Восстановление данных на 100%

которые определяют разделение выгод, и чтобы прийти к соглашению о распределении долей. Эти принципы

являются принципами социальной справедливости: они обеспечивают способ соблюдения прав и обязанностей

основными институтами общества.

Они же определяют подходящее распределение выгод и тягот социальной кооперации.

Назовем общество вполне упорядоченным (well-ordered), когда оно предназначено не только для обеепечения

блага своим членам, но и для эффективного регулирования общественной концепции справедливости. Иными

словами, это общество, в котором (1) каждый принимает и знает, что другие принимают те же самые принципы

справедливости, и (2) базисные социальные институты, в общем, удовлетворяют, и, насколько известно, на

самом деле удовлетворяют этим принципам. В этом случае, хотя люди могут предъявлять друг другу

завышенные притязания, они, тем не менее, признают общую точку зрения, которая позволяет выносить

решения по ним. В то

20

***

время как склонность людей к преследованию собственных интересов заставляет их быть бдительными в

отношении друг к другу, общественное чувство справедливости делает возможным их объединение во имя

безопасности. Между индивидами с различными целями общая концепция справедливости устанавливает узы

гражданского содружества; общее устремление к справедливости ограничивает преследование других целей.

Можно полагать общественную концепцию справедливости фундаментальной особенностью вполне

упорядоченного человеческого общества.

Конечно, далеко не все существующие общества вполне упорядочены в этом смысле, потому что весьма

спорно, что справедливо и что несправедливо. Люди расходятся в том, какие именно принципы должны

определять основные условия соглашения в обществе. Но несмотря на эти расхождения, мы все же можем

сказать, что каждый из них имеет концепцию справедливости. То есть они осознают потребность в

определенном множестве принципов относительно основных прав и обязанностей и готовы принять их. Эти

принципы также определяют правильное распределение выгод и тягот социальной кооперации. Таким образом,

понятие справедливости как таковое отличается от конкретных концепций справедливости, и в нем проявляется

то общее, что имеется в этих различных концепциях1. Тот, кто придерживается других концепций

справедливости, может все еще соглашаться, что институты справедливы, когда между людьми не делается

произвольных различий в отношении основных прав и обязанностей и когда правила определяют надлежащий

баланс между конкурирующими притязаниями на преимущества общественной жизни. Люди могут прийти к

соглашению в этом описании справедливых институтов, поскольку понятия произвольного различия и

надлежащего баланса, входящие в концепцию справедливости, всегда открыты для такой интерпретации,

которая согласуется у каждого с принимаемыми им принципами. Эти принципы позволяют выделить те

сходства и отличия среди людей, которые существенны для определения прав и обязанностей, и они

специфицируют, какое деление преимуществ является подходящим. Ясно, что это различие между

единственным понятием и концепциями справедливости не разрешает серьезных вопросов. Оно просто

помогает идентифицировать роль принципов социальной справедливости.

Некоторая мера согласия в концепциях справедливости, однако, не является единственным условием

жизнеспособности человеческого общества. Есть и другие фундаментальные социальные проблемы, в

частности проблемы координации, эффективности и стабильности. Таким образом, планы индивидов должны

быть согласованы так, чтобы их действия были совместимы, и чтобы они могли осуществляться без того, чтобы

чьи-либо законные ожидания постигло сильнейшее разочарование. Более того, исполнение этих планов должно

привести к выполнению социальных целей такими способами, которые эффективны и совместимы со

справедливостью. И, наконец, схема социальной кооперации должна быть устойчивой: она более или менее

должна подчиняться основным правилам и действовать согласно им,

21

***

и когда случаются трения, в действие должны вступать стабилизирующие силы, чтобы предотвратить насилие и

восстановить порядок. Сейчас видно, что эти три проблемы связаны с концепцией справедливости. В

отсутствие меры согласия в отношении того, что справедливо и что несправедливо, ясно, что индивидам

8

труднее координировать свои планы достаточно эффективно в деле достижения взаимной выгоды. Недоверие и

обиды убивают уважение друг к другу, подозрения и враждебность искушают людей поступать таким образом,

которого следовало бы избегать. Поэтому, в то время как отличительная роль концепции справедливости

заключается в спецификации основных прав и обязанностей и в определении приемлемого распределения

долей, способы реализации каждой концепции увязаны с проблемами эффективности, координации и

стабильности. Мы не можем, в общем, оценить концепцию справедливости только по ее распределительной

роли, какой бы полезной ни была эта роль в идентификации концепции справедливости. Мы должны принять в

расчет более широкие связи этой концепции, потому что, хотя справедливость и имеет определенный

приоритет, будучи важнейшей добродетелью институтов, все-таки, при прочих равных условиях, одна

концепция справедливости предпочтительна по отношению к другой, когда желательны ее более широкие

следствия.

2. СУБЪЕКТ СПРАВЕДЛИВОСТИ

Многие вещи могут полагаться справедливыми и несправедливыми; не только законы, институты и социальные

системы, но и самые различные конкретные действия, включая решения, суждения и обвинения. Мы также

называем справедливыми и несправедливыми расположения и нерасположения людей, да и самих людей.

Нашим предметом, однако, является социальная справедливость. Для нас главный субъект справедливости —

базисная структура общества, или более точно, способы, которыми основные социальные институты

распределяют фундаментальные права и обязанности и определяют разделение преимуществ социальной

кооперации. Под основными институтами я понимаю конституцию и основные экономические и социальные

устройства. Таким образом, защита законом свободы мысли и свободы совести, свободный рынок, частная

собственность на средства производства, моногамная семья — это примеры основных социальных институтов.

Взятые вместе в рамках одной схемы, основные институты определяют права и обязанности людей и влияют на

их жизненные перспективы — кем они надеются быть и как они надеются осуществить это. Базисная структура

— это первичный субъект справедливости, поскольку ее воздействие весьма глубоко и присутствует с самого

начала. Интуиция говорит нам, что эта структура содержит различные социальные положения, и что люди,

занимающие различные социальные положения от рождения, имеют различные ожидания, которые

определяются как политической системой, так и экономическими и социальными обстоятельствами. В этом

отношении

22

***

институты общества с самого начала одни социальные положения ставят выше других. Они существенно

углубляют неравенство. Они не только всепроникающи, но они также воздействуют на исходные жизненные

шансы людей; тем не менее, они не могут быть оправданы апелляцией к понятиям заслуг. Именно к такого рода

неравенствам, по предположению, неизбежным в базисной структуре любого общества, должны в первую

очередь применяться принципы социальной справедливости. Эти принципы регулируют выбор политического

устройства и основные элементы социальной и экономической системы. Справедливость социальной схемы

существенно зависит от того, как приписываются фундаментальные права и обязанности, а также от

экономических возможностей и социальных условий в различных слоях общества.

Сфера нашего исследования ограничена в двух отношениях. Прежде всего, я имею дело со специальным

случаем проблемы справедливости. Я не рассматриваю справедливость институтов и социальных практик

вообще, как и отдельные случаи справедливости международного права и отношений между государствами (§

58). Следовательно, если предположить, что понятие справедливости применимо всякий раз, когда имеется

распределение (allotment) чего-то, что рационально рассматривается как приобретение или ущерб, тогда мы

заинтересованы только в одном примере его применения. Нет причин предполагать заранее, что принципы

удовлетворяют базисную Структуру во всех случаях. Эти принципы могут не работать для правил и практик

конкретных ассоциаций или менее обширных coциальных групп. Они могут быть несущественными для

различных условностей и повседневных обычаев; они могут не проливать свет на справедливость, или, лучше,

честность добровольных совместных процедур сотрудничества для осуществления договорных соглашений.

Условия международного права могут потребовать совершенно отличных принципов, выявление которых