Последний восточный дракон

  — Очень важное дело. Вопрос жизни и смерти. Нужно!

  — Мало ли какое может быть дело. Вам-то, может, сойдет и обычный. А то подавай самый настоящий, проверенный... Такой поди найди где-нибудь. Особенно в наши дни.

  — Дело очень важное, честное слово! — повторил Миопа с досадой. — Ну очень нужно! Ну позарез как. А где же его взять тогда?

  — Ну, — капитан пыхнул трубкой, — есть у меня такой компас. Очень хороший, проверенный и надежный, я с ним обошел все море, и он ни разу меня не подвел. А я был... Нет, рассказывать где я был — до утра не справишься. Но такой компас я, конечно, не отдам для абы чего. Меня тоже поймите.

  — Понимаешь, — стал взволнованно объяснять Миопа. — У нас там в сарае сейчас лежит драконенок. Они летели с дедушкой домой на восток, и их настиг ураган. Его закрутило и выбросило рядом с ними. — Он указал на Леессо. — Понимаешь, он еще маленький, и ему еще не исполнилось девяносто девять лет. А у драконят, пока им не исполнится девяносто девять лет, еще не развивается чувство. И получается так, что он никак не сможет долететь домой. А он самый последний из восточных драконов, и дедушка сейчас там где-то очень переживает и, наверно, с ног уже сбился. Ну с крыльев, то есть. А может ведь не найти! В общем, нам нужен компас. Только ты никому не рассказывай! Ни в коем случае! Ты наш народ знаешь...

  — Ну ваш-то народ я, может быть, знаю не так хорошо... Сам-то я из-за моря. Хотя сколько ни хожу — весь свет обошел, кажется — люди везде одинаковые. А у нас тоже драконы давно сгинули. Последнего видели когда я еще маленький был... А я, помню, так хотел подружиться с драконом! — Капитан пыхал трубкой, мечтательно вглядываясь в морской горизонт, который уже кутался вечерней дымкой. — Я и в моряки пошел оттого, что думал, может быть, есть еще земли, где драконы живут.

  — Ну и как? Видел где-нибудь? А то у нас драконы живут только за Восточным морем, и еще на севере, но так далеко, что уже на самом краю земли.

  — Еще есть на западе, но тоже так далеко, что идти больше месяца. Я собираюсь сходить туда на следующий год. Дел слишком много, то туда, то сюда.

  — А можно с тобой? — закричали ребята. — Мы отпросимся, на лето нас отпустят! Ты нас возьмешь?

  — Конечно! На следующий год, в начале лета.

  — Здорово! — воскликнул Миопа. — Как раз начнутся каникулы, и можно будет сходить к драконам.

  — Ладно, — кивнул капитан. — А карта? К компасу нужна карта!

  — Вот! — Миопа поспешно вытащил из-за пазухи свиток. — Нам Звездочет дал!

  Капитан развернул карту и с уважением крякнул.

  — Таких карт уже давно не делают! — Он грустно вздохнул. — У вашего Звездочета больше нет таких? Вот бы ее срисовать.

  — А ты сходи к нему, — покивал Миопа. — Он в башне живет. Скажешь, мол, от Миопы, это меня так зовут, тебя сразу пропустят.

  — Завтра с утра, если успею, — покивал в ответ капитан. — Великолепная карта! С такой картой не пропадешь. Ладно, сейчас приду...

  Он поднялся по трапу. Ребята с нетерпением ждали, все же оглядываясь на матросов, которые разбирали на пристанях замечательные обломки. Наконец капитан вернулся. В руках у него сиял большой медный компас.

  — Держите. Это мой запасной компас, точно такой же, как главный на палубе. Точный и надежный, ручаюсь. Старинный... Таких тоже сейчас не делают, — добавил он, грустно попыхивая. — С такой картой и с таким компасом ваш друг не заблудится.

  — Спасибо! — стали наперебой благодарить ребята. — Так как насчет лета? Значит берешь нас? К драконам на запад?

  — Ну договорились ведь. Все, бегите! Темнеет!

  — Спасибо! Счастливо!

  Ребята, наконец, распрощались с капитаном и побежали с пристаней.

  Пока поднимались к городу, пока перебирались через реку (мост ведь, наверное, еще неделю будут чинить), пока крались во двор — стемнело. Леессо стащила фонарь, и ребята проникли в сарай к драконенку. В темноте, в мягких лучах фонаря заискрились два золотых глаза. Драконенок высунул голову из-под рогожи и радостно оглядел ребят.

  — Ну вот, — расстроилась Леессо, подбежав. — Опять плакал! Почему у тебя глаза мокрые! Ведь обещал не плакать!

  — Я уже думал, вы не придете, — стал оправдываться драконенок. — Знаете как тут страшно и одиноко, в сарае! Правда, собаки прибегали, подбадривали, косточек принесли, но все равно! Они-то хотят помочь, но что они могут... Как хорошо, что вы пришли! Вы хотя бы раз в день приходите, ладно? А то здесь так тоскливо и страшно.

  — Не хнычь! — приказал Миопа деловым голосом. — Во-первых, мы принесли тебе карту и компас. Сейчас я расскажу как нужно лететь, и ты отправишься в путь. Во-вторых, тебе все равно нельзя оставаться в сарае! На тебя обязательно рано или поздно наткнутся. Или ты случайно чихнешь, или закашляешь, и сожжешь сарай. Ты же дракон! Хотя бы и маленький. Теперь вот что...

  Миопа расстелил на полу карту и придавил фонарем, чтобы не заворачивалась.

  — Вот линия. Это тебе так нужно лететь. Карта очень хорошая, с высоты все будет видно так же как здесь. Тебе только нужно представить эту линию на земле и лететь прямо по ней. Главное, все время держи карту так, чтобы она показывала землю как есть. Смотри, видишь, в углу тут тоже есть компас, нарисованный! Держи карту так, чтобы синяя стрелка на компасе у тебя совпадала с синей стрелкой на карте. Чтобы они смотрели в одну и ту же точку на север.

  — Ага! — Драконенок с восторженным интересом разглядывал карту. — Я понял! Я должен держаться так, чтобы линия, по которой лететь, как бы проходила через эти вот рисочки на моем компасе?

  — Совершенно верно. Ты молодец, — похвалил Миопа. — Ты полетишь на северо-восток, перелетишь через эту вот реку, потом через эти болота, потом через этот вот лес. Где-то под утро, наверно — ты же быстро летаешь? — долетишь до северного уголка Восточного моря. Самое главное — приземлиться и спрятаться, спрятаться! Здесь никто не живет лет уже триста, но постоянно водятся всякие разбойники и негодяи, и — запомни! — охотники за драконами. И тебе ни в коем, ни в коем случае нельзя попадаться им на глаза! Если тебя заметят, то наверняка застрелят, волшебными стрелами!

  Миопа, Ктуба, Леессо и драконенок какое-то время молчали в ужасе. Потом драконенок сказал испуганно-злым шепотом:

  — Это они застрелили моих родителей?

  — Наверно! Поэтому тебе нужно быть ужасно внимательным и осторожным! Представь только, если с тобой что-то произойдет! Представь как расстроится дедушка, если тебя вдруг подстрелят! А еще хуже, представь что будет вообще! Ведь ты последний восточный дракон! Как же так, на востоке теперь не будет драконов! Как же жить без драконов? И представь, как мы тут все расстроимся, если узнаем, что с тобой случилась беда! А ведь это может быть так далеко, что мы и не добежим тебя выручать!

  — Я буду очень, очень внимательным и осторожным! — твердо сказал драконенок, но голос его задрожал. — Честное слово, я буду очень внимательным, и меня не заметят! И не подстрелят! Днем я не высуну и хвоста! Как только начнется рассвет, я сразу где-нибудь приземлюсь и спрячусь! А когда выглянут звезды, я полечу и наутро уже буду дома!

  — Видишь, мы специально так подобрали линию, чтобы можно было в любой момент приземлиться и спрятаться. Только не сбейся! Когда ты переждешь день и вылетишь снова, тебе нужно будет лететь на юго-восток. Значит, — Миопа развернулся с компасом, показывая как поведет себя стрелка, — линия, по которой лететь, должна проходить уже через вот эти вот рисочки.

  — Ага, — кивал драконенок, сияя глазами в полумраке сарая. — Вижу! Все ясно, это вовсе не сложно! А самое главное, ведь можно летать даже без чувства!

  — Долететь, — поправил Миопа. — Летать без чувства нельзя. Долететь домой... Когда очень нужно. Ну! Будем прощаться. Стемнело, самое время лететь. Важно, чтобы за ночь ты пролетел населенные земли и приземлился уже в глухомани. Ты понимаешь, почему это важно. — Мальчик посмотрел в золотые глаза.

  Тогда они вышли на улицу, под ранние звезды осеннего вечера. Воздух был очень свеж. Драконенок вдохнул полной грудью.

  — Как здорово! Лететь ночью, в таком воздухе и под звездами!

  — Везучий ты!.. — Леессо чуть не плакала, оттого что пришлось в конце концов расставаться. — Я тоже хочу улететь! А у меня даже крыльев каких-нибудь нет. Ты обязательно возьми рогожу! И вот еще тыква тебе, вкусная! Давай, я подвяжу тебе под лапу, а то на севере уже холодно, особенно в пустоши, и там можно замерзнуть даже днем!

  — Возьми, пригодится, — кивнул Ктуба. — Как знать, что будет, ведь там тебе даже не запалить костра! Во-первых, там вовсе может не оказаться веток! Во-вторых, если ты их найдешь и разложишь костер, так этого делать нельзя, и никак! Могут заметить злодеи!

  — Ну пока! Нужно лететь, а то уже поздно! — Леессо всхлипнула, бросилась к драконенку и обняла за шею.

  — Вы настоящие друзья, — тихо сказал драконенок. Он даже не знал, куда подевать глаза и смотрел грустно в землю. Броня мрачно мерцала в сумерках осеннего вечера. — Когда я вырасту, мне исполнится девяносто девять, я выберу себе имя, а дедушка уже отпустит меня одного из пещеры, я сразу к вам прилечу! Ведь у меня теперь есть карта!

  — А тогда покатаешь нас, хоть чуть-чуть? Хоть над лесом? — Леессо вытирала слезы.

  — Еще бы! Мы залетим в самую глушь и побродим там где-нибудь по холмам! А потом залетим на какой-нибудь пик и разведем в высоте огонь! И будем сидеть и смотреть вокруг, и весь мир будет у нас под ногами! Здорово?!

  — Еще как! — кивали ребята, грустные как никогда в жизни.

  — А потом даже слетаем к нам в гости! Эх, знаете какой у нас замечательный вид из пещеры! Долина, такая тихая и уютная! А внизу — горная речка, быстрая и прозрачная, как будто хрусталь вытекает из гор! И вода в ней такая чистая и такая вкусная, студеная — брр! А наверху ясное небо, бархатное и ласковое, даже когда очень холодно... Эх, знаете как у нас здорово!

  — Пора! — Миопа вручил драконенку карту и компас. — В дорогу! Попутного ветра!

  — Попутного ветра! — сказал Ктуба.

  — Попутного ветра! — сказала Леессо.

  Тогда ребята по очереди обняли драконенка за шею. Сверкнув на прощанье глазами, он разбежался, подпрыгнул. Мощно, как настоящий взрослый дракон, ударил крыльями. Потом ударил еще раз, еще — толчок за толчком, поднялся ввысь — последний луч солнца на миг просиял в броне — и растворился в бездонной синеве осеннего неба.