Вся жизнь в послезавтра

-Что будет со мной дальше? Зачем вы…-Андрей замешкался подбирая слово: –…разбудили меня?

-Спите. Мы поговорим об этом в следующий раз.

Андрей возмутился: –Послушайте, прекращайте это! В конце концов, просто невежливо усыплять человека против его желания. Он опять не запомнил, как уснул. И снова спал без сновидений. Третий день проснувшегося

-Я слышал, что во время эры светлых годов вернут к жизни всех боровшихся за идеалы коммунизма и даже просто всех хороших людей– полушутя, полусерьёзно спросил Андрей вошедшую карамельную девушку. Он недавно проснулся, полюбовался на новую молодую розу в вазе взамен увядшей и чтобы чем-то занять себя отжимался от пола на одних только указательных пальцах. Прежде у него так не получалось, а здесь и сейчас выходило неожиданно легко. Впрочем, со временем, в мышцах накапливалась усталость, радуя Андрея. Уставать после физических упражнений было нормально даже в том ненормальном мире, где он проснулся.

В произвольном месте стены открылась дверь впуская девушку-врача. Он успел разглядеть кусочек коридора. Прекратив отжиматься, Андрей отряхнул руки и спросил: – Я слышал, что во время эры светлых годов вернут к жизни всех боровшихся за идеалы коммунизма и даже просто всех хороших людей. Конечно это псевдорелигиозные бредни, но всё же я здесь и с фактами трудно не считаться. Так это правда? Время свободы и света наступило? Вы действительно возвращаете к жизни всех участвовавших в строительстве вашего мира?

-Нет– коротко ответила девушка.

Андрей смущённо прокашлялся: –Простите, я до сих пор не знаю вашего имени.

-Нофилис.

Он кивнул принимая информацию: –Тогда почему я здесь? Впервые на лице карамельной девушки проступило какое-то выражение. Немного снисходительно, чуть-чуть насмешливо и ещё немного печально, она сказала: –Андрей-Андрей, вы практически ничего не дали нашему миру. Вы жили, сражались, боролись, проиграли, но это была ваша жизнь. Наш мир построили позже, при других обстоятельствах и совсем другие люди.

-Вы так легко выдёргиваете карты из основания карточного домика– насупился младший научный сотрудник: –Не боитесь развалить всю постройку?

Карамельная девушка по имени Нофилис покачала головой.

-Отлично– он сел на кровать согнув одну ногу и обхватив её руками, а другой позволив свободно свешиваться: –Значит мотив благодарности потомков к предку отпадает.

-Потомков?– переспросила Нофилис –У вас не было детей, Андрей.

-Не хотел связывать себя. Кроме того семья сделала бы меня уязвимым…– разозлившись на самого себя за то, что пустился в объяснения больше напоминавшие оправдания, младший научный сотрудник глубоко вдохнул и коротко закончил: –О «потомках» говорил образно.

-Вы обиделись– заметила карамельная девушка. Растревоженному самолюбию Андрея показалось, будто в её словах прозвучал упрёк.

-Вы сказали, что вся моя жизнь ничего не значила– ответил он –Естественно я разозлился.

-Вы жили и это достаточное оправдание.

-Правда?

-Нет

Против воли Андрей улыбнулся: –Давайте перейдём к ответам на вопросы без принудительного усыпления спрашивающего. Нофилис, вам не кажется, что уже давно пора просветить меня, хотя бы, насчёт моего ближайшего будущего? Зачем я здесь?

-«Зачем я здесь?»– эхом повторила карамельная девушка Нофилис: –Вопрос волнующий любого человека в любое время. Вам повезло Андрей, у меня есть ответ для вас, но придётся начать издалека. Вы готовы слушать?

Он пожал плечами.

-Вы нужны нам– сказала она и Андрею было особенно приятно слушать это. Гораздо позже, вспоминая первые дни в новом мире, он подумал, а не специально ли Нофилис сначала растревожила его самолюбие, а затем полила бальзамом? Гораздо позже Андрей решит – она это сделала намеренно. Люди будущего, как он сумеет убедиться, ничего не делали «просто так». Любое их действие, любая проявленная эмоция служила некой, правда частенько непонятной, цели. Проявление радости или злости, произнесённые вслух язвительные и утешающие слова – всё направленно на достижение какого-то результата, всё служит чему-то и ничего не делается «просто так».

Но то будет потом, а пока Андрей с удовольствием слушал как карамельная девушка говорила: –Вы нужны нам для разрешения противоречий современного мира. Быть может вам странно слышать, но и у нас есть проблемы и вопросы существующий ответ на которые не устраивает и надо искать другой ответ, получше. Вы первый из повторно оживлённых на основе сохранившейся записи личности. Будут и другие. Вы не знаете их Андрей. В ваше время эксперимент признали лишь частично удачным, так как не смогли проверить правильность записи, но на ваше счастье саму запись сохранили. Тема была признана бесперспективной. Институт лишился финансирования спонсоров и был расформирован согласно решению совета директоров. Впоследствии к считыванию памяти вернулись спустя полвека. Не могли не вернуться, богачи не хотели умирать и тем самым терять богатства. Но им не место в будущем – себялюбивым чудовищам – пусть их записи продолжают покрываться слоем пыли на складах. Следующий подходящий нам человек отстоит от твоего времени более чем на три сотни лет. А пока, скажите мне Андрей, что вы думаете о звёздах? Она выжидающе замолчала и очнувшийся от сладкого голоса, младший научный сотрудник – которому не особенно везло при жизни, но, как выяснилось, феноменально повезло после смерти, поторопился переспросить: –О звёздах?

-О крохотных точках усеивающих ночное небо.– подтвердила карамельная девушка: –О кораблях на орбитах чужих, далёких планет. Насколько мне известно: в ваше время это постепенно переставало быть всенародной мечтой, становясь, как и сто лет назад, уделом экстравагантных одиночек.

-Да, это была мечта– подтвердил Андрей –Потаённая, скрытая, о ней было не принято говорить вслух. Что я думаю о звёздах? Это то, что должно быть. Скажите, вы смогли дотянутся до них?

-Мы отказались от звёзд– она наблюдала как он дёрнулся услышав это: –Побывав там не нашли ничего интересного и вернулись.

Внутри Андрея разразилась буря чувств отдалённым эхом отражавшаяся на его лице. Наконец он решился сказать: –Это неправильно.

-Поэтому вы здесь– согласилась карамельная девушка: –Чтобы доказать нашему миру, что отказываться от звёзд было ошибочным решением.

Многого ожидал Андрей. Многого, но не такое.

-И как я должен доказывать? Читать лекции?

-Скорее послужить наглядным пособием.

-Вы хотите сказать…– начал было он. Замолчал и потом бурно запротестовал: –Но я не умею. У меня нет знаний.

-Вы научитесь, если только захотите– сказала карамельная девушка –Неважно сколько придётся учиться: век или тысячелетие. В мире будущего, для вас, и в настоящем, для меня, смерти нет. Вы бессмертны, Андрей. Всё время: годы, века и тысячелетия, отныне в вашем распоряжении. Единственное, что имеет значение это ваше желание или нежелание.

Его так и подмывало спросить, что будет, если он откажется. Откажется от чего? Предлагаемое было настолько невероятно, что он всё ещё не готов был поверить или принять. Но вопрос слишком серьёзный и Андрей медлил ослеплённый открывающимися перспективами. Она сказала, что он первый, значит, появятся и другие «оживлённые» космонавты?

-В любом случае вам следует предварительно ознакомиться с реалиями существующего мира, чтобы он перестал быть для вас «новым»– сказала карамельная девушка.

-Можно мне на воздух?– попросил Андрей –Устал сидеть в четырёх стенах.

-Состав земной атмосферы существенно изменился и больше не подходит человеку из вашего времени для дыхания. Сейчас я начну сооружение прозрачного купола и синтез дополнительного объёма пригодного воздуха. Постройка займёт около восьми часов.– объяснила карамельная девушка.

-То есть и на земле я буду вынужден носить скафандр?– расстроился Андрей

-Достаточно дыхательной маски. Прости Андрей, но было сделано всё возможное. Если бы выращенное тело слишком отличалось от привычного сознательным, вернее подсознательным, регулирующим структурам, то оно не смогло бы ни дышать ни жить. Изменять личность, копаться в сознании было бы неэтично. Поэтому выращивая тело, я находилась в весьма узких вариативных пределах.

-А как же обещанное бессмертие? Тоже в узких пределах?

-Умирай сколько захочешь– слабая улыбка тронула губы карамельной девушки: –Запись личности постоянно обновляется и может быть повторно записана в новый клон с самыми последними изменениями. Что до срока службы конкретно этого тела, то он составит пару столетий непрерывного функционирования.

-Вот значит как– Андрей посмотрел на свои руки. Белая кожа с отдалённым намёком на оставшийся с летних дней загар. Если приглядеться, то увидишь бьющуюся на запястье жилку. Сложно будет привыкнуть относиться к своему телу как к сменному костюму.

-Пожалуйста не надо больше меня принудительно усыплять– попросил он.

-В этом нет нужды. Разумно начать изучение истории прямо сейчас.

-Как тут у вас узнают новое?– поинтересовался младший научный сотрудник: –Шприцами вводят информацию прямо в мозг? Гипнокабинки? По щучьему велению?

-Иногда опробованные временем решения настолько хороши, что не требуют замены– карамельная девушка достала из кармана книгу и протянула Андрею. Когда она доставала – книга казалась маленькой, примерно размером с карточку электронного паспорта. Но в руках Андрея подарок раздался вширь, превратившись в журнал с твёрдой обложкой. Обыкновенная печатная книга, только совершенно новенькая, будто вчера из типографии. Она называлась «краткая история тридцати восьми тысячелетий».

-Вернусь когда будет готов защитный купол– пообещала карамельная девушка.

Глава2

Андрей сидел в удобном кресле на краю небольшого соснового околка. Околок состоял только из молоденьких сосёнок, превосходящих его рост едва ли вдвое, с мягкими иголками и шероховатой корой. Под ногами жёсткая и цепкая лесная трава. От странно изогнутого здания, от двери, шла посыпанная песком дорожка заканчиваясь прямо под ногами Андрея. По левую руку располагалась неогороженная клумба в беспорядке засаженная цветами всевозможных красок и оттенков, однако непременно знакомых Андрею видов – цветов из его времени. Справа стоял столик с лежащими на нём книгами (все, как одна, новенькие, прочитываемые в первый раз), карандашом и блокнотом для записей. Память, как вскоре обнаружил младший научный сотрудник, у него значительно улучшилась, приближаясь к абсолютной. Он мог вспомнить любую подробность из произошедших событий. Но привычка требовала отдельного листа для выписок. Да и размышлять, глядя на упорядоченные, сведённые вместе записи, значительно проще. На Андрее надеты летние шорты без карманов и футболка. Из обуви – вариация на тему открытых сандалей с мягкой, гнущейся подошвой. Провожая его к выходу, карамельная девушка сказала: частичка привычного мира под куполом выращена на скорую руку и через несколько месяцев трава пожухнет, а сосны потеряют ветви, оставшись стоять вбитыми в землю столбами. Ему было сложно поверить, что живые деревья, к тёплой коре которых он прикладывал ладонь, выращены за несколько часов и исключительно ради него. Андрей подходил к краю прозрачного, едва заметного, купола и жадно смотрел наружу. На странные здания каплевидной формы. На то ли кусты, то ли деревья растущие тут и там и слабо шевелящие вытянутыми, длинными и массивными, как сосиски (только тёмно зелёнными) листьями. На тёмное небо, постоянно закрытое тучами. Время от времени небо озарялось электрическими дугами. Во всяком случае, младшего научного сотрудника холодное, разветвленное сияние, наводило на мысли о небесном электричестве. Вопреки постоянной облачности света вокруг хватало, чтобы читать. Примерно как в дождливый летний день. Было тепло, но Андрей не знал: такая ли тёплая погода стоит снаружи или комфортная температура поддерживалась исключительно внутри прозрачного пузыря. Тёмные тучи навевали грустные мысли. Андрей подумал о всех тех, кто давным-давно и безвозвратно мёртв. Родственники, друзья, товарищи, соратники и всего лишь знакомые – все они оставили его. В их жизни продолжал существовать Андрей Николаевич Тяжёлый – тот, который в конце концов получил пулю в сердце. Но для этого Андрея больше не было никого из них. Нет записи памяти – нет человека. Он спросил у Нофилис, что произойдёт в случае внезапной смерти, до того как успеет «слить» последние воспоминания или как там называется подобная процедура.

-Вы постоянно «на связи» пока находитесь в пределах солнечной системы– сказала карамельная девушка –Здесь настолько давно нет смерти, что исчез даже её страх.

Навскидку он мог припомнить столько хороших людей, что и не мог сосчитать, постоянно сбивался. Это было обидно и печально. А ещё такая ситуация казалась нечестной. Андрей знал многих людей не менее достойных, чем он. Он готов был признать, что кое-кто с большим правом заслуживал второй шанс, бессмертие и всё это счастье. Но они умерли не оставив записи. Всех их больше никогда-никогда не будет. А он имеет возможность стоять, прислонившись лбом к прозрачной преграде, разглядывать чужой и незнакомый мир будущего и думать над тем, что нет темы печальнее на свете, чем необратимость смерти. И ещё, может быть, глупая случайность. Наличие или отсутствие второго шанса должны определяться прошлыми делами человека, а не зависеть от непонятно каких причин вроде той, что побудила управляющего директора курирующего частный научно-исследовательский институт предложить место подопытного кролика именно младшему научному сотруднику. Хотя, конечно, это не подлинная случайность. Похоже, он был наименее ценным в глазах начальства сотрудником. Но всё равно: Андрей надеялся, что в будущем, вернее для него уже в настоящем, судьба человека определяется его поступками и свершениями, а не бестолковой случайностью. И больше сделавшие для других получают не меньше взамен. Это справедливо, а разве не за справедливость он боролся в прошлой жизни, когда шёл с флагом на стену щитов?

-Мне нужна бумага для записей и карандаш– попросил Андрей. Он был один и вообще не видел здесь других людей кроме Нофилис, но предполагал, что его может слушать хотя бы компьютер. Так и оказалось. Спустя полминуты по посыпанной песком дорожке пробежал паучок размером с собаку, шустро шевеля многочисленными лапками. Паучок протянул Андрею блокнот и обыкновенный карандаш неотличимый от тех, которыми Андрей рисовал когда-то в школе.

Вблизи паучок оказался механическим, чему Андрей остался весьма рад. Получив письменные принадлежности, младший научный сотрудник погрузился в чтение. «Краткая история» соответствовала названию, оставаясь весьма краткой. За подробностями следовало обращаться к другим книгам. Куски текста перемежались многочисленными иллюстрациями. Со страниц на читателя смотрели суровые лица, космические станции и цветные виды на чужие планеты из космоса. Честно говоря, Андрей испытал гораздо меньше терзаний по поводу утери всех друзей, родственников и знакомых, чем мог бы представить в прошлом. Может быть, помогли книги. А возможно бесстрастная Нофилис как-то повлияла на его сознание вопреки собственным словам о неэтичности коррекции чужой личности. Краткая история нового мира оказалась интересным чтением. Третья мировая война. Вторая великая революция. Возрождение практически разрушенной цивилизации. Первая космическая война. Первый межзвездный корабль, которому предстоит лететь до цели и обратно больше трёхсот лет. Вторая космическая война, она же последний крупный вооруженный конфликт. Человечество так и не встретило инопланетян. Мы воевали только с самими собой. По понятным причинам Андрей заинтересовался причинами и обстоятельствами второй великой революции. Слова карамельной девушки о том, что они, мол, делали всё неправильно, изрядно уязвили закоренелого революционера. С сомнением и недоверием он скользил глазами по строчкам желая узнать «как оно было правильно». Начиная со времени Андрея, разделение общества на богатых и бедных только возрастало. Богатые практически не попадали под действие «общественных» законов. У них имелась собственная медицина. Они жили дольше и лучше большинства «обычных» людей. Вопреки разрекламированным лозунгам попасть в число действительно богатых людей постороннему человеку совершенно невозможно. Общество расслоилось на классы. Возникло «новое дворянство» во всём схожее с дворянством прошлых веков кроме названия. Помимо наёмных рабочих появились крепостные и даже рабы, только всё это называлось другими словами. И считалось, что если человек «добровольно» идёт в рабство, то это его свободное решение, закон не нарушен и «все хорошо». А то, что иначе человек умрёт с голоду или он настолько зомбирован (или прямо обманут) рекламой, что ни о каком «свободном» решении не приходится и говорить, закону нет дела. То тут, то там разгорались жёстко подавляемые восстания. Они были разобщены и случайны. Их лидеры, в большинстве своём, не знали ни теории, ни практики, руководствуясь собственным, глубинным пониманием, что «это неправильно». Они пытались исправить существующий порядок, ещё не зная как оно было бы «правильно». И терпели поражения. Средства массовой информации заклемляли революционеров-неудачников террористами. Да они и являлись по факту террористами, только идейными – стремящимися наказать творящих несправедливость и осчастливить всех, а не только самих себя. Желающих осчастливить исключительно себя, как правило, террористами не называли. Часто их даже официально не считали преступниками. А террора, то есть ужаса, на крохотной планете земля и без того имелось в избытке. И творили его отнюдь не те, кого называли террористами и чьи казни показывали по телевизору и о чьих смертях отчитывались информационные листки. Наконец технологии записи личности развились до уровня первых работающих образцов. Процедуры клонирования упростились до возможности промышленного использования. Пропасть разделившая имеющих право и бесправных приобрела беспрецедентную ширину. Богатые и влиятельные теперь получали не просто более длинную, удобную и лёгкую жизнь. Отныне они могли оставить смерть «низкому люду». Могли десятилетиями совершенствовать свои познания и развивать умения, а потом презрительно кивать на мрущих, словно мухи, работяг – посмотрите какие они глупые и безкультурные. Думают только о куске хлеба и физически неспособны к размышлениям о высоких материях– говорили друг другу современные дамочки из правящих классов, забывая об очередном сокращении часов математики и физики в общеобразовательных школах. Литературу, географию и биологию уже не преподавали вовсе. Зачем? –вопрошали одни богатые других и те им отвечали: –Совершенно незачем. Когда исчез последний уравнивающий фактор – фактор смерти, долго сдерживаемую плотину начало прорывать. Спохватившийся правящий класс попытался обосновать собственную исключительность с помощью религии, но элементарно не успел. Вдобавок слишком много ещё имелось образованных людей, которым требовались углублённые знания для работы со сложной техникой. Плюс геополитические интересы. Пока в одних странах заваривался котёл революции в других, забыв о классовой солидарности кровопийц, правители только радовались и подбрасывали дровишки в разгорающийся огонь. Массовое сохранение сознаний. Бессмертие для всех, даром и пусть никто не уйдёт обиженным – такую цель поставили взявшие власть революционные правительства в разрушенных мятежом странах. Но сначала предстоял долгий путь перестройки экономических и индустриальных мощностей на удовлетворение нужд всего общества, а не малых процентов от общего числа жителей. Прежде всего, было необходимо кардинально повысить образовательный уровень населения. Если худо-бедно читать умели все, то самостоятельно обдумывать и разбираться в прочитанном – очень немногие. Какие-то страны «красного пояса» сошли с дистанции допустив необратимые ошибки при начальном планировании. Другие постепенно вставали на ноги заставляя богачей из «свободных демократических» государств с опаской поглядывать в их сторону и размышлять не сделали ли они ошибки, позволив революции у соседей зайти так далеко. Их размышления вылились в первую космическую войну унёсшую множество жизней, полностью уничтожившую орбитальную инфраструктуру, разрушившую лунные купола и исследовательские станции в поясе астероидов, но не сумевшую кардинально изменить существующее двухполярное разделение мира на антагонистичные политические системы. Вместо доброй ссоры воцарился худой мир. Началось совместное терраформирование Марса. Появились искусственные интеллектуальные системы не уступающие и даже превосходящие (но не слишком значительно) по интеллектуальному уровню человека. Началось и было завершено строительство международного межзвёздного корабля отправившегося в долгое путешествие неся на борту смешанный экипаж «коммунистов» и «капиталистов» различных стран и народов. Тем временем котёл кипел. Пар стравливался, однако недостаточно и напряжение возрастало. Бывшие революционные правительства, обретшие за последующие десятилетия определённую легитимность, не хотели и не могли отступиться от своих первоначальных обещаний. Как только позволила научная и индустриальная базы, запись сознаний приобрела массовый характер и стала почти привычной, как прививка от полиомиелита. Тогда ещё несовершенная, требующая эпизодических «сливаний» накопившихся изменений из оригинала в хранящуюся копию и до пяти лет выращивания клона прежде чем можно будет попробовать загрузить записанную личность в новое тело. Массовость и доступность бессмертия повлекла неочевидные следствия. Во-первых, уменьшилось число всевозможных преступлений: от бытовых, до государственных. Прежде чем украсть или злоупотребить служебным положением возможный преступник стал высчитывать вероятность того, что его проступок когда-либо станет известен окружающим. Повысилась эффективность труда в целом, как объясняли психологи, в связи с уменьшением уровня стресса и увеличением уверенности в собственном будущем. Люди стали самоотверженнее трудиться потому, что соотношение «вероятность награды/вероятность потери» значительно изменилось. Дошло до того, что пришлось сверху инициировать компанию по бережному отношению к собственному здоровью и рассчитывать часы минимально-обязательного отдыха для некоторых трудоголиков. Соответственно лишённые большинства благ (кое-что для рабочих капиталисты вынуждены были ввести и у себя, чтобы не выглядеть совсем уж злой империей) невольники богачей начинали бунтовать сильнее и злее. Поняв, что ещё немного и их строй окончательно рухнет запад развязал вторую космическую войну отбросившую человечество на десятилетия назад, повторно уничтожившую практически все искусственные объекты в космосе и изрядно исковеркавшую лицо Земли – праматери человечества. Дальше следовало объединение человечество. Повторная попытка терраформирования Марса. Изменение человеческого тела. Полёты к звёздам. Более скоростные корабли встретили первый космический корабль человечества на обратном пути и вытащенный из долгого анабиоза экипаж с удивлением знакомился со своими далёкими потомками и их странным, новым миром.

-Прямо как я сейчас– подумал Андрей перелистывая страницу.

Массовое создание первых помощников. Младший научный сотрудник не совсем понял что это такое. Может быть роботы или биороботы? Изображения и пояснения не слишком проясняли вопрос. Эксперименты по изменению человеческого тела зашли так далеко, что терраформирование Марса было остановлено. Человек мог комфортно находиться на поверхности красной планеты. Мог жить на раскалённой поверхности Венеры. Обходиться без кислорода используя самовосстанавливающиеся окислители и получая необходимую энергию, например, от солнца или на основе хемосинтеза – правда это долгий малоэффективный процесс и мало что могло сравниться по энергетической наполненности с куском хорошо прожаренного мяса (а в части вкуса так и вовсе ничего не могло сравниться). Пожалуй, только в космическом холоде не мог ещё жить человек без специальной подготовки или внешних средств защиты. Устав читать Андрей встал и прошёлся между деревьями. Дойдя до противоположенного конца прозрачного купола он всмотрелся в чужую жизнь за тонкой гранью обдумывая прочитанное. Мечтая о поселениях на чужих планетах, мог ли он предположить, что люди не станут изменять под себя другие планеты потому, что смогут жить там такими какие есть. Во что же они превратили родную старую землю за это время? Он смотрел, видя шевелящиеся кусто-деревья с сосисочноподобыми листьями. Видел траву, практически неотличимую от обычной, разве что по едва заметным фиолетовым волнам изредка пробегающим по нормальному, зелёному ковру. Видел растущее отдельно настоящее дерево, в отличии от кусто-деревьев, очень высокое. Его листья походили на тысячи наклоненных в разные стороны плоскостей сросшихся между собой и начинающихся на высоте от полусотни метров. Оглянувшись, Андрей погладил привычно-милые стволы сосен. Ощутив небольшой болевой укол, он вытащил из ладони воткнувшуюся на треть занозу и подул на ранку. Не гулять мне по Марсу в одних шортах – подумал Андрей выбрасывая уколовший ладонь кусочек коры. До конца дня оставалось достаточно времени. Во всяком случае, никаких признаков близящегося вечера Андрей не заметил. Есть не хотелось, но опять же в силу привычки он попросил вслух что-нибудь перекусить и через полминуты знакомый паучок притащил поднос с печенюшками и большую чашку с напитком тёмного цвета. Печенюшки оказались пресными, обсыпанными не острым специями. Они были ещё теплыми, и Андрей изрядно повеселился, представляя на кухне за плитой поочерёдно карамельную девушку и паука-носильщика. Потом ему пришло в голову, что печенюшки наверное появились на свет каким-то жутко технологичным способом вроде наносборки или хотя бы из чрева синтезирующей машины и ему стало грустно от чужеродности того мира где он теперь вынужден будет жить. В чашке был густой, чёрный чай. По вкусу: с хорошо размешанным мёдом вместо сахара. Андрей вернулся к книгам прочитав как последовательно, одну за другой, человечество колонизировало три планетарных системы у звёзд Альтаира, Альфа Центавра и Порциона и с недоверием проглядел картинки инопланетных пейзажей. На одной стоял совершенно обычный человек в сером комбинезоне и рядом замерло непонятное существо, весьма отдалённо напоминающее принесшего печенюшки паучка, только раз в десять больше и вдобавок мохнатое. Подпись к картинке гласила: архитекторы-строители первого города на «Дальней Зори», Сергей Пышко и Николай Моложавый, проводят зондирование почвы на предмет сейсмоусточивости. Покачав головой Андрей поторопился перейти на следующую страницу. Снова массовое создание новых типов помощников. Вроде бы он наконец разобрался кто они такие – разумные или полуразумные саморазмножающиеся автоматы на механической или биологической или смешанной основе. Такие помощники, будучи с первого раза правильно сделанными, в дальнейшем выполняли требуемую функцию самостоятельно контролируя и ремонтируя себя. При этом они были способны понимать причинно-следственные связи и на основе самоанализа изменять себя для лучшего, более эффективного, выполнения работы для которой их создавали. Андрей подивился: как же таких умных помощников удаётся держать в узде и не слишком ли это напоминает пресловутое понятие рабовладения, от которого с потом и кровью избавлялись герои эпохи революций? На первый вопрос ответ нашёлся дальше по тексту, где вскользь упоминалось о связи выполнения работы для которой создавались помощники и удовольствия. То же самое, что и для естественных существ, в том числе для человека. Полезное приносит удовольствие. Вредное – страдания. Только здесь понятие «полезное» и «вредное» определили не эволюционный процесс, а инженеры-создатели. Второй вопрос оставался открытым. Но исключительно для себя Андрей рассудил, что помощники суть сложные роботы и использование их аналогично работе за компьютером или станком с интеллектуальным управлением. Возможно, примерно так же рассуждали, в своё время, белые колонизаторы относительно негров, а несколько веков спустя говорили богатые о бедных. Но они были неправы, а он, разумеется, прав. Вот так– решил Андрей и продолжил чтение. Искусственные интеллекты: обитающие в сети виртуальные сущности и живущие в механических телах – на протяжении столетий оставались верными друзьями человека. Но со временем, изменяя себя, люди настолько обогнали свои творения, что те начали испытывать что-то вроде комплекса неполноценности. С увеличением интеллектуальной мощи каждого отдельного человека надобность в существовании всеобщей информационной сети уменьшалась. Кто-то из представителей электронной жизни отправился во вселенную на огромных, собранных на орбите кораблях. Большинство, после продолжительных дебатов, выпросило у человечества в полное распоряжение планету Венеру, куда и удалилось, попросив звать, если понадобятся. С удивлением, переходящем в недоверие, он прочитал, что в настоящее время человеком практически нигде не используются рукотворные несамокопирующиеся механизмы. Разве что создаются временно, для каких-то вспомогательных задач. Тем временем на земле построили штуку под названием «хранилище». Андрей не до конца разобрался что это такое, но видимо именно там хранились записи личностей всех когда-либо живших после внедрения массового сохранения сознаний. Чем-то эта штука была особенная, но он вычитал только о её колоссальной прочности и принципиальной неуничтожимости. Младший научный сотрудник пожал плечами: хранилище и должно быть прочным, разве нет? Постепенно темпы колонизации замедлялись. Столетний путь в одну сторону не казался бессмертным таким уж долгим, но на освоенных форпостах человечества было скучновато, тогда как в пределах солнечной системы жизнь кипела. Автоматические исследовательские зонды фон Неймана изучали систему за системой, постоянно обновляя и перестраивая себя. Процесс перелета и исследования доставлял удовольствие искусственно созданной цивилизации космических странников. Они сделаны так, что им было приятно делиться информацией. И исследовательские зонды делились со своими создателями, а сами летели дальше, создавая свои улучшенные копии и отправляя их к другим звёздам. Иная, гораздо менее разумная цивилизация шахтёров-добытчиков разбирала планеты в звёздных системах где было досконально доказано отсутствие какой-либо жизни. Разбирала, превращала ресурсы в космические корабли своим ходом направляющиеся в солнечную систему, на переработку в орбитальных доках марсианских заводских комплексов. Колонизацию последней системы у звезды Порциона оставили незаконченной. Люди вернулись домой сделавшись затворниками. Но изучение галактики по-прежнему продолжалось. Стекалась информация от самостоятельных исследовательских зондов. В особенно редких, интересных, случаях кто-то из исследователей отправлялся в дальние дали, чтобы вернутся с новой информацией через много лет и встретить всё тех же старых коллег, товарищей и соперников в научной работе. Дальние космические путешествия опасны. Иногда исследователи не возвращались и тогда воссоздавали из «хранилища памяти» их копию на момент отлёта. Дважды случалось так, что рано или поздно оригинал возвращался и на земле оставались два разных человека с идентичными, до определённого момента, воспоминаниями. Читая, Андрей удивлялся, как скромно использовалось редактирование сознания, создание собственных клонов и прочие возможности, далеко превосходящие описанное в древних сказках волшебство. То тут, то там встречалось упоминания об этике. Обычно в контексте «это было бы не этично» или «отказались потому, что полученное решение было некрасивым». На текущий момент общая численность человечества рассеянного по всей солнечной составляла чуть более шести миллионов. Андрей ещё раз перечитал предложение. Действительно шесть миллионов. Может быть опечатка? Он в волнении заходил от кресла к ближайшей сосне и обратно. Если они тут все из себя бессмертные, то почему их так мало? В его время в одном крупном городе проживало больше народа.

-Нофилис– позвал Андрей и ожидая допил остатки чая мелкими глотками.

Карамельная девушка, всё в том же розовом комбинезоне, прошла по песчаной дорожке.

-Почему вас так мало?– спросил Андрей –Отчего вы заперлись в солнечной системе, словно хорьки в норе и носа не кажите в большой космос посылая туда своих помощников?

-Даже к ближайшим звёздам полёт слишком долог– произнесла она.

-Что значит «долго» для способных умирать и оживать по своему желанию!– воскликнул Андрей

Словно не слыша его, карамельная девушка продолжала: –Уйдут те, кого знал. Тысячелетия – большой промежуток времени даже по меркам бессмертных, если они когда-то были людьми. Возможно тебя удивят мои слова, Андрей, но многие люди прожив пять или семь столетий устают от жизни и выбирают долгий сон, зная, что их когда-нибудь разбудят.

-Сколько тебе лет?– неожиданно поинтересовался Андрей.

-Две с половиной тысячи если округлить– ответила карамельная девушка –Но я другое дело. Мне не скучно жить.

-Неужели кому-то может быть скучно?

-Представь– сказала она –Многие люди рождаются посредственностями. В одних областях они лучше, в других хуже, но нигде не сверкают сиянием северной звезды – лишь светят подобно светлячкам в ночи. Со временем они узнают всё, что знает человечество. Они пробуют себя в различных занятиях и понимают: другой сделал бы не хуже, а возможно и лучше. Давно уже в солнечной системе нет дел требующих самоотдачи от каждого члена общества. Наша инфраструктура поддерживает себя сама. Что остаётся людям: только наука или искусство. И для того и для другого более чем достаточно текущего количества бодрствующих.

Как правило, выбирающие долгий сон не успевают изучить психоматематику настолько, чтобы суметь изменить свой разум. Гораздо раньше на них наваливается усталость и они засыпают.

-Так почему вы не вправите им мозги вашей чёртовой психоматематикой?– разозлился Андрей.

-Постороннее вмешательство в чужой, особенно в человеческий, разум неэтично.

-Этично, неэтично– проворчал Андрей –Вы хотя бы размножаетесь здесь или навсегда застыли, словно пузырьки воздуха вмороженные в лёд?

Карамельная девушка улыбнулась: –Когда двое приобрели достаточно опыта и глубоко изучили психоматематику – они сотворяют нового человека, разумеется под присмотром старших. Творение каждого нового человека происходит со всем тщанием. Учёные постоянно изыскивают новые пути совершенствования тела и, особенно, разума новорождённых. Интеллектуальный потенциал человечества неизменно возрастает век от века. Но как бы ни был высок общий уровень всегда будут гении и не гении – обычные люди. И вторых, к сожалению, куда больше чем первых.

-Вот те раз– удивился Андрей –А если папа с мамой не очень дружат с этой вашей психоматематикой?

-Значит им ещё рано заводить детей– ответила карамельная девушка –Если кто-то не может построить космический корабль, значит ему рано лететь к звёздам. Если кто-то не может изменить себя, выходит ему недостаточно опыта – пусть посидит за учебниками ещё век или два. Помощь в частности ведёт к большому вреду в целом. Подсказывай, объясняй, показывай, но не делай за другого – так гласит этическая заповедь. Сегодняшний человек полностью самодостаточен и если пожелает, то может не зависеть ни от окружающий среды ни от иных людей. Единство этики и общее понятие красоты и ещё искусство – вот, что сплачивает сегодняшнее человечество в единую цивилизацию. Сознательно отринувший этические законы больше не является частью общества. Намеренно переступивший через этические законы становится преступником. Убери этику и образование, называемое сейчас человеческой цивилизацией, распадётся на отдельных индивидуумов. Это немного не то, за что вы боролись в своём времени, Андрей?

Он растерянно покачал головой. Подумать только: понятия о справедливости возведённые в ранг законов. Добровольное и осознанное подчинение индивидуума обществу. Полный тоталитаризм одним словом. Впрочем, насколько он понимает, всегда можно собрать себе на ближайшей полянке межзвездный крейсер и улетев на нём чёрти куда творить там что душа пожелает. Если умеешь собирать межзвездные крейсера, конечно. А если не умеешь, то ты ещё ребёнок и иди обратно в школу, мальчик. Интересно, за сколько времени он научиться собирать на коленке корабли и научится ли вообще?

-Гхм– откликнулся Андрей приводя разбежавшиеся мысли в порядок: –А почему так редко и неохотно покидаете материнскую систему?

-Бессмертие наше величайшее благо и наши крепчайшие цепи. Любой корабль ограничен по массе и не может вести адамантитовое хранилище памяти, лишь его жалкую копию – полнофункциональную, но, увы, хрупкую. Её можно разрушить. При разрушении самого корабля будет уничтожено и хранилище, а значит все новые знания, все новые мысли будут потеряны для копии личности сохранившейся на земле. Это почти что смерть. На данный момент большинство людей считает, что в космосе нет ничего настолько интересного, чтобы ради этого рисковать.

-Бессмертие ваши цепи? Так создайте смертных– предложил Андрей.

-Это было бы неэтично.

-Неужели этика настолько важна?– засомневался младший научный сотрудник.

-Этика суть скобы, скрепляющие человеческую цивилизацию в единое целое. Она естественный ответ нашего общества, защитная реакция, препятствующая его разрушению.

-Неужели этический закон нельзя нарушить?

-Можно. Если очень хочется– улыбнулась карамельная девушка –По крайней мере так считаю я.

Глава3

Андрей хозяйничал на кухне. Карамельная девушка сказала: ему необходимо хобби, на которое он мог бы, время от времени, отвлекаться от восприятия новой информации и предложила несколько на выбор. Недолго думая Андрей согласился заняться кулинарией. Может быть это и глупо, учитывая появляющиеся непонятно откуда ингредиенты: начиная от свежих овощей и заканчивая рыбным филе без косточек или хорошенько выдержанной в первосортном маринаде говядине. Пожалуй, с тем же успехом «щучье веление» могло создавать сразу готовые блюда. Но должен же у пещерного человека иметься какой-то пунктик? Говорят, будто творчество развивает. Вот он и будет потихоньку развиваться, готовя на двоих мясные котлетки в чесночном соусе или картошку с сыром и стеблями фасоли «по-пекински». Почему на двоих? Так готовить только для себя одного как-то неинтересно, а карамельная девушка подтвердила, что люди по прежнему могут (и любят) есть человеческую еду. Значит будем готовить. С момента пробуждения шла вторая неделя если считать периоды сон-бодорстование равными одним суткам. Он неплохо успел изучить помещения внутри каплевидного здания – те, куда его розовый доктор разрешила входить. Успел пожаловаться на одиночество и потребовать встречу с другими людьми, в шутку высказав версию, будто карамельная девушка никакой не человек, а инопланетный экспериментатор и людей на земле давно не осталось. Получив в ответ неопределённое «ещё рано», захотел выйти наружу. Не в огороженный прозрачным колпаком сад, а прогуляться по настоящей чужой земле. Если ему жить в этом времени, то рано или поздно всё равно придётся выходить в большой мир. Карамельная девушка настояла, чтобы он предварительно просмотрел подборку по современным обитателям земли, живущим бок о бок с человеком. Каких только чудовищ там не было! Неразумные, полуразумные и полноценно разумные, во всяком случае, не глупея Андрея, существа населяли древнюю колыбель человечества. Плоды былых экспериментов, чьи-то творения, созданные ради какой-то цели в прошлом, для тренировки или просто для красоты. Согласно книгам параллельно с людьми на земле жили не меньше десяти рукотворных цивилизаций. Отдельные из них уже достигли века пара: вырубали леса, бурили землю, разъёзжали на многотонных паровых автомобилей. Часто они, кроме как занимаясь своими делами, выполняли полезные функции. Например гномы: несколько десятков литров текучей субстанции – псевдожидкости, каждый. Гномы имели пять различных полов, были индивидуально разумны и социальны. Если верить написанному, то они тяготели к образованию обществ на феодально-кастовой основе и были умеренно религиозны. Сотворены для строительства подземных городов (особенно пригодились на Марсе и системах Альтаира и Альфа Центавра) и для (совместно с саламандрами) синтеза и трансмутации некоторых редких искусственных элементов. Того же адамантита – самого прочного вещества во вселенной. Из него сделано гигантское хранилище в толще земной коры, способное уцелеть при разрушении планеты и даже в короне красного гиганта, в которого через много-много лет превратиться старое усталое солнышко. Конечно, если люди к тому времени ничего не предпримут. Религия гномов строилась вокруг почитания саламандр – неразумных существ сотворённых людьми для симбиоза с гномами и участия в цикле трансмутации редких искусственных элементов. Разумеется, богоподобные люди также нашли своё место в развёрнутой и противоречивой религии гномьих общин. В водах рек и морей, на мелководье жили русалы – подводные фермеры, выращивающие основной объём биомассы, требующийся человечеству для изготовления пластмасс и биотоплива. При чтении у Андрея зародились смутные сомнения, что съеденный им накануне бутерброд происходил изначально из продукта выращенного неведомыми русалами, но он постарался отогнать подальше подобные мысли. Русалы получали удовольствие от выращивания биомассы в количествах в миллиарды раз больших, нежели требовалось им для собственного пропитания. Двоякодышащие амфибии селились по берегам умеренно солёных морей и океанов и вдоль крупных рек и озёр. В их обществе существовало три пола и властвовал развитый социальный инстинкт. Русалы развили сложную философию, объясняющую им самим: зачем они в этом мире и пытающуюся дать ответ на извечный вопрос разумных существ осознающих собственное существование «куда идти, к чему стремиться». Их перенасыщенное абстракциями искусство тягуче и неторопливо как течение широкой реки. Технологический уровень, освоенный передовыми общинами русалов, невысок и не имеет тенденции к взрывообразному росту, как у тех же гномов. Ещё рядом с людьми жили сильфы – дети воздуха, технобиологические саморазмножающиеся станции связи и ретрансляторы разнородных сигналов во всевозможных диапазонах, обеспечивающие связь с любой точкой на планете из любой другой точки. В безвоздушном пространстве парили, собирая лучистую энергию солнца и энергию солнечного ветра в виде потоков излучений, космо – живые спутники Дайсона. Сохраняли и передавали точечными лазерами в уловители на орбитах планет солнечной системы. Сильфы были не разумными, а космо – частично разумны и при этом не могли самостоятельно размножаться. На индивидуальном этапе их существования: от рождения на орбитальных Марсианских заводах, до присоединения к одной из композиций, неторопливо дрейфующих между планетами от одной стабильной орбиты к другой, новорождённые космо не имели разума. Единицами естественного отбора являлись композиции – соединившиеся между собой тысячи космо в огромные зеркальные полотнища развёрнутые в чернильной темноте, на фоне далёких звёзд. Композиции размножались делением одной старой единицы на две новых и вместо изменяемой генетической информации (той основы с которой только и может работать эволюционный процесс) несли память о формах и структуре вещества позволяющего с большей эффективностью собирать энергию для передачи уловителям. Новорождённые космо инстинктивно стремились влиться в композиции более эффективно собирающие энергию. Проигрывающие в эволюционной борьбе композиции постепенно умирали без обновления элементарных частей. Не обходилось и без обмана свойственного не только разуму, но и некоторым видам животных. Не слишком удачные композиции строили стратегию выживания не на совершенствовании и поиске всё лучших форм и пространственных конфигураций для увеличения объёма улавливаемой энергии. Напротив, они упрощались выбирая скорость и манёвренность, и крутились поблизости от орбитальных заводов стремясь поймать и включить в себя новеньких космо пока те не успели отлететь подальше и наткнуться на кого-то более привлекательного, то есть аккумулирующего больше энергии. Массовому распространению подобного паразитизма препятствовал первичный и мощнейший, вложенный человеческими инженерами, инстинкт, завязанный на удовольствие от неторопливого накопления энергии и резкой, импульсной отдаче тонким лазерным лучом. Множество творений жило бок о бок с создателями. Люди редко вмешивались в их жизнь, и, казалось, не замечали творящегося у них под ногами. Вот уже пятый день с утра до вечера Андрей был предоставлен самому себе. Он изучал свой новый мир по предоставленным Нофилис книгам, мечтая о том как наконец сможет самостоятельно ступить в него. Занимался в спортзале, гулял в саду отгороженном от остального мира прозрачным куполом и развлекал себя приготовлением кулинарных шедевров. Вечером к младшему научному сотруднику присоединялась карамельная девушка, и они отдавали должное кулинарным талантам Андрея. Сложно сказать получала ли Нофилис удовольствие от процесса еды, по её лицу не удавалось ничего прочитать. Ради интереса Андрей один раз намеренно схалтурил в процессе готовки, и она тут же обратила внимание на дисгармонию вкуса и на не соответствующую эталонной консистенцию переваренных овощей.

-Послушай– начал Андрей за совместным вечерним ужином –Почему вы развели на земле такой бардак? Натворили непонятно кого и бросили. Ладно если бы они были стерильны, так как раз нет – активно самовоспроизводятся и размножаются. При этом некоторые ещё и разумные. Неужели нельзя прибирать в лаборатории перед тем как выключать свет и идти домой?

Карамельная девушка аккуратно разрезала пополам сваренный и обжаренный в масле карликовый кабачок: –Как-то никто особенно не задумывался над этим.

-Ничего себе не задумывался!– возмутился Андрей –Выйти за дверь страшно.

-Для человека все сотворённые существа не опаснее кузнечиков– рассеяно пояснила карамельная девушка поднося вилку ко рту.

-Эй, я между прочим тоже человек!– напомнил Андрей –И не хотел бы встретиться один на один с рассерженным русалом или гномом не говоря уже о ком-то из неразумных чудовищ выпущенных в большой мир юными дарованиями осваивающими нелёгкое мастерство генетического конструирования.

-Разумеется, человек– согласилась Нофилис: –Но земная природа действительно опасна для тебя. Когда придёт время, я изготовлю защитный скафандр – прочный и лёгкий. А пока Андрей тебе придётся гулять снаружи в респираторной маске и исключительно под моим присмотром и защитой.

Недовольно сопя, Андрей проворчал: –Лучше бы крупнокалиберную винтовку вместо присмотра.

-Пожалуйста– легко согласилась карамельная девушка.

От неожиданности Андрей ударился зубами о стакан с морсом из которого в тот момент собирался сделать глоток. Поставив стакан на стол и чувствуя как сбрызнутая морсом футболка холодеет и начинает липнуть к животу, он настороженно посмотрел на карамельную девушку ожидая какой-то скрытой каверзы. И она не замедлила последовать.

-Только помнишь главный этический закон нашего общества? Не делай за другого. Если он не сумеет сделать нужное себе сам, значит ему ещё рано пользоваться этим. К окончанию ужина, если мы продолжим есть неторопливо, я создам многофункциональный станок-принтер и напишу руководство пользователя к нему. А уж рисовать эскизы в программной оболочке и отправлять на печать тебе придётся самостоятельно. Справишься?

Андрей не был уверен, что справится с каким-то там станком-принтером. Но на вопрос заданный таким тоном может быть лишь один ответ и он ограничился презрительным взглядом – чтобы я, да и не справился, быть не может. Карамельная девушка продолжала отправлять в рот один пластик жареной картошки за другим. Наконец Андрей не выдержал и спросил: когда же она начнёт собирать свой принтер? Собеседница едва заметно улыбнулась, она хорошо умела улыбаться не изменяя положения губ: блеском глаз и наклоном головы: –Уже начала. Биолаборатории выращивают реагенты, сборщики занимаются макроэлементами будущего станка-принтера, а наниты производят сложные молекулярные соединения, выращивать которые в биолабораториях было бы слишком долго. Я контролирую работу всех частей, вплоть до каждого сборщика или микророя нанитов.

-Мысленная связь?– поинтересовался Андрей.