Скайгард

Да уж, Сибириада действительно приходит в упадок. Ещё лет двадцать назад на космодроме каждые пять минут садился или взлетал корабль. Тогда именно здесь проходила граница освоенного людьми пространства. Хотя «освоенного» - сильно сказано. Так или иначе, но тогда жизнь на Сибириаде била ключом. По заказу Флота отгрохали великолепный космодром, оборудованный по последнему слову техники. Научный корпус развернул несколько баз на планете (зачем - так и осталось тайной за семью печатями, ибо ничего стоящего научники не нашли). Спустя год прибыли транспорты с колонистами. А когда геологи оценили богатства астероидного пояса, колония и вовсе получила статус «А», то есть режим наибольшего благоприятствования.

Вскоре «Галакт» - тогда ещё фирма молодая и преисполненная амбиций - вложил немалые деньги в монтаж орбитального завода «Стационар-1» и доставил в астероидный пояс два десятка автоматических обогатительных фабрик. Начались регулярные рейсы трампов - выгодные рейсы, астероидный пояс находился невероятно близко к планете, всего лишь чуть более полутора миллионов километров. Около тридцати часов крейсерского хода для обычного малотоннажника, трое суток - для трампа без нагрузки. Катя застала самый разгар этой эйфории - Земле требовались ресурсы, и каждый сибирианин в мечтах видел себя богачом. Каждый в колонии стремился работать на «Галакт». К чему мучиться с сельским хозяйством, если проще и дешевле закупить необходимое продовольствие. Да и всё остальное тоже. А потом всё неожиданно изменилось. В 2358-м, одна за другой, с интервалом всего лишь в три месяца, были исследованы две планетные системы в одной обнаружили три астероидных пояса, в другой - два. И все оказались чрезвычайно богатыми. Но самое главное, обе системы располагались много ближе к Солнцу. И о Сибириаде забыли.

Сначала ушли военные - отправились к новым рубежам. Потом свернули свою работу научники. Потом оказалось, что цены на привозные продукты, ещё недавно казавшиеся такими заманчивыми, уже вызывают раздражение. А продукция «Стационара-1» не пользуется особым спросом - и не будет пользоваться, если не изменить расценки. Этот период Катя практически не застала. Она уже служила во Флоте, рассчитывая получить офицерское звание и, чем чёрт не шутит, лет через десять - пенсию. Не очень большую, но позволяющую чувствовать себя вполне достойно в любой колонии.

На Земле на эти деньги не прожить, но в каком-нибудь тихом уголке вроде той же Сибириады - запросто. Потом вышел знаменитый закон о женщине-матери. Мол, женщина должна дарить жизнь, а не отнимать её, и потому в армии женщинам не место. На вспомогательных ролях ещё куда ни шло, медики, научный персонал, обслуга… но Кате чётко и ясно объяснили, что пилотом ей больше не быть. Закон отменили спустя всего лишь три месяца - метрополия оказалась под угрозой самого настоящего бунта. Но своё чёрное дело закон сделал - Катя оказалась выброшенной из Флота. С незначительным званием энсина, словно в насмешку присвоенным ей одновременно с вручением приказа о демобилизации. Без пенсии. Почти без денег. Она вернулась домой, на Сибириаду, и застала полный упадок.

Колонии было нечем привлечь инвестиции. «Галакт» ещё делал хорошую мину при плохой игре, и мастер-пилот без проблем нашла место… если бы ей за год до того сказали, что она будет радоваться контракту пилота трампа, она съездила бы такому пророку по морде. А тут она и в самом деле обрадовалась - работа, по меркам колонии, считалась высокооплачиваемой. К примеру, Макс получает за три месяца столько, сколько Катя за один рейс. Девушка вздохнула. Макс - получает. А она… конечно, есть кое-какие накопления, позволяющие продержаться первое время. Полгода, год - не больше. И то при жесточайшей экономии. Вчера она, скажем, ухлопала в ресторане десять ев[9]. Если питаться синтетикой, то на эти деньги можно было бы протянуть недели три.

Она принялась просматривать вакансии. Первые три отпали сразу - требовался обслуживающий персонал на станции Орбита-1 и Орбита-2, оплата по категории «С2» в принципе, не так уж и плохо, но… но профессиональному пилоту переквалифицироваться в клиннинг-оператора (попросту говоря, в уборщика) - об этом не хотелось даже думать. Следующая вакансия выглядела приемлемо - компании «Трансспейс» требовался пилот для выполнения нерегулярных рейсов к навигационным маякам.

Инженеры Федерации уже лет сто бились над решением проблемы надёжности бакенов, но выходящий из пульсации корабль порождал такую энергетическую волну, что маяки постоянно выходили из строя. В последние годы этими вопросами вроде бы занялся Технический корпус, но, судя по успехам научников от армии, служащие компаний типа «Трансспейс» ещё долго будут обеспечены работой. Катя нажала кнопку вызова. Экран на мгновение подёрнулся мутью, затем на терминале появилось лицо молодого мужчины в традиционной серой униформе. На воротнике мундира поблёскивала серебряная спираль - не блещущая оригинальностью эмблема компании.

- «Трансспейс», Дмитрий Семенихин. Слушаю вас, госпожа.

- Екатерина Шелест, мастер-пилот. Я по поводу вакансии…

- Вакансии? - Диспетчер сделал удивлённое лицо. Нарочито-удивлённое, как показалось Кате.

- В сети ваше объявление о поиске пилота для…

- О, простите. Да, мы объявляли о наборе. Семенихин замялся, затем осторожно поинтересовался: - Госпожа Шелест, вы внимательно читали условия?

- Предельно внимательно.

- Боюсь, что это не совсем так. Компания «Трансспейс» нуждается э-э… в пилоте-мужчине.

- В информационном сообщении об этом не было ни слова, - отчеканила Катя.

- Видимо, это чья-то недоработка. Виновный, разумеется, понесёт наказание. Тем не менее мы не можем предоставить вам эту вакансию.

- С каких пор… с каких пор вопросы пола становятся значимыми при приёме на работу? - сухо поинтересовалась Катя, сверля Семенихина бешеным взглядом. - Или я должна обратиться в суд с обвинением в дискриминации?

Она уже не сомневалась, что этого места ей не получить. И диспетчер здесь ни в коей мере не виноват: ему приказали - он выполняет. Официально права мужчин и женщин были практически уравнены, но на деле часто выходило иначе.

- Быть может, я переключу вас на старшего менеджера, мадам Шелест?

- Будьте любезны.

- Придётся подождать. Изображение диспетчера исчезло с экрана, сменившись логотипом компании. Ждать пришлось долго. Катя не сомневалась, что, прежде чем переключить канал, добросовестный Семенихин доложил начальнику суть проблемы. Наконец на экране появился другой мужчина - благообразный, седой, упитанный. На вид - настоящий душка. Но, как показывает практика, душки старшими менеджерами не становятся.

- Рад знакомству, госпожа Шелест. Я Клайв Паркер, полномочный представитель компании «Трансспейс» на Сибириаде. По-русски он говорил очень чисто, так чисто, как говорят только на чужом языке.

- Я требую объяснений, мистер Паркер. Ваш сотрудник нагло отказал мне в предоставлении вакансии пилота… Паркер мягко улыбнулся. Ну прямо-таки добрый дядюшка, выговаривающий непослушной внучке за очередную шалость. И голос его был такой же мягкий, сладкий.

- Позвольте разъяснить вам политику компании в отношении найма сотрудников, госпожа. К моему величайшему сожалению, Сибириада переживает не лучшие времена, и процент безработных на планете непрерывно растёт. Многие семьи едва сводят концы с концами… Я правильно выразился? Поэтому наша компания старается предоставлять рабочие места тем, кто вынужден кормить семью.

- А тем, кто вынужден кормить себя?

- Госпожа Шелест… я успел просмотреть ваш послужной список. Я готов признать, что вы сейчас один из опытнейших пилотов колонии. Но техническое обслуживание бакенов - с этим справится даже новичок. Новичок, у которого есть престарелые родители, братья, сёстры… Он вздохнул и добавил:

- Признаю, компании не нужно судебное разбирательство. Я допущу вас к конкурсу. У нас уже четыре заявки. Прошу вас лишь об одном, госпожа Шелест: я перешлю вам досье на остальных кандидатов. Прочитайте. Просто прочитайте.

- Не трудитесь. Катя оборвала связь, злясь на себя за мягкотелость. Какое там досье!…

Она прекрасно знала всех безработных пилотов колонии и могла бы с высокой точностью предсказать чьи фамилии увидит в файлах. Паркер, безусловно, сволочь, и под маской заботы о голодающих скрывается самый натуральный мужской шовинизм. Закон о женщине-матери отменён, но многие мужики восприняли его близко к сердцу. Прошёл час. Катя с ненавистью смотрела на экран, где мерцала последняя запись:

«Компания «Перспектива», представляющая на Сибириаде интересы Фонда «Будущее Федерации», объявляет набор желающих участвовать в программе «Скайгард». Условия приёма - при собеседовании».

Название программы не говорило ни о чём… вернее, ни о чём хорошем. За вычурным словом «Скайгард» просто не могло скрываться что-нибудь приличное. Небось какое-нибудь заумное, никому, кроме пары-тройки узких специалистов, не нужное исследование. Серьёзные дела столь помпезно не именуют. «Небесная стража»… Придумают же!

- Привет, Шелест! Я как узнала, что ты вернулась, так сразу к тебе! Леночка ворвалась в квартиру словно вихрь, распространяя вокруг запах дорогих духов. Она чмокнула подругу в щёку и плюхнулась в кресло, вытянув длинные ноги, предмет зависти женской части колонии и вожделения - мужской.

- Я ужасно рада тебя видеть! Ты не представляешь себе, как я соскучилась! Слушай, как насчёт шампанского, а? Я угощаю.

- Ну, если угощаешь… - неуверенно протянула Катя, прекрасно представляя себе цену настоящего шампанского.

Именно настоящего, с Земли, поскольку другого Леночка не признавала, авторитетно заявляя, что шампанское бывает только французским, всё остальное - дешёвые или дорогие подделки. Эта белокурая красавица могла себе позволить такую роскошь. Александр Градов, отец Леночки, один из самых богатых людей колонии, большой любитель старины, известный практически всем видным антикварам и коллекционерам Федерации, сколотил своё состояние на рудных разработках Сибириады. То ли помогла природная смётка, то ли просто невероятно повезло, но он продал свои акции «Галакта» всего лишь за месяц до того, как разработка астероидных поясов Сибириады начала движение от сверхдоходной к убыточной. Потом последовало ещё несколько удачных вложений, и теперь Леночка слыла самой богатой невестой планеты.

- Только давай здесь, а? У тебя так уютно…

Не дожидаясь согласия подруги, Леночка отстучала на терминале заказ в ближайший ресторан и сунула в прорезь считывателя свою карточку.

Катя нахмурилась - она не любила, когда столь беспечно швыряются деньгами. Пир, который она устроила себе вчера, выглядел лёгкой разминкой по сравнению с тем меню, которое составила Лена.

Некоторое время они просто болтали - вернее, болтала в основном Леночка, вываливая подруге все сколько-нибудь значимые новости колонии. Все эти сведения можно было получить и обычным путём, терминал заботливо записывал для Кати все передачи в период её отсутствия, зато в изложении Леночки новости занимали куда меньше времени.

- Как прошёл полёт? - поинтересовалась Лена, выложив основные сплетни.

- Нормально. Стандартный вопрос, стандартный ответ. Леночка могла часами щебетать о новых веяниях моды, о последних достижениях в области косметики, даже о политике, но этот дежурный вопрос задавался всегда. Обычно ответ пропускался мимо ушей - ясное дело, раз Екатерина дома и живая, значит, рейс можно считать вполне успешным. А если какие-то проблемы и были, на них можно наплевать. Такова традиция спейсменов: если ты вышел из корабля, стоящего на посадочной площадке космодрома, на своих ногах и не отправился тут же в госпиталь - значит, всё путём. В этот раз Леночка иронично изогнула бровь:

- Нормально, значит. Шелест, все уже знают, что тебя выперли из «Галакта».

- Макс настучал?

- Кать, все - это значит все. О том, что «Галакт» сворачивает работы в поясе, говорят уже две недели. По всем каналам.

- Ну и чёрт с ними…

Раздался сигнал домофона - доставили заказ из ресторана. Вошли двое молодых парней, нагруженных судочками и посудой, споро расставили на столе угощение, водрузили на середину стола ведёрко со льдом, из которого торчало укрытое фольгой горлышко, и собрались было исчезнуть.

- Стоять! - рыкнула Катя. - Кто-то тут считает, что девушки должны сами открывать шампанское?

- Прошу прощения, госпожа, сей момент. Лена сделала маленький глоток, закрыла глаза и довольно причмокнула.

- Ладно, мальчики, свободны. Дождавшись, пока посыльные уйдут, она повернулась к подруге:

- Знаешь, Кать, я решила уйти из дома.

- Опять? - вытаращила глаза Катя.

Леночка уходила из дома уже в десятый раз. Обычно всё заканчивалось двумя-тремя ночёвками у подруги или в отеле - она традиционно выбирала лучший отель, поэтому отцу было не сложно выследить блудную дочь. Спустя некоторое время беглянка успокаивалась, прощала любящему родителю действительные или мнимые обиды и возвращалась домой. Рано овдовевший отец души не чаял в дочке, а потому позволял ей любые капризы. Девушка и в самом деле доставляла папаше немало хлопот. И при этом Лену никак нельзя было назвать богатой дурой. Она успешно закончила медицинский колледж (правда, по ускоренной программе, о чём предпочитала не распространяться), неплохо разбиралась в компьютерах и относительно свободно говорила на шести языках, помимо родного. Просто то, что для других было способом добывать средства к существованию, для Лены было не более чем игрой. И, как любая игра, быстро надоедало. Ей прочили карьеру врача, ей предлагали аспирантуру на кафедре лингвистики, но к этому моменту девушка уже находила себе другое, более интересное занятие.

- В этот раз всё серьёзнее, - покачала головой Леночка. - Папа решил выдать меня замуж. Она всегда называла отца «папа» - именно так, с ударением на последнем слоге и напрочь игнорируя падежи.

- Серьёзно?

- Куда серьёзней, фыркнула девушка. - И, кстати, забыл спросить моё мнение.

- Вообще говоря, в твои двадцать два пора быть замужем уже во второй раз.

В словах Кати (которая была лишь на три года старше, но ощущала себя уже совсем-совсем взрослой, оттого в её речи периодически проскальзывали менторские интонации) был резон. Здесь, на Сибириаде, замуж выходили рано - как правило, лет в семнадцать. Леночка определённо засиделась в девицах. С другой стороны, отец наверняка искал для дочери самую лучшую партию, а в медленно умирающей колонии найти достойного кандидата представлялось определённой проблемой. Шутки Лена не приняла.

- Я ничего не имею против того, чтобы выйти замуж, чуточку суховато заметила она. - Но за того, кого выберу сама.

- И кто он?

- Граф, - скривилась девушка. - Представь себе, настоящий граф. Михаил Орлов.

- Мало ли Орловых на свете…

- Да нет, там всё точно, папа специально проверил. Решил, понимаешь ли, мне титул купить…

- Ну а что в этом такого? - пожала плечами Катя.

И в самом деле, ничего необычного в решении господина Градова не было. В последнее десятилетие Федерация в очередной раз переживала всплеск любви к старине. Ну, не вся Федерация, а её русская составляющая. Молодёжь устраивала приёмы и балы, где обязательным условием участия было соответствие костюма заданному историческому периоду, люди постарше копались в своей родословной, старательно выискивая корни в старинных дворянских семействах. Кто-то пропихнул через правительство закон о восстановлении дуэльного кодекса - пусть и с диким количеством ограничений, но всё же…

И каждая вторая русская девчонка мечтала о титуле. Так что казалось вполне логичным, что господин Градов пожелал обеспечить дочери настоящий титул. Проверить достоверность титула жениха было делом дорогостоящим и длительным, но вполне реальным. Кроме того, брак, устраиваемый родителями, тоже был достаточно распространён - статистика упрямо утверждала, что такие союзы живут в среднем на 7 лет дольше обычных, заключаемых по «большой и светлой любви». В условиях, когда десятилетний брак уже вызывал уважение, это было немало.

- Кать, ты серьёзно?

- Ленка, да ты сама подумай! Ты - графиня… графиня Орлова… Чёрт, неплохо звучит!

- Шелест, я бы его тебе подарила. Только, прости, жених не захочет.

- Хочешь сказать, я так плохо выгляжу? Катя попыталась обидеться, но долго дуться на Леночку было практически невозможно.

- Нет, ты красавица, умница и вообще само совершенство. Леночка сощурилась, придирчиво осматривая подругу. - Приодеть бы… только вот этот господин Орлов совершенно не интересуется внешними данными невесты. Его гораздо больше волнует размер моего приданого. Это торг, понимаешь? Он мне титул, я ему деньги.

- Почему ты так плохо думаешь о человеке?

- Почему? Да потому, что нельзя влюбиться в фотографию! Зато очень легко можно влюбиться в размер банковского счёта! Папа с этим… графом уже всё решили, но он даже не выразил желания поговорить со мной! Летит, понимаешь ли… на «Эльдорадо». Дешёвка.

Катя понимающе хмыкнула. «Эльдорадо» был старым лайнером класса А7, построенным ещё лет семьдесят назад. По тем меркам корабль считался неплохим, но сейчас самые лучшие его каюты не тянули и на бизнес-класс. На А7 сейчас летали коммивояжёры, небогатые колонисты и не особо высокопоставленные сотрудники госструктур, чьи командировки традиционно финансировались по минимуму. Пожалуй, использование такого транспорта говорило само за себя. И всё же…

- Лен, лайнеры класса «элит» прилетают на Сибириаду в лучшем случае раз в полгода. Может, он просто торопится на встречу с тобой?

- Ага… на встречу с чековой книжкой он торопится… Я всё решила. Уйду из дома, уеду куда-нибудь. Найду работу.

- Ленка, ты и работа - понятия трудносовместимые.

- Думаешь, я шучу? Да я вот прямо сейчас билет закажу!

Она отставила бокал и направилась к терминалу. Катя хотела было заметить, что если господин Градов не дурак (а в глупости или непредусмотрительности его обвинить было бы затруднительно), то любая попытка дочки приобрести билет легальным способом заранее обречена на провал. То есть билет ей продадут - но и папулю тут же известят. Но уже приготовленный язвительный комментарий не понадобился.

- Ух ты! Ты решила в стражи записаться?

- Ты о чём? А… я тут вакансии просматривала. Паршиво дело, Ленка, никаких перспектив.

- А «Скайгард»?

- Да что «Скайгард»… наверняка какая-нибудь глупость.

- То есть ты не в курсе? - Лена вытаращила глаза. - О господи, Кать… да об этом по всем каналам только и говорят. У тебя же стандартный терминал. Он в твоё отсутствие информацию пишет?

- Да.

- Ты её просматриваешь?

- Я её стираю, - буркнула Катя. - Лен, как ты себе представляешь просмотр всего мусора, что накопился тут за три недели?

- Значит, так…

Примерно десять дней назад министр обороны Федерации… этот… как его… не помню, неважно. В общем, он заявил, что в связи с расширением Сферы[10] Флот уже не может в полной мере обеспечить выполнение полицейских функций. Ну там пиратство, контрабанда и прочее… И что колонии должны сами заботиться о своей безопасности, а задача Флота - расширение Сферы и сдерживание Чужих.

- Особенно учитывая, что Чужие ни на кого не нападают.

- Ну да, хотя армия утверждает, что это большой вопрос. Они до сих пор считают, что Келли и пропавшие экспедиции - дело рук Чужих. Пусть даже не амстад, но всё равно не людей. Потом сделал заявление Руденко, президент Фонда «Будущее Федерации». Насчёт того, что фонд организует собственное полицейское формирование, эту самую «Небесную Стражу». При условии, если армия возьмёт на себя большую часть финансирования. Дальше было много обсуждений, это не интересно. В общем, «Перспектива» - ну, это фондовская компания, раньше занималась тут какими-то исследованиями. Древние руины на острове Диком изучали. Теперь вот набор объявили… кое-кто из наших туда подался.

- Внезапно Лена замолчала, а затем схватила Катю за руку:

- Ой, а давай вместе запишемся? Там, говорят, экипажи от двух до шести человек комплектуют… это же так интересно! Катя долго и внимательно смотрела на подругу, пока та не залилась краской.

- Значит, так, дорогая моя, девушка говорила совершенно серьёзно, - интересно - это сериал по видео смотреть. Или на выставку сходить. И ещё рассказы бывалых пилотов интересно послушать. А патрулирование пространства, если это всерьёз, вещь опасная. Знаешь, и пираты, и контрабандисты очень не любят, когда им мешают. И часто стреляют.

- Кать, ну ты же была военным лётчиком! Да тебя там с распростёртыми объятиями встретят. Сколько на всю Сибириаду пилотов с армейским опытом? Десяток? Организуем женский экипаж. И Соболеву возьмём, она мне как раз говорила, что работа ей осточертела.

Катя сосредоточилась и попыталась настроиться на долгую и жаркую беседу, заранее зная, что вряд ли одержит победу. С тех пор как Леночка достигла совершеннолетия, её никто, и ни в чём не мог переспорить. Если уж дочка господина Градова вбила что-то себе в голову, то переубедить её было невозможно. Во всяком случае, до тех пор, пока ей не надоедала собственная идея.

- Приветствую вас в компании «Перспектива». Равнодушно-дружелюбная улыбка на лице секретаря казалась наклеенной.

- Чем могу помочь?

- У нас назначено собеседование по программе «Скайгард», сухо ответила Катя.

- Минуточку… - секретарь уставился в свой терминал. - Шелест и Градова, верно? Пройдите в пятый офис, пожалуйста. Вас ждёт директор компании.

С момента вечеринки с шампанским прошло три дня. На отсрочке настояла Леночка, туманно заявив, что ей надо сделать кое-какие дела. Темнить было не в её привычках, но Катя спорить не стала, в глубине души надеясь, что появится какая-нибудь вакансия и с бредовой идеей насчёт «Небесной Стражи» можно будет покончить. Надежды не оправдались, исчезли даже те предложения, что были первоначально, - кто-то счёл для себя приемлемым принять контракт на уборку помещений орбитальной станции. Пришлось идти в «Перспективу». Катя была в своём излюбленном бежевом мундире со всеми регалиями… кроме одной. Зато Леночка блистала!… На ней был нежно-салатовый брючный костюм, настоящий шедевр модельеров с Земли, стоивший совершенно немыслимых денег. Подразумевалось, что костюм был более уместен для посещения офиса, но на самом деле скрывал точёную фигуру девушки не более, чем обтягивающие платьице для коктейлей. Судя по тому, как заблестели глазки секретаря, должный эффект был произведён. Обстановка в офисе была спартанская.