Помоги проекту - поделись книгой:
ЧАСТЬ II. ПЕРЕД ШТУРМОМ
Глава 1. Четыре фазы типовой антитеррористической операции
Эффективная операция по освобождению заложников — это результат реализации большим числом людей разнообразных навыков, каждый из которых имеет решающее значение для конечного успеха.
Одновременно с попытками добиться мирного исхода инцидента за счет знания психологии террористов, переговорщик занимается выяснением данных, которые могут пригодиться группе захвата, если ее участие все же понадобится.
Специалисты по сбору информации с помощью технических и иных средств накапливают и постоянно обновляют сведения о террористах, заложниках, месте происшествия.
Снайперы и наблюдатели изучают ситуацию, готовясь при необходимости разрешить ее несколькими прицельными выстрелами.
Группа захвата — люди в черном, с пистолетами-пулеметами и в противогазах — готовит план действий на случай, если их призовут в качестве «последнего довода».
Захват заложников может оказаться следствием самых разных обстоятельств. Это может быть террористический акт, организованный мусульманскими экстремистами, неудавшееся преступление, жизненные проблемы или попытка самоубийства руками полицейского.
В последнем случае злоумышленник пытается свести счеты с жизнью, угрожая уничтожить заложников и тем самым провоцируя полицию на самые решительные действия. Сценарий с неудавшимся преступлением обычно разворачивается, когда полиция пытается воспрепятствовать ограблению банка, магазина и т.д. В этом случае преступники берут заложников, рассчитывая, что под их прикрытием удастся беспрепятственно скрыться.
Каким бы ни был случай из перечисленных выше, операция по освобождению заложников обычно делится на четыре фазы:
Первая фаза сводится к изоляции того здания или транспортного средства, где находятся террористы и заложники, а также к охране периметра. Необходимо помешать преступникам скрыться, а также оградить зону оцепления от проникновения посторонних лиц и сообщников преступников. Группа охраны периметра включает в себя снайперов, которые выполняют несколько важных функций. Они осуществляют общее наблюдение; нейтрализуют людей, представляющих угрозу для бойцов штурмовой группы; обеспечивают прикрытие этой группы после начала атаки.
Вторая фаза — это переговоры, сбор разведданных и подготовка штурмовой группы. Поскольку террористы почти всегда выдвигают какие-то требования, переговоры неизбежны. Пока идут переговоры, собирается разведывательная информация и разрабатывается план штурма. Иногда, хотя и редко, с помощью переговоров удается разрешить ситуацию мирным путем. Гораздо чаще результатом умело выстроенного переговорного процесса может стать освобождение части заложников — в первую очередь детей и женщин. И только тогда, когда все средства мирного разрешения ситуации исчерпаны, становится неизбежным переход к третьей фазе операции.
Третья фаза — штурм. Успех операции, в конечном счете, будет зависеть от скорости проникновения штурмовых групп в здание или транспортное средство и от степени координации их действий. Снайперы из состава группы охраны периметра обеспечивают огневое прикрытие штурмовых групп.
Четвертая фаза — зачистка. Проникнув в здание или транспортное средство, штурмовые группы быстро и методично зачищают комнаты, коридоры и лестницы от террористов. Главная цель — помещение, где удерживаются заложники. При штурме авиалайнеров, железнодорожных вагонов или автобусов штурмовые группы атакуют все входы одновременно.
Во второй части книги мы в деталях проследим развитие ситуации с захватом заложников от начального этапа блокирования места происшествия до того момента, когда все мирные способы разрешения ситуации будут исчерпаны, когда все разведданные будут собраны, когда штурмовая группа будет полностью готова к решающему броску, и останется только отдать последний приказ — «Вперед!»
Глава 2. Блокирование места происшествия
Как правило, первыми к месту теракта прибывают полицейские. Если к моменту их прибытия преступники еще не убивают своих пленников, то еще есть время для того, чтобы приступить к необходимым мероприятиям первой фазы операции по освобождению заложников. Нужно как можно быстрее блокировать место происшествия, чтобы не дать злоумышленникам скрыться, а посторонним проникнуть в опасную зону. В частности, необходимо лишить террористов доступа к средствам связи, насколько это возможно при наличии мобильных телефонов. Необходимо лишить их общения с журналистами и с представителями местных властей. Преступники могут контактировать только с теми лицами, которые официально уполномочены вести с ними переговоры.
Первые прибывшие полицейские занимают позицию, позволяющую наблюдать за максимально большой площадью вокруг эпицентра событий, а с прибытием подкреплений заполняют пустоты по всему периметру. Офицеры кинологической службы особенно полезны при организации периметра оцепления.
Исключительно важно максимально ограничить свободу передвижения преступников. Необходимо исключить вероятность того, что злоумышленники скроются на автомобиле или автобусе вместе с заложниками, или захватят автомобиль и заставят водителя вывезти их из опасной зоны. При захвате самолета в аэропорту нельзя дать самолету взлететь и т.д. Организовывая первичного оцепления не менее важно выявить свидетелей, которые могут сообщить сведения о террористах, заложниках и обстоятельствах захвата. Обращаем внимание на четыре базовых момента, являющихся первоначальной реакцией на ситуацию с захватом заложников:
1. Блокирование — лишение террористов пространства для маневра.
2. Контроль — ограничение перемещений как террористов, так и тех, кто может попытаться проникнуть в опасную зону.
3. Коммуникация — скорейшее налаживание контакта с преступниками. Однако переговоры должны начаться только с прибытием специалиста-переговорщика.
4. Координация — начальная оценка сил и средств, необходимых для разрешения ситуации. Что нужно немедленно? Обычно это группа захвата, бригада «скорой помощи», пожарная служба, специалист-переговорщик, ответственный за работу со СМИ и т.д.
При организации первоначального периметра оцепления, возможно, потребуется эвакуировать жителей близлежащих домов, которые могут пострадать от выстрелов.
Следует учитывать важность временного фактора. Обычно злоумышленники наиболее активны, а обстановка особенно напряжена в первые тридцать минут. Именно поэтому так важно организовать первичное блокирование места происшествия.
Основное правило таково: чем дольше сохраняется стабильность ситуации, тем вернее шансы на ненасильственное ее разрешение. Если ни заложники, ни мирные граждане не становятся жертвами преступников, задача прибывших после блокирования периметра — сделать все для стабилизации обстановки. А затем ждать группу захвата и переговорщика.
С прибытием достаточного числа полицейских и сотрудников спецслужб устанавливаются внешний и внутренний периметры оцепления.
Особенно важно, чтобы офицеры оцепления внутреннего периметра нашли для себя укрытие, способное защитить их от пуль и в то же время позволяющее вести наблюдение за выходами или окнами в которых могут появиться преступники. Занятая позиция должна исключать попадание под перекрестный огонь коллег и преступников. Знание вида оружия, которым располагает одна и другая сторона, позволит выбрать наиболее подходящий тип укрытия, а также решить, не следует ли перенести внешнее оцепление дальше в том случае, например, если стрелки вооружены винтовками.
Как правило, специально подготовленные группы, имеющие в своем составе снайперов, сразу после прибытия занимают позиции оцепления по внутреннему периметру и принимают на себя основные функции по блокированию террористов. Они располагаются на дистанции эффективного огня на тот случай, если противник предпримет попытку прорыва.
Сотрудники, формирующие внешний периметр, имеют дело с зеваками, представителями прессы и другими посторонними лицами. Эти сотрудники, как правило, офицеры полиции, должны понимать важность стоящей перед ними задачи. Известно, например, что во время блокирования театра на Дубровке, сообщники террористов, информировали их о происходящем вокруг театра.
Внутреннее оцепление обеспечивает прикрытие группы захвата, когда та выдвигается для штурма. На группу внутреннего оцепления нередко возлагается задача применения химических средств, например слезоточивого газа.
Участникам оцепления важно учитывать, что в определенный момент зона происшествия может превратиться в место преступления. Это означает, что участники оцепления должны сохранить его для следствия, которому предстоит подготовить собственное компетентное заключение.
Глава 3. Оперативное управление операцией. Штаб и командный пункт
Сразу после прибытия на место событий старший офицер, ответственный за руководство операцией, определяет расположение командного пункта, где он и сам будет находиться.
Командный пункт должен располагаться достаточно близко к месту происшествия, чтобы руководящий состав операции мог визуально наблюдать за происходящим, поддерживать тесный контакт с подключенными к ее проведению сотрудниками, но не настолько близко, чтобы оказаться под огнем.
Многие крупные антитеррористические структуры имеют передвижные командные пункты, которые при необходимости могут в кратчайшие сроки оказаться на месте происшествия или преступления. Такие мобильные командные пункты оборудованы средствами связи и телемониторами, там находятся необходимые инструкции и специальное оснащение.
В первые же минуты руководителю операции предстоит выяснить ключевые аспекты ситуации и решить, потребуется ли для ее разрешения подключение специальных сил и средств. Он должен также удостовериться в наличии оцепления и с том, что досужие наблюдатели и пресса находятся на безопасном расстоянии от эпицентра событий. В максимально сжатые сроки ему необходимо реально оценить возможности имеющегося у него в распоряжении личного состава и решить, какие силы и средства нужно будет затребовать дополнительно.
И как можно быстрее, еще до прибытия запрошенного подкрепления, необходимо приступить к выработке простого и гибкою плана на тот случай, если злоумышленники начнут убивать заложников.
Не исключено, что на раннем или промежуточном этапах кому-то из заложников удастся вырваться из здания или они будут выпущены оттуда. Необходимо проявить бдительность и убедиться, что это действительно невинные жертвы, а не пытающиеся скрыться преступники. После того как будут установлены личности отпущенных или бежавших нужно тщательно их опросить для получения любой даже самой минимальной полезной информации.
Когда бойцы спецподразделений займут позиции по внутреннему периметру оцепления, высвободившиеся офицеры полиции могут усилить внешний периметр. По мере развития событий участники внешнего оцепления следят за тем, чтобы представители СМИ не пытались приблизиться к месту происшествия, не снимали подготовительные действия группы захвата, поскольку это может иметь самые трагические последствия.
Бойцы спецподразделений, находящиеся во внутреннем оцеплении, должны получить четкие инструкции относительно возможности открытия огня. Они должны знать, как располагаются их товарищи по периметру для определения безопасных секторов обстрела. У них должна быть информация о расположении преступников и о том, как они вооружены. Радиостанции участников оцепления должны работать в режиме приема.
Особо нужно указать на необходимость передвигаться по периметру опасной зоны незаметно для противника, с использованием защитных укрытий.
Существуют два подхода к вопросу о совместном пребывании на командном пункте переговорщиков и тех, кто принимает решение об использовании снайперов и штурмовых групп. Существует вероятность, особенно это касается неопытных переговорщиков, что сами того не желая, они могут «подать сигнал» злоумышленникам о надвигающемся штурме. Насторожить могут изменения в голосе или манере ведения переговоров.
Вместе с тем переговорщик — ценный источник информации, к тому же способный отвлечь внимание преступника на начальном этапе штурма, заставить его занять более удобную для снайпера позицию. Во время операции освобождения заложников в иранском посольстве переговорщик полиции до последнего «держал» на телефоне лидера террористов. Он твердил: «Успокойтесь, никакого подозрительного движения», — за мгновение до того, как бойцы SAS ворвались в комнату и пристрелили главаря!
В качестве компромиссного можно предложить следующий вариант: переговорщик и те, кто планируют штурм, размещаются на одном командном пункте, но с разных помещениях.
В том случае, если инцидент достаточно серьезен и необходима координация действий различных силовых и властных структур, становится необходимым создание оперативно-тактического центра или штаба управления операцией. Такой штаб будет заниматься сбором и обработкой информации, поддерживать контакт со всеми вовлеченными в конфликт и заинтересованными сторонами.
В рассмотренном нами случае захвата авиалайнера в Алжире французы немедленно создали координационный штаб во главе с премьер-министром страны. Такой высокий уровень руководства потребовался в связи со сложностью ситуации: переговоры на уровне глав правительств двух стран, возможный штурм самолета в аэропорту другой страны. Были немедленно задействованы все необходимые службы и ведомства: Министерство иностранных дел, Министерство внутренних дел, разведывательные службы, спецподразделения жандармерии, авиакомпания «Эр Франс» и т.д. Именно в координационный штаб пришли разведданные о том, что террористы намерены взорвать самолет над Парижем. Эти данные были переданы затем руководителю операции капитану Фавье, который находился на своем командном пункте в диспетчерской вышке марсельского аэропорта.
Между прочим, вместе с ним в диспетчерской находились и переговорщики.
Безусловно, действия кризисного штаба оказались успешными: удалось добиться вылета самолета из Алжира и посадить его в Марселе, была получена решающая разведывательная информация и принято решение о штурме. При этом штаб не «давил» на руководителя операции, и капитан Фавье продолжал тянуть время, изматывая террористов и выжидая наиболее подходящий момент для штурма.
В связи с этими событиями невозможно не вспомнить о том, что случилось в аэропорту Никосии 18 февраля 1978 года. Террористы захватили самолет кипрских авиалиний, который должен был вылететь рейсом в Каир. Большинство пассажиров самолета были египтянами. В ответ на этот теракт в Никосию вылетела команда египетского спецназа «Форс 777». Не согласовав свои действия с кипрскими властями, команда спецназа приземлилась в аэропорту и с ходу предприняла попытку штурма. Такие скоропалительные действия вылились в перестрелку с солдатами кипрской национальной гвардии, которые осуществляли оцепление захваченного самолета. Кипрские гвардейцы решили, что имеют дело с боевиками, пришедшими на помощь захватчикам самолета.
В результате 15 египетских коммандос были убиты, а остальные получили ранения. Кроме того, было убито несколько национальных гвардейцев, а штурм самолета так и не состоялся.
Конечно, освобождение заложников в Марселе — случай исключительно сложный, но и в более «простой» ситуации оперативно-тактическому центру приходится решать огромное число всевозможных проблем. Прежде всего, это сбор информации о месте происшествия, о террористах и их заложниках. Вопросы получения разведывательных данных мы рассмотрим отдельно, но прежде перечислим вопросы, которые придется решить штабу операции.
Незамедлительно нужно будет подготовить и предоставить в распоряжение командного пункта все затребованные им силы и средства. Это означает привлечение и самую тесную совместную работу с полицией, спецназом МВД и, возможно, с военными.
Предстоит наладить контакты с местными властями. Возможно, придется выселять жителей из соседних домов, а значит и где-то их расселять. Не исключено, что понадобится налаживать снабжение заложников водой, продуктами, лекарствами и теплыми вещами. Надо будет организовать питание людей, вовлеченных в операцию, обеспечить их туалетами и т.д.
На месте событий обязательно должен быть медицинский персонал. Среди заложников могут оказаться люди пожилые или люди со слабым здоровьем. Им может потребоваться врачебная помощь. Помощь может потребоваться и самим террористам, если кто-то из них ранен. Как показала практика, преступники могут согласиться с тем, что врач войдет прямо в захваченный объект. Они могут даже отпустить заложника, у которого случились большие проблемы со здоровьем, например сердечный приступ. Поэтому поблизости от места происшествия должен быть создан медицинский пункт первой помощи, а при большом количестве заложников возможно даже развертывание временного госпиталя. Бригады скорой помощи должны быть на месте событий к началу штурма.
Для успешного проведения операции понадобится помощь различных компетентных советников, таких, например, как пожарные, специалисты по водоснабжению и канализации, электрики, инженеры, отвечающие за пожарную и охранную сигнализацию, а также любые другие люди, хорошо знакомые с местом, где преступники держат заложников и скрываются сами. Например, при подготовке штурма захваченного террористами театра на Дубровке привлекались диггеры — любители, чьим увлечением является исследование подземных сооружений и коммуникаций.
Ни в коем случае нельзя оставлять без внимания журналистов. Для работы с ними должны быть назначены специальные представители штаба. Информация должна быть достаточно подробной — в демократическом обществе люди имеют право знать, что происходит. Разумеется, эта информация должна быть тщательно отфильтрована, и не давать возможность террористам узнавать о каких-то действиях, о которых им знать не следует.
Во время уже упоминавшегося случая захвата заложников в театре на Дубровке произошел такой ляпсус. Примерно через три часа после захвата театра по центральному телевидению выступал один из продюсеров мюзикла Александр Цекало. Корреспондент телевидения, которого иначе, как идиотом, не назовешь, спросил Цекало: «Что вы могли бы посоветовать десантникам? Как им лучше проникнуть в театр?» И Цекало в прямом эфире (!) стал в подробностях рассказывать о планировке театра и о наиболее удобных местах проникновения! А между тем террористы в течение всех драматических событий слушали радио и внимательно следили за новостями на небольших экранах переносных телевизоров. Этот случай еще раз показывает, почему журналисты не должны контактировать с людьми, вовлеченными в операцию.
И еще одну задачу предстоит решить штабу операции: попытаться найти участок, здание, транспортное средство, которые в максимальной степени воспроизводил бы место происшествия, и где группа захвата смогла бы отрепетировать предстоящий штурм. Тренировочная площадка должна находиться поблизости от места действия, чтобы при необходимости группа могла быстро вмешаться в ситуацию. Например, если события разворачиваются в многоэтажном здании, возможно, потренироваться удастся на одном из этажей в офисных или жилых помещениях аналогичных тем, в которых находятся заложники.
Напомним, что в описанном выше случае захвата самолета в аэропорту Алжира французские спецназовцы вылетели к месту события на точно таком же Аэробусе А-300, какой был захвачен террористами.
Без полной и точной информации антитеррористическая операция скорее всего закончится провалом. Именно отсутствие точной информации привело к трагедии в Маалоте. Мы уже писали о том, как палестинские террористы захватили школу в этом израильском городе. В заложниках оказались 89 человек, из них 85 детей. Из-за того, что бойцы спецназа «Сайерет Маткаль» не знали точного места нахождения террористов, погибли 22 школьника и трое взрослых, более 50 человек были ранены.
Итак, в штаб стекается разнообразная разведывательная информация. Аналитики должны систематизировать эту информацию по категориям, что облегчит ее доведение до конкретных пользователей. Структура анализа может содержать следующие разделы:
• преступники;
• заложники;
• здание;
• оружие преступников и боеприпасы;
• требования преступников: а) существующие, б) смягченные, в) ужесточенные;
• планы этажей;
• коммуникации;
• медицинские проблемы.
По каждому разделу разведывательной информации может оформляться стенд или грифельная доска с постоянным обновлением данных и подготовкой оперативных сообщений для снайперов, группы захвата, руководителя операции, переговорщика.
Возможно, что сведения о преступниках удастся получить из полицейских досье или досье спецслужб на террористов. Ценные сведения можно получить от отпущенных заложников, от офицеров полиции, первыми прибывшими к месту происшествия и, разумеется, от переговорщиков. Необходимо выяснить численность преступников, кто является их лидером, есть ли среди террористов женщины. Далее выясняется, каким оружием обладают террористы, есть ли у них бронежилеты, взрывчатка, противогазы.
Требования преступников следует уточнить. Кроме того, исходя из психологического портрета террористов, нужно оценить возможность смягчения требований, либо их ужесточения, которое может произойти от неверных действий штаба, переговорщиков либо оцепления.
Относительно заложников прежде всего нужно узнать их количество, сколько среди них женщин и мужчин, есть ли дети. Нужно уточнить возраст заложников, во что они одеты и как содержатся. Эти данные будут особенно важны в случае продолжительной осады.
Понятно, что особое значение имеет информация о захваченном объекте: будет ли это здание или транспортное средство. Прежде всего необходим план объекта, количество входов (двери, окна), материал из которого сделаны стены и крыши, коммуникации, подходящие к зданию. Важна каждая казалось бы мелочь: типы запоров на дверях и окнах, в какую сторону открываются внутренние двери, как открываются окна и т.д. Чрезвычайно важно определить место, где находятся террористы и их заложники.
Отметим, что во время подготовки к штурму бойцами SAS иранского посольства в Лондоне была создана крупномасштабная модель 50-комнатного здания посольства, со всеми деталями внутреннего расположения. Специалисты по электронной разведке, установив приборы наблюдения и подслушивающие микрофоны на стенах зданий, примыкающих к посольству, смогли определить достаточно точное местонахождение всех, кто был внутри. А затем место каждого террориста и каждого заложника было отмечено на модели. Всего на разведку и подготовку плана операции ушло пять дней.
Руководитель группы захвата, осматривая место происшествия, отмечает возможные укрытия: изгороди, кусты, углы зданий. Этими укрытиями могут воспользоваться как бойцы штурмовой группы, так и террористы в случае попытки бегства.
Четыре стороны строения часто обозначают цветами, этажи порядковыми номерами сверху вниз (дело в том, что у здания, стоящего на склоне, с разных сторон может быть разное количество этажей), окна также обозначаются цифрами слева направо. Тогда все участвующие в операции: группа захвата, снайперы, участники оцепления — будут однозначно понимать друг друга. Например, если преступник замечен в окне, сообщение об этом будет выглядеть следующим образом: «Террорист в третьем окне второго этажа белой стороны».
Примером успешного сбора разведданных может служить история освобождения заложников в японском посольстве, в перуанской столице. 17 декабря 1996 года в роскошном особняке японского посольства в Лиме дипломаты и высокопоставленные гости праздновали день рождения императора Японии. Приглашенных было несколько сотен. И без того тесные связи Перу с Японией стали еще теснее после того, как президентом страны стал Альберто Фухимори, японец по происхождению. Неожиданно звуки музыки сменили автоматная стрельба и взрывы.
Вскоре все информационные агентства мира разнесли новость: в Лиме боевики из «Революционного движения имени Тупак Амару» захватили здание японского посольства.
Посольство было превращено в настоящую крепость. Захватчики удерживали около 500 пленников и утверждали, что заминировали здание и готовы в любой момент взорвать его вместе с собой и с заложниками. Террористы требовали освободить из тюрем более 400 своих соратников, а также приостановить очередные либерально-рыночные реформы правительства.
Перуанские силовики требовали крови. Причем немедленно.
Возможно, перуанский президент пошел бы на штурм, если бы заложниками были рядовые граждане, но в захваченном посольстве оказались послы десятков государств, крупные бизнесмены и прочая влиятельная публика. Каждая жертва грозила обернуться скандалом. В Лиму со всего мира летели телеграммы — ради Бога, решите вопрос мирно! Фухимори выбрал золотую середину. Он не применял силу, но и не шел на принципиальные уступки. Он ждал. Переговоры не прекращались ни на один час А тем временем шла подготовка к штурму, важной частью которой был сбор разведывательных данных.
Среди заложников был адмирал Луис Джамперти, который, между прочим, был экспертом по разведке. Коллеги по заточению поглядывали на него с испугом — он подолгу беседовал с лампами, цветами в саду и даже с унитазом. «Бедняга, наверное, от шока тронулся умом».
Но Джамперти прекрасно знал, что делает — наверняка где-то в посольстве установлены подслушивающие устройства и с их помощью можно выйти на связь с внешним миром. Его усилия не пропали даром, штаб операции по освобождению заложников получил сообщения адмирала. Теперь нужно было установить двустороннюю связь.
Террористы согласились на передачу в посольство рождественских подарков. Бывшему полковнику досталось массивное распятие: «Старайтесь почаще общаться с Богом», — вручая подарок, сказал представитель Красного Креста, на самом деле работавший на совсем другое ведомство.
Джамперти понял намек и в тот же вечер решил проверить чудодейственные свойства подарка. Для поднятия духа заложников за стенами посольства играли военные марши. «Господи, да святится имя Твое, — сказал Джамперти, поднеся крест к губам, — сделай так, чтобы эти звуки исчезли, пусть заиграет танго». Через несколько минут «музыкальный заказ» был выполнен. Адмирал понял, что у него в руках миниатюрный приемопередатчик, выполненный в форме креста. Вскоре с помощью этого устройства были получены первые инструкции от штаба операции. Таким образом, секретная связь между заложниками и спецслужбами была установлена.
Кроме приемо-передатчика в посольство были доставлены миниатюрные микрофоны и видеокамеры, спрятанные в книгах, в бутылках с водой, в настольных играх. На Джамперти и на других офицеров, находившихся среди заложников, была возложена задача — разместить эти устройства по всему зданию. Спецслужбы знали все, что происходит в посольстве. Они выучили каждый его закоулок, отработали каждое движение на макете, специально спроектированном вдали от Лимы. Известен был и точный распорядок дня террористов.
Например, что после обеда они играют в футбол в спортзале, оставляя на охране 2—3 человека. Именно на это время в последствие был назначен штурм.
При планировании разведывательных мероприятий, связанных с предотвращением теракта, нередко игнорируются вопросы контр разведывательного обеспечения. Считается, что они более актуальны при организации войсковых операций. Последствия такого подхода могут быть самыми тяжелыми. Пресса, а также сообщники преступников, проявляют самый живой интерес к любым деталям предстоящей операции. Очевидно, что располагая информацией о планах спецслужб, террористы смогут опережать их действия. Соответственно штаб по проведению операции и командный пункт должны со всей серьезностью подходить к вопросам безопасности.
Структурно контрразведывательное обеспечение содержит следующие базовые элементы:
• Анализ подготовительных действий и идентификация информации, которая может оказаться полезной противной стороне.
• Выяснение того, кто выиграет от получения такой информации и идентификация возможных угроз.
Оценка уязвимости операции и выявлением возможных источников критически важной информации. К таковым могут относиться вспомогательные службы, пресса, люди, наблюдающие за тренировкой группы захвата, звуки, долетающие до ушей злоумышленников в процессе их общения с переговорщиком и т.д.
• Оценка рисков и их нейтрализация (например, самое простое — размещение переговорщика в отдельном помещении).
Поделиться книгой: