Сплошные сложности

- Насколько страшной была та авария?

- Никто в отделе ухода за выздоравливающими не сказал тебе?

- Кое-что сказали. – Челси пожала плечами и откусила кусочек чесночного хлеба. – Они дали мне папку с его расписанием и еще кое-какой информацией.

- А ты не прочитала?

- Я проглядела.

Бо округлила глаза:

- Челси!

- Что? Я видела, что к нему два раза в неделю приходит физиотерапевт, а остальное собираюсь прочитать завтра. Я никогда ничего не читаю до самого последнего момента. Так у меня в голове всегда свежая информация.

- Это было твоим постоянным оправданием в школе. Просто чудо, что ты смогла ее закончить.

Челси ткнула куском хлеба в сторону сестры:

- Что случилось с Бресслером?

- В прошлом январе он попал на гололед на мосту на шоссе Пятьсот двадцать. Его «хаммер» перевернулся три раза, - Бо сделала глоток вина. – Это было ужасно. Огромный внедорожник выглядел так, будто его сжали. Никто не думал, что Марк выживет.

- У него… - Челси постучала пальцем по виску… - с головой не все в порядке?

Это могло бы объяснить его грубое поведение и то, что ему не понравилось ее платье от Пуччи.

- Я не уверена насчет его мозгов.

- Я знала визажиста, которая работала в «Молодых и дерзких». После того как она стукнулась головой о балкон, она так и не стала прежней. Как будто у нее сломался какой-то фильтр, и все, что у нее было на уме, то было и на языке. Она сказала одному из режиссеров, что у него дерьмо вместо мозгов. - Челси доела хлеб и добавила: – Это было правдой, но ее все равно уволили.

- Я думала, ты была статистом в «Смелых и красивых».

- Это было в прошлом месяце. А в «Молодых и дерзких» я работала примерно три года назад. – Челси пожала плечами. – Я играла девушку из бара, носила топ без бретелек и пару «Дэйзи Дюк». Моей репликой было: «Хочешь купить девушке выпить?»

Челси надеялась, что это блестяще произнесенная фраза превратится в постоянную роль, но, конечно, такого не случилось.

- У меня есть «Слэшер кэмп», - сказала Бо с улыбкой. – Мы можем перемотать на твою сцену и смотреть ее снова и снова.

Челси засмеялась. Она изображала шлюху номер один, разрубленную топором, буквально, во второсортном фильме.

- Думаю, это был мой самый лучший крик.

- А я думала, твой лучший крик был в «Убийце Валентина».

- Тот тоже хорошо получился.

И снова она была шлюхой номер один, которую убивали. В тот раз закололи ножом в сердце.

- Мама ненавидит фильмы ужасов.

Челси взяла свой бокал с вином и посмотрела на хорошую успешную сестру:

- Мама ненавидит почти все, связанное со мной.

- Нет, это не так. Она ненавидит видеть тебя покрытой кровью и полуголой. Она просто беспокоится о тебе.

Вот еще одна тема, на которую Челси не хотела говорить. В основном из-за того, что этот разговор всегда заканчивался одинаково. Бо страдала, потому что все думали, что сестра – бестолочь. Импульсивная и порывистая: в семье полной агрессивных трудоголиков кто-то должен был оказаться козлом отпущения.

- Расскажи мне о Бресслере, - сказала Челси, намеренно меня тему.

Бо вышла из-за стола, взяв пустую тарелку и бокал:

- Он в разводе.

Об этом Челси, вероятно, могла догадаться. Встав, она допила вино.

- Дети?

- Нет.

Взяв свою тарелку, она последовала за сестрой на кухню:

- Он был капитаном. Так?

- Примерно последние шесть лет. – Бо поставила посуду в раковину и взглянула на сестру через плечо. – Его статистика в НХЛ была одной из лучших, и если бы он играл в победном матче вчера ночью, то бы выиграл приз самого ценного игрока. – Включив воду, она сполоснула тарелку. – На следующий день после аварии вся команда была в раздрае. Настоящий хаос. Все беспокоились за Марка, но также беспокоились и о команде, и о том, как потеря капитана отразится на шансах «Чинуков» выиграть Кубок. Покойный мистер Даффи действовал быстро и купил Тая Саважа. Все были потрясены тем, насколько хорошо это сработало. Саваж пришел и проделал невероятную работу, оказавшись в шкуре Марка. Ну, или в его коньках. Марку не нужно было беспокоиться ни о чем, кроме выздоровления.

Прошлым вечером Челси была на матче с Бо и Джулсом Гарсией – ассистентом миссис Даффи и точной копией Марио Лопеза. Того Марио, который стал приглашенной звездой в сериале «Части тела». А не Марио из «Спасенные звонком».

Челси не была такой уж фанаткой хоккея, но ей пришлось признать, что она оказалась охваченной лихорадкой и еле усидела на стуле. Они остались на церемонию вручения Кубка и смотрели, как все игроки катаются по кругу, подняв приз над головой, как герои-завоеватели.

- Бресслер был вчера в арене? – Она открыла посудомойку и загружала ее, пока сестра споласкивала тарелки.

Бо покачала головой:

- Мы прислали за ним машину, но он не показался. Думаю, у него бывают хорошие и плохие ночи. Наверное, вчера у него была плохая ночь.

Челси вытащила верхнюю подставку и положила на нее бокалы.

- Должно быть, для него большое облегчение знать, что его авария не стоила команде Кубка.

- Представляю. Он чуть не умер, так что у него были заботы поважнее. – Бо передала ей тарелку.

– И я думаю, если человек ходит после подобной аварии, он должен чувствовать себя счастливым, что остался жив. Я знала каскадера, который упал из горящего здания и неудачно ударился о мат. Очнувшись от комы, вернулся в колледж, и теперь он адвокат, который занимается вопросами нанесения ущерба здоровью. Этот случай изменил всю его жизнь и заставил взглянуть на нее с правильной стороны.

- Да. Иногда происходит что-то неожиданное, что может изменить твою жизнь. – Выключив воду, Бо вытерла руки. – Что ты будешь делать с премией в десять тысяч?

Челси закрыла посудомойку и отвернулась. Если на планете имелся хоть один человек, умевший читать ее, даже когда она этого не хотела, то этим человеком была ее сестра.

- Я не решила.

- Как насчет колледжа?

- Может быть, - она зашла в гостиную и провела пальцем по искусственному папоротнику, с которого следовало стереть пыль.

- А что насчет инвестиций? Я могу свести тебя со своим брокером.

Челси могла солгать, но сестра узнала бы об этом. Уклончивый ответ – вот лучшая тактика.

- У меня есть время, я подумаю об этом.

- Ты не можешь просто спустить все на дизайнерскую одежду.

- Мне нравится тратить деньги на одежду. – Когда у нее есть деньги, которые можно потратить. – Особенно на дизайнерскую одежду.

- Что ж, мне жаль, что приходится говорить тебе это, но Марк Бресслер прав. Ты - коллизия несочетающихся цветов.

Челси повернулась и посмотрела на сестру, стоявшую в дверном проеме кухни, одетую в белое и черное с короткими темными волосами, забранными в толстый хвост. Она чуть не улыбнулась, услышав от сестры свое описание.

- Премия, которую ты получишь от программы по уходу за выздоравливающими не будет иметь смысла, если ты потратишь ее на одежду. Если ты сейчас запишешься, то сможешь пойти в колледж этой осенью.

Они не говорили об отъезде Челси, но сейчас настало время для такого разговора.

- Осенью меня здесь не будет. Я вернусь в Лос-Анджелес. – Она ожидала, что сестра начнет протестовать, пытаться убедить ее остаться, чтобы они могли жить поближе друг к другу.

Она не ожидала, что следующие слова Бо станут для нее подобно удару в грудь.

- Тебе тридцать и пришло время быть ответственной, Челси. Ты попробовала все эти актерские штучки. Тебе нужно ставить более реалистичные цели.

Челси знала: остальные члены семьи считали, что ее погоня за актерскими мечтами – глупа. Она знала, что они закатывали глаза и говорили, что она нереалистична, но не знала, что Бо тоже так считает.

Удар превратился в легкое покалывание в уголке сердца.

- Если внезапно я стану ответственной, о чем станут все разговаривать, когда я выхожу из комнаты?

Остальные родственники могли сколько угодно говорить, чего они хотят от Челси, и это никогда не ранило так сильно, как сейчас, когда то же самое сказала Бо.

Сестра вздохнула:

- Ты не можешь играть в фильмах ужасов всю оставшуюся жизнь. И ты действительно хочешь вечно оставаться чьим-то ассистентом?

Челси заправила волосы за уши. Нет, она не хотела вечно быть чьим-то ассистентом. И она лучше, чем кто-либо знала, что не сможет сниматься в фильмах ужасов всю оставшуюся жизнь, потому что становилась слишком старой. Но у нее был план. Когда она убегала из Лос-Анджелеса, у нее не было особого плана. Кроме как убраться из города до того, как кого-нибудь убьет. Спасибо команде «Чинуков»: теперь план у нее был.

- Не будь такой грустной и обиженной. Я просто сказала, что пришло время повзрослеть.

- Зачем? Ты достаточно взрослая для нас обеих, - сказала Челси, умудрившись не высказать боли, которую чувствовала.

- Приходится. Ты всегда была веселой близняшкой. Той, с которой все хотят быть рядом, - Бо сложила руки под грудью. – Той, которая закатывает вечеринки, когда папа и мама уезжают из города, а я была той, кто бегает с подставками для стаканов, чтобы банки пива твоих друзей не оставили кругов на мамином кофейном столике. Той, которая все чистила после, чтобы у тебя не было неприятностей.

Покалывание переместилось от сердца к глазам.

- Ты бегала повсюду с подставками под кружки, потому что всегда хотела, чтобы все считали тебя хорошим близнецом. Умным близнецом. Ответственным близнецом. – Она ткнула пальцем в сторону сестры: – И тебе никогда не приходилось подчищать за мной.

- Я все еще подчищаю за тобой.

- Нет. Это не так.

- Тогда почему ты здесь?

- Потому что нуждалась в своей сестре. – Челси прижала руку к животу, как будто ее ударили, но не заплакала. Она была лучшей актрисой, чем ее считали. – Я собиралась съехать от тебя, как только получу первую зарплату, но мне не нужно ждать. У меня достаточно денег, чтобы заплатить за первый месяц аренды плюс задаток. – Челси посмотрела в голубые глаза сестры. Они с Бо были такими разными. И все же похожими в намного больших вещах, чем внешность, и они точно знали, что сказать, чтобы причинить друг другу боль. - Я знаю, вся семья считает, что я бестолочь, но не знала, что и ты так думаешь.

Бо опустила руки:

- Теперь знаешь.

- Да. - Челси повернулась и пошла к гостевой спальне. – Теперь знаю.

Она удалилась прежде, чем эмоции пересилили ее способность контролировать их. Тихо закрыла дверь за собой и села на край кровати. Бо была другой половинкой души Челси. Единственным человеком в мире, который мог причинить ей боль.

Вытянувшись на постели, Челси уставилась на стену. Она чувствовала себя лузером только когда находилась в кругу своей семьи. Мать была успешным промоутером в Вегасе. Отец работал кардиологом, пока не умер три года назад. Брат – адвокат в Мериленде. Старшая сестра жила во Флориде: дипломированный бухгалтер, который имеет кучу клиентов и ворочает миллионами. Бо работала в промоутерском отделе хоккейной команды, выигравшей Кубок Стэнли. А Челси… была безработной актрисой.

Она была несчастлива из-за своей жизни только когда находилась рядом со своими родными. Ей бы хотелось доставить удовольствие всем им тем, что она известная личность и имеет должный статус. Ей бы хотелось получать роли в хороших фильмах и сериалах. Она бы убила за то, чтобы в ее портфолио было что-то большее, чем фильмы ужасов, эпизодические роли в сериалах и телевизионной рекламе. И определенно хотела, чтобы ее резюме не было заполнено таким количеством незаметных ролей, что Челс даже немного смущалась. Но это не значило, что она – несчастный человек. Это не так. Конечно, жизни в Голливуде она наелась досыта. Ей нужен был перерыв. Может быть, решение уехать было немного поспешным, но Челси собиралась вернуться. И когда она вернется, то станет лучше, чем когда-либо. Ее тело станет более пропорциональным. Больше никакой боли в спине. Никакой боли в плечах. Никаких ролей шлюх.

Перевод

Позади нее открылась дверь, и Челси почувствовала, как матрас прогнулся под весом сестры.

- Я не хочу, чтобы ты уезжала.

Челси вытерла слезы:

- Я думаю, так будет лучше.

- Нет, - Бо прижалась к ней, будто они снова были детьми, и обняла рукой за плечи. – Мне нравится, что ты здесь, и я хочу, чтобы ты оставалась столько, сколько пожелаешь. Прости, что я все это сказала. Я не думаю, что ты бестолочь. Думаю, что ты импульсивная, и очень за тебя беспокоюсь.

Повернувшись, Челси посмотрела в голубые глаза сестры:

- Знаю, но ты не должна. Я уже долго забочусь сама о себе. Может быть, не благодаря тем профессиям, которые нравятся тебе или маме, но я никогда не голодала.

За исключением нескольких недель вначале, когда она жила в машине, но семья об этом не знала.

- Мне жаль, я разозлилась и сказала тебе все это. Просто хочу, чтобы ты осталась. Я скучала по тебе.

- Я тоже скучала и тоже сожалею. – Сестра была инем для ее яня. Темнотой ее света. Одна не могла существовать без другой. - Я люблю тебя, Бо.

- Я тоже люблю тебя, Челс. Прости за то, что я сказала о твоей одежде. Знаю, то, что ты носишь, важно для тебя. - Бо чуть сжала ее в объятиях, и она услышала улыбку в голосе сестры: – Они не такие уж и не сочетающиеся.