Тени Реальности 2 Час Быка

Что-то увесистое пролетает мимо моего уха, заставляя вздрогнуть и уже практически рефлекторно поправить шарф. Кулак моего помощника входит в соприкосновение с грудью гоблина, заставляя его осесть на ступеньки.

- Ави, помягче. Я просто хотел чтобы ты его подвинул. – Укоризненно замечаю, начиная разматывать шарф. – Мимо нас студенты ходят. Какой пример ты им подаешь? Да и нарушать законодательство не следует никому.

Заканчиваю фразу, уже размотав шарф и стягивая с носа зеркала очков. Чуть наклоняюсь к поднимающемуся на ноги охраннику, задумчиво глядя ему в глаза.

- Ну как? Нравится то, что ты видишь? Обязательно было заставлять моего помощника освобождать дорогу и мучить свои нервы этим зрелищем, уважаемый… - Скосив взгляд, читаю надпись на заляпанном бурой гадостью бейджике. – Виктор Петрович? И вытрите со своего бейджика кетчуп…

Распрямившись, вновь заматываюсь и цепляю очки. Мне стало слишком уж неуютно под пристальным взглядами наблюдающих сию сценку студентов. А их тут человек пять на меня смотрит, между прочим. Кстати, один из них как-то слишком уж внимательно меня рассматривает.

Нервно выдыхаю, махнув в его сторону рукой:

- Какие-то проблемы, уважаемый? – Боковым зрением замечаю, что Ави медленно так разворачивается в его сторону.

- Нет, просто я вас узнал. Вы же тот преподаватель, что тогда нас провели через охрану, помните, может быть? А потом я вам корвалол носил… - Студент проводит пятерней по взъерошенному ежику своих волос. – Интересные у вас методы работы, раз от раза необычнее. Как и жизнь, видимо.

Я расслабляюсь, проводя кончиками пальцев по шарфу, в задумчивости. Наконец меня посещает мгновенная вспышка узнавания. Да, тогда я впервые столкнулся с таинственным Палачом в других Планах Реальности. Какая любопытная аналогия. Все повторяется и нет ничего нового под луной, да? Что там великий Соломон по этому поводу сказал бы?

Я развожу руками, с искренним приливом извинения.

- Ну, что поделать. Пострадал на тяжком преподавательском фронте. Несчастный случай. А теперь вот уволить меня хотят, за прогулы. Надо бы пойти, документы забрать, да народ попугать.

Он усмехается и, подойдя поближе, интересуется.

- Извините, что отрываю. Но где же это вас так?

Тяжело и непритворно вздыхаю, придерживая шарф. Архонт, это уже точно параноидальная привычка вырабатывается!

- Знаете… Не помню как вас зовут… Кислота. Несчастный случай на производстве, так сказать.

- Евгений. Женя. – Неловко улыбается он, и протягивает руку для пожатия.

- Я… кхм… Ярт. – Отвечаю я, пожимая его довольно крепкую, хоть и слегка потную ладонь.

Он немного мнется, но, наконец, продолжает.

- То есть на ваш факультатив мы с Ксаной уже не запишемся, так?

Я медленно качаю головой:

- Увы, Евгений. Судя по всему, я здесь больше не работаю. Ну и не жалко, на самом деле. – Руинами губ под шарфом издаю тихий смешок.

- Ясно. – Кивает он в ответ, поправив воротник своей рубашки.

А вот это интересно. Сектант? Юношеское противоречие? Или что еще? Так, стоп паранойя! Но на цепочке у него под рубашкой висит пентаграмма, вот как. Уж ее я узнаю и замечу по одному концу, который выпростался на мгновение, пока Женя поправлял цепочку.

- Евгений, а вы не против поговорить со мной в университетской столовой, если есть такое желание, чуть позже, когда я заберу свои документы? Где-то через полчаса… Или у вас пары?

- Можно на «ты», вы же старше. – Взмахивает он рукой. –Да нет, там ничего интересного. Опять лекция по истории Азии и Африки… Давайте, почему бы и нет? Мы с Ксаной все равно забить собирались и там посидеть немного…

Кивнув ему еще раз, я с очередным тяжелым вздохом, разворачиваюсь и вновь начинаю подниматься по лестнице. О нет, все выше и выше. А опираться на Ави – это как-то моветон.

Глава 9.

- Я непобедим. Я – непобедим! – Тихо шепчу себе под нос, пробираясь сквозь искривленные конструкции, зависшие над перекрученной лестницей.

Зачем я иду туда? Что меня там ждет? Не знаю, но если везде плохо, а позади лишь твари, алчущие моей крови, то, значит, надо идти вперед. Ползти, двигаться. Капли слизи смачно падают на серый бетон под моими ногами, без звука и следов, мгновенно всасываясь в жадную поверхность. В этих катакомбах – единственное, что мне остается – идти.

Выбравшись из-под завалов следующего пролета, я оказываюсь в когда-то жилом секторе. Череда дверей, где-то выбитых, а где-то заколоченных. Одинокая лампочка под потолком, давно не светящая. Но мне и не нужен свет – всё вокруг как и всегда залито серым свечением, позволяющим мне видеть достаточно хорошо. Только вот, мне кажется, что лучше бы я не видел… И пробирался в полной темноте. Кстати, а, наверное, обычные люди, если таковые вообще есть здесь – блуждали бы во мраке, боясь каждой тени.

Проведя взглядом по полу, привычно отмечаю след в пыли, оставленный как будто полозьями. Понятно. Значит, за одной из этих дверей может скрываться очередная тварь, желающая моей плоти и энергии. Не выйдет. Я сам могу быть самым жестоким хищником. Тут другого не дано: или – или. И если от того, что осталось за моей спиной надо бежать, то с очередным големом я справлюсь.

Я знаю только, что выбраться навсегда отсюда невозможно. Потому что весь мир, всё что от него осталось, и чем он был всегда, до катастрофы – это и есть сборище путаных схем и безжизненных руин. Какая грустная ирония, что люди до прорыва – ничего этого не знали, жили в иллюзиях. А теперь остатки человечества ютятся в этих блоках, зная что могут стать пищей для всего того, что издревле, с сотворения мира, ждало пищи, караулило за углом, выглядывая из каждой тени.

Пищей и для меня. Ведь чтобы жить… выживать – мне тоже нужна живительная сила, энергия. Которой практически нет. Без этого я тоже стану только жертвой.

Тихий беззвучный шум, давящий на уши. И я оборачиваюсь. Вот и ты. Голем, несмотря на свою массу, подкрадывается ко мне в полной тишине. В последний миг, перед столкновением, по его массивной туше ползут линии, пытающиеся придать ему облик… Тех существ, которые были мне когда-то близки. Увы, но я знаю эти фокусы прекрасно. И моя рука не дрогнет, чей вид ты ни прими.

Выхватываю из-за пояса «розочку», на острых сколах которой еще видны бурые потеки крови и вина. Лучшая вещь из подручных материалов. Ее же можно заклясть на все, что угодно.

Удар, и по скользкой поверхности твари идут разрезы. Она пошатывается, пытаясь придавить меня своим туловом, принявшим частично человеческий облик. Даже интересно, в кого из моих знакомых оно могло бы превратиться, что именно выцепить из моей памяти…

Тварь отступает. Рассматривает меня своей безглазой мордой, и с необычной скоростью разворачивается и исчезает за одной из разрушенных дверей блока. Ну вот и всё, пока что. Оглядываюсь. Ну, конечно же. Яркий свет. Открываются двери давно нефункционирующего лифта. Предлагаешь проехаться? Нет, сейчас играть в эту рулетку я не буду.

В сознании медленно всплывает образ того, куда я иду. Наконец-то определенность. Не глядя на призывно распахнутые двери лифта, я понимаю, что осталось всего чуть-чуть. Один бросок. И там будет жилой блок, где я должен найти ответ на вопрос. Кто меня преследует на этот раз – и зачем. Что ж, пройдемся. Прячу «розочку» за пояс, и задумчиво поглядываю на проем, в котором скрылся голем. Нет, он больше не рискнет. Будет ждать или искать более доступную жертву. В конце концов, это одни из самых примитивных, в плане «мозгов», хищников. Единственное, что и могут – давить массой, да принимать личины, выхваченные из биополя потенциального «клиента».

Перепрыгиваю разрушенный кусок лестницы, еле удерживая себя на ее кромке. Только бы не упасть, иначе перевернутая мерность пространства выкинет меня… да кто его знает куда? Нет уж. Здесь всегда надо соблюдать направление заданного движения.

Еще несколько прыжков, ободранные ладони – слава мне, хотя бы без крови. Хуже не бывает, чем когда появится кровь в ране. На нее слетится все, что можно представить. И что нельзя представить – тоже.

Добравшись до следующего этажа, я устало приваливаюсь к стене, не закрывая глаза. Ни в коем случае, пока не добрался до цели, или, хотя бы иллюзорно безопасного места – нельзя закрывать глаза. Когда откроешь – не знаешь, где окажешься или кого увидишь.

Тяжело дыша, разглядываю двери. Вот эта мне и нужна. Очень осторожно, подхожу к ней, уже не оглядываясь. Все остальные проемы заколочены намертво. А преследователи, какими бы они ни были, за мной не пройдут, потому что, наверное, только я умею слегка взлетать над дырами в мерности пространства, чтобы не провалиться в них. Мои же враги не удержат равновесие и рухнут вниз, оказавшись совсем в иных местах, откуда им еще долго за мной идти. Так что вперед.

Распахнув дверь, я даже не обращаю особого внимания на то, что она захлопывается за мной. Главное, что я на месте. Теперь можно даже моргать – смещения не будет, очевидно. Это абсолютно, по здешним меркам, конечно, стабильное место. Заброшенная огромная многокомнатная квартира. И опасности тут могут быть очень стандартные. Мелкая шваль. Даже не големы, а лишь то, что самозародилось из ужаса и кошмаров вовне этой точки стабильности. Главное – никому, никому не открывать дверь. Так как тут никто не живет – видимо, жильцы уже открывали кому-то. Может быть, даже смотрели в глазок. Глупые. Верить нельзя даже себе, не то что тому, что ты как будто видишь.

Знакомое, кстати, помещение. Неуловимо напоминает мне что-то. Я здесь уже жил когда-то? Скорее, пережидал, иначе бы запомнил лучше. Не суть важно, расслабиться можно, но только слегка.

Проведя ладонью по стене, нащупываю выключатель и нажимаю его. Зажжется свет или нет? Насколько это место действительно стабильно? Конечно же, не возникло никакого освещения. Все также как и всегда. Но и когда я последний раз видел работающее освещение? Только в торговом центре, где вампиры и убийцы обмениваются едой и берут друг у друга контракты. Когда это было? Не помню уже, но не так давно. Я тогда еще очень выгодно там побывал. И отдохнул на скамеечке, и водички попил. И только с одним вампиром имел недоразумение. Да и то, опять же, не до смерти.

Слишком много отвлекаюсь. Не стоит – так можно и совсем бдительность потерять. Я ищу ответ на свой вопрос, каким бы он ни был в начале этого путешествия. Кто за мной охотится? Нет… Кто послал за мной очередных охотников, да.

На полу мой взгляд внезапно цепляется за некий обрывок. Наклонившись, поднимаю его, безразлично разглядывая знакомую фотографию на руинах документа. Да, один из моих когда-то друзей. Кинув его на пол, давлю его каблуком сапога. Моя жизнь не имеет ничего общего с этим. Друзей нет. Ничего нет. Есть только я – и выживание.

Только вот теперь я ощущаю кожей, вздыбившейся мурашками, что враг здесь. Тот, у кого я вырву ответы на свои вопросы, какими бы они ни были на самом деле. Розочки будет маловато. Нужен нож. Есть время его найти. Да, свой нож надо искать, это ведь не простой кухонный прибор. Прикрыв глаза, потому что здесь можно, я веду рукой по воздуху, видя внутренним взором, как ладонь тянется к стене, в моем убежище и жилище, пронизывая искаженную пространственно-временную связь. Хватаю первый попавшийся, чувствуя, как теряется концентрация. Подняв веки, понимаю, что взял не лучший. Скорее, самый худший из своей коллекции. Просто переделанный и заклятый кровью тварей кухонный. Бывает.

- Где ты? – Спрашиваю вслух.

Неприятно отдается в барабанных перепонках звук собственного голоса. Обычная речь – это так… нелепо и забыто в этом мире. Зато вербальная коммуникация сразу дает знать о себе и привлекает врага.

В моем напряженном сознании возникает отзвук эманации. Застарелой злобы, смешанной с радостью. Как будто бы кто-то очень тихо произнес: «Наконец-то ты пришел».

Резко разворачиваюсь, расшвыривая сапогами валяющийся под ногами мусор. И иду на кухню. Перед моим взором накладываются обе картинки. Как дисплей в компьютерах. Вот за этой дверью, например, туалет. Там я давным-давно запер одного из своих друзей. Он сошел с ума, взалкав моей крови, и я, не решившись его убить, просто запер в санузле, запечатав его простеньким заклятием. Обрек его на верную и медленную смерть? Да. Жестоко? Да. Лучше бы просто убил. Но рука не поднялась.

Точно, здесь я пережидал как-то одну из вражеских волн тварей. Ну и плевать. На кухне меня ждет очередной враг.

Распахнув дверь, я морщусь, на мгновение теряя бдительность – слишком яркий тут этот серый свет. Отвык я от освещения. Вскинув голову, смотрю на него.

Передо мной стоят двое. Один… Невозможно. Тот, кого я давно потерял. Во всех смыслах. И это не личина, отвечает мне голос в разуме, после первого же, легкого сканирования. А второй… Второй ухмыляется мне в лицо. Старый друг. Старый ученик. Старый враг. Давно потерянный.

Тот человек, который был мне дорог… И сейчас дорог – подсказывает спутанная мысль – сидит, уронив голову в ладони. Космы длинных волос опутывают лицо. Только тихий шепот:

- Привет, Ярт.

Ярт? Кто такой Ярт? Разве меня зовут – Ярт? Не знаю…

- Мы с тобой поговорим. Но вот сначала – этот, иначе нельзя. – Из-под гривы сухих черных локонов раздается тихий смешок. – Я… неважно.

И действительно, неважно. На данный момент есть угроза, и эта угроза смотрит на меня, поигрывая своим ножом. Я присвистываю – а он подготовился. Не помню как его зовут, но он ждал встречи. И нож у него сейчас гораздо лучше чем у меня.

- Сдохни! – Вскрикиваю я, прыгая к нему, едва не оскальзываясь по полу.

Удар каблука в пах. Удар ножа в сердце. Пока он не успел среагировать.

- Ты думаешь, что умру я? – Тихо отвечает враг, и я вижу, что нож пружинит по его коже, не проникая под нее.

- Подготовился? – Едко шепчу я.

- Да, дружище. – Замечает он, перехватывая нож своим любимым обратным хватом.

Ему нужно еще несколько мгновений, чтобы перераспределить силы с защиты на удар. Тогда я не дам ему этого времени. Бью его вновь и вновь, с каждым разом продавливая кожу все глубже. Его рука с зажатым клинком начинает двигаться ко мне, но очень, очень медленно, потому что все его ресурсы сейчас отвлечены на поддержание защиты.

Я отступаю, переводя дух, и он, пользуясь передышкой, бьет. Я ставлю блок. Наши клинки сталкиваются и поединок окончательно переходит на некое другое измерение.

- Ты знаешь, почему все тебя предают? – Спрашивает он.

- Потому что не ценят, уроды. – Выплевываю в ответ, сосредоточенно вливая энергию в свой клинок.

- Или потому что ты – урод? – Возвращает он мне, заливая в свой кинжал еще больше силы.

Да как он так нажрался? И еще этот словесный поединок… Он питается моими сомнениями, очевидно же. Но и я могу также – от него.

Ножи скрипят. Я ухмыляюсь. Он улыбается. Из-за спины раздается тихое всхлипывание:

- Почему? Почему мы не можем жить как все?

- Не знаю. – Отвечаю я, и вливаю всю доступную энергию в свой нож.

Яркое, почти непереносимое свечение заливает кухню. Мой нож плавится и исчезает, не выдерживая бушующих и сплетающихся в экстазе энергий. Мой враг, старый друг, отступает на шаг и исчезает во вспышке. Только короткая мысль-сообщение напоследок: «до следующей встречи, враг-друг».

Обессиленно сажусь на кухонный стол, разглядывая оплавившийся и искривившийся нож в своих дрожащих руках. Или выкидывать, или долго приводить в порядок, не иначе.

Оборачиваюсь к тому, кого любил.

- Привет еще раз…. Жаль, что не помню как тебя зовут… Но… - Смешавшись, я ощущаю ложь в своих словах. Я помню, как зовут этого человека. Я помню свои чувства. Просто я очень хочу их забыть.

Человек поднимает голову, откидывая таким знакомым жестом волосы назад. Я узнаю это лицо, не могу не узнать. И все то, что похоронил в недрах своей памяти, вновь всплывает наружу. О, только не это.

Человек встает и медленно подходит ко мне, обнимая за плечи.

- Я знаю, что ты чувствуешь. Ничего и никогда нельзя вернуть. Но здесь, здесь еще можно. Ведь все что у нас осталось – это память, правда ведь?

- Да… - Потерянно отвечаю я, автоматически пряча нож обратно сквозь мерности, даже не прикладывая к тому усилий.

Обняв в ответ, когда-то бывшее мне самым дорогим, существо, я понимаю, что боль, испытываемая мною сейчас невероятно сильна. Гораздо сильнее, чем от любого удара. Я знаю сейчас все об этом существе. Все те мерзости, которые творились. Всю осуществленную грязь, предательство. Но…

И вот это «но» находится и во мне, и там. Только оно и осталось.

- Сейчас мы можем быть вместе, недолго. Или… Или я расскажу тебе о том, что ты хотел знать, погружаясь в транс. Выбор за тобой. – Грустная улыбка. – Потому что скоро они придут и ты очнешься, испытывая боль и жажду выпить кофе.

- Что? – Я окончательно теряюсь, не понимая, о чем идет речь. – Не понял…

- И не надо, иначе ты очнешься уже сейчас. – И на этом все закончится. Но вообще… Вообще я скажу так. Враги – есть. Их – много. Друзья – не то, чем кажутся. Причем многие из них твои враги. И не потому, что хотят таковыми быть, но лишь в силу своих и твоих стремлений. Ваших пересекающихся желаний и интересов. Это все так банально… Как у нас с тобой.

Я продолжаю сжимать объятия, ощущая как все подрагивает.

- И знаешь… Ты хотел имя? Так вот. Бульгум – это связной. Вот к кому ты не должен иметь жалости. Твоя жалость – жестока и вредна. Именно она – причина всех бед. Иначе все было бы совсем по-другому.

Ощущение реальности начинает смешиваться.

- Твой разум и Тени переплелись слишком сильно. То, где мы находимся – это и твое подсознание, и Тень, и Реальность… Всё сразу. Примешивать к этому другие миры было ошибкой, но иди по этому пути до конца. И… мы с тобой больше никогда не встретимся вживую. Ты запоминаешь?

Я автоматически киваю, запоминая сказанное, но не понимая смысла. Тем более все вокруг идет всполохами и разрезами, как будто кто-то режет аппликацию.

- И вот еще что… - Начинают было литься слова, но я их прерываю.

- Не надо. Не знаю, что происходит, но с каждым твоим словом это кончается. А я хочу еще несколько мгновений…

- Это твой выбор. И я здесь и сейчас хочу того же. Только здесь и сейчас. Не думай обо мне, когда очнешься…

Мы обнимаемся, а я вижу как все вокруг искажается, превращаясь в картины грязи, крови, мерзости и адских видений. Только тепло объятий остается…

Остается…

Остается…