Миссия «К»

— Если платите вы, нет.

Он оценил мой ответ, но не стал его комментировать. Мы отпили вина.

— Вы знаете, я приятно удивлен, что ошибся в вас. В первую встречу я не подумал, что вы так умны.

— Это мой единственный недостаток.

— Почему?

— С ним трудно жить. Ум постоянно что-то ищет, что-то советует. В общем, вопросов больше, чем ответов.

— И какие вопросы, например, одолевают вас сейчас?

— Что вы здесь делаете? Чем занимаетесь? И главное, зачем пригласили меня на ужин?

— Пока вопросы просты. Здесь я отдыхаю, как и вы. Это вы поняли. Дома я отвечаю за разные вопросы, на которых не хочу пока останавливаться. А пригласил, потому что хотел узнать вас поближе. Но видя вас, уверен, что вы все эти ответы знаете.

— Предполагал.

— То, что вы говорите о реальных интересах — плюс… Не вставляете свое любопытство на показ. Умеете ждать.

— Вы думаете, у меня есть в отношении вас интерес?

— Если нет, то может появиться.

— Вы же знаете, что мой недостаток — ум, а значит, он не будет мелочиться.

— Так и не мелочитесь, есть интерес, спрашивайте. На что сочту нужным — отвечу.

— Мой интерес — бизнес. Мне интересно что-то новое. Например, открыть магазин у вас в стране. Или какой-либо проект осуществить. Не знаю интересно ли это вашей стране.

— Да, наша страна маленькая, но потенциал у нее велик.

— А амбиции?

— Еще больше. Приезжайте, посмотрите. Все возможно. Я с удовольствием побеседую с вами дома. Ваши мозги не так серы, как у многих и интересны для беседы. Здоровый негатив, что проскальзывает, порой говорит больше, чем сотня хвалебных слов.

— Вы приглашаете?

— Почему бы и нет?

— Надо подумать.

— Так вы же уже все решили.

— Почему вы так думаете?

— Мне так хочется думать. Если надумаете, то зайдите в наше посольство. Вам дадут визу. Сообщите мне о вашем приезде и вас встретят.

— Спасибо. Как понимаю глупо отказываться от такого предложения.

— Вы разумный человек. Думаю, вам будет интересно.

Больше мы темы поездки не касались. Разговор свелся к обычным темам здесь. Через два часа я попрощался.

— В посольстве скажите, чтобы сообщили мне, когда вы приедете, — напомнил он, перед тем, как я встал из-за стола. Он был уверен, что я приеду и мне это не понравилось.

Глава 3

Через пару дней я вернулся в Париж. Омара я больше не видел, да и не было необходимости. Квартира встретила меня тишиной. Я долго выбирал себе жилье. Дом, где я жил, находился на небольшой улочке с односторонним движением. Он был еще не совсем старый, но и не ультрасовременный. Удобство было в том, что район тихий, подземная парковка, а главное окна кухни и зала выходили в небольшой, принадлежащий дому садик. Я налил себе вина и вышел на балкон, который шел вдоль всей квартиры. На нем стояла пара кресел и журнальный столик между ними. Опустив козырек, я чуть затенил балкон, чтобы солнечный свет не слепил глаза и сел в кресло. Глаза отдыхали, глядя на ровно подстриженную лужайку и несколько деревьев. Шум улицы едва доносился сюда, так, как с трех сторон, садик был обнесен каменным забором, а за ним другие здания. Это был милый, уютный дворик.

Отпив вина, я поставил бокал и снова вернулся к своим мыслям. «Итак, что я имею? Ненавязчивое приглашение в Катар от достаточно влиятельного человека. Цель приглашения, мне не известна, может быть простая любезность. Но оказывать ее малознакомому человеку? Хотя кто знает чужие мысли. Он предложил, а мне пока большего и не надо. Не туристом же ехать с группой! Не складывается у меня логическая мозаика, а чтобы ее собрать, надо быть на месте».

Я принял душ, переоделся, зашифровал записку.

«Получил приглашение от интересующего объекта. Еду с деловым визитом. Прошу сообщить дополнительно канал связи».

Было утро, а значит надо ехать в офис, но первоначально оставить записку. Я вообще не держал дома никакой документации, касающейся моей скрытой деятельности. Нельзя быть уверенным, что в отсутствие хозяина не придут не званные гости. Дома нужно хранить только те документы, которые есть в обычной квартире: счета, квитанции, а также фотографии. Квартира, где нет фотографий, вызывает подозрение.

По дороге в офис я заехал в «Самаритен» — большой магазин, где можно потеряться и ставил записку в тайнике.

На работе меня встретили радостно, не забыв заметить:

— Что-то вы быстро вернулись. Деньги закончились? — спросил Андре.

— К счастью нет, но они имеют удивительную способность быстро исчезать. При этом, почему-то накапливаются медленнее. Ставлю вас в известность, что я скоро уеду. Вот такая у меня жизнь — коммивояжера.

— А куда?

— Не надо быть столь любопытным, Андрэ. Я встретился с человеком, и возможно будет и новый заказ, но вероятность не велика.

Я не посчитал нужным, заявлять о стране поездки. Чем меньше знают, тем меньше разговоров.

Дальше мы приступили к текущей работе, а затем я поехал в салон. Элен уже отправила картины и получила деньги. Мы поговорили о планах, и она предложила организовать выставку художников Монмартра. Я не возражал, это давало возможность открыть новые имена и завязать новые знакомства. Организацию выставки я поручил полностью ей, лишь обещал, что поговорю с владельцами магазинов. Из галереи проехал на набережную Орсе, где располагалось посольство Катара. Рабочий день еще не закончился, и меня любезно приняли. Я поинтересовался, как получить визу.

— Туристом или деловая поездка?

— Деловая. Скажите, — поинтересовался я, — когда я буду готов выехать, могу я сообщить об этом Омару аль Балхи? Он сказал, что это возможно через посольство.

После этого моего заявления, внимание к моей персоне возросло.

— На какой срок вы хотите поехать? — спросил служащий.

— Думаю на месяц, а уеду, может быть, и раньше, — я не хотел называть реально отведенный мне срок. Омару все сообщат, пусть думает, что я надолго.

Я заполнил анкету, и меня попросили зайти через два дня. В назначенный срок я получил визу и обдумывал, что надо, прежде чем вылетать, получить информацию о связи. Я договорился, что когда билет на самолет будет у меня на руках, то я сообщу им, чтобы передали информацию Омару. Выйдя из посольства, я пошел по набережной. Машину, с учетом возможных перемещений и наличия пробок не брал, предпочитая общественный транспорт или такси. Не спеша шел по улице к метро и по привычке проверялся. Лицом я владеть умел. За мной была слежка. Это было уже интересно, так как я не представлял, кто приставил за мной хвост. За мной шел мужчина чуть старше двадцати пяти лет, без особых примет, но он попал в поле моего зрения дважды, а этого было достаточно, чтобы насторожиться. Слежку он вел хорошо. Не профессионал или не достаточно опытный сотрудник ее не заметил бы, но он не знал кто я в действительности, а разуверять его мне не хотелось. Чтобы проверить свои подозрения я сделал пару проверок, и убедился, что не ошибся. Я заходил в магазины, стоял около уличных торговцев, но ни разу не поймал его взгляда на себе, да и сам старался избегать прямого взгляда. Стоило встретиться с ним глазами, он поймет, что не все так просто, а этого я позволить не мог.

Я решил поводить его за собой. Прогулялся до острова Сен-Луи, где без надобности заходил в магазины, оставляя его на улице, иначе он должен будет дышать мне в затылок у прилавка, что в его намерения наверняка не входило. Остров меленький, улочки узкие, поэтому даже при наличии народа, я его видел. Время у меня было, и я прошел до «Галери Лафайет». Вот здесь я и оторвался от него. В этом громадном здании с его переходами, галереями сделать это для меня было не сложно. Но главное было не это. Я не хотел его упускать. Мы должны поменяться местами. Я хотел знать, куда он поведет меня. Я видел, как он осматривает помещение магазина, как проходит по галереям, но меня не видит. В итоге побродив по магазину, он подошел к телефону и позвонил, видимо сообщить, что потерял меня, а затем прошел в кафе и заказал ужин. Ожидать, что будет дальше, не имело смысла, было ясно, что он получил задание снять наблюдение, а тратить на него свое время я не хотел. В лучшем случае он приведет меня к себе домой.

Когда я добрался до дома, уже наступил вечер. Включив настенные бра, налил молока, отломил кусок багета и уселся на диван, перед телевизором.

И так, кто же это мог быть? Мне приходили в голову всего три варианта. Первый — французы. Я не знал, что делал Омар во Франции и если он попал в поле зрения спецслужб, то они могли проверять всех, кто с ним общался. Они могли проверить и по адресу, но кто знает, может быть, для подстраховки еще решили и посмотреть, чем я занимаюсь, когда не сплю. Мне этого не хотелось. Я здесь жил. Второй — англичане. Цель та же, но они не плохо себя чувствовали в Катаре, поэтому любой контакт с влиятельным человеком мог попасть в их поле зрения. Здесь я попадал под прицел МИ-6, и возможно, на сцене снова мог появиться Александр Браун, мой знакомый из Китая. Третий — служба Катара. Это могло быть по указанию самого Омара. Первые два варианта мне показались менее вероятными, хотя я их и не отбросил. Мне показалось не очень разумным ходить обеим разведкам за мной, тратить время своих агентов, а вот третья могла иметь интерес. Возможно, после моего первого посещения посольства, они и проявили интерес, а когда я пришел второй раз, уже приставили сотрудника. Их могло интересовать: с кем я общаюсь, куда хожу. Возможно, хотят убедиться, не связан ли я со спецслужбами.

Поразмышляв над произошедшим событием, спать я лег рано, не решив проблемы, но и не забывая ее.

На другой день, после обеда я заехал к Николя на Монмартр. Рассказал ему о планах Элен.

— Вот. Теперь я чувствую обожание буржуазии, — ответил он на мое предложение, — расскажу коллегам, посмотрим, что можем тебе предложить, да и нам перепадет, если будут у тебя продажи.

— Я вас обижал?

— Я этого не говорил!

— Связь держите с Элен. Я уеду на не которое время.

Николя не стал спрашивать куда, так как считал, что надо будет, скажу, а лишняя информация вредит, считал он. С ней надо было что-то делать, размещать в голове, а главное что она и не нужна порой, так зачем загружать голову мусором.

Я прошелся по Монмартру и отправился домой. Слежки сегодня не было, хотя еще днем сообщил в посольство Катара дату вылета, чтобы передали Омару. Билет я приобрел утром. Спустился с Монмартра и, пройдя мимо тайника, убедившись еще раз, что слежки не, извлек информацию.

Дома прочитал — «Поездку подтверждаем». Далее указывалось место и пароль для связи. Запомнив все, я сжег записку и пепел смыл.

Я собирался коротать вечер перед телевизором, продумывая варианты, но раздался телефонный звонок, который нарушил планы. Едва я снял трубку, как услышал голос Морис:

— Привет, дорогой. Я не могу до тебя дозвониться. Все время нет дома, а сам не звонишь.

— Извини, был занят, а женщина требует наличия свободного времени и не пять минут. Уезжал из города, — довел до ее сведения.

— Да, женщины дорогое удовольствие.

— Но удовольствие же!

— Куда ездил?

— В Монте-Карло.

— Хорошие у тебя поездки. Ты галерею там собираешься открывать?

— Нет, но это идея. Надо обдумать.

— За идею с тебя причитается.

— Договорились. А чем ты сегодня занята?

— Все как обычно, у меня нет дел в Монте-Карло.

— Может еще будут?

— Я бы предпочла там отдыхать, а не работать.

— Так чем занята сегодня?

— Это предложение?

— Да, если ты не против встретиться.

Она сделала паузу, словно обдумывая мое предложение, а потом согласилась:

— Похоже, что я навязываюсь, но я согласна. Через час подъеду.

— До встречи.

Мужчина, который не встречается с женщиной, навлекает подозрение на себя. Сразу запишут в сексуальные меньшинства, а таких в Париже было не мало, особенно если поздно вечером ехать через Булонский лес. Иногда трудно отличить мужчина или женщина стоит на обочине.

С Морис я познакомился у одного из заказчиков. Ей было двадцать пять, среднего роста, стройная, веселая. С ней было легко: она не задавала вопросов о совместной жизни, что меня устраивало. Мне хотелось, чтобы она считала меня убежденным холостяком. Я не проверял, имеет ли она отношение к спецслужбам, так как не стоило видеть в каждой женщине агента. От такой подозрительности недалеко до шизофрении.

Примерно через час она приехала. Поцеловав меня, села на диван. Я достал бутылку белого сухого вина, налил в бокалы, добавил черносмородиновый ликер, сделав «кир».

— Рассказывай, — заявила она, взяв бокал.

— О чем?

— Что делал?

— Играл, ужинал в ресторане, — понял я, что она имеет ввиду мою поездку.

— И это ты называешь делами?

— Смотря, как играть и с кем ужинать.

— Я подозревала, что ты профессиональный игрок и все твои фирмы лишь прикрытие истинных твоих дел, — сказала она, смеясь, — хоть выиграл?

— Немного.

— Правда?

— Правда. Сама же сказала, что я игрок.

— Как оказывается, я тебя плохо знаю. Неужели так все запущено?

— Увы, — подыгрывал я, — не старайся меня узнать.

— Страшно самому?

— Если ночью просыпаюсь, то да.

— Глупый, это потому, что меня нет рядом.

— Ты думаешь?