Психоз 2

И сейчас Лайле хотелось, чтобы Сэм был рядом. Уже далеко за семь, а он все еще в магазине, ведет подсчеты. Понятное дело — скоро нужно будет платить квартальные налоги, а воскресный вечер — лучшее время для бухгалтерии. Однако это лишило их возможности вместе поужинать, и нечего было и думать о том, чтобы идти потом куда-то.

Да и вряд ли им хотелось бы куда-либо выходить после такой-то грозы. Слава богу, она окончилась, а сообщения о причиненном ущербе и перебоях в подаче электроэнергии в округе Лайлу не особенно волновали. Она слушала вполуха, когда комментатор начал зачитывать сообщение о пациенте, который нынче днем сбежал из больницы штата, перед этим убив посетителя.

— Власти полагают, что он скрылся в фургоне, принадлежавшем жертве убийства, которая являлась членом религиозного ордена юных сестер милосердия. Пациент, Норман Бейтс, в настоящее время находится на свободе.

Норман Бейтс.

Лайла застыла на месте.

Убийство. Скрылся. Находится на свободе.

Она не могла ни шевелиться, ни смотреть, ни слушать. Все замерло, как в кошмарном сне. Но ведь она не спит. А Норман…

Каким-то образом ей удалось вернуться к реальности, и она принялась внимательно слушать комментатора, который как раз дочитывал последнее сообщение выпуска.

— Поздно вечером молния ударила в оранжерею «Уэйленд Нэрсериз» в Рок-центре. Ущерб оценивается в…

И все? Она пропустила конец сообщения о Нормане и теперь запаниковала. Но, черт возьми, у нее есть полное право паниковать. И если бы у этого невежды, который читает новости, были хоть какие-нибудь мозги, он бы тоже запаниковал. Это ведь не просто очередное сообщение на криминальную тему! Норман сбежал!

И снова она заговорила с ящиком, с самой собой. А поговорить надо было бы с Сэмом.

Лайла поднялась, подошла к телевизору и выключила его. Потом прошлась по комнате в темноте, собираясь включить свет, но вовремя остановилась.

Света не было. А что если он здесь?

Да может ли такое быть? Даже если Норман и знал, где она живет, не было причин думать, что он явится сюда. Исключая тот факт, что люди, подобные Норману, не руководствуются причинами, определяющими поведение нормального человека.

Лайла стояла возле лампы, когда услышала какой-то звук.

Она напряглась и начала внимательно прислушиваться, однако в этот момент все стихло. Это просто нервы. И разыгравшееся воображение.

И снова она напряглась, потому что звук возобновился — точно кто-то едва слышно скребся.

Шаги?

Она не могла сказать наверняка, что это, но знала, откуда доносятся эти звуки. Снаружи.

И опять наступила тишина. Тишина и темнота. Ничего не слыша и не видя, Лайла боком приблизилась к окну, выходившему на улицу. Ее рука, отодвигавшая занавеску, дрожала. Медленно, всего-то на дюйм, только чтобы выглянуть и увидеть…

Ничего.

Дорожка, лужайка, улица были пустынны.

И снова послышался тот же звук, когда дерево возле дома закачалось на ветру и верхние ветки задели край крыши.

Нормана там не было.

Лайла и сама не заметила, что задержала дыхание, пока не выдохнула с облегчением. Вот видишь, это все твое воображение. И зачем Норману причинять тебе вред? Ты ему не враг. Он сюда не придет.

А когда она задернула занавеску, ей стало совсем легко.

Конечно же, его здесь нет. У Нормана в голове другой враг. Он придет за Сэмом.

Когда Лайла достигла противоположного конца стола и нащупала телефон, она вновь дрожала. Усилием воли она пыталась сосредоточиться, набирая невидимые в темноте цифры телефонного номера магазина.

Потом она стала ждать гудка, но его не было; вместо него слышался какой-то повторявшийся звук. Занято? Нет, звук был иным. Что они там говорили о перебоях с энергией?

Когда она положила трубку, скребущийся звук снаружи возобновился. И хотя она теперь знала, откуда он исходит, но все равно опять задержала дыхание. Может быть, на сей раз она услышит что-то еще, например шум машины. Машины Сэма, которая подъезжает к дому, поворачивает…

Тишина.

Если бы Сэм слушал радио в магазине, он услышал бы новости и заторопился домой, к ней. Но машины не было, значит, он ничего не слышал и ни о чем не знает.

Лайла взглянула на часы; светящиеся стрелки на циферблате сообщили ей, что уже восемь.

Восемь часов. Даже если Сэм ничего не слышал, он уже должен был бы вернуться. Если только…

Не нужно больше ни о чем думать. Нужно пойти на кухню, отыскать сумочку и пробраться к задней двери. А потом выглянуть в дверное окошко, посмотреть на дорожку и убедиться, что никто там не стоит.

Дорожка оказалась пуста. Лайла медленно открыла дверь кухни и ступила за порог. Вечерний ветер обдувал ее лицо, пока она осматривала двор, лужайку, дорожку, которая вела на улицу. Ничто не вызывало подозрений.

Крепко сжав в руках сумочку, она заперла дверь и пошла по дорожке, поглядывая в сторону соседнего дома, погруженного в темноту. Может, стоит сказать Демпстерам, пусть Тед довезет ее до магазина? Но тут она вспомнила, что соседей нет дома; они что-то говорили насчет визита к своей замужней дочери в Рейвенсвуде. А те, что живут напротив, уехали утром отдыхать на озеро.

Лайла вышла на улицу и остановилась, чтобы окинуть взглядом дорожку, уходившую вправо. Там двигались только тени под деревьями. Но в тени…

Не паникуй. Просто смотри во все глаза, не спеши, тут идти всего-то три квартала.

Она снова и снова повторяла мысленно эти слова, однако все же поймала себя на том, что торопится. Тени были всего лишь тенями, вечер стоял тихий, если не считать дыхания ветра и все более быстрого стука ее каблуков по мокрому асфальту.

И тут, свернув на Мэйн-стрит, Лайла увидела огни машины, которая приближалась слева.

Сэм?

Она остановилась и уже собралась было махнуть рукой, но это оказался не их «универсал», а лицо водителя было ей незнакомо. Наверное, ей все равно стоило помахать; но теперь было уже поздно, поскольку машина скрылась за поворотом. Мэйн-стрит вновь опустела.

Лайла двинулась дальше. Еще один квартал. Вот она уже подходит к магазину и всматривается в освещенное окно.

Но окно не было освещено.

Она замедлила шаг и начала вглядываться сквозь стекло в темноту магазина.

Не паникуй. Наверное, он просто все запер и вышел через заднюю дверь, чтобы сесть в машину.

Лайла направилась по дорожке вдоль здания, ступая медленно и осторожно. Она не сделала и нескольких шагов, как увидела «универсал», стоявший за углом дома. Его дверцы были закрыты, а водительское место пустовало. Сэм не уезжал.

Тогда почему не горит свет?

Может быть, он уснул? А может…

И тут ей пришла в голову еще одна мысль — та, которую она все время пыталась от себя отогнать. В прошлом месяце Сэм был у доктора Роусона, и ему сделали электрокардиограмму. Ничего серьезного, просто какие-то шумы, не о чем тревожиться. Однако врачи знают не все, и в половине случаев их выводы оказываются ошибочными. А что если у Сэма сердечный приступ?

Не паникуй.

Лайла продолжала медленно идти по дорожке. Двигалась она молча, и лишь тишина встретила ее, когда она подошла к черному ходу. Жалюзи на окнах по обе стороны от двери были опущены, а сама дверь закрыта. Она взялась за ручку и поняла, что дверь заперта.

У нее в сумочке был ключ, но она не стала доставать его. Этот урок она вынесла из того ужасного опыта, который выпал на ее долю много лет назад. Веди себя спокойно, не рискуй, когда ты одна. И если с Сэмом действительно что-то случилось, она ничего не сможет сделать до тех пор, пока ей кто-нибудь не поможет.

Не паникуй.

Лайла повернулась и пошла мимо пустого «универсала» к дорожке, потом остановилась и посмотрела по сторонам. Тихий вечер, нигде ни звука, никакого движения.

Успокоившись, она устремилась по дорожке направо и вышла на улицу. На противоположной стороне находилось здание суда. Она двинулась к нему мимо мокрых пустых скамеек и гранитного обелиска в память героев войны. Здание было погружено во тьму, однако дверь во флигеле оказалась незапертой и в коридоре горел свет.

Лайла вошла, поднялась по ступенькам и оказалась в холле. И тут ее охватило ощущение… как там это называется… дежа… ви… вю… что-то вроде этого, — когда тебе кажется, будто это уже происходило.

Это воспоминание, а не ощущение, поправила она себя. Это и вправду уже происходило, много лет назад, когда они с Сэмом разыскивали убийцу ее сестры. Они пришли сюда воскресным утром, чтобы встретиться с шерифом Чемберсом, и помощник… как же его звали?.. Питерсон, старик Питерсон сказал им, что шериф в церкви. Сейчас Питерсона и Чемберса не было, она была здесь одна, однако сходство ее нынешнего дела с прежним выглядело пугающе. Лайла ускорила шаг и спустя минуту переступила порог офиса в дальнем конце коридора.

За столом сидела маленькая пожилая Айрин Гровсмит и читала журнал. Она отложила его, по-совиному взглянула поверх очков, узнала посетительницу и кивнула.

— Лайла…

— Здравствуйте, Айрин. Шериф Энгстром сейчас занят?

— Еще как. — Айрин недовольно сощурила глаза за толстыми стеклами очков. — Уехал больше трех часов назад. В Монтроз отправился, там автобус перевернулся, слышали? Сказал, будет не позднее семи, а сейчас уже половина девятого. Дежурной связи с ним нет, телефоны тоже не работают. Сейчас, кажется, восстанавливают линию.

— Значит, я не смогу связаться с шерифом?

— Я же вам говорю… — Айрин спохватилась, сняла очки и, как бы извиняясь, откашлялась. — Простите. А в чем дело?

Уже давно могла бы спросить, старая сова. Лайла изобразила на лице подобие улыбки и тряхнула головой, скрывая свои истинные чувства.

— Я немного волнуюсь за Сэма. Он весь день был в магазине и не пришел домой к ужину. Я там только что была, машина стоит возле дома, однако дверь закрыта и света нет.

— А ключ у вас есть?

— Да. Просто я не хочу заходить туда одна.

Лайла заколебалась — а стоит ли говорить обо всем? Одно слово Айрин — и завтра утром об этом узнает весь город. Но это было не важно; важно то, что касается Сэма. Если с ним что-то случилось…

— В новостях было сообщение, — сказала она. — Говорили о пациенте, который сбежал сегодня днем из больницы штата.

— Норман Бейтс?

У Лайлы перехватило дыхание.

— Вы слышали о нем?

Айрин кивнула.

— Полчаса назад заходил Чак Мервин, спрашивал шерифа. Он из пожарной части, вы ведь знаете, сын Дейва Мервина? Высокий смуглый парень с плохими зубами…

— Да, я его знаю. А что случилось?

— Они приехали оттуда и хотели, чтобы шериф узнал о случившемся, прежде чем снова отправится в Монтроз. Никак не могли связаться с ним по рации.

— Откуда приехали?

— Я записала. — Айрин вытащила из-под журнала блокнот. — Вот. — Она нацепила очки и прочитала: — Чак сказал, что они нашли фургон, в котором сбежал тот маньяк. На окружной дороге А, недалеко от города. Вроде как взорвался бензин — внутри два тела. Одна женщина, какая-то монашенка, посещавшая больницу, — во всяком случае, так они предполагают. Другой — Норман Бейтс.

— Так он мертв?

— Сгорел дотла. Чак говорит, за все пять лет работы в части ни разу не видел столь ужасного зрелища.

— Слава богу.

Айрин быстро взглянула на нее.

— А при чем тут Сэм?

— Ни при чем. — Лайла покачала головой. — Послушайте, я сейчас вернусь к магазину. Но когда появится шериф, не могли бы вы попросить его заглянуть туда? Если «универсала» на месте не окажется, значит, мы уехали домой и все в порядке. Попросите его просто посмотреть.

— Разумеется. Я запишу.

Когда Лайла уходила, Айрин царапала что-то в блокноте. Теперь ей не нужно идти медленно. Улица по-прежнему была пустынна, однако опасность таилась не на ней.

Единственным, о чем теперь стоило беспокоиться, был Сэм. Эта чертова электрокардиограмма…

Не паникуй. Может, он просто уснул.

Но несмотря на это, Лайла ускорила шаг, когда сворачивала на дорожку. Втайне она надеялась, что «универсала» там нет, но, увидев его возле задней двери магазина, заторопилась еще сильнее.

Когда она достигла темной двери, ключ уже был у нее в руках. Стараясь унять дрожь, она вставила его в замок, что удалось ей не сразу. Металл заскрежетал о металл, и ручка повернулась.

Лайла вошла внутрь и остановилась, стараясь вспомнить, где находится выключатель. Справа или слева? Забавно, почему она не может вспомнить такую простую вещь.

Ее рука ощупывала штукатурку справа, потом нашла выключатель, щелкнула им, но ничего не произошло. Лампочка перегорела, что ли? Перегорела. А Норман сгорел, напомнила она себе. Не паникуй.

Может, света нет здесь и в витрине из-за перебоев с энергией? Лайла заставила себя подождать, пока ее глаза привыкнут к темноте, и затем осмотрела комнату. Шкафчики с документами вдоль дальней стены, полки по бокам, письменный стол и стул посредине. На столе разбросаны папки и бумаги, а стул пустой. Сэм не оставил бы такого беспорядка, значит, он в магазине.

Она прошла мимо стола и направилась к двери, за которой находилось торговое помещение. Там было еще темнее, и она остановилась на пороге, вглядываясь в тени.

— Сэм?

Тени молчали.

— Сэм!

О господи… что-то случилось… его сердце…