О возвращении забыть

  Шестая. Обеспечение успешной скрытной доставки военконсультантов по маршруту отхода.

  Генерал обвел строгим взором всех присутствующих, записывающих основные сведения в ежедневники. Один Топорков в стойке "вольно" угрюмо впитывал информацию на слух. Хотя нет! В кулаке Никита сжимал диктофон. Чтобы потом не раз прослушать, подумать, оценить. Составить ПДД (план дальнейших действий).

  - Непосредственное исполнение задач с первой по четвертую возлагаю на полковника Рогожина, - продолжил генерал, глядя на ручные часы, - пятая задача группе для выполнения по личным распоряжениям Мешкова и Ковальского. План решения шестой задачи в конверте Рогожина. Подлежит вскрытию только после выполнения всех пяти предыдущих задач, по устному сигналу Ковальского. Как понято?

  - Так точно! Есть! Понятно, товарищ генерал! - отозвались офицеры вполголоса, каждый уже соображая и прокачивая условия приказа.

  - Все остальное по уставу! Идем дальше, господа офицеры! - генерал провел крепкой ладонью по короткой прическе. - Вооружение, амуниция, пайки - на выбор каждого. Я отдал соответствующие распоряжения начальнику оружейки. Запас БК по три единицы. Обязательно по два комплекта средств химзащиты и радиации, аптечек "Оса-2", комплектов серии SuperM. БК и средства защиты определяю неподотчетными. Ясно?

  Офицеры вздохнули как-то облегченно и одобрительно. Ого! Не часто можно набрать боевых комплектов на складе ГРУ сколько и каких хочешь! Да еще и "не подотчет" - то есть не нужно возвращать и отчитываться до нервотрепки и седьмого пота. Браво, генерал, подарок всем! Все закивали в знак согласия, как дети малые. Один Мешков переминался неуклюже и "не догонял" смысла трети сказанного.

  - Приятные новости еще имеются! По окончании... замечу... успешном окончании операции, - генерал искоса взглянул на инвалида в коляске, - я лично буду ходатайствовать там о внеочередных званиях каждому, отпусках на месяц - понятно, в пределах Родины - и продвижении очередей на квартиры.

  Почти все довольно заулыбались. Будынник вообще ощерился и стал похож на борова. Ковальский остался невозмутимым, видимо, у него были другие интересы и "сахарки".

  - Разрешите? - старик в коляске прищурился, но как-то искренне, добро обвел взглядом всех и продолжил: - Кроме того, накануне, ровно 23 апреля, всем участникам операции на их зарплатные карточки в банке будет переведен аванс - половина от того, что переведут всем в течение 10 банковских дней после завершения рейда. Чтоб не было обидно, всем офицерам будет выплачено вознаграждение в размере их годового заработка. Это касается и рядовых бойцов. Они же у вас контрактники, не так ли, генерал?

  - Так точно! Но не рядовые, уважаемый Михаил Федорович! У нас здесь младшее звание - прапорщик. Ребята бывалые, проверенные, горячие! Ну, вы в курсе, наверное?!

  - Да-да! Наслышан и видел! Вот поэтому лично и прилетел. Так сказать, убедиться самому в правильности вашего выбора, генерал! Ну, смотрю, ребятки четкие! - старик пробежался цепким взором по офицерам, чуть задержавшись на Топоркове, но остановившись на Рогожине. - Полковник, как считаете, операция предстоит сложная? Справитесь?

  - Товарищ генерал, разрешите обратиться к... мм... уважаемому меценату?! - Рогожин аж каблуками клацнул.

  Генерал кивнул, скрывая легкий румянец.

  - Наше вам уважение, Михаил Федорович! Разрешите вопрос лично вам?

  - Конечно, полковник!

  - Вы, я так понимаю, раз представляете интересы не министерства, не ведомства... Вы из этих?..

  - Полковник Рогожин! - генерал чуть подался вперед, но его остановил жест старика.

  - Этих?! - инвалид улыбнулся, секунду решая что-то, но без напряга. - Да, господа офицеры! Моя фамилия слишком известная, как сказал герой одной нашей комедии! Я являюсь председателем совета директоров холдинговой группы "Альянс". Сфера деятельности нашей компании, как и её учредители, известны каждому второму жителю России и стран ближнего зарубежья. Я не буду загружать вас лишней информацией, но хочу сказать одно! Хотя мы и не имеем ничего общего с военными ведомствами нашей страны, но очень позитивно настроены на инновационно-внедренческие решения и технологии в области науки. Точнее, новые модификации, ноу-хау и смарт-инновации в химии, электротехнике, атомной энергетике и так далее.

  - Насколько я понимаю в куклах, - Рогожин взглянул на карту мельком, - указанные координаты определяют место, удаленное от ближайших объектов глобального производства энергии, химии и радиоэлектроники кэмэ так на тыщу-полторы! Или я ошибаюсь?

  Это надо было видеть! Топорков аж селезнем крякнул, услышав подкол командира, о смысле которого и сам только что задумался. Остальные в группе тоже дернулись. А вот Ковальский и Егоров напряглись и заерзали, выдавая нешуточное волнение. Старик снял очки, протер пальцем глаза, надел очки снова и пристально, с еще большим интересом впился взглядом в полковника.

  - Отставить, полковник! - генерал шагнул к записям капитана спецсвязи Мохова и положил ему руку на плечо. - Не для записи, капитан! А вы, Рогожин, постарайтесь свои доводы, шутки и наблюдения направлять в нужное русло! А то плотину прорвет!

  Тишина. Семь секунд. Десять.

  - Приказ есть! Задачи поставлены. Остальное, - генерал поправил кобуру и портупею, - в личных конвертах. И еще. На складе получите допприпасы. Там разное. Все сложено в спецрюкзаки и разгрузки. Брать все, что там есть! В том числе КПК - такие небольшие телефоны-компьютеры. Типа игры "Ну, погоди - лови яйца". Пригодятся. И имейте в виду, что кроме личного снаряжения и БК всем еще тащить по цинку - детали груза "Z". Все ясно? Тогда разойтись.

  Офицеры недружно ответили. Вопросов было море, но разрешения задавать их не поступало. Хотя в разведке перед рейдом можно и нужно спрашивать все и устранять непонятки на берегу. Да уж-ж! Что-то новенькое!..

  * * *

  Весна на Кавказе приходит раньше, чем в Сибири. И почти стремглав. Апрель в горной местности на этих широтах практически полностью окрашивает все вокруг в хаки, но при этом добавляет гамму всевозможных запахов и звуков. Нет, конечно, это не разнообразие фауны и флоры - зверье здесь давно истреблено голодными федералами либо местными: остатками бандформирований и вечно недоедающим коренным населением, а растительный мир богат, но еще пока рановато для вызревания фруктов и благоухания цветов.

  Зеленка. Это слово, понятие прочно въелось в мозги каждого индивидуума в регионе, будь то военный или гражданский. Лесные массивы - не важно, кустарниковые покрытия пологих предгорий, чащобы деревьев по долинам и ложбинам или просто поросшие сочной травой ущелья бушующих рек и лысых горных высоток, - все это зеленка. Местный жаргон. Но жаргон, давно уже известный далеко за пределами Кавказа. Потому как сленг этот характеризует и раскрывает смысл одного из самых опасных мест на планете - района боевых действий и проведения КТО в Чеченской Республике. Смертельно опасных.

  ...Район боевых действий. Регион страны, где неспокойно, где уже десяток лет взрывают, убивают, похищают. Где взрывать, убивать и похищать - в крови местных смуглых аборигенов уже сотни лет. Пятачок земли в четверть миллиона квадратных километров, где льется кровь, стреляют и громыхают не только грозы. Где вращаются большие деньги, крутятся большие и малые "дела" и мозг работает в одном направлении - что еще можно украсть, продать, на чем заработать, как выжить и куда вложить.

  Часть России, но не России. Кусочек мира, но не мира! Пятно земли, но не земли, а каменистой опоры... зеленки.

  Именно в зеленке больше всего стреляют и взрывают. И убивают! Сюда не ходят пасти овец местные или собирать дары природы, как делали это столетия, здесь больше не проходят известные с советских времен туристические маршруты, походы и слеты друзей. В этих местах гор, с апреля по сентябрь покрытых зеленым покрывалом, страшно и зябко даже летом, в жару, и ослепительный свет кавказского некогда гостеприимного солнца не радует. Потому что это всё еще место владений чеченских бандформирований. Проще говоря, чехов. Только здесь они еще могут укрыться и отсюда наносить свои жалящие удары. Трусливый героизм? Геройская боязнь? Или партизанство, мать их?..

  В зеленку никто не совался! Ни местные коренные, ни федералы, ни многочисленные наблюдатели ООН и прочих всемирных мирных организаций.

  Сюда могли только забрести ГОНы - группы особого назначения. Либо отряды спецподразделений МВД, ФСБ и ГРУ. Чтоб истреблять этих лесных бандитов - чеченов, ингушей, арабов, негров и прочий бородатый сброд, убивающий за деньги и за веру.

  Конца не было этой партизанской войне. И работы ГРУ здесь непочатый край! Боевиков тут кучковалось море, как мух на дерьме. Иностранная разведка, шпионская и диверсионная деятельность, незаконные военные формирования, продажа и применение всех видов вооружения, терроризм, захват заложников и пленных (и из военных также) и многое другое.

  Работы разведкам и спецназу силовых органов страны было и сейчас, после обеих чеченских войн, невпроворот.

  А еще и военные инновации, испытания, спецоперации...

  * * *

  Полог палатки отделения разведчиков слегка подрагивал от ветерка, в это утро особенно рьяно шмыгающего по закоулкам ущелья. Аргунь в этом месте за тысячелетия прорезала неплохой каньон, где скапливались влажные взвеси мириад капелек и облаками застилали русло реки. Горный ветер частично выгонял влагу и свежесть из ущелья и кружил по местности.

  Никита отрешенно созерцал паучка, крадущегося по брезенту не хуже любого спецназовца. Здесь все были разведчики. И даже этот паучок, выбирающий себе невидимую тропинку по ровной внутренней поверхности палатки. Было еще темно, и взгляд человека полусонен, но глаза неотрывно следили за черной букашкой на почти черном фоне палатки.

  Да и тишина стояла почти идеальная. Не считая монотонного глухого гудения реки в каньоне да ровного храпа в дальнем углу Балона.

  Зато мыслей в башке было немало! Что за странный состав ГОНа? Почему химик и консультант с Украины здесь, в Чечне? Что за установку тащить всем на себе в глушь приграничья с Ингушетией? Союз ГРУ вдруг с какими-то олигархами?! Этот академик-ученый?! Непонятно. Конечно, все выяснится по пути рейда либо на конечной точке, на месте. А может, и нет! Заместителю командира ГОНа и положено знать истину операции, и не положено. Поставлены боевая цель, задачи, есть приказ. Казалось бы, что еще?! К исполнению. Нет! Что-то в затылке налилось и уже вторые сутки не отпускало. Интуиция пилила ржавым лобзиком: "Мимо! Мимо! Не то! Не так!" А своей интуиции, второму голосу, Топорков доверял. Разведчик должен слушать внутренний голос, анализировать, сомневаться, оценивать и уметь решать в короткие сроки.

  Епрст! Да что не так?! Что не то?

  Никита поерзал на топчане, вытащил онемевшие руки из-под головы, скрестил на груди, ноги вытянул. Тихонько, чтоб ребят не потревожить - им еще отсыпаться перед операцией. А ему не спалось почему-то.

  Вчера мило посетили склад-оружейку. Получили всю снарягу. Любой настоящий мужик от счастья в аут ушел бы, попав сюда и набирая столько, сколько сможет унести!

  Подобное чувство эйфории испытывал и Никита, очутившись в оружейной каптерке. Довольным восклицаниям остальных бойцов тоже не было предела.

  - Э-э, пацаны, вы потише, потише! Хлебало сильно не разевайте! - попытался было осадить пиратский пыл спецназовцев начоружейки, но какое там.

  - Слышь, прапорщик?! Ты занимайся своими обязанностями и исполнением поручения генерала! Лады? - прервал на корню его ворчание Топорков, расписываясь в ведомости за очередную огнестрельную побрякушку.

  Начоружейки вздохнул, будто прощаясь с собственностью, и, молча кивнув, продолжил выдачу амуниции и оружия.

  Топорков привел только троих бойцов: своего первого номера, снайпера Дена по прозвищу Холод; крепыша пулеметчика Балона; здоровяка гранатометчика Орка. Остальные пока еще обедали в столовой и должны были подойти позже, чтоб не создавать толчею. Остальные - это Рогожин со своим стрелком-радистом по прозвищу Пыть-Ях (он и правда был родом с севера) и офицеры ГОНа: военврач Полозков; сапер Будынник; Ковальский и майор химзащиты Семаков. Гражданскому Мешкову оружие не полагалось, но Никита вечером сунул ему ПММ в кобуре с тремя запасными магазинами, чем привел ботаника в помешательство. Добавив пару нужных фраз, Топорков похлопал по плечу ученого и с улыбкой удалился, а последний долго еще стоял истуканом, держа оружие поперек ладоней и боясь шелохнуться.

  Оружие и снаряжение получили сноровисто и привычно быстро. Спешно, но четко проверяя боевое оружие, бойцы клацали затворами, рамами и обоймами, пичкали жилеты-разгрузки запасными магазинами, гранатами, ножами, средствами оказания первой помощи (СОПП) и прочими допкомплектами выживания, такими необходимыми в бою.

  Каждый профессионально и обдуманно подошел к выбору личного оружия.

  Топорков по привычке выбрал специальный автомат "Вал" с оптикой и полторы дюжины обойм под спецпатроны СП-5 и ПАБ. Непочатые пачки с дорогими бронебойными СП-6 в количестве пяти штук сложил в рюкзак десантника (РД). Туда же аккуратно уложил сухпайки на трое суток, флягу с водой, прибор ночного видения (ПНВ), противогаз с маской "Панорама-М" и фильтрами впрок, как подсказал накануне Семаков. Туго уложенная пропитка РЗК с вшитыми в нее смарт-датчиками угодила туда же. Затем батарейки, запасная оптика в футляре, счетчик Гейгера модели "Рад-2У", аптечки с анаболиками и стероидами, спички, четыре гранаты РГО без запалов (отдельно), коробка патронов к пистолету, набор сигнальных ракет, моток веревки на 30 м и проволока, пара носков, трусы х/б, вторая тельняшка (одна на себе), бандана, набор инструментов и... рулон туалетной бумаги. Что-что, а это Никита никогда не забывал! Засранец, ептеть!

  "Гюрзу" в нагрудный отсек разгрузки, нож разведчика стреляющий НРС-2 в пазуху рядом, средства первой помощи по наплечным карманам. Обоймы от "вала", спецкраску, гранаты Ф-1 и РГН - все это Никита рассовал по спецжилету цвета хаки. Все мыслимые и тайные карманы и закрома штанов и маскхалата также не остались пустыми. Отдельно планшет офицера и КПК, выданный генералом, который почему-то не показывал ничего. Пока ничего.

  В нагрузку боевой снаряги Никита взял пару легких гранатометов РПГ-18 ("муха") и один "Шмель-М". Чечня все-таки! С ее пещерами, склонами и скалами.

  Прикинул, что до максимальной нагрузки килограммов десять сможет еще взвалить - ведь нужно тащить еще этот таинственный груз "Z". И прихватил, сунув в полный рюкзак, запасной ствол-глушитель от "вала". Вроде на сутки идем, но интуиция вела четко - бери больше, живи дольше!

  На подготовку, отъедание, отсыпание, личные дела (это в зоне-то проведения КТО!) дали двое суток, чем личный состав ГОНа из десяти бойцов и одного штатского и занялся.

  Никите не спалось. Он ворочался, думал, думал, гадал. Сопоставлял. На пятый раз включил диктофон и через наушники прослушивал весь позавчерашний диалог.

  Многое не срасталось никак. Не клеилось и не понималось. Фигово! Не должно так быть, когда собираешься в горы, в зеленку. Всегда все рейды проходили более-менее успешно, ну хотя бы по сценариям штаба разведки. Согласованным с командующим объединенной группировкой сил по проведению КТО и с региональным оперативным штабом КТО. И конечно, с ГРУ Министерства обороны там, в Первопрестольной.

  А здесь? Какой-то олигарх-инвалид, офицер МЧС и подпол Украины в отставке. Точнее, спецслужб Украины. И при чем тут рейд к границе Ингушетии, в Аргунское ущелье? А украинский специалист, ученый из московского НИИ и недоговорки родного генерала?

  Писец какой-то!

  Никита не курил, но захотелось. Он был почти единственным, кто не курил, в разведке армии. Баловался семечками, барбарисками, но не курил.

  Он тихонько прокрался на свежий воздух и до хруста потянулся. Сразу стало полегче от ночной прохлады чернеющих вокруг гор, недалекой гудящей реки и шелеста ночного леса.

  Но на душе не ладилось. И в голове. Глаза, привыкнув еще в темной палатке, теперь без труда цепким взором снайпера-разведчика выделяли всю местную топографию и детали мобильного лагеря в/ч N. Посты охраны, палатки там и сям, вагончики, технику, зигзаги линий колючки, отливающей металлическим блеском при свете луны. Снующие по территории лагеря фигуры часовых и сонных бойцов, курящих или выскочивших по нужде.

  Неожиданно справа показался силуэт с тлеющим окурком в кулаке. Прямо мимо палатки спецназа. Начальник штаба.

  "И чего полковнику не спится? С нами вроде не идет в рейд!" Полосатого в тельнике Топоркова, засунувшего руки в карманы спортивных штанов, начштаба тоже приметил и узнал в темноте.

  - Товарищ полковник?! - Никита вытянулся, руки вдоль тела.

  - Вольно, майор! - Селезнев, не спеша, чуть вальяжно подошел к Топоркову, пожал ладонь. - Чего тельником сверкаешь? Мишень для чеха?

  Оба улыбнулись, но нырнувшая за сгусток облака луна скрыла мимику обоих. Офицеры встали рядом, почти вплотную, наслаждаясь свежестью ночи. От Селезнева пахнуло дымом вперемешку с одеколоном.

  - Не спится, Никита Сергеевич? - вдруг как-то не по-военному спросил начштаба. - Завтра в рейд?!

  - Так... - Никита спохватился, - в рейд, в горы, туда!

  Оба машинально взглянули в сторону черного бесформенного горизонта, на юг.

  - И что? Много вопросов, гаданий обуревают твою светлую голову, разведчик?!

  - Да уж, товарищ полковник, не мало! Трещит башка прям по швам!

  - Да ладно уж, по швам. Ты у нас заговоренный какой-то! Шов, поди, один - от аппендицита? - Селезнев улыбнулся.

  - Да есть маленько! Аппендицитов пять имеется! - Никита чуть сморщился от облачка сигаретного дыма, но это была последняя затяжка начштаба. Тот затушил окурок и неуловимым движением распрощался с ним, словно фокусник.

   - Много ты там, на КП, майор, наговорил лишнего! Ты ж разведка, сам должен понимать, угадывать, да к тому же еще и офицер! Что за позволения, перебивания и шутки? - Селезнев не корил, не ругал, не третировал, видно было, что так, для проформы, напомнил. - Нельзя так, майор Топорков!

  - Есть, товарищ полковник! Только я уже критику от вышестоящего командования два раза получил! Пока что без взысканий!

  Тишина. Где-то вспорхнула лесная птица да брякнуло чем-то железным.

  - И все равно! - вдруг обратное заговорил начштаба. - Понимаю вас, ребята! Непонятки, вопросы есть, и при этом резонные! С туманом в голове идти в туман зеленки не пристало бойцу российской армии. Понимаю, хоть и не вылажу из штаба, как крыса, ей богу! А за вас, пацанов твоих, за выполнение приказа и задания постоянно переживаю, словно сам ползаю там, рискую и терплю и...

  - Товарищ полковник! Ну что вы? Понимаю вас! И, честное слово офицера, никто из моих так не думает и не считает вас ни крысой, ни тряпкой! А как вы бегаете по утрам и полсотни отжиманий на кентусе - так это только в плюс начальнику штаба. Радуемся за вас!

  - Да? Ну ладно, ладно, Никита! Хорошо, - полковник аж грудью вырос и приободрился от правдивой похвалы.

  Селезнев помолчал, пожевал ус и малость сломался.

  - Майор! Задание на самом деле очень и очень непростое! Принести - донести - уйти? Да нет, майор! Не все там так легко и просто, мне кажется... - Селезнев чуть замешкался, но, вздохнув, продолжил: - Не все знаю, не ведаю истинной цели рейда и всех задач операции. Тех, что в конверте Рогожина. Его строго открыть по времени "Ч". Но сдается мне, Никита Сергеевич, что очень тяжко может статься там! Одних офицеров в рейд! Раз. Часто ли вам приходилось таким составом уходить? Нет. Состав группы странный - с майором-химиком, ученым из НИИ да с неизвестной установкой. Типа спутниковое слежение, новая модель. Какие тогда, к черту, химик и гражданские?

  Селезнев сплюнул, прислушался. Видно, и его терзали те же мысли, что и Топоркова. И ему не спалось!

  - Товарищ полковник! Юрий Владимирович! Так вы, серьезно, тоже не владеете всей инфой?! - Никита нахмурился и попытался разглядеть черты лица собеседника.

  - Так! Ладно. Проехали, майор, - полковник вдруг снова стал начштаба. - Я тебя не видел, не говорили, никаких мыслей! Как понял?

  - Слушаюсь, товарищ полковник! Мои мысли - только мои скакуны!

  - Вот так, майор! - Селезнев оглянулся, поправил портупею и прильнул на секунду к Топоркову. - Будь осторожней, майор! Береги группу и думай! Понятно? Думай!

  - Есть, това...

  - Все, а теперь отдыхай и не морочь голову! - Селезнев пошел, обернулся и шепотом добавил: - Будь осторожен, майор!

  * * *

  Последний перед рейдом апрельский день ушел действительно на отдых и помывку. Лопали от пуза (благо столовка разведки армии умела кормить вдоволь и вкусно), кто-то даже пробовал выпивать. Никита сам приговорил полторашку разливного чешского нефильтрованного. Мм! Боги отдыхали! Помимо трапез два раза спускались на реку, к порогам. Принять холодные ванны Аргуни. Раз посетили баню с местными дубовыми вениками (хотя здесь, под Шатоем, в апреле еще нет свежих). Отсыпались даже днем, особенно Балон, который любил пожрать да покемарить.

  Начальство не видели. Только с Рогожиным пересекались пару раз, да майор Попов - начальник приданной разведке воздушной кавалерии пробегал мимо, поздоровались. Через него разведчики часто доставляли и получали гуманитарку - алкоголь, деликатесы, посылки, видео, просто передачки с Большой земли, и, бывало, даже телок привозили. Страшных, как война! Но все же долгожданных! Обратно, на "землю", вертушки уносили баранину, овощи, фрукты, травку, трофеи войны и прочее барахло, изъятое зачистками, рейдами или нелегальной скупкой.

  Никита уже не сильно терзался мыслями о мутном задании. Генерал своих никогда не подставит ни за какое бабло мира. И не бросит! Груз "Z", чем бы там ни оказался, будет доставлен в пункт назначения. Скорее всего, что-то с опытами связано - либо с радиацией, либо с химией. А то налицо майор-химик, ученый-очкарик, да еще и балласт в виде противогазов, РЗК да аптечек. Хрен с ними, отведем, дотащим, скомпонуем! И свалим на базу. Пулей. Здесь, в Чечне, что только не испытывали за эти две войны, кого только не водили! А уж через горы и границы местных мини-государств - и подавно!

  Никита настроил связь, подкрутив нужные тумблеры и пощелкав по микрофону наушников. Денис махнул вдалеке рукой, сидя у валуна (прозвище Холод прикрепилось к снайперу еще с Пскова из-за привычки шифровать нехитрые сигналы по принципу сленга: холодно-тепло-горячо соответственно как спокойно-непонятно-плохо).

  - Хорош срать! Обгадил тут все - ступить негде, кругом твои мины да "егоза"! - шепнул в пуговку гарнитуры связи Никита. - Туалет тебе на что, засранец?

  - Товарищ майор! Ну че вы, ей богу?! Туалет же не робит уже два дня, знаете же! Я аккуратно, щас разик, и все! - отозвался первый номер топорковской группы.

  - Связь нормальная, отбой, минер! - Никита отключил гарнитуру связи и зашел в палатку.

  Духота победила весь кислород в помещении и плотной невесомостью встретила вошедшего. Топорков быстро прошел к своей койке, положил гарнитуру на подушку, схватил бутылку "Архыза" и поспешил на выход. На солнце, стоящем в зените, палатка нагрелась как печка-буржуйка, несмотря на масксетку и перистые облака, периодически затмевающие лучи светила.

  Бойцы роты спецназа, которой командовал Топорков, дислоцировались рядом, в ста метрах, по нескольким палаткам. Те, что шли в этот рейд, отобранные командиром, временно "квартировали" в его палатке. Так распорядился сам Топорков.

  Уже не раз Никита выслушивал вопросы ребят, их сомнения и гадания по поводу предстоящей операции. К своим тараканам в голове добавились новые, те, что ранее он и не усек.