Кристи Нильс

По ту сторону одиночества

Нильс Кристи

По ту сторону одиночества

Перевод с нем. Э. М. Радской, ред. Л. Н. Банзелюк

Эта книга об экспериментальных поселениях для не вполне обычных людей Экспериментальны они потому, что экономически и социально они образуют общину, что в них находится место почти для любого человека, сколь бы непривычным ни было его поведение, экспериментальны, поскольку вновь обращаются к старым формам жизни и культуры

СОДЕРЖАНИЕ

К читателю

Предисловие

1. Пять деревень - одна семья

2. Обитатели деревень

2.1 Такие же люди, как и мы.

2.2 Университет

2.3 Быть в ладу с самим собой.

2.4 Два Лайфа в одной деревне

2.5 Сегодня день Карен

2.6 Бегун

2.7 Те. кто выглядят обретшими, себя .

3. "Семьи"

9.1 Совместный образ жизни

3.2 История о Видаре и чае

3.3 Важно, но не решающе

3.4 Одиночество без уединения

3.5 Любовные связи

4. Работа

4.1 Опасная техника

4.2 Различные сферы деятельности

4.3 Саморазвитие или тягостный труд?

4.4 Все деньги в общий котел

5. Ритм

5.1 Дни недели

5.2 Кульминация недели

5.3 Праздники

5.4 Два рода времени

5.5 Праздность

5.6 Мятеж

6. Культурная жизнь деревни

6.1 Основные мысли

6.2 Еще немного из прошлого .

6.3 Деревня как университет .

6.4 Жители деревни в качестве студентов

6.5 Потребители или производители? .

6.6 Побыть кем-то другим

7. Очеловечивание жизни '

7.1 Коммуникации

7.2 Границы, раскола

7.3 Как на картине Брейгеля

8. Ситуация с властью

8.1 Кто принимает решения?

8.2 Вознаграждения

8.3 Социальный контроль

9. Редкий вид

9.1 Усадьба в городе

9.2 Являются ли деревенские сообщества учреждениями?

9.3 Нормальна ли жизнь в деревне?

9.4 Деревня как гетто

9.5 Деревня как форма совместной жизни

9.6 Деревня как деревня

10. Долгий путь

10.1 Дегоспитализация

10.2 Оплаченные друзья?

10.3 Принцип сеятеля

10.4 Как меньшинствам навязывают роль пациентов

10.5 "Естественные" анклавы

10.6 Глухонемые

11. Возвращение к нормальной жизни

11.1 Деревенские объединения в городе

11.2 Право или обязанность?

11.3 Два почитаемых понятия

Одиночество подстерегает в современном обществе многих. Одни не поспевают за жизненной круговертью в силу своих физических или душевных особенностей (общество подчас называет их душевнобольными, инвалидами), другие отвергают идеалы общества потребления и стремятся к более гармоничному, христианскому жизненному устройству.

В этой книге исследуется, как в кэмпхилл-доселениях в Норвегии люди, различающиеся и по физическим и душевным способностям, и по образованию, и ,по социальному статусу строят совместную жизнь. Автор, профессор социологии и криминалистику из Осло, знакомит читателя с жизненным укладом деревень, сопоставляет их с другими формами общественного устройства, рав-мышляет, что же такое достойная человека жизнь и какова цена современным техническим достижениям, всматривается в духовно-научные основы кэмпхилл-движения.

Для специалистов в области психиатрии, социологии, социальг ной гигиены, для всех интересующихся этими проблемами,

На русском языке издается впервые.

К ЧИТАТЕЛЮ

Кто в наше односторонне интеллектуальное время читает "Идиота" Достоевского, того не может не тронуть прекрасное, полное любви описание князя Мышкн-на. Что- же это такое, что так своеобразно затрагивает нас в этом человеческом облике? Редкие моральные качества, чистота сердца, находящая отклик в нашем сердце?

Душевно-духовный облик людей, чье интеллектуальное развитие кажется нам недостаточным, гораздо более открыт, нежели тех, кто считается сегодня "нормальными". Мы, "нормальные", легко позволяем условностям, внутренней несвободе, зависти, страху, скупости и прочему закрыть наше подлинное существо, и чистый голос сердца не может прозвучать. Совместная жизнь, воспитание детей (и взрослых), чье развитие затруднено, требует от нас совершенно особой подготовки.

Австрийский духоисследователь Рудольф Штайнер (1861-1925) также прошел через опыт совместной жизни и воспитания интеллектуально отсталого ребенка. Его понимание развития человека и общества лежит в основе той формы жизни, о которой идет речь в этой книге.

Книга написана известным далеко за пределами собственной страны социологом и криминалистом, профессором Нильсом Кристи, автором многих книг. В ней очерчена жизнь деревенской общины в Норвегии, где примерно 70 человек, по обычным меркам называемых интеллектуально отсталыми, и столько же "нормальных" объединились в семьи и стараются создать осмысленную совместную жизнь. Если пожить в таком жизненном сообществе несколько месяцев, как это сделал Нильс Кристи, или даже половину жизни, чувствуешь исцеляющую человечность, отторгнутую нашим вечно занятым, лаправленным на коммерцию миром.

И можно, наконец, спросить себя, совершенно в духе значительного романа Достоевского, кто из нас является больше человеком, кто из нас здоровее душевнодуховно?

Редкостно здоровой может показаться нам жизнь такой деревенской общины, в которую сплетены эти люди! Возможно, нам вспомнятся образы из средневекового Новгорода. И в этих новых "деревнях" совсем явно слышен мотив совместного исцеления. ]

Возникает вопрос не являются ли эти люди, если вникнуть в их запросы и понаблюдать возникающие вокруг них культурно-духовные, социальные и экономические ебщинные мотивы, первооткрывателями новых социальных форм сообщества, близких тем, которые, например, упомянутый выше, но, к сожалению, недостаточно известный исследователь духовного мира Рудольф Штайнер описывает как "трехчленный социальный организм"?

март 1993

МАРГИТ ЭНГЕЛЬ

С женщиной, написавшей эти прогретые сердечностью мысли, специально для нашего издания, читатель еще не раз встретится в книге. Врач-психиатр, она выбрала ввой путь более сорока лет тому назад, и большая часть ее жизни связана с лечебно-педагогическим движением, с кэмнхилл-поселениями, с социально-терапевтическими сообществами. Недавно при ее поддержке возникла подобная деревня в Эстонии, а сейчас она прикладывает много усилий, помогая появлению ее в России

В нашей стране антропософское понимание развития человека, то есть те идеи, те идеалы, которые объединяют людей в социально-терапевтические сообщества ч придают им силы строить совместную жизнь, мало известны не только широким кругам, но и специалистам; труды Рудольфа Штайнера и Карла КJнига, заложившие основу этого движения, еще не изданы в России. Лишь описательно, извне касается духовно-научных основ и автор книги, которую вы держите в руках, профессор социологии и криминологии из Осло Нильс Кристи.

И все же эта книга, изданная первоначально в 1989 году на английском языке, а в 1992 также и на немецком, может быть для яас особенно интересна. Для духовной атмосферы России характерно томление по социально-здоровым формам совместной жизни. В нашей истории есть прекрасные тому примеры. Община как потребность души жива и сегодня. С другой же стороны-нарастающая в наши дни антисоциальность, и нередкая беспомощность перед ней материалистического воспитания, материалистической науки. И вот на наших глазах идеалы и практику социально-терапевтического сообщества исследует человек, выросший в русле традиционной науки, занимающий в ней высокое положение, представляющий эту науку. В каком-то смысле именно так могли бы увидеть эти деревни многие из нас. Может, быть, это по-научному дотошное исследование норвежского профессора Нильса Кристи поможет читателям, столкнувшимся в жизни со схожими проблемами, увидеть путь их разрешения, а у кого-то вызовет желание пристальнее всмотреться в глубоколежащие импульсы этого движения.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Эта книга об экспериментальных поселениях для не вполне обычных людей. Экспериментальны они потому, что экономически и социально они образуют общину, что в них находится место почти для любого человека, сколь бы непривычным ни было его поведение; экспериментальны, поскольку вновь обращаются к старым формам жизни и культуры. Их в высшей степени разные обитатели - многие из которых по официальным меркам считаются "душевнобольными" - делят друг с другом все тяготы повседневной жизни: жилье, еду, работу, культурную жизнь. Нет индивидуальной оплаты, нет разделения на обслуживающий персонал и пациентов. Это, таким образом, не учреждения, но и не обычная жизнь.

В течение двадцати лет я чувствую себя связанным с этими деревенскими общинами. Я непрерывно курсировал между ними и жизнью в "нормальном" обществе, и всякий раз перемена была культурным и эмоциональным шоком. Это две совершенно различных жизненных основы. Но благодаря различиям они как раз проливают свет друг на друга. В предлагаемой книге я пытаюсь показать видимое, как с той, так и с другой стороны. При этом предо мной стояли три цели.

Во-первых, я хотел бы описать деревни так, чтобы стало понятно, сколь необычны эти поселения. В Европе их сейчас около шестидесяти, есть они и на других континентах. Поэтому важно изучить их более систематически. Современные индустриальные общества как на Востоке, так и на Западе всей своей производительностью способствовали искоренению альтернативных общественных форм. Уменьшается численность старых форм, сокращается богатство видов. Но в рамках этого процесса вдруг возникают новые образования, представляющие собой радикальные альтернативы. Возникают новые виды. Они позволяют по-новому понять социальную жизнь.

Во-вторых, экспериментальные деревенские сообщества появились среди нас в известной мере в результате недовольства стандартными решениями нашего общества. И возможно, что как раз эти совершенно иные формы совместной жизни неожиданно хорошо подойдут для решения проблем современного индустриального общества.

Наконец, третий вопрос, могут ли считаться эти деревни образцом и могут ли прежде всего воплощенные в них идеи помочь в современном кризисе социальной работы. Всюду закрываются специальные институты. При этом говорится, что люди, не соответствующие норме, будут включаться в нормальное общество. Но возникает вопрос, какая жизнь ожидает этих людей в повседневности нашего общества. С материальной точки зрения их жизнь будет приемлемой, по крайней мере в государствах всеобщего благоденствия. Но будет ли эта жизнь хороша с точки зрения социальных связей и культурной деятельности? Будут ли эти люди вовлечены в общественные связи, которые благодаря особым свойствам и качествам этих людей позволили бы им положительно влиять на общество, улучшать его' для остальных членов? Это тема последней главы книги.

Книга возникла большей частью благодаря совместным усилиям. Почти все, о чем в ней идет речь, я обсуждал с жителями деревни. Зачастую они помогали мне более глубоко понять то или иное. Правда, кто-то из них может не согласиться в чем-то с моей интерпретацией. Поэтому ответственность лежит на мне. Но в большинстве случаев я выступаю лишь как рупор лю-, дей, живущих в деревнях.

Я благодарен также друзьям и коллегам, подвергшим конструктивной критике как некоторые из высказанных здесь мыслей, так и отдельные места рукописи. Особенно готовы были помочь Флемминг Бальвиг, Виг-дис Кристи, Стан Коэн, Лив Финстад, Сисиль Хойгард, Иван Илих, Том Локни, Маэви Мак-Магон, Аник Приой и Ане Сэтердал. Два человека оказали совершенно особое влияние на основные мысли этой книги: Маргит Эн-гель, сообщившая много важного об основных принци-иах и инициативах, определяющих совместную жизнь в деревенских сообществах, и Хедда Гирцен, советом и делом помогавшая отразить важные стороны жизни общины

Особую помощь оказала Асти Хорген при упорядочивании рукописи; она также в известной мере поправила мои погрешности в английском. При завершении книги подобное же проделал Рональд Вальфорд. Последнее же, а также и первое место в этом перечне принадлежит тем необычным людям, которые живут в деревнях. Они были моими главными учителями.

Осло, июнь 1989 г.

НИЛЬС КРИСТИ.

ПЯТЬ ДЕРЕВЕНЬ - ОДНА СЕМЬЯ

Януш Корчак, польский еврей, врач и автор многих детских книг, возглавлял еврейский приют для сирот в Варшаве. Когда детей забирали для отправки в лагерь смерти, он отказался покинуть их и последовал за ними на смерть. Здесь, в норвежской деревне Видарозен, названной по имени бога Видара, героя скандинавского, северогерманского эпоса, один из домов, расположенный на небольшом холме, назван в честь Януша Корчака.

Из окон этого дома можно видеть почти всю деревню. В ее центральной части амбар и оранжерея, вокруг расположились мастерские. Иа околице деревни видны жилые дома, все они построены из дерева, обычного строительного материала в Норвегии.

Таких сельских сообществ у нас в Норвегии пять. Видарозен, так сказать, "мать всех деревень", ей двадцать лет и она расположена в южной части страны в получасе езды от Тонсберга, ныне провинциального, а во времена викингов знаменитого города. В Видарозене живут 150 человек, 12 коров и телят, лошадь, 30 кур, 20 овец и неизвестно сколько кошек. Зимними ночами сюда часто заходят в гости лоси, косули, зайцы и лисы. Есть в Видарозене и пекарня, которая даже продает свою продукцию, мастерская плотника, гончарное производство, мастерская по изготовлению кукол, мастерская для работы с деревом. На крестьянском подворье и в двух, оранжереях хозяйство ведется по биолого-динамическому методу. Раньше здесь была также мастерская по производству свечей. Позже я объясню, как сказывается этот объем работы прежде всего в социальном отношении. Самое внушительное здание в Видарозене это "зал", большое-помещение на 300, мест для всевозможных общих мероприятий, таких как доклады, театральные спектакли, деревенские собрания и концерты. В, нем охотно играют музыканты, и не только потому, что там хорошая акустика, но и потому, что публика хорошо слушает. Еще в деревне-есть часовня и лавка с кафетерием.