Прячьтесь! Будет ограбление!

  Оторвав от курицы ножку, Вертолет наклонился над тарелкой, вгрызся в ножку и исподлобья уставился на троицу. Пока он медленно жевал, не сводя с друзей пристального взгляда, по его подбородку текли струйки жира.

  Взяв салфетку, Вертолет вытер рот, разогнулся и сказал:

  – Чего-то я не догоняю. Зачем вам нужен совет медвежатника, если вы не собираетесь ничего вскрывать?

  – Какого медвежатника? – начав все понимать, по инерции переспросил Глебов.

  – Который занимается замками! – набычился Вертолет.

  Кашлянув, Глебов осторожно спросил:

  – Уважаемый Вертолет, а вы разве не грабитель?

  – Я что, ёпт, похож на гоп-стопщика?! – с грохотом стукнул кулаком по столу мужчина.

  Внезапно отмерев, Покровский тонким голосом пискнул:

  – Никак нет!

  – Да я в жизни ничего и ни у кого не забирал силой! – Вертолет продемонстрировал растопыренные пальцы. – Вот эти пальчики вскроют абсолютно любой замок. Мне без понту ходить по беспределу! Я человек уважаемой профессии! Понятно?! – Он брезгливо скривился. – А теперь двигайте отсюда, шпана!

  Выйдя из кафе на улицу, первое, что сделал Глебов, это схватил, нагнул и зажал голову Шутова под подмышкой. Выкручивая ухо друга, Сергей сквозь зубы процедил:

  – Грабитель, да? Настоящий профессионал? Сидел за сейфы?

  Безуспешно пытаясь оттянуть душащую его руку, Шутов прохрипел:

  – Ну за взлом сейфов. Я просто немного не так его понял. Я не спец по блатной фене. А он ни разу не произнес слово «медвежатник».

  – Да у меня больше опыта в грабежах, чем у твоего профессионального налетчика!

  – Зато он может помочь нам вскрыть сейф.

  – Осталось только найти сейф, – насмешливо заметил Глебов. – В котором есть деньги. Знаешь хоть один такой?

  Подняв перед собой, подобно прилежному школьнику, руку, Покровский произнес:

  – Я знаю...

Глава 13

  Помахивая пустой спортивной сумкой, Давыдов толкнул дверь секс-шопа, располагающегося рядом с оживленным перекрестком в спальном районе, под звон колокольчика вошел внутрь и принялся вытирать о коврик ноги. В просторном помещении со множеством заставленных игрушками и дисками стеллажей и вешалок с эротической бельем и тематической одеждой не было ни одного покупателя. Лишь за прилавкам сидел молодой, субтильного телосложения парень-азиат, да по стоящей напротив входа плазме, увенчанной веб-камерой, без звука крутилась реклама женского белья.

  Оторвавшись от чтения журнала, продавец печальным голосом с небольшим акцентом произнес:

  – Доброй ночи, шеф.

  – Какой доброй ночи? – поморщился Давыдов. – Где покупатели? Почему никого нет?

  – Почти двенадцать часов, шеф, среда. Покупатели давно спят.

  – Тогда чего ты маешься херней? Давай-ка, займись делом: помой полы, проверь, пересчитай и выставь товар. – Он легонько пнул стойку круглой формы с журналами, в которой было несколько пустых мест. – Почему здесь дырки? Поставь сюда «Мальчишек».

  – Будет сделано, шеф, – уныло откликнулся продавец.

  Зайдя за прилавок, Давыдов достал из кармана легкого черного пальто связку ключей, открыл сливающуюся с белой гипрочной стеной дверь, за которой обнаружилась решетка. Отыскав нужный ключ, Давыдов отпер решетку и прошел в тесную каморку, куда уместился лишь стол с компьютером и стул.

  Прикрыв за собой двери, Давыдов обошел стол, присел на корточки и принялся набирать код на стоявшем под ним сейфом. Расстегнув сумку, он побросал в нее полторы сотни перетянутых резинкой пачек банкнот, захлопнул сейф и вышел в торговый зал.

  Закрыв и заперев решетку и дверь, отыскал в связке нужный ключ, снова опустился на корточки перед стоявшим под прилавком сейфом и отпер его. Бросив украдкой быстрый взгляд на протирающего шваброй пол продавца и удостоверившись, что тот не смотрит в его сторону, Давыдов запустил руку внутрь сейфа. Когда рука вынырнула из чрева сейфа, в ней лежал увесистый пакет с кокаином, владение которым, на случай проблем с представителями закона, всегда можно было бы повесить на своего работника.

  Заперев сейф и застегнув сумку, Давыдов перекинул ремень через плечо и потопал к выходу, оставляя на белом кафельном полу следы грязных подошв.

  – Все, я поехал, – кинул Давыдов продавцу.

  Прекратив драить и без того уже чистый участок пола, продавец заискивающим тоном попросил:

  – Шеф, а шеф, кушать хочется. Дайте денег.

  Потянув дверь на улицу, Давыдов кинул:

  – Сначала отработай, что украл.

  – Я вам клянусь, я ничего не брал! – взмолился продавец. – Я без понятия, куда делись вибраторы. Мне-то они зачем? Шеф, ну постойте...

  Звякнул колокольчик, и дверь за Давыдовым закрылась.

  С ненавистью глядя сквозь стекло в спину удаляющегося начальника, продавец проворчал:

  – Вот сволочь. Нашел себе раба.

  Остановившись аккурат за выруливающим на проспект черным Кайеном, парни одновременно вывернули головы и уставились на горящую красным вывеску «Шпили-Вилли 24 часа».

  – Гоша, – задумчивым тоном начал Глебов, – когда ты говорил магазин, ты же не имел ввиду именно этот магазин?

  Шевельнувшись на заднем сиденье, Покровский подтвердил:

  – Да, это тот самый магазин.

  – Гоша, но это ведь секс-шоп.

  – Я знаю.

  – Но никто не грабит секс-шопы!

  – Значит, мы будем первыми, – затараторил перевозбудившийся Шутов. – И именно потому, что никто не грабит секс-шопы, это самое надежное место для хранения десяти миллионов. Банки обносят каждый день, а секс-шопы – никогда. Получается, что секс-шоп намного надежней банка.

  Положив руки на спинки сидений, Гоша высунулся между друзьями.

  – Парни, там точно лежат пятьдесят миллионов. Я сам слышал.

  – Гоша, а ты в курсе, что грабить своего работодателя – не самая лучшая идея? – заметил Глебов.

  – Он видел меня всего раз. И на нас будут маски. К тому же этого Давыдова просто необходимо грабануть, он настоящий козел.

  Поразмыслив, Глебов спросил:

  – А если там не будет денег?

  – Мысли позитивней, чувак, – снова влез Шутов. – Не получим денег, получим опыт. Надо же с чего-то начинать. Перед большим делом нужна практика.

  Глебов состроил кислую физиономию.

  – Может, попрактикуемся на чем-нибудь посолидней? Я не хочу сидеть за ограбление секс-шопа. Мои родители и сокамерники могут неправильно меня понять.

  – Решил съехать? – принялся подначивать друга Шутов.

  Крепко стиснув руль, Глебов, поджав губы, сказал:

  – Ладно, сделаем это.

  – Отлично! – принялся радостно потирать ладони Шутов. – Когда пойдем на дело?

  – Через месяц. Когда достанем план задания и пушки, – язвительно произнес Сергей. – Чего тянуть? Идем сейчас и только сейчас.

Глава 14

  Место встречи с доверенным лицом Сипатого было назначено на повороте у автобусной остановки рядом с последним домом города. Сразу за дорогой тянулся узкий пустырь, за которым начинался частокол мрачного леса, с другой стороны дороги высилась двадцатиэтажная новостройка в форме буквы «Г». Время было уже заполночь, и свет горел лишь в нескольких окнах. Место – более чем безлюдное, и даже в светлое время суток здесь редко можно было встретить живого человека.

  Остановив «Кайен» рядом с остановкой, Давыдов взглянул на часы на приборной панели и приготовился ждать. Посыльный Сипатого всегда был пунктуален, и, знал Давыдов, до его прибытия оставалось ровно четыре с половиной минуты.

  Запустив руку во внутренний карман пальто, Давыдов извлек на свет малюсенькую склянку с коксом. Отколупав резиновую крышку, он высыпал на тыльную сторону ладони щепотку белого порошка, зажав ноздрю, одним вдохом втянул в себя все и слизнул остатки. Пошмыгав и вытерев нос, Давыдов убрал склянку в карман пальто и начал раздумывать, а правильно ли он поступил, не став бодяжить предназначенный в уплату долга порошок. Но немного поразмыслив, решил, что да, поступил правильно. Выгоды от обмана получилось бы не больше, чем на полмиллиона, а вот проблемы можно было заиметь нешуточные. Сипатый – не тупой отморозок из нулевых, которых обожают показывать в идиотских сериалах по телеку, люди, подобные киношным авторитетам, давно ушли в прошлое – словили по пуле или, отсидев положенные им сроки и набравшись ума, легализовались и стали адвокатами, бизнесменами, наемными топ-менеджерами и чиновниками. Больше никто не жил по понятиям, лет десять как исчезло слово «братва», а если и появлялись в городе, насмотревшись сериалов и наслушавшись лихих историй, решившие подзаработать рэкетом отморозки, то они обязательно и быстро садились – переименованная в полицию милиция, когда ей это было нужно, умела работать, причем довольно неплохо.

  Лишь прочувствовавшие новые требования времени люди смогли выжить, перестроиться и остаться на свободе. Так случилось с Синявкиным, так случилось и с Сипатым. Но если первый вложил свой капитал в коммерцию и стал банкиром, то второй предпочел остаться вне закона и постепенно прибрал к рукам значительную часть стремительно развивающегося рынка наркоторговли, который был не в почете у старых авторитетов. Он брезговал связываться с героином, справедливо полагая, что барыжащие им люди – выходцы из среднеазиатских государств – крайне ненадежные и непредсказуемые деловые партнеры, но вот все остальные наркотики попадали в сферу его интересов. Контролируя крупные оптовые каналы поставок, Сипатый сам оставался вне досягаемости длинных рук закона и постепенно заработал себе репутацию надежного, но очень жесткого бизнесмена. А все потому, что он предупреждал проштрафившегося или провинившегося перед ним человека всего единожды. Во второй раз этот человек бесследно исчезал.

  Заметив в боковом зеркале горящие фары медленно приближающегося сзади автомобиля, Давыдов протянул руку к лежащей на соседнем сиденье сумке – и в следующий миг под грохот удара его вжало в кресло, а после легонько кинуло грудью на руль. Удар в зад машины получился не сильным, однако врезавшийся в него водитель даже не пытался затормозить.

  Массируя ушибленную грудь, Давыдов пробормотал:

  – Вот кретин.

  Выбравшись из машины, Давыдов увидел упершийся в задний бампер его Кайена черный мерин S-класса. Судя по всему, его водитель просто пытался проехать мимо, однако что-то не рассчитал и правой фарой своей тачки въехал в стоявший на обочине Порш.

  И причина столь досадной и нелепой аварии стала ясна, как только с водительского сиденья мерса вылез больших размеров мужик в красном спортивном костюме и бутылкой водки в руках. Мужик сконцентрировал мутный взгляд на повреждении своего авто – отвалившемся бампере, разбитой фаре и помятом капоте, – оценил ущерб, запрокинув голову, сделал глоток водки и, с шумом выдохнув, восторженно воскликнул:

  – О да! Смачно вошло!

  Шмыгнув носом, Давыдов спросил:

  – Ну что, быдло, как будем решать проблему?

  Оценив стать и фигуру не слишком крупного по сравнению с ним Давыдова, «костюм» глотнул из бутылки и, ухмыляясь, процедил:

  – Слышь, глист, сделаем так. Ты мне платишь за ремонт и едешь отсюда. Как тебе такой расклад?

  – Не катит, – покачал головой Давыдов.

  – Тогда... – «Костюм» поставил бутылку на капот своей машины, подошел вплотную к Давыдову, схватил его за лацканы пиджака и со всей силы заехал ему головой по лицу. – А сейчас как, все устраивает?

  Прикрыв лицо с расквашенным носом руками, Давыдов жалостливым тоном пролепетал:

  – Все-все, я понял. Сейчас будут деньги. Только отпусти.

  Хмыкнув, «костюм» убрал руки с лацканов пиджака.

  Забравшись в машину, Давыдов нагнулся под руль, запустил руку под сиденье и нашарил захваченный на случай неприятностей с посыльным Сипатого ТТ. Вытащив пистолет, он нацелил заранее накрученный на ствол глушитель в пузо бдящего рядом с ним «костюма».

  – Шагай на обочину, – выбираясь из машины, велел Давыдов пятящемуся назад «костюму», который при виде ствола мгновенно утратил весь свой гонор и даже немного протрезвел.

  – Эй-эй, мужик, ты серьезно?

  – Шагай на обочину, падай и начинай отжиматься, тварь, – спокойным, ровным голосом с тщательно скрываемыми нотками злости повторил Давыдов.

  Спустя полторы минуты после аварии к остановке подъехал и остановился «Фокус» серого цвета. Из него вышел невысокий, аккуратно причесанный на косой пробор мужчина лет сорока в черных джинсах и свитере. Обойдя машину, рядом со скамейкой остановки он увидел примечательную картину – здоровенный мужик в красном костюме, натужно пыхтя, отжимался от влажного асфальта, а над ним с пистолетом в руке дежурил Давыдов.

  – Привет от Сипатого, Кощей, – останавливаясь рядом Константином, тихим, интеллигентным голосом поприветствовал его Коллектор. – Все привез?

  Давыдов кивком указал на свою машину.