Все это так, но ведь мы – мужчины и женщины в, отдельности – действительно обладаем чем-то, что является нашей специфической сущностью, сущностью нашего пола. Мужчина никогда не превратится в женщину, женщина никогда не станет мужчиной. При желании можно, конечно, перекроить нашу личность: избавить женщину от комплексов неполноценности, связанных с тем, что она – «недочеловек»; можно освободить мужчину от его стремления быть «мачо», лишенным чувств. Но ведь все это не имеет никакого отношения к полу, это вопрос общественной культуры, ее норм и установлений. Пол от этих личностных перемен не рассосется, у мужчин чувства и способы думать останутся мужскими, да и женщины будут продолжать воспринимать мир так, как может воспринимать его только женщина.
У нас принято думать, что «женщина – недочеловек», а «мальчики никогда не плачут». История же знала общества, где между мужчинами и женщинами различий не делалось, где женщина считалась даже главой рода! Я же, со своей стороны, кладя в залог весь свой психотерапевтический и человеческий опыт, совершенно официально могу заявить следующее: женщина может быть борцом, каких свет не видывал; прагматизму, разумности, зачастую и жесткости женщин можно позавидовать. А вот мужчины, напротив, – это глубоко чувственные, необычайно ранимые, сострадательные и переживательные существа, которые, впрочем, совершенно неспособны подобные свои качества демонстрировать. Если вы так не думаете, то только потому, что в нашей культуре так не принято думать, а, как говаривал незабвенный И. П. Павлов, если нет в голове идеи, то не увидишь и фактов.
Мужчина и женщина – это две ноты, без которых струны человеческой души не дают правильного и полного аккорда.
Все мы находимся под прессом культуры и традиции: мы не только воспитывались и формировались в этом прокрустовом ложе, мы, ко всему прочему, являемся еще и носителями этой культуры и этой традиции, мы ее воспроизводим. А когда ты что-то до кого-то доносишь, когда ты этому кого-то учишь, то неизбежно веришь в
Проблема в том, что, играя эти роли, мы формируем собственное представление о себе. Играя роль «беспомощной и беззащитной», женщина сама постепенно начинает думать, что она «беспомощная и беззащитная», хотя, вполне возможно, это абсолютно не соответствует действительности. И убери мы эту роль, окажись эта женщина в иных обстоятельствах – и перед нами будет «бой-баба», которая знает, что ей нужно, зачем ей это нужно и, главное, как этого добиться. Мужчина же, принужденный без конца изображать из себя «сильного и волевого» человека, «рыцаря без страха и упрека», постепенно просто отучается проявлять собственные чувства; он все равно их испытывает, но не способен ни произвести на свет соответствующее им поведение, ни даже дать себе в них отчет.
Большая часть мужчин требует от своих жен достоинств, которых сами они не стоят.
Можно сказать, что культура в области пола (и, конечно, во множестве других областей) накладывает на нас свое клише. Часть таким образом от нас отсекается, а если же под этим клише обнаруживается «белое пятно», то оно просто закрашивается в соответствии с привычными общественными стереотипами. Истина же, то, что на самом деле является полом, остается тайною за семью печатями. А мы, не зная этой истины, не понимая сущности своего пола, каждодневно допускаем такое гигантское количество непозволительных ошибок, что в конечном счете все это становится одной глобальной ошибкой, которую любой патологоанатом назвал бы «травмой, несовместимой с жизнью».
Мы должны научиться смотреть в лицо фактам, обычно же мы смотрим на свои представления о действительности. Многочисленные виртуозные исследования социальных психологов показали, что разница между тем, какова социальная действительность на самом деле, и тем, как мы ее себе представляем, просто огромная. Культура, традиция, массовое сознание надевают нам на глаза искажающие действительность очки. Так, наверное, тоже можно жить, но в этом случае нам никогда не вырваться из порочного круга собственных ошибок. Если я ошибаюсь в своем восприятии фактической действительности, то мои действия будут ошибочными, это неизбежно. А если я буду допускать ошибки, то синяки и шишки мне гарантированы, поэтому сколько бы странной, неправдоподобной и даже тяжелой ни была бы действительность, жизнь в соответствии с ней в итоге оказывается куда более практичной и радующей душу.
Я бы хотел заострить ваше внимание на факте, который, мне кажется, должен несколько скорректировать наши представления о полах и их сущности в пользу большей достоверности. Факт этот лежит в плоскости так называемого суицидального поведения. Об этом, возможно, мало кто из нас задумывается, но подобное «блаженное неведение» отнюдь не является безобидным. По прогнозам Всемирной организации здравоохранения (это что-то наподобие медицинской ООН), к 2020 году смертность от суицида выйдет на второе место среди других причин смертности и превысит смертность от рака, т. е. люди будут чаще умирать в результате самоубийства, нежели вследствие онкологических заболеваний, а реже —• только от инфарктов и инсультов. Сейчас в год от самоубийств только по официальным данным умирает больше двух миллионов человек, т. е. в два раза больше, чем в результате дорожно-транспортных происшествий. Так что, как ни крути, проблема эта действительно весьма и весьма актуальна.
1 еперь давайте задумаемся над тем, какой человек скорее покончит с собой – тот, кто является «толстокожим существом», не чувствительным к жизненным перипетиям, или же «тонкокожий человек», который принимает жизненные события слишком близко к сердцу? Вероятно, «тонкокожие люди» являются здесь «группой риска». Второй вопрос звучит следующим образом: если человек пытался покончить с собой, но не довел это дело до логического конца, т. е. ограничился лишь попыткой самоубийства, он действительно раним и восприимчив или же он думает, что он раним и восприимчив к жизненным невзгодам? Вероятно, он думает, что он «слишком чувствителен» и «уязвим» (поэтому он и совершает попытку самоубийства), а на самом деле таковым не является (в противном случае он бы, конечно, не стал бы мяться и вышел бы из жизни вон, хлопнув дверью).
Что ж, нам остается посмотреть на статистику самоубийств. Какая-картина здесь вырисовывается? Оказывается, что на один завершенный суицид приходится десять незавершенных самоубийств (т. е. попыток самоубийства). При этом мужчины кончают с собой (т. е. совершают законченный суицид) как минимум в два раза чаще женщин, а в России – так и вовсе в два с половиной-три раза. Вместе с тем женщины совершают попытки самоубийства (т. е. «балуются» незавершенными суицидами) в пять раз чаще мужчин! Иными словами, женщины в пять раз чаще мужчин идут на суицид, но при этом в два, а то и в три раза реже погибают в результате самоубийства. Если же теперь мы сопоставим эти фактические данные с нашими теоретическими выкладками, то получается, что мужчины – это (относительно, конечно) более тонкие, чувствительные и ранимые существа, тогда как женщины излишне преувеличивают свою чувствительность и ранимость.
Кто-то может еще сказать, что, мол, от самоубийства женщин останавливает то, что они думают о других – о детях, о родителях, о своих супругах, в конце концов. Но позвольте, если так, то зачем они вообще покушаются на самоубийство, причем в пять раз чаще мужчин?! Нет, подобные возражения вряд ли могут быть приняты к сведению. Если человек действительно в силу психологических проблем не считает возможным продолжать свою жизнь дальше, это значит только одно – переживаемые им психологические проблемы субъективно более тяжелы, чем для большинства других людей.
Как показывают факты, у мужчин – этих «бесчувственных болванов, неспособных к сопереживанию», – психологических проблем оказывается больше, нежели у женщин. А наличие психологических проблем на самом-то деле говорит о сложности, тонкости психической организации их носителя, и чем сложнее, тоньше он организован, тем более чувствителен к чувствам и переживаниям других людей. Впрочем, наших мужчин не учили проявлению этих чувств, не учили демонстрации своего сострадания, а потому невнимательному наблюдателю может показаться, что они «сухие, черствые, бесчувственные».
Другое дело, что самоубийство – это не выход, и чести оно ни мужчинам, ни женщинам не делает. Надеюсь, что это понятно. Самоубийство, кстати говоря, – это вовсе не признак слабости характера и, конечно, не свидетельство силы духа, а результат депрессивного состояния, тогда как последнее является психическим расстройством и потому к характеристикам характера никакого отношения не имеет. Но факт остается фактом: мы слишком недооцениваем мужскую чувствительность и слишком переоцениваем чувствительность женщин. В результате же страдают и те и другие – одни неспособны свои чувства выражать, поскольку «это не принято», а другие настолько заигрываются (поскольку «так принято»), что страдают уже от своей игры.
И пожалуйста, не толкуйте меня превратно, во всем этом нет вины ни конкретных мужчин, ни конкретных женщин, а есть проблема культуры, которую мы должны решать, внимательно приглядываясь к фактам и делая из них соответствующие действительности выводы. Пока же мы исходим из собственных представлений о действительности, которые, как оказывается, в большей части до неприличия ошибочны. Обвинять всегда легче, поскольку это не требует от нас входить в положение другого человека, что, как мы теперь видим, совсем не просто.
Выбираем лошадь
Теперь, для прояснения обстановки, я позволю себе рассказать еще одну сказку – самую настоящую, правда, не славянскую, а восточную. Хотя, как мы сможем увидеть, при желании она могла бы вполне быть и нашей, родной, отечественной.
Жил-был в индийском царстве-государстве старый монарх, который всю жизнь решал для себя один чисто восточный вопрос: в чем суть силы? И постановил он в конце концов найти самого сильного человека в своих владениях, чтобы узнать у него, в чем суть силы. В качестве награды этому герою индийский царь назначил лошадь из своих конюшен, причем по желанию победителя объявленного конкурса: захочет белого – получит белого скакуна, захочет черного – получит в дар черного коня. Для решения этой непростой задачи сопряженной с вечной проблемой выбора, он собрал самых мудрых людей своего царства и отправил их с инспекцией по городам и весям.
Задание монарха действительно оказалось необычайно трудным – мудрецы стоптали не одну пару сандалий, но так и не нашли самого сильного человека. Они устраивали соревнования, давали претендентам на победу множество заданий, но эффект был нулевым: никто из подданных индийского царя не мог безоговорочно претендовать на право называться самым сильным человеком индийского царства.
Мудрецы уже совершенно отчаялись найти человека, которому бы они могли с чистой совестью вручить на выбор одного из лучших коней царской конюшни... На душе у этих «экспертов» скребли кошки – не сносить им своих голов! И вдруг, проходя через какое-то маленькое индийское селение, они заметили человека-гиганта. Он лежал на огромном топчане посредине большого сада, окружавшего его дом. «Какая огромная сила скрыта в этом человеке!» – воскликнули мудрецы и решили подвергнуть его трем испытаниям.
«Можешь ли ты сломать одной рукою подкову?» – спросили мудрецы человека-гиганта. Тот же ничего им не ответил, а просто взял и сломал своей рукой подкову. «А можешь ли ты выдернуть с корнем дерево?» – снова спрашивали его мудрецы. Тот же ничего им не ответил, а просто обхватил двумя руками десятиметровое дерево и одним махом выдернул его из земли. «Воистину силен ты, человек! Но можешь ли ты перегородить реку?» – спросили мудрецы в третий раз. Ничего не ответил им человек-гигант, но подошел к реке, поднял в воздух лежавший на берегу огромный камень и бросил его в поток, и река встала. «Слава богам! – воскликнули мудрецы. – Воистину ты самый сильный человек на земле! Выбирай любого из царских коней: хочешь – бери черного, хочешь – белого!»
И только человек-гигант занес руку над головой, чтобы почесать затылок, прежде чем объявить свое решение, как вдруг на пороге его дома появилась маленькая щуплая женщина в темном наряде. «Муженек, предупреждаю тебя: выберешь белого – тебе несдобровать! Я за себя не ручаюсь!» На том, собственно, и сказочке конец...
Жена человека-гиганта оказалась сильнее его силы, но, о боже праведный, насколько
Мы находимся в плену собственных абстрактных представлении о «полах». Нам только кажется, будто мы внаем, что такое «мужчина», а что такое «женщина», тогда как на самом деле мы внаем только то, чему нас обучила наша культура, а отнюдь не то, чему могла бы научить нас наша жизнь. Наши абстрактные представления о «полах» позволяют нам объяснять многие жизненные обстоятельства, но это никак не способствует разрешению проблем, возникающих между их конкретными представителями.
Понятно, что ничего не понятно...
По половому вопросу у нас в головах царит полная неразбериха. Мы совершенно зашорены своими предрассудками, мы играем роли «мужчин» и «женщин», даже не догадываясь о том, что именно стоит за этими словами-названиями, мы учиняем «войну полов», не зная ни собственной «армии», ни своего «противника». Мужчины мучаются тем, что категорически не понимают женщин и природы их поступков, однако при этом они
Впрочем, я далек от пессимизма и придерживаюсь нескольких позиций. Во-первых, что бы там ни говорили феминистки, изобретшие какое-то странное наименование для полов – «гендер», – мужчины и женщины отличаются друг от друга и не заметить этих различий трудно. Во-вторых, если мы не поймем, чем именно мы отличаемся, то никогда не будем счастливы, поскольку просто не сможем ужиться, как та лисица с тем журавлем. В-третьих, мужчин и женщин нельзя сравнивать, в противном случае все закончится банальным мордобоем, мы должны стремиться не к сравнению (кто «лучше», а кто «хуже»), а к
В этой книге мы последовательно рассмотрим ключевые вопросы биологии и психологии каждого пола, причем будем делать это не абстрактно, а применительно к конкретным жизненным ситуациям. Мне кажется, это будет полезно всякому, кто хочет, чтобы его жизнь перестала пестреть отягощающими ее «коллизиями отношений полов». Противостояние, которое, не будем этого скрывать, есть между полами, отравляет существование каждого человека. Я же искренне верю, что точки соприкосновения между полами найти можно и нужно; я также уверен, что мы на самом-то деле созданы друг для друга, но, чтобы довести «высший промысел Создателя» до ума, нужно хорошенько потрудиться. В чем состоит этот труд? Об этом мы узнаем, последовательно раскрыв тайну эволюции, тайну оргазма, тайну сексуальности, тайну инстинкта и тайну существа, а в результате получим разгадку искомой нами тайны пола.
Глава первая
ТАЙНА ЭВОЛЮЦИИ
(или почему «женщина всегда права»)
Перед нами загадка: зачем эволюции два пола? Почему она не остановилась на верном, казалось бы, способе воспроизводства вида посредством банального деления? И если половое размножение оказалось более выгодным, почему она ограничилась лишь двумя полами? Все эти вопросы носят отнюдь не праздный характер, поскольку, ответив на них, мы увидим, что претензии мужчин на исключительность не имеют под собой ровным счетом никаких основа-ний, в любом случае, сколь бы исключительным ни был мужчина, все равно окажется, что женщина права. Поскольку этот тезис всегда подается с неким подвохом, как двусмысленность, а я как раз в нем никакого подвоха не замечаю и настаиваю именно на прямом значении этого утверждения, то изложение содержания этой главы придется начать, мягко говоря, издалека.
Все началось с «большого взрыва»...
Бог весть когда в результате «большого взрыва» возникла наша Вселенная, а за ней – и эта Галактика. Пять миллиардов лет назад сформировалась звезда, нареченная нами Солнцем, а еще спустя 400 миллионов лет – и наша планета. Какое бесчисленное число удивительных, сложных и загадочных процессов произошло за это время! Но несмотря на всю фантастичность этих преобразований, до появления первого живого существа оставалась еще целая вечность. Материя неживой природы приобретала то одну, то другую форму, но по сути своей ничего не менялось. Эволюция в это время была подобна тасованию карт в уже существующей колоде: от перемены мест слагаемых ни сумма, ни качество не меняются – все то же количество все тех же карт. Можно сказать, что перед нами своеобразная форма бессмертия, свойственная неживой материи: чтобы не умереть, нужно просто не жить. Кстати, бессмертное и не нуждается в своем продолжении.
Но уже в этой пассивной неживой массе стали происходить явления, которые можно смело назвать в высшей степени реформаторскими. Горные породы молодой земли были источником сильнейшей радиации, вулканические массы кипели, древняя атмосфера была насыщена электричеством, в ней бушевали грозы, и она вся была буквально пропитана мощным излучением молодого Солнца – этого лучшего усилителя химических процессов. Происходящие в атмосфере Земли химические процессы и привели к образованию аминокислот. Последние, как известно, являются основным структурным компонентом белковых молекул, а как говаривал Фридрих Энгельс, «жизнь – это есть способ существования белковых тел».
Постепенно температура поверхности Земли стала снижаться, пошли дожди, которые приносили с собой синтезированные в атмосфере органические вещества. Кроме того, дожди вымывали из горных пород минералы, и заварилась каша, точнее, – знаменитый «первичный бульон». Может показаться, что все описанные выше процессы не имеют к полу никакого отношения, но это не так. Здесь мы стали свидетелями появления аминокислот – субстрата наследственности. Хотя если бы мы не знали, к чему это приведет, то никогда бы не догадались, что на наших глазах зарождается то, чему предстоит стать «полом».
В «первичном бульоне» возникли так называемые коацерватные (изолированные) капли. Их особенность заключалась в возможности своеобразного взаимодействия с внешней средой: какие-то вещества проникали в такую каплю, использовались ею, а побочные продукты этой жизнедеятельности выводились обратно во внешнюю среду. Но постепенно запасы органических веществ в первичном бульоне стали истощаться, а потому выжить в подобных условиях могли только те образования, которые уже были способны к самостоятельному синтезу энергии. И этими первыми живыми существами на нашей планете 3 миллиарда лет назад стали элементарные бактерии. Они научились «запоминать» и кодировать информацию о необходимых для выживания реакциях с помощью первого в подлунном мире генома. Со временем оказалось, что этот же механизм, механизм, нужный для индивидуального выживания, может быть использован не только для «личных нужд», но и для продолжения рода!
Быть может, вам когда-нибудь приходилось слышать душещипательную историю о том, что любовь мужчины к женщине (и обратно) есть результат произведенной некогда операции по разделению какого-то единого мифического существа надвое. И вот, мол, теперь ищут друг друга две половины этого разделенного существа, чтобы слиться в апофеозе счастья. Вся эта драматическая история – миф, придуманный непосредственно великим Платоном и изложенный им в диалоге «Пир», названном им так поскольку дело происходит на весьма фривольной приятельской пирушке. Сначала, с вашего позволения, я вкратце перескажу содержание, а потом развенчаю несколько мифов относительно этого мифа.
Ты – женщина, и этим ты права.
Платон устами Диотимы рассказывает миф об Андрогине. Предками людей были Андрогины, каждый Андрогин состоял из двух половинок – по две головы, две руки и две ноги на каждую, но он вовсе не был двуполым. У Андрогинов было не два, а целых три пола! Один происходил от Солнца и был мужским, другой – от Земли и был женским, а третий совмещал в себе мужское и женское – это дитя Луны. Страшные своей силой, Андрогины питали великие замыслы и посягали на власть богов. Богам сие не понравилось, и они решили ослабить Андрогинов, разделив их надвое. Сказано – сделано. Зевс разрезал Андрогинов пополам, а Аполлон стягивал и зашивал кожу в области раны, образуя таким образом пупок.
«И вот, когда тела Андрогинов были разделены, – говорит Ди-отима, – каждая половина с вожделением устремилась к другой своей половине, они обнимались, сплетались и, страстно желая срастись, умирали от холода и вообще от бездействия, потому что ничего не хотели делать порознь». Завершая свое изложение, Диотима делает вывод: «каждый из нас – это половинка человека, рассеченного на две камбалоподобные части, и поэтому каждый ищет всегда соответствующую ему половину». И тут Диотима уточняет: одни мужчины ищут мужчин, другие – женщин, равно и женщины – одни ищут женщин, а другие – мужчин.
Собственно, ради этого последнего уточнения Платон и придумал весь этот свой наделавший столько шума миф об Андрогине. Дело в том, что в Древней Греции гомосексуальные отношения были легальны, являлись неотъемлемой частью культуры и, более того, рассматривались в качестве достоинства. Каких-то мужчин влекло к женщинам, а каких-то – к мужчинам (да и сам Платон был гомосексуален), и с тех пор мало что изменилось. Трибадизм (или лесбийство) тоже не был редкостью (достаточно вспомнить великую Сафо). И все это многообразие сексуального поведения нуждалось в каком-то объяснении – «почему так?»
Теперь напирают на генетику, поскольку для подобных объяснений мы придумали «науку», а в стародавние времена ее роль выполнялась мифологией. И, по большому счету, разница невелика – наука ли говорит, что «во всем гены виноваты», миф ли говорит, что это боги напортачили. Эффект один: нужно было вам объяснение феномена – получите, распишитесь! То, что Платон, создавая этот диалог, преследовал именно эти цели, явствует хотя бы из того, что на соответствующие пояснения отведена большая часть этого мифа.
Но романтики Ренессанса использовали этот миф совсем в других целях. Они стали рассказывать о «неутолимой жажде любви» мужчин к женщинам и женщин к мужчинам. О том, что есть-де у каждого своя половина и т. п. Так кроме мифа, принадлежавшего Платону, появился миф о мифе Платона. Впрочем, этим дело не кончилось. В XX столетии лихие малообразованные головы решили присовокупить к этому мифу еще и «принцип дополнительности». Подобные умозаключения космического масштаба и космической же глупости мне приходилось слышать неоднократно: «Мужчина и женщина – это две половины единого целого, которые объединяются знаменитым принципом дополнительности».
Принцип дополнительности придумал знаменитый физик и лауреат Нобелевской премии Нильс Бор. В этой фикции (а это именно фикция) возникла необходимость при расчете поведения микрочастиц. Если смотреть на цифры (а саму частицу никто не видит – только цифры), то получается, что электрон одновременно проявляет как квантовые, так и волновые свойства, что с точки зрения формальной логики невозможно, а потому Бор просто плюнул на формальную (читай – «мужскую») логику и рассудил согласно «логике женской»: если такого не может быть, значит, из правила есть исключение, которое и описывается принципом дополнительности.
Поделив людей пополам, Зевс создал гомосексуалистов (мужские половины, стремящиеся воссоединиться с мужскими половинами), лесбиянок (женские половины, которые хотят слиться с женскими половинами) и гетеросексуалов (мужские и женские гермафродиты), которые считались низшей сексуальной категорией.
Так что никакой патетики, романтики и «высшего промысла» ни в мифе об Андрогине, ни, тем более, в принципе дополнительности нет и никогда не было. Развитие и формирование полов шло по двум самостоятельным векторам, а в результате мы – мужчины и женщины – получились очень разные. Если где и есть у нас комплиментарность – так это в конструкции половых органов, одно к другому подходит здесь идеально. Но на этом наша дополнительность с целостностью и заканчивается... И до тех пор, пока мы будем тешить себя подобной, с позволения сказать, научной мифологией, мы далеко в понимании пола не продвинемся. А незнание, как известно, нас от ответственности не освобождает, и «блаженного неведения» нам наша жизнь не простит, вкатает по полной...
Все закончилось с возникновением пола...
Первые пару миллиардов лет после появления жизни на Земле размножение живых организмов шло только бесполым путем. При бесполом размножении гены практически не меняются от поколения к поколению. Особь фактически продолжает саму себя в дочернем организме, она как будто продолжает жить в другом теле, после того как ее собственной телесной оболочке приходит время умирать, так что даже первые формы жизни можно, с некоторыми оговорками, назвать бессмертными.
Здесь нужно отступить в сторону и сказать, что этими первыми и бессмертными существами были «женщины». Поскольку если основным формальным критерием женской природы является способность к продолжению рода, то перед нами действительно истинный и глобальный матриархат. Мужской пол, таким образом, пол вторичный.
У женщин есть необыкновенная способность порождать иллюзии, быть не такими, каковы они на самом деле.
Впрочем, нетрудно заметить, что бесполое размножение имеет один существенный недостаток. Если изменяются условия внешней среды, должен измениться и организм, в противном случае он канет в Лету, если, конечно, не займет нишу, в которой у него не будет более удачливых соперников. Жилищный вопрос был и остается одним из самых острых, а потому немногие счастливчики могут рассчитывать на благосклонность фортуны, не исхитрившись при этом каким-нибудь особым образом.
И попытки «исхитриться» появляются одна за одной, но, к сожалению для эволюционистов, мы никогда не узнаем весь спектр появившихся ухищрений. Ну а те, что известны, видимо, оказались наиболее удачными и конкурентоспособными. Первые «женщины» стали вступать в своеобразные «сексуальные отношения». Амебы, оказываясь в неблагоприятных условиях, научились сливаться друг с другом, чем впоследствии повышали свои шансы на выживание. Инфузории туфельки проделывали то же самое, но они уже стали серьезно обмениваться генетическим материалом друг с другом! Детей от этого не происходило, но формула стала работать: «Есть контакт? Есть контакт!»
Обмен генетической информацией между особями стал выражением стратегии изменчивости, повышающей шансы конкретной особи на выживание. Теперь не нужно было долгим, случайным, опасным, полным проб и ошибок путем обретать новые свойства и способности; появилась возможность получить информацию о важных и эффективных механизмах приспособления сразу, в готовом виде, значительно сократив сроки «обучения».
Этот выигрыш во времени оказывается спасительным для выживания вида, поскольку такая особь обладает способностью передавать эту накопленную в результате «коитусов» информацию своим детям, хотя и родившимся бесполым образом. Да, перед нами пока только «клеточный гермафродит», но он обладает уже не одной, а двумя адаптационными стратегиями: он умеет сохранять свою стабильность (т. е. отобранные и накопленные благодаря собственному опыту знания), но умеет и меняться посредством «коитуса» с другим представителем своего вида.
Прошло еще много миллионов лет, в процессе которых проходила специализация этих двух адаптационных стратегий, и происходила она по половому признаку. Женский пол все больше брал на себя консервативную стратегию, гарантирующую
Опираясь на эти данные, многие ученые, несмотря на свою принадлежность к мужскому полу (не буду называть сейчас их имена), проявляют исключительный консерватизм! Им кажется, что данные, полученные в результате этого анализа, позволяют сказать, что женщины – существа, играющие в эволюции роль хоть и базисную, но второстепенную. Тогда как мужчины – впереди планеты всей. Так вот, это глупость, что мы и докажем чуть ниже.
...Каждый, прежде всего, решительно предпочитает и страстно желает самых красивых особей, т. е. таких, в которых родовой характер запечатлен с наибольшей чистотой; но потом ищет он в другой особи таких совершенств, которых недостает ему самому, и даже те несовершенства, которые противоположны его собственным, находит он прекрасными.
Разделение полов в процессе эволюции не может быть простои случайностью, это было зачем-то нужно природе, в противном случае она бы просто не пошла по пути создания такой сложной и не всегда идеально работающей системы. Но было бы неправильно думать, что это такое простое распределение ролей, задач и функций. Здесь дело в другом – природа предусмотрела разные возможности освоения жизни, и один из них не лучше и не хуже другого. Эти стратегии позволяют добиться разных результатов, а сочетание этих результатов дает ощутимо большую массу знаний и возможностей и значимо более высокий конечный результат.
Непреходящее значение «секса»
Полагаю, что физиология процесса полового размножения всем хорошо известна: в яичниках самок высших животных формируются женские половые клетки – яйцеклетки, а в семенниках самцов – сперматозоиды. Далее происходит осеменение, под которым понимают «совокупность процессов, обуславливающих встречу мужских и женских половых клеток». Эти клетки сливаются, и образуется новый организм, несущий в себе генетическую информацию от обеих родительских особей. Вне зависимости от того, станет ли эта особь «маменькиным сыночком», или «папиной дочкой», или несчастливцем «без роду и племени», она будет на 50% генетического материала – мама, а на 50% – папа.
И если при бесполом размножении особи сливались воедино лишь из «корыстных» соображений повышения вероятности собственного выживания, то теперь, при половом размножении, две особи «имеют секс» в интересах всего вида, в интересах самой жизни, можно сказать. Подобный «альтруизм» настолько вдохновил впечатлительного Артура Шопенгауэра, что великий немецкий философ даже усмотрел в акте копуляции проявление «Мировой Воли».
Две взаимодополняющие стратегии адаптации – стабильность и изменение, – прежде слитые воедино, кажется, окончательно размежевались и обрели собственное лицо. Стабильность и изменчивость разорвали единую ткань пола, придав ему два облика – женский и мужской. Теперь стабильность является функцией женского, а изменчивость – качеством мужского.
Сейчас мы рассмотрим ставшую уже классической иллюстрацию этой закономерности естественного отбора. Представим себе следующую ситуацию. Если в стаде, насчитывающем 100 голов, 99 коров и всего один бык, то количество приплода будет около ста, т. е. максимальным, что увеличит
Более того, в подобной ситуации этот самец может оказаться откровенным слабаком (он ведь даже не прошел элементарный этап конкурентной борьбы за самку!). Какова будущность его потомства? В природе такая расстановка сил грозит виду вымиранием. Если же стадо в 100 голов будет состоять поровну из самцов и самок, то часть самцов в конкурентной борьбе проявит себя с лучшей стороны и покроет нескольких самок, тогда как слабые мужские особи не оставят потомства. Естественный отбор гарантирует улучшения качества потомства, но приплод будет в два раза меньше, нежели в первом случае, – не 100, а 50. Стабильность вида за счет прироста поголовья пострадает, но этот недостаток будет компенсирован естественным отбором и изменчивостью.
Таким образом, в естественной природе стабильность, т. е. количество потомства, обеспечивают самки, а изменчивость и качество этого потомства – самцы. Впрочем, категории количества и качества более чем ненадежны, ведь самцы, озабоченные стремлением сохранить свои гены для будущего, пытаются оплодотворить как можно большее число самок: так, многие скакуны могут похвастаться 300 и даже 400 официальными потомками, тогда как потомство одной кобылы никогда не превысит и двух десятков. Здесь мы видим, что это именно самцы стремятся к количеству, а самки – к качеству.
Тут-то и возникает парадокс, которому большинство ученых не придает никакого значения. Согласитесь, мужчинам куда проще и приятнее думать, что они – это такие замечательные, «белые и пушистые» существа, на которых держится прогресс, а женщины – существа «болеющие», ригидные, консервативные, блюдут традицию и нового не понимают. Все это вкладывается в традиционный стереотип восприятия представительниц слабого пола. Конечно, было бы большой ошибкой отвергать с порога разделение полов по тем эволюционным ролям, которые мы уже сформулировали: мужчины – изменчивость, женщины – стабильность. Однако это только половина правды, а зашоренные половыми предрассудками ученые мужи прозевали один весьма существенный момент...
Курица – это всего лишь способ для яйца произвести на свет еще одно яйцо.
Поделиться книгой: