Помоги проекту - поделись книгой:
— Нет. А что с ней случилось?
— Сервера отправил ее на тот свет, — сказал за Кленси Капровский.
— Вот дерьмо! — выругался, выпрямляясь, Стентон. — Я этого не знал!
— Заходи время от времени в комиссариат, тогда будешь в курсе всех дел. Здесь ведь получают информационные бюллетени.
В дверях появилась массивная фигура капитана Вайса. Он с озабоченным видом посмотрел на Кленси.
— Мне сказали, что у вас была очень насыщенная ночь, Кленси.
— Совершенно справедливо, капитан, очень даже насыщенная.
— Вы пришли к каким-нибудь выводам?
— Я пришел к тому, что чувствую себя довольно разбитым, — сказал Кленси. — Сегодня я иду к директору Синг-Синга. Возможно, что-нибудь и узнаю.
— Вам можно помочь?
— Да, — ответил Кленси. — Я хотел бы, чтобы Роя Кирквуда и судью Кейля охраняли как следует. Чтобы охранялись не только их дома, но и их самих не отпускали ни на шаг — нравится им это или нет. И мне нужны Кап и Стентон: для них у меня есть работа. Кап, вы разыщете бывшую банду Ленни. Они именуют себя «сиды». Поговорите с главарем, применяя любые средства, даже кулаки, если в этом возникнет необходимость. Этой ночью ни у кого не угоняли черный автомобиль. Я это точно проверил. Сервера достал эту машину где-то в другом месте. — Он повернулся к Стентону. — Вы поедете в Джерси, в фирму, которая обещала работу Ленни. Он мог именно там взять машину. Я в самом деле пока не знаю, где его разыскивать.
— А вы, Кленси? — спросил Вайс. — Кто будет охранять вас, ведь вы распорядились об усилении охраны всех, кроме себя?
— Себя я буду охранять сам, — ответил Кленси.
— Великолепно! — капитан Вайс произнес это с презрением. — Изображается великий ирландский герой, а? Только прошлой ночью Сервера чуть было не угробил вас, и просто чудо спасло вас от гибели. Я только что прочитал рапорт сержанта. Есть одна мышка, которая все видела из своего окна. Она заявила, что, если бы Капровский не повалил вас на землю, вы были бы готовы!
— Ну, нет. Он стрелял слишком высоко… — Кленси умолк и выпрямился в кресле. — А эта девица видела машину?
— Да, видела. Несчастье в том, что она не отличает «мерседес» от тройки!
— Прекрасно, — кисло улыбнулся Кленси, удобнее усаживаясь в своем кресле. — Хорошо, в любом случае я иду в Синг-Синг, и меня удивило бы, если бы Сервера последовал за мной. — Он поднял глаза на Стентона и Капровского. — Чего вы ждете? Я ведь дал вам поручения, за дело! Капровский с шумом поставил на пол свой стул. Стентон поспешно встал, и оба они, не говоря больше ни слова, вышли из кабинета.
Кленси вздохнул.
— Согласен, Сэм, — сказал он Вайсу, — вы правы. Играть героя при такой профессии, как у нас, — это просто идиотизм. Когда я вернусь из Синг-Синга, вы можете приставить ко мне ангела-хранителя, но, честно говоря, сейчас бесполезно приклеивать ко мне кого бы то ни было!
— Хорошо, — согласился капитан Вайе.
Зазвонил телефон. Кленси снял трубку.
— Алло!
— Кленси? Как дела? Это доктор Фримен.
— Приветствую вас, доктор! Как поживаете?
— Спасибо, очень хорошо. Я только что осмотрел девушку, которую сбили сегодня ночью. Мне сказали, что ее привез Капровский. Она замешана в том деле, которое вы ведете?
— Более или менее, — сказал Кленси. — Почему вы об этом спрашиваете? Вы что-нибудь обнаружили?
— Кленси, у меня есть для вас новости! Правда, это плохие новости! Конечно, если я не сошел с ума, это определенно не несчастный случай, а преднамеренное убийство.
Кленси покачал головой и вздохнул.
— Доктор, прошло две секунды после несчастного случая… — Он неожиданно оборвал себя на полуслове и нахмурил брови. — Мы знали, что это убийство, — сказал он, немного помедлив. — Но вы? Как вы это установили? Вы обнаружили что-нибудь подтверждающее, что это убийство?
— На одежде не было ни грязи, ни осколков стекол.
— Что?
— Кленси, я видел кучи похожих трупов. Но я еще никогда не видел человека, до такой степени изуродованного, и чтобы при этом не разбились фары и не оставили бы осколков, никогда… Я попросил своих ассистентов внимательно осмотреть одежду девушки: они нашли в ней кусочки дерева, это южная сосна. Единственное логическое объяснение — это то, что шоферюга положил, впереди доски, чтобы предохранить радиатор и фары. То есть убийство было тщательно продумано, и удар был рассчитан заранее.
— Там был Капровский, он все видел. Но он не заметил на машине никакого специального оборудования.
— Я читал его рапорт, — сказал Фримен. — С того места, где он находился, не много можно увидеть, и тем более, что произошло все это очень быстро. Впрочем, деревянный щит не мог быть очень большим.
— Да, — вздохнул Кленси, — но это все не слишком-то нам помогает, даже сведения о каком-то специальном приспособлении.
— Я делаю что могу, Кленси. Вы хотите, чтобы я дал вам надежду, но я предоставляю вам только факты. Таким образом, будет очень трудно установить, кто вел машину. Единственно возможные улики — это все же, хотя и слегка, помятый радиатор. А у какой машины в этом городе слегка не помят радиатор? Если вы найдете такую, я дам в вашу честь обед.
— Не занимайтесь благотворительностью, — сказал Кленси, изобразив на лице улыбку, которая тут же исчезла. — В радиаторе тоже могут оказаться щепочки от дерева, — задумчиво проговорил он.
— Но это только в том случае, если не было чехла, — заметил доктор. — Или если они не были настолько хитры, чтобы удалить их. И еще их мог смыть дождь. Или если в гараже прилежный рабочий, то, наливая масло, он мог смахнуть их. Или…
— Хорошо, — перебил Кленси, — я вам весьма благодарен и все понял.
— Не сердитесь. Я только хотел держать вас в курсе дела.
— Благодарю! — Расстроенный Кленси положил трубку на рычаг.
— Я почти все слышал, — сказал капитан Вайс. — Никакой возможности найти машину по уликам, а? — Он покачал головой. — Не говорите мне, что этот мошенник выйдет сухим из воды.
Кленси пожал плечами.
— Сэм, если разрешите, я сейчас поработаю, а потом пойду к директору Синг-Синга.
Капитан Вайс кивнул и вышел, оставив Кленси одного в кабинете.
Кленси пододвинул к себе стопку папок и одну за другой просмотрел их: большая часть из них не содержала ничего интересного. Кленси продолжал листать бумаги, и вдруг его внимание привлек лист, написанный от руки. Он сейчас же схватился за телефонную трубку.
— Сержант, Мэтью здесь?
— Нет, лейтенант, сегодня он придет поздно. Он вчера охранял Кирквуда, лег под утро.
— Я знаю, — сказал Кленси. — Но все равно свяжитесь с ним по телефону. Я буду ждать.
Минуту сержант потратил, уверяя миссис Мэтью, что дело очень серьезное и она должна немедленно разбудить своего господина и повелителя.
Мэтью, совершенно сонный, подошел наконец к телефону.
— Алло!
— Мэтью? Говорит лейтенант Кленси. Скажите, Мэтью, вчера вечером, когда вы пошли к Кирквуду, вы проверили, на посту ли тот тип, который охранял черный ход?
— Конечно, лейтенант. Вы говорили мне об этом. Но его не было на месте, и он так и не появился до ночи. Я старался устроиться так, чтобы наблюдать сразу за обеими сторонами. Но это было очень трудным делом. — Он зевнул. — Я все это изложил в своем рапорте. Вы не читали его?
— Да, читал. Именно поэтому я и звоню вам. Что за манера охранять людей?
— Бог мой, лейтенант! Но ведь это же не моя вина! Кстати, ведь с Кирквудом ничего не случилось. Я лично видел, как он вчера вернулся домой, а сегодня вышел из дома. А утром его уже охраняли двое. Все идет хорошо.
— Вам везет. Ну, хорошо. Продолжайте спать!
— Спасибо, лейтенант, — зевая сказал Мэтью.
Кленси бросил взгляд на часы: до отхода поезда в Оссининг оставался еще час. Он снова углубился в бумаги.
По лицу директора Синг-Синга было видно, что он не спал уже несколько ночей.
— Главный охранник говорил мне, что вы вчера звонили, — сказал он, когда Кленси представился. — Чем я могу быть вам полезен?
Кленси сел в кресло и положил шляпу на колени.
— Я не знаю, господин директор, условий, при которых сбежал Сервера. Мне поручили его найти и только. Прежде чем попасть к вам, он угрожал многим лицам, и вполне вероятно, что сейчас может выполнить свои угрозы. Я хотел бы узнать от вас какие-нибудь детали, указывающие, куда он мог сейчас направиться, с какими людьми встретиться?
— Я знаю, что произошло прошлой ночью, лейтенант, — директор покачал головой, и его глаза с кругами от бессонницы остановились на собеседнике. — Я думаю, лучше, если вы будете задавать мне интересующие вас вопросы.
— Хорошо, — согласился Кленси. — Прежде всего, что вы думаете о Ленни Сервере? Как он вел себя здесь все это время. Вы знали его в течение трех лет, могли вы ожидать, что он выкинет подобную шутку?
Директор несколько секунд подумал и нахмурил брови.
— Лейтенант, я лично вижу заключенных только в момент их поступления в тюрьму и по окончании срока их наказания, когда они выходят отсюда. В другое время я их не вижу, за исключением серьезных случаев, как с Блаунтом, например. С Серверой же у меня не было никакого контакта. Слишком много здесь народу, а у меня много других обязанностей. Может быть, это и неправильно, но дело обстоит именно так. Все, что я вам могу сказать, я знаю со слов охранников. У Серверы за эти три года не было никаких неприятностей, и он никогда не был их причиной. Но я скажу вам одну вещь, лейтенант, я работаю здесь уже пятнадцать лет и всегда ожидаю от заключенных чего угодно.
— Вы намекаете на Блаунта? Я тоже хотел поговорить с вами о нем. Я прочел, что пишут газеты о сбежавших, и хотел бы знать ваше мнение об этих людях.
— Вы знаете Серверу и его историю. Вилльямс же зарезал человека во время ссоры в баре. Маркус был осужден за поджог. Блаунт — опасный тип: он сидел в тюрьме за нападение на банк, но у него уже до этого был срок за поножовщину, за покушение с бомбой и за другие нарушения закона. Он и здесь доставлял нам много неприятностей. Это настоящий идиот.
— Какие же, например, неприятности?
— Всяких понемногу. Он дрался, постоянно жаловался на кого-нибудь, саботировал. Половину времени он провел в карцере.
— Все четверо заключенных работали в одной секции?
— Блаунт и Сервера работали в интендантстве. Вилльямс в прачечной, а Маркус в библиотеке. Маркус из них был самый образованный.
— У них были тесные контакты? Кто-нибудь из них сидел вместе с другими в камере?
— Нет. Они могли видеться только во дворе и в зале для отдыха, встречаться также и в библиотеке. Мне кажется, что все четверо играют в бейсбол, но кроме этого…
— А визиты? К ним приходили посетители?
— К Сервере приходили мать и его подружка, иногда приходил какой-то парень, как будто из их бывшей банды. К Вилльямсу регулярно приходил его брат. У Маркуса никого не было. Странно, что у шантажистов ни на свободе, ни в тюрьме нет друзей. Блаунт соглашался видеться только с одним человеком, со своей женой, и она одна имела на него влияние. После этих визитов в течение дня или двух он вел себя как порядочный человек. Если бы она не навещала его, он сидел бы все время в карцере.
— И никаких сексуальных проблем?
— В тюрьме всегда есть сексуальные проблемы. Но что касается этих четверых, то с их стороны — ничего особенного.
Кленси недоверчиво слушал, глядя на тулью своей шляпы. Затем, как бы осмелев, спокойно взглянул на директора.
— Господин директор, я знаю, что вам пришлось пережить очень неприятные минуты, что вы устали, а в голове бродит множество мыслей. Я не хотел бы, чтобы вы пренебрегли тем, что я сейчас вам скажу. Это ведь тюрьма, и вы за нее ответственны. И вы должны согласиться, что побегу помогали изнутри. Все четверо — люди разного возраста и характера, совершили разные преступления, работали в разных секторах… Короче говоря, имели мало общего между собой. Мне кажется…
— Мы уже думали об этом, — возразил директор с бесстрастным видом. — Разумеется, мы об этом думали, и у нас есть свои идеи на этот счет, но я вам сейчас не могу сказать о них. Ни вам и никому другому. — Он наклонился к Кленси, нахмурив брови, его голос стал тверже. — Но я могу сказать вам одно, лейтенант: если ваше следствие подтвердит наши подозрения, кто-то вместе с Маркусом сядет на электрический стул.
— На стул?
— Джимми Хуг умер час тому назад. Это тот полицейский, который пытался остановить беглецов.
Воцарилось молчание. Наконец Кленси, прочистив горло, прервал его:
— Господин директор, не могу ли я увидеть Маркуса?
Директор покачал головой.
— Бесполезно. Он пока еще без сознания. Ему влили пару литров свежей крови… и все это для того, чтобы в итоге все же направить его на стул.
Кленси встал. Выражение лица директора было несколько холодным и даже неприятным.
— Хорошо. Благодарю вас, — сказал Кленси.
Директор повернулся на стуле и позвонил.
— Вас проводит охранник, лейтенант. Если мы узнаем что-либо интересующее вас, то дадим вам об этом знать.
— Благодарю.
За серыми стенами тюрьмы Кленси оказался под ослепительными лучами солнца. Никогда еще оно не доставляло ему такой радости.
Вернувшись в свое бюро, Кленси увидел Капровского, раскачивающегося на откинутом стуле, в шляпе, сдвинутой на затылок. Капровский спокойно рассматривал молодого человека лет двадцати, сидящего перед столом. Парень имел мрачный вид. У него были слишком длинные волосы и сильно поношенная кожаная куртка. Кленси вопросительно посмотрел на Капровского.
— Разрешите вам представить, лейтенант, Джулио Сагарра, — спокойно произнес Капровский.
Поделиться книгой: