Опасная ставка

Он долго смотрел на меня, потом сказал: — Сафин давно уже занимается этим бизнесом. Мне уже надоели эти липовые скачки.

— Тогда зачем вы их организуете?

В ответ Игнат что — то невнятно буркнул. Мы не смотрели друг на друга.

— А если не исполню его приказ? У меня будет шанс выкрутиться?

Игнат тревожно огляделся, будто опасался, что нас подслушивают.

— Это было бы верхом безрассудства с вашей стороны! — произнёс он растерянно. — Вы должны выбросить эту мысль из головы.

Я огляделся, но Марины нигде не было видно.

***

Когда наступило время, я сел на жеребца и двинулся в сторону скаковой дорожки. В теле возникло знакомое возбуждение. Я испытывал наслаждение, приближаясь к стартовым воротам. Быстрота и напор, опасность и риск, принятие мгновенных решений: вот что не хватало мне в жизни. Я чувствовал в себе склонность к авантюрам.

На старте мы как по команде выстроились в одну линию. Справа от меня оказался рыжий дончак, а слева — кабардинская. Ощущая на себе взгляды жокеев, я понимал, что особой любви они ко мне не питают. И это дополнительно напрягало и будоражило мне кровь.

Наконец, мы рванули, и я сосредоточился на том, чтобы заставить Бриллианта одолеть все препятствия как можно резвее и аккуратней. Стремительная скачка, топот копыт и звон подков гудело в ушах. Я оглянулся, группа всадников вытянувшись в линию, скакала позади меня.

Бриллиант словно летел как птица, в нём чувствовалась неисчерпаемая мощь, уже больше половины дистанции мы шли с ним вторыми, я слегка направлял гнедого к внешней кромке скаковой дорожки с тем, чтобы он мог ясно видеть препятствия.

На расстоянии, составляющем почти половину скакового круга, уже были видны трибуны, люди и финишный столб.

Войдя в последний поворот, мы готовились преодолеть следующее препятствие. Кабардинская скакала на три корпуса впереди меня, я был вторым, а остальные отстали на добрых пять корпусов. Вот та диспозиция, которая устроила бы Сафина. Бриллиант не напрягался, он скакал легко, чувствовался мощный потенциал. Не должен он быть вторым, ну никак не должен, и я принял решение. Бриллиант пошел на обгон и с легкостью обошел кабардинского рысака.

Увидев препятствие, я мгновенно рассчитал расстояние. Бриллиант превосходно преодолел барьер. Он летел через него словно птица.

Взяв гнедого в шенкеля, я послал его через последнее препятствие, а когда на виду переполненных трибун я внезапно появился как победитель, шум обезумевших выкриков, встретивший меня, был вполне заслуженным приветствием. Жеребец стремительно проскакал у финишного столба, и я резко остановил арабского скакуна, похлопал его по шее и посмотрел на трибуны. Большая часть людей глядело в мою сторону. Я проследовал вперед, меня встречало множество радостных людей. Сквозь толпу пробирался Сафин. На лице его застыла улыбка, но глаза глядели сурово.

— Ну ладно, Филин, — выкрикнул он. — Ты знаешь своё будущее. — И ушёл с кем — то беседовать.

Меня встретила Марина. У нее было улыбчивое лицо.

— Я считала, что каждого жокея можно спутать с лилипутом, — сказала Марина, — но вы вполне высокий ростом.

Я засмеялся и произнёс:

— Те из них, кто участвует на скачках с препятствиями в основном все приличного роста. Жокею с длинными ногами легче сжимать бока коню и тем самым удержаться в седле, когда тот в прыжке преодолевает барьер. Хотя впрочем, попадаются высокие парни и в обычных скачках без препятствий, такие как я. Но они значительно худее.

— Браво, браво, вы разбили все мои доводы, — промолвила она и рассмеялась.

Марина похлопывала своего арабского жеребца и говорила о том, как рада, что она выиграла. Я спрыгнул с седла, а Марина взяла Бриллианта под уздцы и повела в падок, где конюх расседлал жеребца. Я думал, как мне незаметно слинять от псов Сафина. Наверняка Макс и Ганс поджидали меня где — то в здании.

Глава 7

В раздевалке я быстро переоделся, выскочил в коридор и пошёл в мужской туалет. Было свободно, и я запер дверь на щеколду. Для меня не составило труда открыть створку окна и выглянуть наружу. Ветвистая ива закрывала весь обзор из людного места. На стоянке виднелись ряды автомобилей, красный внедорожник стоял самый крайний. Был первый этаж, и я легко спрыгнул вниз. Я незаметно подобрался к автомобилю и увидел в метрах десяти Макса, который стоял ко мне спиной и смотрел по сторонам. Я открыл багажник и незаметно нырнул в салон. Сквозь тонированное стекло я видел, как Макс прошел мимо и направился, вдоль рядов, внимательно вглядываясь. Машины одна за другой выруливали на выезд. Ждать пришлось недолго. Открылась водительская дверца, и я увидел Марину.

— Эдуард, вы здесь? — спросила, она не оборачиваясь.

— Да! — ответил я, высунувшись из своего убежища.

— Тогда держите, — и она протянула мне конверт с деньгами. — Там остальная сумма и документы на этот внедорожник.

"Хонда" тронулась с места и внезапно остановилась. Я посмотрел в окно. К машине приблизился высокий кудрявый блондин. Он плюхнулся на заднее сиденье. Я затих.

— Ты же собирался ехать с Виктором? — резко спросила она у мужчины.

— Сафин разъярен и остался, — недовольно произнес тот низким голосом. — Жокей исчез, они ищут его.

Я понял что вляпался, это был ее муж Клаус Бергер. На дороге образовалась цепочка из движущихся автомобилей. Внедорожник медленно ехал.

Бергер закурил и сказал:

— Виктор отдал распоряжение охране осмотреть все машины у ворот.

— Они что там рехнулись, — резко возмутилась Марина. — Ты выйди и объясни им: кто ты есть!?

— Чего раньше времени психовать, — спокойно сказал он. — Пусть себе смотрят, мне не жалко.

Машина приближалась к воротам.

— Я не буду останавливаться, — заявила Марина.

— Ты с ума спятила! — неожиданно рявкнул он.

Марина засмеялась.

— Что боишься своего дружка?

— Он мне никто. Из — за его махинаций я проиграл уйму денег, — в его голосе слышалась злая интонация.

— Надо было меня слушать! Я говорила тебе: нужно ставить на Бриллианта! — возмущенно крикнула Марина.

— Ты что тоже играла?

— Разумеется! И выиграла!

Он промолчал.

Перед нами было несколько автомобилей, которые неторопливо приближались к воротам.

— Двое охранников досматривают автомашины, — произнесла Марина.

Все машины, которые были впереди уже проехали ворота.

— Подъезжаем к воротам, — сказала Марина.

Я приподнял голову. Автомобиль ускорил ход, и через стекло заднего окошка я увидел мужчину. Он глядел на меня.

— Эй, стой, стой! Давай тормози! — заорал охранник, а Марина нажала на педаль газа. «Хонда» рванула вперёд. Впереди стоявший «Мерседес» пытался перекрыть дорогу. Марина резко вывернула руль, и мы проскочили по кромке буквально в нескольких сантиметрах от этой автомашины.

— Ну всё, вроде вырвались, — выдохнула Марина давя на педаль газа.

— Они преследуют нас! — в ярости завопил Клаус. — Чёрт побери, я предупреждал тебя, чтобы ты не лезла в это дело!

Она молчала. В заднее окно я видел, как скорость стремительно увеличивалась.

— Они отстали! — вскричала Марина, посмотрев в зеркало обзора. — Им не догнать нас.

— Вперёд смотри, — орал Клаус, — не то завезёшь в канаву!

Я оглянулся. Преследователи не отставали и были на удалении двести — триста метров. Впереди показался крутой поворот. Марина слегка сбавила скорость, но этого хватило, чтобы мощный «Мерседес» значительно сократил дистанцию. Мы неслись по центру шоссе. Скорость была огромной.

— Спереди автомашина! — закричал Клаус.

Из темноты дальним светом фар осветило нас и надвигалось с угрожающей скоростью. Марина сбросила газ. Визг шин сзади привлёк моё внимание и оглянувшись, я заметил, что «Мерседес» остановился. Вдруг я почувствовал, как «Хонду» занесло в сторону. Сзади, я немного приподнялся, чтобы посмотреть вперед. Встречный автомобиль стремительно приближался.

Марина сделала резкий манёвр вправо к обочине и колёса запрыгали, словно по пересечённой местности. Она пыталась удержать автомашину, судорожно вцепившись в руль. Прямо на нас мчался автомобиль, ослепляя светом фар. Вероятно, водитель нас не видел.

— О Боже! — закричал Клаус.

Я упал вниз и сжался в комок. Через несколько секунд я услышал позади нас грохот. Я приподнялся из своего убежища и взглянул в заднее окошко.

Позади творилось что — то невообразимое: на боку лежал "Мерседес", его перед был разбит. Метрах в пяти от него лежала перевернутая грузовая "Газель".

В горячке не помня себя, я выскочил из "Хонды" и увидел Марину. Она стояла у дерева, опираясь на него. Лицо ее было испуганное.

— Эдуард, пойдите, взгляните, что там?

Она смотрела мимо меня. Я отправился на шоссе.

Мне хватило пяти минут, чтобы разглядеть покорёженные автомобили. Я осмотрел "Газель". Шофёр сидел за рулём, в его глазах застыл ужас. Его грудь словно копьём пронзила рулевая колонка. Я подошел к "Мерседесу", его передняя часть была превращена всмятку. Водитель и пассажир были в крови и вдавлены в спинку кресел. Больше никого не было. Помочь им уже никто не мог. Я вернулся к "Хонде", совершенно забыв о Клаусе. Клаус лежал около машины на траве без сознания.

— Что с ним случилось? — спросил я.

— У него слабое сердце, но он еще жив, — не скрывая волнение, выдавила она, держа руку на пульсе. — Нужно немедленно отвезти его в больницу.

Я перенес Клауса в салон и положил на заднее сиденье. На полу что — то блеснуло. Это была золотая авторучка, на конце колпачка поблескивал крупный бриллиантовый камень. "Пригодится", — подумал я и сунул в свой карман. И тут же сел рядом с водителем. Марина тронулась с места. Мы развернулись и поехали в город. Через полчаса мы подъехали к городской больнице. Врачи быстро увезли его в палату интенсивной терапии. Марина последовала за ними.

С таксофона я сообщил полиции об аварии и описал это место за городом. Я устроился в машине и стал ждать. Через час Марина вернулась и сообщила:

— Он еще не очнулся. Состояние Клауса очень тяжелое, его подключили к аппарату. Врач сказал, что у него инфаркт и сотрясение мозга, у него сильный ушиб головы.

— Что будешь делать? — спросил я.

Она задумалась, готовясь принять срочное решение.

— Врач намекнул, положение критическое, все решится в три — четыре дня, он может не выжить. А теперь, Эдик, слушайте меня внимательно. Мне нужна помощь. В том, что случилось, виноваты вы тоже. У вас есть шанс заработать большие деньги, но для этого надо делать так, как я скажу.

Я молчал, мысленно прикидывая свое нынешнее положение. Люди Сафина так просто от меня не отстанут. Они будут искать меня. А если у меня будут приличные деньги, то я уеду и спокойно обоснуюсь где — нибудь на юге Германии, заведу свое дело, и они меня не достанут.

— Я согласен. Что надо делать?

Марина улыбнулась, было видно, что её нервное напряжение немного спало. Она подумала, что не ошиблась в этом парне.

— Вы можете заработать десять миллионов рублей.

Я был ошеломлен. — Десять миллионов!

Марина кивнула и рассказала мне, что Клаус очень богат: владелец сети магазинов и ресторанов, а также санатория и крупного развлекательного центра. Он имеет солидный пакет акций крупной строительной компании, а также является ведущим акционером коммерческого банка.

— Его дело стоит сотни миллионов долларов, — сказала Марина и задумалась. — Если вы не струсите и поможете мне. Вы будете иметь даже больше десяти миллионов… в довесок прекрасный дом в Германии, на берегу Бодензее, рядом со Швейцарией.

Она смотрела на меня изучающим взглядом.

— Запомните, у нас с вами три — четыре дня, пока он жив. Если Клаус умрёт, то стервятники накинутся со всех сторон. А два его заместителя в первую очередь. Они загребут всё, а мне достанутся лишь копейки. А если будут знать, что хозяин жив, то всё пойдёт своим чередом. Очевидно, я и сама бы управилась, но с вами всё было бы гораздо проще. На кону сотни миллионов долларов, и дело может выгореть в том случае, если вы будете слушать меня, и выполнять всё что я скажу.

В отсутствии Клауса сетью магазинов и ресторанов заправляет Вадим Рюмин. Санаторием и крупным развлекательным центром ведает Марат Кашин. Акции банка и строительной компании находятся там в его личном сейфе в офисе, там же находится крупная сумма денег.

— С чего вы хотите начать? — поинтересовался я.

— Есть одна идея. В моей сумочке есть один бланк с его подписью. Остается составить правильный текст.

У меня возник резонный вопрос: — Как вы меня представите?

— Может быть его помощником по финансам.

— Какой же я финансист? — возмутился я.

— Ну ладно, будем действовать по обстановке.

— Думаю, для меня нужно придумать что — то попроще, — заявил я.

— В таком случае, пока остановимся на телохранителе. Клаус давно искал подходящего телохранителя, — сказала она. — Я думаю, это не вызовет подозрений.

Я понял, что Марина все тщательно продумала.

— Таким образом, нам нужно за три дня решить все вопросы. Конечно, могут возникнуть определенные сложности. Думаю надо начать с санатория. Марат Кашин не простак. С вашей помощью я с ними справлюсь. Надеюсь, пистолет вы не потеряли?

Я понял, к чему она клонит и от волнения мои ладони стали влажными. Я не готов был идти на убийство.

— Может быть, обойдемся без трупов? — спросил я, надеясь, что она согласится.

— Вряд ли! Так просто власть и деньги не отдают, — промолвила она. — Имейте ввиду, Эдик, на вашем кону десять миллионов рублей и ключи в рай.

Само собой, без неприятностей не обойтись, подумал я, но с огромными деньгами по — другому не бывает.