Алиби на всех не хватит

– Да, Орлов просил зайти и забрать полученную информацию.

– Интересно, как ему это удалось? Обычно подобные документы хранятся под грифом «Секретно».

– Во-первых, наш Орлов не последний человек в МВД, а во-вторых, когда люди, подобные Соболеву, переходят в частные структуры, они автоматически становятся неинтересными для девятого отдела.

– Откуда ты это знаешь, Лев? – удивился Крячко.

– Однажды пришлось ехать в купе с одним полковником в отставке, который все это и объяснил.

– Он что, работал в девятом отделе?

– Нет. По соседству.

– Понятно.

– Ладно. Не буду заставлять начальство нервничать, ведь оно очень не любит, когда подчиненные задерживаются, тем более сейчас, когда каждая минута на счету.

– Я смотрю, ты не очень-то спешишь получить важные сведения? – начал генерал, как только Гуров переступил порог кабинета.

– Извините, товарищ генерал, мы с Крячко обсуждали дальнейший план действий.

– И каков ваш план?

– Появились новые сведения относительно партнеров по бизнесу убитого Розенберга.

– Есть что-то серьезное, за что можно зацепиться? – сразу оживился Орлов.

– Для начала надо кое-что проверить. Возможно, понадобится ваша помощь, товарищ генерал.

– Какая?

– Если наша проверка подтвердит, что партнер убитого бизнесмена Тарханов имеет отношение к убийству, надо будет установить за ним слежку и даже поставить прослушку.

– С этим проблем не будет. Нам дали все полномочия невзирая на чины и ранги. Никто не посмеет препятствовать в том или ином вопросе, так что как только понадобится моя помощь – сразу обращайся. А пока вот, возьми. Прислали то, что ты просил. – Орлов протянул несколько отпечатанных на принтере стандартных листков. – Я уже ознакомился, но, на мой взгляд, там нет ничего интересного. Так, общие сведения.

– Можно, я ознакомлюсь с ними в своем кабинете? Да и Стасу надо показать.

– Делай как считаешь нужным, Лев. Мне сейчас главное – результат, а то на меня наседают со всех сторон, сам понимаешь. Был бы я помоложе, сам бы, наверное, кинулся искать этого убийцу, так они меня достали своими вопросами: Когда? До каких пор? – улыбнулся Орлов.

– Постараемся управиться своими силами, – поддержал его шутку Гуров, представив на минуту генерала в роли сыщика.

– О результатах поиска сообщать мне каждый час, – уже серьезно приказал генерал. – И чтобы без напоминаний!

– Есть! Разрешите идти?

– Иди, Лев Иванович, иди, дорогой.

Вернувшись в кабинет, Гуров застал Стаса сидящим перед своим рабочим компьютером.

– Надеюсь, Стас, ты там не «косынку» раскладываешь? – Он прошел за свой стол и, положив перед собой бумаги, стал их просматривать.

– Ты меня, конечно, извини, Лев, но я не настолько отмороженный, чтобы после всего сказанного тобой не понять, что в ближайшие трое суток работа над поимкой преступника станет для нас и едой, и питьем, и женой, и любовницей.

– Совершенно верно, – не отрываясь от чтения, согласился Лев.

– Я пытаюсь сравнить найденный тобою план с городскими ландшафтами.

– И как? Получается?

– Не совсем.

– А может, пойти по короткому пути? – Гуров отложил бумаги в сторону.

– Каким образом? Не хочешь ли ты сказать, что это план двора, где был убит Розенберг?

– А кто его знает? Может, и так, – пожал плечами Лев.

– Это было бы совсем просто. Подобные совпадения только в кино бывают.

– Сюжеты для кино берутся из жизни, так что советую попробовать.

– Ладно, сейчас посмотрю…

Когда через минуту Стас поднял голову, Лев понял, что не ошибся.

– Подошло, – медленно проговорил Стас и повернул монитор в сторону Гурова.

– Я же тебе говорил, – спокойно ответил Лев.

– Я в шоке, Лева. Как тебе это удается?

– Обычное совпадение, и ничего больше. Значит, получается, что Соболев знал о предстоящем убийстве.

– Похоже, что так. А иначе зачем ему чертить план местности, где он бывал как минимум два раза в неделю? Скорее всего, ему надо было рассчитать, где он должен находиться в момент убийства своего хозяина, чтобы самому не стать объектом для устранения, – стал размышлять Крячко.

– Такой профессионал, как Соболев, заранее мог все просчитать и оставить себе ходы к отступлению. Возможно, у него не было выбора. Ему могли дать понять, что его хозяина так или иначе устранят, или же он мог сам догадаться об этом и в нужный момент скрыться.

– Отсюда делаем вывод, что Соболев мог знать заказчика.

– А это та информация, которой нас обещал обеспечить девятый отдел? – Стас подошел к столу Гурова и взял отпечатанные листки. – Что-то негусто.

– Читай вслух, – попросил Лев. – Хочу со стороны послушать.

Работая сыщиком, Гуров привык воспринимать основную информацию на слух. Еще в те времена, когда он не был таким известным и крутым сыщиком, как сейчас, ему приходилось самому опрашивать всех свидетелей и запоминать, что они говорят.

– Илья Соболев родился в тысяча девятьсот семьдесят пятом году в городе Ульяновске, – начал Стас. – После рождения был оставлен родителями в роддоме, после чего его определили в ульяновский детский дом, где он и пробыл до своего совершеннолетия. На момент пребывания в детском доме его никто не навещал и не присылал никаких писем, поэтому можно с уверенностью сказать, что Соболев был круглым сиротой. Когда ему исполнилось восемнадцать, его призвали в армию, где он служил в войсках ВДВ. Большую часть своей службы находился в горячих точках. По окончании службы ему было предложено продолжить службу в структурах МВД, в частности в президентской охране. За время службы Илья показал себя честным и смелым офицером. В две тысячи шестом году был уволен из рядов МВД по собственному желанию. – Закончив читать, Стас положил листки обратно на стол Гурову.

– Что скажешь? – спросил Лев.

– Негусто. Когда у человека нет родных и близких, найти его практически невозможно. Такой человек не будет иметь определенного плана, куда двинуться, а вычислить, что на этот момент родится в его голове, практически невозможно, – заключил Стас. – Даже если на секунду представить, что он решит поехать к кому-нибудь из своих однополчан, это тоже для нас пустой номер. Времени прошло много, и пока мы выясним, с кем он мог дружить во время службы, пройдет не одна неделя.

– А знаешь, что я думаю, Стас? Если гора не идет к Магомеду, значит, Магомед должен прийти к горе! У меня появилась идея. – Лев приложил палец к губам, как было всегда, когда его гениальные идеи начинали приобретать четкие очертания.

После нескольких минут молчания, Стас не выдержал:

– Может, все-таки поделишься, что ты там такое придумал?

– Чуть позже. Сейчас мне надо срочно переговорить с генералом. – И Лев бросился к дверям. – Жди меня здесь, я сейчас! – крикнул он на ходу.

Стас уже привык к подобному поведению своего друга. Когда того осеняла какая-нибудь очередная идея, он вел себя именно так: никого не видел, никого не слушал. Как правило, эти идеи приводили к положительному результату, поэтому окружающие его на тот момент люди относились к нему с некоторой долей терпимости, в том числе и сам Стас. Пройдя за свой стол, он снова уселся за компьютер и стал просматривать информацию о Розенберге.

– Разрешите, товарищ генерал! – войдя в кабинет, сказал Гуров. – Есть дело, не терпящее отлагательств.

– Садись, рассказывай.

– Мы ознакомились с документами по Соболеву.

– И что? Появились идеи?

– Да. Но мне нужна ваша помощь. Точнее, ваше влияние.

– Поясни подробнее, на кого надо повлиять?

– Вы сами читали бумаги и знаете, что Соболев – круглый сирота, хотя это и неудивительно, ведь именно таких людей выбирают спецотделы МВД. Значит, получается, если Соболев решит скрыться, найти его не представляется возможным. А я больше чем уверен, товарищ генерал, что как раз это он и собирается сделать. Даже если не он убийца, все равно приходить к нам с повинной не в его интересах, иначе он давно уже это сделал бы.

– С этим все ясно. Дальше-то что? Что ты от меня хочешь? Организовать операцию «Перехват» или «Вихрь»? Это не проблема.

– Нет, здесь никакой «Перехват» не поможет. Соболев – опытный солдат и, скорее всего, уже предусмотрел такой ход с нашей стороны. Я предлагаю следующее. Сейчас Соболев навряд ли сорвется куда-нибудь. Думаю, у него где-то должна быть квартира, где он захочет отсидеться какое-то время. По крайней мере, пару дней – точно. Ему надо подумать, что делать дальше.

– Лева, что ты все вокруг да около? Давай ближе к делу. Что ты предлагаешь? – Генерал встал из-за стола и нервно прошелся по кабинету.

– Хочу с вашей помощью закинуть ему наживку через телевидение. Если мы не можем в кратчайшие сроки вычислить, где он находится, значит, нужно сделать так, чтобы он сам вышел на нас.

– И как ты себе это представляешь? – нахмурился Орлов. Было видно, что идея сыщика ему не понравилась. Генерал и так недолюбливал телевидение, которое при каждом удобном случае старалось уличить милицию в незаконных действиях, получении взяток и тому подобном, а тут еще полковник Гуров предлагает договариваться о какой-то там программе.

– Надо на одном из центральных каналов, которые часто освещают криминальную хронику, рассказать о ходе следствия по убийству известного бизнесмена Розенберга, – взволнованно начал объяснять Лев, видя, что генерал скептически отнесся к его идее. – Надо сказать, что в ходе расследования была доказана причастность к убийству телохранителя Ильи Соболева, а также, что убийство совершено по личным мотивам и нам осталось только задержать убийцу, чтобы он предстал перед правосудием. Но самое главное, подчеркнуть, что доказательства собраны лично мной – пусть Илья знает, кому звонить.

По мере того как Лев Иванович старался донести свою идею до начальника, выражение лица генерала постепенно менялось – то становилось хмурым, то задумчивым, начиная приобретать мягкость. Наконец, когда сыщик закончил, Орлов высказался:

– Согласен, идея неплохая, но есть несколько «но». Во-первых, почему ты думаешь, что нам разрешат выступить с недостоверной информацией, тем более по центральному каналу? Во-вторых, откуда такая уверенность, что он позвонит тебе? В любом случае он убил или не он, зачем ему звонить?

– А потому, что он тоже заинтересован в том, чтобы мы нашли настоящего убийцу, а не вешали все на него. Он же не дурак и понимает, что бегать всю жизнь ему не удастся, значит, рано или поздно придется отвечать за чужие грехи.

– Так ты что, уверен, что убийца – не Соболев? – Орлов подошел к Гурову и посмотрел ему прямо в глаза.

– На девяносто процентов.

– Так все-таки не совсем уверен?

– В любом случае мы остаемся в выигрыше, но мой опыт подсказывает мне, что Соболев обязательно позвонит, – уверенно ответил Гуров.

– Что-то я не припомню, чтобы ты раньше обращался ко мне с подобной просьбой. Откуда набрался опыта в таких делах?

– Были похожие ситуации. Но сейчас не об этом. Нужно сделать все как можно скорее, пока сам Соболев находится в состоянии неопределенности.

– Думаешь, это так просто сделать?

– Знаю, что непросто, поэтому и пришел к вам сейчас, чтобы не затягивать с разрешением.

– Ну, хорошо, Лева, – тяжело вздохнул генерал, – я сейчас созвонюсь с кем надо и объясню ситуацию, но хочу предупредить, что твою гениальную идею могут отклонить. Сам понимаешь, что такое телевидение и как сейчас следят за тем, чтобы на нем не было всякой дезинформации.

– А зачем говорить, что это дезинформация? Надо сказать, что Соболев действительно убийца. Так будет намного убедительнее. Тем более что он и есть главный подозреваемый.

– А доказательства? – Генерал все еще колебался.

– Доказательства не освещают в интересах следствия. – Лев рубанул ладонью воздух, будто отрезал Орлову ходы к отступлению.

– Все! Убедил. Но смотри у меня, Лев. Если получится, что ты зря отправил меня на поклон к телевизионщикам, тебе это дорого обойдется. – И Орлов помахал пальцем перед лицом Гурова.

– Получится, товарищ генерал! Не сомневайтесь!

Вернувшись к себе, Лев тяжело плюхнулся в кресло и перевел дух. После разговора с генералом он чувствовал себя как выжатый лимон. Стас только покосился на него и продолжал заниматься своими делами, поняв, что приставать с расспросами сейчас не самое лучшее время.

Некоторое время Гуров сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла. Когда прошло уже пятнадцать минут, Стас не выдержал и решил привлечь к себе внимание:

– Как генерал оценил твою идею? Отнесся с пониманием?

– Не совсем. Пришлось повоевать, – открыл глаза Лев.

– А в результате?

– Сейчас многое зависит не от него.

– Если я правильно понял, нам остается только ждать?

– Совершенно верно.

В это время раздался телефонный звонок, и Гуров, бросившись к аппарату, снял трубку.

– Да-да, товарищ генерал. Спасибо.

Стас смотрел на своего друга и видел, как лицо его после услышанного расплывается в улыбке. Когда сыщик положил трубку, Крячко встал и подошел к нему вплотную.