелиос уже вылез полностью, только ладони его оставались внутри. "Ну, подруга, не подведи!" - он с силой что-то потянул. Послышался треск, звук лопнувшей струны и бултыхание. Гелиос отлетел назад, как будто тянул с силой канат, который вдруг порвался, и грохнулся в специально на такой случай поставленное напротив установки мягкое кресло. В его руках дымилась искореженная черная штуковина, отдаленно напоминавшая давешний четырехствольный плазматрон.

-Вот блин! На, подавись, тупая скотина! - Гелиос злобно швырнул нечто в контейнер. Оно исчезло в жидком экране; послышалось недовольное бульканье, и контейнер закрылся.

-Что, не получилось?

-Как видишь. Надо попробовать еще, - Гелиос подошел к столу с оружием и стал заряжать круглый барабан красноватого дробовика.

-Ты что, больше не будешь сейчас пробовать?

-Через пять минут. Синтезатор должен нагреться.

-Не понял.

-Вот эта квадратная штуковина - синтезатор. Из него я извлекаю все пушки. Синтез отнимает уйму энергии, и температура жидкости внутри падает с +50°С до -210°С. Даже приделанному к синтезатору сверхмощному кипятильнику нужно несколько минут, чтобы все восстановить.

-Постой... - Леха вспомнил что-то из физики, - но ведь если там -210°С, то оно должно обмениваться теплом с воздухом, а холод чувствоваться даже отсюда. А ты бы и подавно в ледышку превратился...

-Ты видел, экран был серебристого цвета. Сама жидкость фиолетовая, а ее обволакивает тончайший эластичный термогерметик, сводящий теплообмен к предельно малым величинам. Когда я находился внутри, он обволакивал и мое тело.

-Но раз такие технологии... существуют... это ведь может обеспечить сверхпроводимость, достаточно покрывать им провода и охлаждать их, - Леха сам испугался тому, какую умную вещь сказал.

-Ну, до этого мне дела нет. Главное, что тут все работает...

-А как работает? То есть принцип получения?

-Я знаю следующее. Когда я почувствую... ты не поймешь... я нажимаю эфтри и оказываюсь в игре с пушкой в руках. После этого сзади меня открывается портал, и я через него начинаю медленно вылезать сюда, в реальность, таща за собой пушку. С этой стороны портал оказывается жидким синтезаторным экраном. Если все хорошо, я извлекаю готовенькую пушку, а вот этот девайс, - Гелиос указал на цилиндр сбоку контейнера, - начинает выдавать боеприпасы в нужном количестве. Если начинает сбоить из-за нечеткого образа, то в лучшем случае получается то, что ты видел. В худшем... Однажды оттуда стал вытягиваться жираф вместо гранатомета... А принцип работы и все такое... - не спрашивай. Я об этом ничего не знаю и знать не хочу. Кстати, тебя Саурон угощал... гх... коньяком?

-Да.

-И ты пил?

-Д-да... Но мне сказа...

-Забей. Ну и похоже это на коньяк?

-Вообще-то, нет. Это скорее как... как ракетное топливо... что ли...

-Почти угадал. Ее выделяют из синего тибериума, помещенного в ядерный реактор, и используют в аккумуляторах лазерных турелей. (27) На сто килограмм тибериума - три литра этой гадости.

-И что теперь делать? Я теперь что, стану мутантом? - взволнованно спросил Леха.

-Нет. Отфильтрованная, она безвредна. Только если у тебя начнутся галлюцинации, не удивляйся. Пострелять хочешь?

-Во что?

-Вот в этого чмошника, - Гелиос указал на кибердемона.

-А можно?

-Глупый вопрос, если я сам предложил. Для этого я его и вытащил.

Леха опасливо глянул на синтезаторную камеру.

-Да-да. Именно оттуда. Применил дюковскую уменьшалку (28), вытащил, выдернул из затылка один проводок и оставил на ночь обратно разбухать. Вот и все. Держи.

Гелиос кинул Лехе дробовик. Леха уставил приклад в плечо и стал прицеливаться, как его учил дядя. В глазах появилось белое пятнышко и загородило мушку прицела. Леха опустил ружье.

-Ну вот. Галлюцинации, кажется, начались.

-Какие?

-Белое пятно в глазах.

-А ну дай сюда пушку.

Леха отдал. Белое пятно исчезло.

Сейчас я буду стрелять ему в ту маленькую пластинку на шее, - сказал Гелиос и, не целясь, сделал пять выстрелов от бедра. Одновременно с ударом об пол последней гильзы и щелчком барабана, задребезжав, хлопнулась на бетон квадратная измятая пластина с впечатавшимися в нее сорока дробинками. - 100% попаданий. А знаешь, как, Алексей? Белое пятно в глазах - это не глюк, а прицел, как во всех нормальных шутерах.

Леха с минуту стоял в отпаде, а потом спросил:

-Но если так, то это оружие гораздо круче и ТТ и калаша и всего остального. Почему его не поставят на вооружение всей армии и ментуры.

-А на этот вопрос ответить смогу. Дело в том, что для этого придется взять миллион синтезаторов и таких чуваков, как я. Серийное производство невозможно. Понял ты? Потому что мы не знаем и не можем узнать, как устроены эти пушки. Стоит попытаться открутить хоть один винтик, как любая из них растворяется вникуда.

-А вам-то оно здесь в таких количествах зачем? - спросил Леха, окинув взглядом полки, забитые разномастными пушками.

-Как, зачем? Боец может материализовать пушку на задании или здесь, только если он имеет хотя бы минимальный опыт обращения с ним. Это я и обеспечиваю. Тебе еще предстоит пострелять из пары-другой сотен стволов. А перед первой операцией, по крайней мере, из двенадцати.

-...Не понял... Там материализовать пушки можно, я это допускаю, хотя представления не имею, что там. Но чтобы здесь... Неужели, можно? И зачем тогда вытаскивать по несколько экземпляров из камеры?..

-Ты слишком много задаешь вопросов и слишком быстро. Если я подразумевал, что можно, зачем переспрашивать? Ты еще спроси "Эй, Гелиос, ты здесь, передо мной, или ты на Луне?" И с чего ты взял, что я вытаскиваю из синтезатора по несколько экземпляров?

-Ты сам это сказал, когда говорил про новую игру...

-Я сказал, чтобы дать тебе понять, насколько это было бы легче через полгода.

-А тогда почему ты не материализуешь просто так эту... зеленую, которой ты танк окучивал?

-Материализовать можно, только если исправный шаблонный экземпляр валяется где-нибудь здесь. Все-таки, ты дотошный парень. Сам спрашивать-то хоть не устал? Кажется, тебе скоро надо идти играть в Контру, поэтому давай-ка я вытащу из синтезатора Лорда Ада (29), мы его тут отделаем, как последнего козла, и распрощаемся.

-Ты очень любишь Doom, Гелиос?

-Нет, я предпочитаю трэш и дэф, как и ты. (30)

-Я не о музыке.

-А. Нет. Просто думовские образы самые четкие, и вытаскивать оттуда стволы и монстров - одно удовольствие.

-А! Кстати! А почему тебя тут зовут Гелиосом?

-По-моему, не кстати, а потому что уже нечего спросить, но все же...

Гелиос сделал мучительно-идиотскую гримасу и стал водить глазами по полу.

-Так. Сейчас, сейчас, может на этот раз вспомню... э-э... нет. Постоянно ускользает, зараза. Ты бы меня как-нибудь на задании спросил. Мне кажется... или нет... я предполагаю, что на заданиях я что-то такое вспоминаю... А вообще, меня всегда звали Стасик aka П%#докрыл...

-Да... А мне Ник так и сказал: вы не помните здесь, что происходит на операциях.