Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie, которые обеспечивают правильную работу сайта. Благодаря им мы улучшаем сайт!
Принять и закрыть

Читать, слущать книги онлайн бесплатно!

Электронная Литература.

Бесплатная онлайн библиотека.

Читать: Стальное поколение, ч. 1 - Александр Николаевич Афанасьев на бесплатной онлайн библиотеке Э-Лит


Помоги проекту - поделись книгой:

— Дайте аптечку.

Прямо через одежду — агент вколол Бушу противошоковое из шприца — тюбика военного образца. Вице-президент был уже достаточно пожилым человеком, но крепким, должен был выдержать. Противошоковое немного привело его в себя, его взгляд стал более осмысленным, он сильно закашлялся.

— Сэр, вы знаете, кто я? Вы меня помните?

— Да... черт...

— Мы вытащим вас! Где больно? Где болит!?

— Спина... черт... и рука.

Агент похолодел от ужаса — это мог быть перелом позвоночника.

— Сэр, не двигайтесь! Лежите спокойно. Дайте мне шины! Нужно его зафиксировать!

В это же самое время — пока один из агентов занимался здоровьем вице-президента, остальные — решали что делать.

Нашли два чемоданчика, в каждом из них было по автомату Узи с укороченным стволом. У каждого было по пистолету. В носовом отсеке — был бронированный шкаф с более серьезным оружием, там были автоматы с подствольными гранатометами. Но их отсек — центральный — был блокирован с обеих сторон и в носовой отсек было не пробраться.

Старшего агента вытащили в более удобное место. Обе ноги его оказались сломаны, один из агентов наложил на них жгуты...

Вот так...сэр. Давайте, посадим его.

Горино посадили у стены, Кресла теперь были как бы на стене и сидеть на них было невозможно...

— Что произошло? Какого хрена произошло?

— Похоже на ядерный взрыв...

— Или обычный, но очень сильный. Если рядом с самолетом русские сбросили мощную бомбу, было бы то же самое.

Один из агентов — приложил руку к стенке фюзеляжа. Она была теплой.

— Мы горим. Господи, мы горим!

— Заткнись, Дик. Не разводи панику. Нужно ждать помощи.

Вернулся один из агентов, посланный в носовой отсек. Он пробирался по рядам кресел, как акробат, чтобы не побеспокоить лежащего вице-президента.

— Сэр, дверь в носовой блокирована. Телефон не отвечает.

В каждом отсеке — был телефон для внутренней связи.

— Надо выбираться...

— Какого хрена? Если там был атомный взрыв, мы погибнем от радиации.

— А ты думаешь, это защитит нас? Ты и в самом деле так думаешь?!

— Заткнись!

— Сэр, это может быть землетрясение — сказал один из агентов — русские могут быть ни при чем. Здесь только что уже было землетрясение, очень сильное, погибло несколько городов. Вспомните нашу программу, мы должны были посетить гражданскую больницу, где лежат пострадавшие от землетрясения...

— А как же быть со стрельбой? Какое это нахрен землетрясение?!

— Хватит...

— Твою мать... И что нам теперь делать?

— Надо дожидаться помощи. Пойдем на прорыв, только если самолет загорится. Билл, пойди, узнай, что там с первым. Только тихо.

— Да, сэр.

— Люк, и ты, Дик — идите к двери в носовой отсек. Попробуйте пробиться туда, а если получится, то и в кабину пилотов. Нам нужно оружие посерьезнее этого. И нам нужно понимать, что происходит, нам нужно подать сигнал бедствия...

— Да, сэр...

— Остальные — занимаем позиции здесь. Не стрелять без моей команды, мы не знаем точно, что произошло и насколько русские в этом виноваты.

— Сэр... — сказал один из агентов, смотря в сторону носового отсека — если этот мелкий пакостник будет поднимать панику, я его просто пристрелю. И так хватает проблем.

— Заткнись. Мы должны быть единой командой, особенно сейчас. Понял?

— Да, сэр...

Вернулся агент, которого послали проведать о здоровье первого.

— Сэр, Джек говорит, что первый нетранспортабелен. Возможно — перелом позвоночника.

— Твою мать...

— Он попытается сделать все, что в его силах, у него есть большая аптечка. Но первого надо в настоящий госпиталь и как можно быстрее. Как можно быстрее...

— Окей. Нужно сделать какую-то баррикаду из кресел на случай, если войска КГБ начнут штурм самолета...

Надо было понимать чувства американца — когда дверь открылась, и он увидел такое. Потом, уже на своей земле — он признавался в приватных разговорах, что чуть не наделал в штаны...

Американцы, к тому времени — уже были сильно зомбированы разной рейгановской пропагандой, представлявших русских злобными орангутангами в ушанках с красными звездами. Иногда для того, чтобы было пострашнее — русские захватывали Америку не снимая противогазов — военные при этом начинали смеяться, они то понимали, что такое противогаз и как тяжело в нем находиться даже минутами, не говоря уж о том, чтобы часами. Американец был ранен, контужен, не соображал, что происходит и предполагал, что по аэропорту вполне мог быть нанесен ядерный удар — после ядерных взрывов в Пакистане в Америке начался очередной виток атомной истерии. По его мнению — русские были достаточно безумны, чтобы сделать это даже на своей территории.

Они услышали стук и поняли, что в хвостовом отеке кто-то есть. Послали туда человека, чтобы открыть дверь... там могли быть выжившие журналисты. Но когда открылась дверь — американец увидел перед собой человека в ушанке (чтобы волосы не опалились, и голове не было так жарко) противогазе, с ломиком и торчащим из-за плеча стволом автомата Калашникова. Русский солдат! Американец вскинул автомат — но солдат ударил его по руке ломиком и пошел на него. Оттолкнул в сторону.

— Стоять! Стоять, стреляю!

Второй американец — держал советского солдата под прицелом пистолета. Секретная служба перевооружилась одной из первым, сейчас они были вооружены Сиг-Сауэерами П228, такими же, как специальные агенты ФБР. Тринадцать патронов в магазине, четырнадцать в стволе — достаточно почти против всего. Но не против солдат КГБ, вооруженных автоматами Калашникова.

— Не стрелять!

— Сэр, он...

Солдат стащил противогаз. Из открытой межотсечной двери — резко тянуло дымом и гарью.

— Я ефрейтор советской армии Пигузов. Я хочу вам помочь. Вам надо в госпиталь.

— Что он говорит, сэр!? — агент, державший солдата под прицелом пистолета был почти в истерике и готов был спустить курок

— Кто-то знает русский? Где Стефан?

— В переднем отсеке, сэр....

— Сэр, по-моему этот солдат хочет нам помочь... — неуверенно сказал один из американцев — он сказал «госпиталь»...

Несколько вертолетов, казавшихся почти черными — показались со стороны Еревана. Один из них был большим — Ми-6, мишка, другие — чуть поменьше размером, Ми-8. Все они — использовались на работах по ликвидации последствий землетрясения — но сейчас были набиты под завязку солдатами СМЧМ[5] и внутренних войск. Два вертолеты были военные, остальные — Аэрофлота. В Мишке — был оперативный штаб и два отделения бойцов ОМСДОНа, которые находились в резерве в Ереване.

— Береза два, я борт ноль сороковой, наблюдаю густой дым, множественные очаги пожаров, сильные разрушения. Связь с постом управления аэропорта отсутствует.

— Борт ноль сорок, я Береза два. Приказываю высадить десант и немедленно возвращаться.

— Есть...

Вертолетчик мрачно смотрел на черную тучу перед ним... такого он не видел даже в Афганистане...

— Вон там, кажется, есть подходящая площадка... — подсказал второй пилот

— Садись на связь, сообщай остальным бортам. Высаживаем десант и возвращаемся.

— Есть...

— Стройся!

Вертолеты рокотали над головами, звук их винтов смещался в сторону Еревана — борты ушли за подмогой...

Майор внутренних войск Добряга, по случаю специального задания одетый в спешно подобранный для него костюм пожарного — встал перед строем.

— Товарищи бойцы. Произошел террористический акт, есть погибшие и раненые. Ваша задача — пройти к зданию аэропорта, обезопасить район, начать разбор завалов. Используйте противогазы и респираторы для защиты органов дыхания. Спасите, кого можете. Командуют на местах командиры отделений. Мартынов ко мне, остальные — в квадрат марш...

В квадрат, выйти в квадрат, идти в квадрат — так называлась работа по разбору завалов. Руинами, развалинами — их никто не называл, равно как и трупы — трупами, чтобы не сойти с ума. Если видишь раздавленного бетонной плитой ребенка — с ума съехать можно запросто, такие случаи уже бывали. Один из офицеров умер от сердечного приступа в первую же ночь здесь, не перенеся того, чему пришлось быть свидетелем.

Капитан Мартынов, здоровяк — самбист из дивизии Дзержинского — подошел к майору. Двадцать человек — остались в строю.

— Значит, довожу обстановку, дзержинцы — сказал майор — около часа назад здесь совершил посадку американский самолет с американской делегацией на борту[6]. Он и был взорван.

На лице капитана ничего не отразилось.

— Скорее всего, это провокация войны с Соединенными штатами Америки. Провокация врагов народа. Война нам не нужна, мы мирное государство. Боевая задача — пробиться к самолету, обеспечить периметр безопасности, оказать помощь пострадавшим, если это возможно, принять меры по тушению. Я иду с вами.

— Так точно.

— Не стрелять без команды, дзержинцы. Мы здесь для того, чтобы помочь.

— Так точно.

— Разобрать огнетушители, инструмент, носилки. Надеть противогазы. В колонну по одному, за мной, бегом марш.

Огнетушители они позаимствовали в вертолетах — в вертолетах бывают большие, мощные огнетушители и они пришлись здесь как нельзя кстати. Еще у них были саперные лопатки, носилки и некоторое количество шанцевого инструмента — три лома. Шанцевый инструмент в Армении сейчас было раздобыть нетрудно, он был предметом первой необходимости.

Оружие было у всех — но за спиной, только майор держал в руках снятый с предохранителя пистолет Стечкина. Как только прошли аэропорт, вышли на летное поле — перешли на шаг...

Разрушения были просто катастрофические, у майора аж в душе похолодело, когда он увидел, во что превратилось здание аэропорта. У здания — уже были солдаты, они пытались разбирать завалы, на брезенте и просто на земле — лежали пострадавшие, многие — с чудовищными ранами от стекла. Коротко переговорив с одним из солдат, майор понял, что здесь был сильнейший взрыв и очень много погибших. Раны от стекла подтверждали это — при землетрясении такого количества глубоких порезов стеклом не бывает.

Вместе с солдатами работали какие-то армяне, сами пострадавшие, многие в крови — но они с остервенением обреченных вгрызались в каменное крошево, чтобы спасти тех, кого еще можно было спасти. Работали без рукавиц, многие с изрезанными руками — но работали. И солдаты и армяне кашляли и плакали — дым и гарь ели глаза. Уже был слышен вой сирен — к аэропорту спешили машины скорой...

Еще сказали, что какая-то группа солдат уже ушла на поле.

Майор повел своих людей дальше.

Ветра не было, и тяжелый смог над полем не рассеивался, видно было метров на двадцать пять, не больше. Они увидели огромную воронку — майор прикинул, что рвануло гораздо больше тонны. Мощная авиабомба, не иначе. Осталось понять, откуда она взялась здесь...

Они прошли дальше и увидели самолет. Он был один, рядом ни одного другого самолета не было. Точнее — это был не самолет, а то что от него осталось. Носовая стойка каким-то чудом уцелела, хвост оторвало, крыла, по крайней мере одного не было. Судя по виду — самолет перекувыркнуло несколько раз ударной волной.

У самолета стоял солдат, с автоматом — майор сначала увидел только одного. Увидев надвигающихся людей, он вскинул автомат.

— Стой, кто идет?

— Майор Добряга, внутренние войска! — крикнул майор и закашлялся — не стрелять!

Солдат опустил автомат, майор подошел ближе.

— Фамилия, номер части.

— Рядовой Малешкин, сто тридцать восьмой полк внутренних войск.

— Свердловский? Как здесь оказался? Кто командует?

С другой стороны самолета появился и второй солдат, тоже с автоматом.

— Товарищ майор, мы в резерве были... — солдат тоже закашлялся — потом это все...

Майор понял, что солдат если и не в шоке, то где-то близко к этому. Скорее всего, еще и контузия.



Поделиться книгой:

На главную
Назад