Письмо со свалки

Андрей Иванов, Дмитрий Рубин

Письмо со свалки

1

Попадая на некоторые улицы Васильевского острова, кажется, будто находишься не в центре многомиллионного мегаполиса, а в далеком провинциальном городке. Двух-трехэтажные дома, мощеная проезжая часть, редкие автомобили. Одинокие прохожие словно замедляют шаг, стараясь не нарушать неторопливого ритма местной жизни.

На такой улице много лет проживали некие Михайловские. Когда-то их семья состояла из трех человек,— родители средних лет и их сын Саша. Квартира была коммунальной. В одной из трех комнат обитали пожилые бездетные супруги, в другой — старушка блокадница. Соседи постепенно умирали, освобождая комнаты, которые стала занимать семья Михайловских. Лет двадцать назад умерла блокадница, и квартира из коммунальной превратилась в отдельную. Саша к тому времени закончил школу, институт и женился на своей бывшей однокурснице Ане. Вскоре у них появилась дочь Таня. После четверти века совместной жизни родители Саши развелись, отец выехал из квартиры. А еще через пятнадцать лет умерла сашина мать.

Шли годы. Саша превратился в Александра Сергеевича — солидного начальника большого конструкторского бюро. В девяностые годы его контора долго не работала, перестав получать заказы. Михайловский даже был вынужден одно время работать шофером. В качестве частного «извозчика» он халтурил у Московского вокзала. Туда было непросто устроиться со стороны. К счастью у Михайловского был старый институтский знакомый, вхожий в местную «мафию». На своей немолодой «шестерке» бывший инженер развозил приезжих и жителей по домам и гостиницам. Случалось, подхватывал клиентов и на улицах города. Иногда удавалось сорвать крупный куш. Бывали и огорчения. Один раз его пытались ограбить. К счастью грабители были непрофессионалами. К тому же они изрядно выпили перед налетом. Видимо, для храбрости. Двое мужчин лет — тридцати пяти — сорока попросили подвезти их до проспекта Большевиков. Был поздний вечер. Клиенты велели остановиться возле большого темного пустыря. Михайловский почувствовал неладное и на всякий случай нащупал в правом кармане газовый балончик. Один из двух пассажиров нетвердым голосом потребовал от бывшего инженера деньги и машину.

Михайловский никогда не был агрессивным человеком. Напротив, окружающие считали его меланхоликом. Он не дрался в школе. Не любил уроки физкультуры. Пытаясь начать заниматься спортом, каждый раз бросал после второго-третьего занятия. Но здесь на Михайловского что-то нашло. Он выхватил из кармана балончик и направил струю газа в лица пассажиров, сидящих на заднем сидении. Неизвестно, чем бы закончился поединок, но в этот момент по проспекту Большевиков случайно проезжал милицейский «уазик». Возвращавшиеся с дежурства милиционеры направлялись в отделение милиции, находившееся неподалеку. Заметив их Александр Сергеевич пулей вылетел из своей «шестерки» на середину проспекта и замахал руками, «уазик» остановился. Запыхавшийся Михайловский в двух словах объяснил стражам порядка, в чем дело. Неудавшиеся грабители в это время откашливались и обливались слезами в его машине. Вскоре милиционеры посадили их в «упаковку» и велели потерпевшему ехать вслед за «уазиком» в отделение. Там Михайловский подписал короткий протокол, а его обидчиков поместили в «аквариум». Впрочем, сидели в нем грабители недолго. К утру их выпустили, но до дома они уже добирались на общественном транспорте.

С тех пор прошло несколько лет. В связи с возобновлением военных заказов Михайловский вновь начал работать в конструкторском бюро. Инженер получал неплохую зарплату, и ему больше не нужно было заниматься автохалтурами. Да и машина вскоре окончательно развалилась. Однако порой за рюмкой водки Михайловский рассказывал сослуживцам о том вечере с грабителями. Иногда он даже приукрашивал случившееся двумя-тремя вымышленными деталями.

Итак, Александр Сергеевич Михайловский имел немалый опыт противостояния с преступниками. Но в серый октябрьский вечер, о котором идет речь, применить его нашему герою не удалось. Может быть, из-за того, что под рукой у него вовремя не оказалось газового балончика.

Александр Сергеевич вместе с супругой Анной Петровной сидели в комнате перед телевизором. Шла мелодрама времен их молодости. Супруги знали наизусть содержание фильма, но им приятно было вновь и вновь переживать с героями нехитрые радости и огорчения их экранной жизни. Дочь Таня принимала душ. Ей неинтересны были старые фильмы. Кроме того она собиралась пойти с подругами в модный ночной клуб.

На кухне готовились тосты. Когда хлебцы поджарились, тостер щелкнул, вытолкнув их из себя. Услышав щелчок, Михайловская вышла на кухню. Чайник уже вскипел. Анна Петровна положила поджарившиеся тосты на тарелку, бросила чайные пакетики в кружки и налила в них кипяток. Затем она поставила угощенье на поднос, добавив туда еще сахарницу, банку варенья и розетки. Хозяйка принесла угощенье в комнату и поставила на журнальный столик перед сидящим в кресле супругом.

— Спасибо, Анечка,— сказал Михайловский.

Александр Сергеевич обладал хорошим аппетитом, о чем говорили его животик и пухлые щеки. Он положил ложку сахара в чашку, тщательно размешал чай и начал намазывать варенье на тост. Закончив эту операцию Михайловский откусил от тоста большой кусок и захрустел, пережевывая его. Вдруг в дверь раздался звонок.

—  Ты ждешь кого-нибудь? — спросила мужа Анна Петровна.

Михайловский отрицательно замычал и замотал головой, жуя свой кусок тоста.

— Саша, иди, открой,— сказала ему жена. Вздохнув хозяин квартиры направился к двери.

— Кто там? — спросил он.

— Вам телеграмма,— раздался голос.

Михайловский накинул цепочку. Приоткрыв дверь, он выглянул на лестничную клетку. Дальнейшее было настолько неожиданным, что Александр Сергеевич не сразу сообразил, что произошло. За дверью стояли двое молодых людей. Когда дверь приоткрылась, один из них с разбегу налетел на нее. Цепочка порвалась. Грабители ворвались в квартиру, выхватили ножи и направили их на Михайловского. Затем угрожая оружием преступники затолкали супругов на кухню. Они посадили их на стулья спинами друг к другу и обмотали скотчем.

Таня продолжала принимать душ, не слыша того, что происходило в квартире. Шум воды привлек внимание грабителей. Один из них заглянул в ванную и отодвинул ножом полиэтиленовую занавеску. Таня вскрикнула.

—  Спину не потереть? — криво улыбнулся преступник.

Девушка была в шоке.

— Вы кто? — с трудом проговорила она.

— Бюро добрых услуг.

Грабитель вышел из ванной. Он взял в коридоре табуретку и заблокировал ею дверь.

2

Оперативники Двенадцатого отделения милиции капитан Ларин и старшие лейтенанты Дукалис и Волков получили вызов. Они выехали на квартиру Михайловских. Вместе с ними — эксперт криминалист Александр Калинин.

На месте происшествия милиционеры застали грустную картину. Взъерошенный Александр Сергеевич нервно ходил по квартире. После ухода грабителей хозяин квартиры с трудом освободился от скотча, которым они с супругой были приклеены к стулу. Затем он помог Анне Петровне и выпустил из ванной Таню. Сделав это Михайловский тотчас вызвал милицию. Выйдя из ванной Таня с ужасом осмотрела квартиру, точнее то, что от нее осталось. Женщины с трудом приходили в себя. Они сели в углу на диван перед столиком, на котором когда-то стоял телевизор.

Эксперт-криминалист Александр Калинин сделал несколько снимков. Оперативники внимательно осмотрели трехкомнатное жилье Михайловских. Несмотря на то, что квартира уже давно была отдельной и даже приватизированной, дух старой коммуналки все еще витал в ее стенах. Михайловские жили скромно. Они могли себе позволить купить ту или иную дорогую вещь, но на полноценный ремонт не хватало ни денег, ни сил.

Пока Дукалис и Волков осматривали квартиру и разговаривали с женщинами, Ларин побеседовал с Александром Сергеевичем.

— Расскажите, пожалуйста, подробно, что здесь произошло,— попросил Ларин Михайловского.

Хозяин квартиры закурил.                        

— Может, хотите что-нибудь выпить? — спросил он Ларина.

— Спасибо, на службе не пью.

— А я, с вашего позволения...

Михайловский подошел к серванту и вынул оттуда початую бутылку водки. Наполнив рюмку он залпом опрокинул ее.

—  Странно, что водку не унесли,— усмехнулся Александр Сергеевич.

—  Грабители были из общества трезвости,— мрачно пошутил Ларин.

Оперативник тоже закурил.

— Итак,— сказал он,— давайте с самого начала.

— Давайте,— кивнул головой Михайловский.

Он изложил Ларину все, что случилось с его семьей сегодня вечером, дойдя до прихода оперативников в его квартиру.

— Сможете составить фоторобот преступников? — спросил Ларин.

— Конечно,— кивнул головой Михайловский.

В этот момент к разговору присоединились Дукалис, Волков, а также мать и дочь Михайловские.

—  Кто бы мог подумать,— всплеснула руками Анна Петровна,— у нас и брать — то нечего.

— В наше время бывает, огрызки сыра из холодильника уносят,— возразил Волков.

Ларин еще раз обвел глазами комнату.

— Что же все-таки пропало из квартиры? — спросил он.

Михайловский задумался.

— Видеомагнитофон, телевизор маленький с кухни...

—  Музыкальный центр и моя шуба,— подсказала отцу Таня.

—  Моя коричневая куртка, ковер, что-то из книг...— продолжил перечислять Михайловский.

— Понятно,— сказал Ларин.— Составьте, пожалуйста, подробный список пропавших вещей.

Составив протокол оперативники засобирались обратно в отделение. В коридоре Дукалис обратил внимание на порванную цепочку на дверях.

—  Что же вы открываете дверь неизвестно кому? — обратился он к Михайловскому.

— У нас же была цепочка! Сами видите!

Дукалис скептически улыбнулся.

— Когда я ее покупал,— заявил Александр Сергеевич,— мне сказали, что она из лучших сортов стали!

Дукалис вынул остаток цепочки из двери и без труда разорвал его на две части.

— Действительно, из лучших сортов,— прокомментировал он.

Таня подошла к Ларину. Капитан больше своих коллег вызывал доверие у девушки.

— Скажите, есть надежда, что грабители найдутся? — спросила Таня у капитана.

Ларин взглянул в глаза девушки. Из всей семьи Михайловских Таня являлась единственным человеком, с кем оперативнику приятно было общаться. На вид девушке было лет двадцать-двадцать пять.

— Не волнуйтесь, Таня, постараемся найти. Сделаем все возможное.

Ларин протянул Тане свою визитку.

— Вы, наверное, где-нибудь учитесь? — спросил он.

— Да, учусь. В Академии Культуры. У меня сейчас сессия.

Оперативник улыбнулся.

— Желаю вам сдать все экзамены на «Отлично».

— Спасибо,— ответила Таня.— Я постараюсь.

3

Что может быть лучше пива? Если задать этот вопрос нашим оперативникам, то скорее всего они ответят так: «Лучше пива может быть только водка». Однако пиво напиток куда более демократичный, чем его сорокаградусный родственник. Если водка требует закуски, времени и, наконец, повода, то пиво вполне может обойтись без всего этого.

Офицеры милиции Ларин, Дукалис и Волков знали толк в пиве и любили время от времени приложиться либо к кружке, либо к горлышку бутылки с бодрящим пенным напитком. В тот день погода особенно располагала оперативников к тому, чтобы расслабиться. Стояло бабье лето. Воздух был прозрачен и чист. Во время перерыва оперативники решили выпить пива в сквере недалеко от отделения. Там находился ларек, куда наши герои часто заглядывали, как после, так и во время рабочего дня.

Дукалис первый взял охлажденную бутылку и открыл открывашкой, услужливо лежащей на прилавке.

— Черт, холодное, как бы не простудиться,— сказал оперативник, сделав внушительный глоток.

Ларин и Волков присоединились к коллеге. Вдруг к ларьку подошел старый знакомый ментов бомж Петрович. Это был человек неопределенного возраста и неопределенных занятий. Время от времени он приходил в отделение, чтобы переночевать в «аквариуме». Иногда поставлял оперативную информацию с улицы, прося за это небольшие деньги или бутылку.

—  Здорово, мужики,— обратился Петрович к ментам.

— О, Петрович, здорово,— сказал Волков.

Оперативники с интересом рассмотрели старого знакомого. Против своего обыкновения бомж был одет в приличную темно-коричневую кожаную куртку.

— Я смотрю, ты приоделся,— усмехнулся Ларин.

Петрович с гордостью провел ладонями по куртке.

— Народ у нас совсем зажрался,— сказал он,— смотри, какие вещи на помойку выкидывают.

— Это где такие помойки? — спросил Дукалис. Бомж посмотрел на оперативников.

— Пивка купите? — поинтересовался он.

Милиционеры переглянулись.

— Купим,— сказал Дукалис.

Офицеры выгребли мелочь из карманов и взяли бутылку пива Петровичу.

— Значит так,— начал рассказывать бомж,— Рязанскую улицу знаете?

— Ну знаем,— кивнул Волков.

— Давеча идем по двору с друзьями, смотрим, в мусорных баках и телевизор, и ковер, и шуба. Вот уж точно, кто-то с голоду пухнет, а кто-то с жиру бесится.

Оперативники переглянулись.

— Какие-то ты нам сказки рассказываешь,— сказал Волков.

Петрович сделал большой глоток пива.

— Ей Богу, мужики!

Ларин повернулся к Дукалису.

—  Толя,— сказал он,— ты не помнишь, на вчерашнем ограблении была кожаная куртка?

—  Вроде была,— ответил Дукалис.

—  Вот что, Петрович,— сказал Ларин бомжу,— пойдем-ка навестим твоих друзей.

— Да вы чего, мужики?

Петрович попытался не подчиниться оперативникам. Однако Ларин и Дукалис обступили его с двух сторон.