- Скажешь тоже, - девчонка смутилась.

- Точно, - цыганенок посмотрел на нее в упор.

Короткое путешествие закончилось у противоположного берега. Яшка спрыгнул в воду и стал вытягивать лодку на берег.

- Ты чего?

- Я тебя одну не пущу, на пару пойдем!

- Да ты что! Провалить разведку хочешь?

- Ксанка!

- Тут и спору нет, ступай! - девушка выпрыгнула из лодки и решительно побрела к берегу.

- Ксанка, Ксанка! Постой, Ксанка! - Яшка бросился вдогонку. - Ну погоди же, ну! Она обернулась и строго сказала:

- Ты слыхал, что Данька велел?

- Да я не то, - Яшка подошел вплотную и снял с шеи маленький крестик.

- Зачем?

- Дедов крест, беду стороной отводит, - пояснил цыган, отворачиваясь.

- Пойду я, - Ксанке стало как-то тоже неловко.

- Ступай.

* * *

Благодаря бурнашам (чтоб им пусто было), хлопот по хозяйству у тетки Дарьи стало меньше. Десяток кур и кабанчик пропали в их ненасытных глотках, и ни один не поперхнулся, хоть и поминала она их недобрым словом по сто раз на дню. Только коровку ей мстители возвратили, дети без молока не остались. И на том спасибо и низкий поклон.

Утешая себя этими нехитрыми мыслями, тетка Дарья окучивала на огороде бульбу.

- Ку-ку, ку-ку, - раздалось вдруг ниоткуда. Баба бросила работу и стала, озираясь. Потом оставила инструмент и ушла с огорода...

- Слыхал? - обратился Семка к бывшему уряднику, а ныне вольному казаку Тимофею.

Тимофей в засаде был поставлен Лютым за главного.

- Тихо, а то получишь трошки на орехи, - пригрозил он.

Если только удерут "мстители" - не сносить Тимофею головы. Сидор не посмотрит, что он из урядников, ему на всех начхать. Даже к самому батьке Бурнашу относится Лютый с усмешкой. А вот за свой приказ нарушенный - не помилует. Тимофей четко уяснил: сидеть тихо, если кто в гости посторонний заявится - хватать немедля, а если кукушка с петухом просигналят, то тут уж втрое внимательнее надо быть. И куда баба побегла? Со своего места бурьяна за огородом - Тимофей тетку Дарью больше не видел. Зато ее должны видеть еще трое казаков, что сидят позади ограды. Бывший урядник тихонько достал маузер и взвел боек. Кто знает, сколько в красной банде человек?

Ксанка смело вошла в ограду, затворила за собой калитку и привычным по-мальчишески широким шагом направилась к хате.

- Хватай! - скомандовал Тимофей и высунулся из бурьяна. Ксанка по привычке схватилась за карман, где обычно носила револьвер, да только нет на юбке карманов...

Бурнаши смело двинулись к девчонке, но путь им преградил, ощерив клыки, хозяйский пес. Тимофей в него выстрелил. Его помощники пальнули еще несколько раз - уже для острастки. Ксанка побежала к калитке, распахнула и тут же перед ней вырос, как из-под земли, здоровый амбал. Кулаки - как гири! Она, не долго думая (пригодилась тренировка), пнула врага в голень. Бурнаш согнулся, тогда Ксанка сделала подсечку и, свалив казака, открыла путь к свободе. Семка, как самый шустрый, первым догнал разведчицу и, не желая сталкиваться с ней лицом к лицу, ударил девчонку прикладом. Словно споткнувшись, Ксанка покатилась в дорожную пыль.

- Пымал гадюку! - гордо доложил Семка запыхавшемуся Тимофею.

- Да ты вин ее прибил, дурачина! - урядник представил гнев Лютого и задрожал.

- Ничего, красные - они живучие, - спокойно сказал казачок и принялся вязать своей добыче руки.

Словно в подтверждение этих слов Ксанка тихонько застонала.

- Лови бабу, - приказал Тимофей.

Тетку Дарью бурнаши отыскали в хате, оторвали от детей, которых она в испуге обняла, и за волосы выволокли на улицу. Бесчувственную Ксанку бросили через седло и повезли на расправу к сотнику Лютому.

10

Яшка уже был на своем берегу, когда забрехала собака. И тут же раздался выстрел, за ним еще несколько. Цыган на секунду замер, развернулся и бросился напрямик через камыши, не разбирая тропинки.

Только бы он ошибся, твердил про себя Яшка. Только бы это пьяные бурнаши устроили салют в небо или померещилась им с похмелья красная конница... Но про себя знал, что непоправимое случилось.

Цыганенок прыгнул с берега и короткими саженками отчаянно резал воду. Быстрее любой лодки доплыл он до противоположной стороны, бегом поднялся по косогору и ворвался в калитку знакомой ограды. Его бы не остановил сейчас и целый эскадрон. Но на пути никого не было.

Только среди пустого двора лежала мертвая собака тетки Дарьи. Как гончая по следу, обежал Яшка вокруг хаты, заглянул на огород. Хозяйка и ее ранняя гостья пропали. Но, уже уходя, у калитки цыган заметил подаренный им крест с оборванным шнурком. И душа его также оборвалась. Яшка подобрал крестик и сжал в кулаке до боли.

* * *

- Вот бисова семейка! - воскликнул Лютый, когда к нему доставили юную разведчицу. - Может, и тебе, девка, треба для уму горячих всыпать?

- Чегой-то вы, дядя Сидор, гутарите?

- Не понимаешь?

- Нет, дядя Сидор, - Ксанка пошире распахнула простодушные глаза.

- Ну-ну... покажи, как ты кукуешь, - Лютый, приглядываясь, кругом обошел девчонку.

- Да я ж не умею, - глупо хихикнула девочка.

- А петухом?

- И петухом не можу. Хотите спляшу?

- Я вижу, как ты плясать умеешь, - атаман кивнул на охромевшего амбала, который с ненавистью смотрел в спину Ксанке.

Она оглянулась.

- Да это с перепугу вышло. Как увидела я его рожу перед собой, подумала - бандит. Лютый рассмеялся.

- Значит и "красных мстителей" не знаешь, среди которых брат твой затесался?

- Не знаю, дядечка Сидор, я к тетке Дарье зашла кусок хлеба попросить, а тут... - Ксанка смотрела на него так спокойно, что Лютый ей даже на минуту поверил.

- Жалко мне тебя, сиротку, - сказал атаман. - Чем по чужим людям мыкаться - определю я тебе место, чтоб тепло было да сытно. С батькой твоим мы, может, и враги были, а с дитя - какой спрос... - Насупившись, Любый оглядел притихших от такого оборота дела бурнашей. - Это для всех приказ! Кто сироту обидит - шкурой своей поплатится, поняли?

* * *

... Валерка схватил цыгана за грудки и припечатал к дереву. Яшка, не сопротивляясь, безучастно глядел в сторону.

- Ты же бросил ее! Бросил! Слышишь? Ты струсил! - Валерка оттолкнул Яшку и подскочил к Даньке. - А ты что молчишь? Ну скажи, что он струсил. Скажи!

- Не шуми.

- Выходит, спасайся, кто может, так, что ли?! - Валерку от негодования трясло.

- Яшка б не помог, - внешне спокойно ответил Даниил.

- А ты бы бросил?

- А толку?! И Ксанку б не спас, и сам бы сгорел.

- Напрасно ты его защищаешь, - с тихой ненавистью произнес Валерка.

- Яшке я приказал вернуться, - сказал командир. - Кто ж знал, что там засада будет?

- Неужели тетка Дарья предала? - словно обессилев, Валерка опустился на землю. - Не может быть...

- Ждите меня тут, - принял решение Дань-ка, - если к вечеру не вернусь, пойдешь ты, Валерка.

Яшка с тоской поглядел на командира. Тот подошел ближе, чтобы снять с ветки свой ремень. Подпоясываясь, Данька искоса посмотрел на цыганенка. У Яшки на глазах выступили слезы: смесь горя и несправедливой обиды. Совсем как в тот раз, когда они познакомились...

11

После длинного дневного перехода Ларионов решил, что отряд заночует в степи. Место выбрали у двух холмов так, чтобы издали незаметен был свет костров. Уставших лошадей стреножили и в последние минуты вечерних сумерек они занялись поиском скудных пучков ковыля. Казаки развели костры, из фляги налили в котел воды и поставили на огонь кашу. Отряды Буряаша были по их расчетам далеко, но командир все равно распорядился выставить охрану. Двое караульных расположились на вершинах холмов, а остальные бойцы, уставшие от перехода, прилегли на землю в ожидании ужина.

- Припасы кончаются, батя, - доложила Ксанка командиру. - Сегодня еще хватит сала кашу заправить, а завтра - уже нет.

- А на пустой желудок даже красные военные моряки воевать опасаются! усмехнулся Иван и потрепал дочку по голове. - Я это обстоятельство, Ксанка, сильно учитываю. Завтра мы доскачем до станицы Всеславской, там и подхарчимся.

- Вот це добре, - заметил старый казак Панас, слышавший разговор, нам бы еще каким кабанчиком разжиться и совсем бы другая тогда война пошла!

- Можно и без мяса воевать, - заявил Валерка.

- Это как? - спросил Иван Ларионов и подмигнул Ксанке. - Откуда така информация?

- Я читал, что когда испанские рыцари воевали с сарацинами за освобождение Испании, осадили они в Кастилье крепость Рокафриду. И тогда доблестный рыцарь дон Родриго де Альда вместе со своей дружиной дал обет не есть ничего, кроме молока, пока не падет крепость. Осада продолжалась целый год, и рыцари ни разу не нарушили данное обещание.

- Это нам что ж, цельное стадо коров с собой в поводу водить? спросил Панас. - А как быть, если конным строем в атаку пойти придется? Коровы с нами атаковать будут или тыл прикрывать останутся?!

Последние слова почти поглотил взрыв хохота.

- А я не прочь, - сказал, отсмеявшись, молодой казак по имени Егор, если только удастся к коровам доярок приставить!

Бойцы от смеха покатились по земле.

- Так и я не против, кабы коровы самогон давали, - заметил ко всеобщему удовольствию Панас.

- Ну и взяли рыцари ту Рокаприду? - спросил Ларионов.

- Кажется, нет, - покраснев от смущения, пробормотал Валерка. Хорошо, что стало почти темно. И дернул его черт вспомнить об этих испанцах!

- Каша готова! - позвала Ксанка, избавляя, наконец, Валеру от насмешливой компании.

- Да ты не журись, хлопчик, - шепнул парнишке командир. - Право слово, веселый разговор - он иногда заместо окорока идет. Смотри, как казачки ожили.

Но Валерка все равно обиделся и пошел на пост, чтобы сменить караульного. Слабая заря еще играла где-то на горизонте, а вокруг стало уже почти темно. В животе у Валерки урчало от пустоты, он сорвал травинку и сунул в зубы.

- На, поешь, - на пост взобралась Ксанка и протянула хлопцу тарелку с кашей.

- Спасибо, Оксана, - поблагодарил постовой и вдохновенно заработал ложкой. Ксанка сидела рядом и смотрела на бывшего гимназиста. Валерка все еще носил форменную фуражку, но без кокарды.

- Ты сама-то ела?

- Успею, - отмахнулась девочка. - Слушай, а они буржуи были?

- Кто?

- Рыцари твои.

- Вроде того.

- А сарацины?

- В общем, тоже.

- Так чего же они воевали?

- Наш царь недавно тоже с австро-венгерским императором схватился. За территорию воюют, за землю.

- Неправильно, это мы - за землю! - поправила Ксанка.

- Мы воюем за землю для крестьян, а цари - для себя, - разъяснил Валерка. - Слышишь?

- Что? - девчонка так задумалась над причинами войн, что ничего не замечала.

- Лошади... Кто-то лошадей уводит! Стой! Стрелять буду! - Валерка передернул затвор винтовки, но мелькнувшую на спине одной из кобыл фигуру уже не было видно.

- Ты чего, Валерка? - спросил Панас.

- Кто-то с конями балует! Вон он!