Помоги проекту - поделись книгой:
Пожалуй, еще кровожаднее, чем ласка, горностай. Этот зверек мало заметен из-за своего скрытного образа жизни; он водится главным образом в густом мелколесье, в заросших канавах, встречаясь иногда поблизости от человеческих жилищ. Похожий на ласку, горностай отличается от нее более крупными размерами тела и черным кончиком длинного хвоста. Горностай довольно сильный зверек: он нападает даже на молодых зайцев, а из птиц — на куропаток и тетеревов.
Иногда среди дня, бродя по кустарниковой заросли, на лесной опушке, где она выходит в какой-нибудь поляне или деревне, вы неожиданно можете увидать темного хорька, который быстрыми прыжками скрывается в ближайшем бурьяне.
Хорек отличается своими крупными размерами и красивым темно-бурым мехом с более светлым желтоватым подшерстком, особенно ясно просвечивающим на боках тела этого животного. Благодаря своей силе и ловкости хорек легко справляется с разнообразной добычей, начиная от лягушек и кончая зайцами, Часто совершает он набеги на курятники, поэтому пользуется плохой славой. Нельзя, однако, не отметить, что, истребляя большое количество мелких грызунов, хорек приносит некоторую существенную пользу.
Этот хищник настойчив и смел. Проводили такие опыты. К сидящему в клетке хорьку сажали ядовитую гадюку и наблюдали, как решительно хорек вступал в битву со змеей, которая быстро погибала от его укусов.
Среди лета можно встретить молодых хорьков; они отличаются от старых своим более тусклым, коротким и мягким мехом и небольшими размерами.
Занимаясь наблюдениями над гнездовьем птиц по лесным зарослям в период развития птенцов, мы иногда можем услышать громкие тревожные крики пернатых, среди которых особенно выделяются отчаянные крики дроздов. Обычно мы не замечаем причины испуга, и только в редких случаях удается ее обнаружить: переполох вызван лесной куницей. Куница еще крупнее хорька. Она отличается от последнего своим более длинным пушистым хвостом, серовато-бурой окраской густого меха и звездообразным пятном на груди, цвет которого подвержен колебаниям от оранжевого до бело-палевого оттенка. Куница — типичная обитательница старых высокоствольных лесов. В июне мы можем, обыскивая дупла старых деревьев, найти при особой удаче гнездо куницы, и тогда легко поймать ее детенышей, число которых колеблется от трех до шести. Куница — древесное животное. Она особенно часто охотится за лесными птицами; известны случаи, когда от ее нападения погибал даже крупный и сильный глухарь. Особенно достается от нее белкам. Необыкновенная способность куницы быстро перемещаться в древесной заросли помогает ей после короткого преследования настигать удирающую от нее белку.
Ближайшим родственником описанных представителей так называемого семейства хорьковых является сравнительно крупный и неповоротливый барсук, достигающий роста небольшой собаки. По неуклюжему, мешковидному складу тела он напоминает медведя. Окраска барсука красива: шерсть на спине представляет смешение серовато-белого и черного цветов причем отдельные волосы у корня желтоватые, в середине черные а на концах серовато-белые. На хвосте и боках мех приобретает рыжеватый оттенок, а на нижней стороне и конечностях — черный. Голова белая. С обеих сторон морды черные полосы, сзади они расширяются и, проходя через глаза и опушенные белой шерстью уши, теряются на затылке.
Барсук живет в спокойных и уединенных местах, где-нибудь на лесной поляне, близ оврага или откоса. Норы ведущие в его логово, часто заметны уже издали; диаметр их велик и около одной, главной, видна выброшенная свежая земля с отпечатавшимися следами животного. Само логово помещается глубоко и представляет довольно обширную котловину, выложенную мягкой подстилкой из мха и травы. Кроме главного хода, от центра идут еще несколько побочных, часть которых служит для проветривания жилья, часть — для бегства при неминуемой опасности.
Свою нору барсуки покидают обычно только с заходом солнца и возвращаются обратно на утренней заре. Изредка мне приходилось видеть этих млекопитающих вдали от их жилья еще задолго до солнечного захода. Интересные сцены можно при удаче наблюдать летом, в июне-июле, когда молодые барсучата выходят вечером порезвиться перед входом в гнездо. Игры этих миловидных животных представляют красивое зрелище. Обычно молодые играют только тогда, когда старые барсуки тщательно осмотрели местность и убедились в полной безопасней. Для этого перед выходом наружу старый барсук несколько раз высовывает голову и обнюхивает воздух, желая удостовериться, нет ли какой-либо опасности. Игры молодых можно увидеть, не спугнув животных, если стоять за ветром от лесного логова.
Главная пища барсука — насекомые, улитки, дождевые черви, а при случае — яйца птиц, птенчики, мыши и лягушки. Кроме того, он охотно ест растительную пищу, преимущественно различные корни. Иногда, роясь в земле, он находит гнезда шмелей и земляных ос, и при такой удаче, несмотря на отчаянную защиту потревоженных насекомых, барсук с аппетитом поедает их соты. Жало ос и шмелей мало беспокоит барсука, защищенного своим густым мехом и толстым слоем жира.
Довольно часто покинутые норы барсуков занимают лисы, В виде редкого исключения лисы живут бок о бок с барсуками в сообщающихся между собой подземных колониях. Подобное явление изредка наблюдается в степной полосе, где лисы обитают вместе с сурками.
Общую колонию барсуков и лис мне пришлось видеть летом 1924 г. невдалеке от г. Загорска Московской области. По-видимому, звери жили мирно. Четверо молодых лисят резвились у нор, ловко влезая на ствол поваленной старой ели, прыгая и играя. Неожиданно появилась крупная лисица, она тащила белку. Началась возня и крикливый дележ добычи. В это время из смежной норы показался старый толстый барсук, медленно осмотрелся, обнюхал воздух и с деловым видом вперевалку пошел на вечерний промысел. Через короткий срок вылез и молодой барсучок, который комично чистил свой мех и держался рядом с лисятами, как хороший знакомый. (Как часто, на основании неверных книжных сведений, у нас создаются ошибочные представления о злобной нетерпимости зверей!)
Во время наших летних экскурсий встреча с лисой может произойти только при случайно удаче: этот хитрый и осторожный хищник отлично умеет избегать опасности. Зная обитаемую лисой нору, можно летом, в середине июня, подкараулить молодых у самого гнезда, что удается без особого труда. Лиса истребляет в большом количестве различную животную добычу: мелких насекомых, лягушек, птиц, млекопитающих — преимущественно мышей, представляющих ее главную пищу; иногда она ловит более крупную добычу, например зайца.
В теплые летние вечера, когда происходит усиленный лёт насекомых, бывает видно очень много охотящихся за ними летучих мышей. У этих млекопитающих в июне появляются детеныши, жизнь которых проходит сначала очень своеобразно. Все летучие мыши во время полетов носят с собой своих детенышей. Число последних очень невелико: от одного до двух. Еще совсем слепые, они присасываются к грудным соскам матери, одновременно цепляясь при помощи когтей задних конечностей за мех на ее брюшке. Самка, несмотря на такую ношу, с большой быстротой летает в вечернем сумраке, ловя насекомых. Некоторые суеверные люди боятся этих безобидных млекопитающих. Надо, чтобы каждый понял, что эти крайне полезные животные имеют право на защиту и охрану. Трудно подсчитать, какую массу вредных насекомых истребляют летучие мыши. Так, известная нам рыжая вечерница может съесть тридцать майских жуков и все-таки еще не насытиться. После удачной охоты желудок вечерницы так туго набит съеденными насекомыми, что составляет почти треть веса всего животного. Был сделан приблизительный подсчет переваренной добычи, причем найдено, что в одном кубическом сантиметре помета летучих мышей содержится сорок одна голень разных крупных и мелких насекомых, а в одном кубическом метре должны содержаться остатки около полутора миллионов насекомых.
Можно упомянуть также, что летучие мыши уничтожают в огромном количестве разных комаров, в том числе малярийных. Учитывая это в малярийных местностях стали строить особые вышки с рядами параллельно положенных досок, между которыми имеются узкие пространства. В последние забираются и прячутся летучие мыши, находя себе хорошие убежища. Таким образом, этими зверьками пользуются для борьбы с таким ужасным злом, как малярия.
Уже давно была известна способность летучих мышей быстро и уверенно носиться в глубоких сумерках и в темноте ночи, не задевая предметов: древесных ветвей, проволоки и т. д.
Делались опыты: летучим мышам залепляли глаза и зверьков пускали летать по комнате, где на тонких нитях, протянутых в разных направлениях, были привязаны маленькие колокольчики. Крылатые пленники носились в воздухе — не звонил ни один колокольчик; летуны, лишенные зрения, почему-то не задевали нитей!
Только очень недавно удалось найти объяснение этому удивительному явлению. Оказалось, что у летучих мышей имеется особое слуховое управление их полетом.
Многим хорошо известен тонкий писк, который издают эти своеобразные млекопитающие, носящиеся в густых сумерках. Такие писки называются сигнальными звуками. Человеческий слух их легко улавливает. Ухо человека воспринимает четыре октавы, улавливая высокие звуки до 16 тысяч циклов в секунду. Сигнальный писк летучих мышей обладает 7–8 тысячами циклов.
Самое замечательное, что, помимо этих сигнальных звуков летучие мыши издают так называемые локализующие сверхзвуки; они имеют от 30 до 98 тысяч циклов в секунду; человек их слышать не может.
Кроме сверхзвуков, летучие мыши обладают способностью издавать еще два различных звука: жужжание и щелканье. Жужжание несется одновременно со сверхзвуком, щелканье имеет перерывы.
Как известно, горловые звуки обусловливаются так называемыми голосовыми связками. При этом необходимо отметить, что оба эти звука — жужжание и сверхзвуки — издаются различными аппаратами; жужжание обусловлено колебаниями так называемых ложных связок.
Что касается сверхзвука, то, возможно, в его происхождении принимают участие настоящие связки, некоторые места которых укорочены и натянуты особенно сильно.
При полете летучая мышь не издает сверхзвук непрерывно, а с короткими паузами до 20–60 вскриков в секунду. Во время мгновенных пауз летучая мышь улавливает сверхзвуковые волны, отраженные от различных предметов… Частота перерывов возрастает при быстром полете, когда летучей мыши особенно важно мгновенное установление места нахождения препятствия: ветки, проволоки, нити на пути полета.
Сверхзвуковые волны передаются летучей мышью через открытый рот и, помимо этого, через ноздри. Последнее обстоятельство особенно важно потому, что зверек на лету схватывает добычу — насекомых — и рот во время такой воздушной охоты может в некоторые мгновения быть прикрытым пойманной добычей.
Очень большое значение для обратного восприятия отраженных сверхзвуковых волн имеют крупные ушные раковины рукокрылых. Если летучей мыши залепить хотя бы одно ухо, зверек теряет ориентировку и наталкивается на лету на препятствия.
Органы слуха летучих мышей настроены на прием очень высоких тонов сверхзвуковых волн, которых человеческое ухо «е воспринимает. При действии пучка сверхзвуковых волн они направляются вперед для обнаружения присутствия и положения близрасположенных предметов. Зверек мгновенно определяет расстояние от предмета: летящего крупного насекомого, проволоки, ветки и т. п. — путем инстинктивного учета времени, проходящего от момента испускания сверхзвука до его обратного попадания в ухо после отражения от предмета. Ученые называют это явление аудиолокацией.
За последние годы созданы приборы — радары, при помощи которых с самолета посылают электромагнитные волны. Радар определяет отражение этих волн от предмета (другого самолета), а по времени между посылкой и возвращением электромагнитных волн — место нахождения и отдаление искомого самолета.
Принцип действия радара, посылающего электромагнитные волны, и сверхзвукового аппарата летучей мыши сходен.
Давно известно поверье, что летучие мыши запутываются в волосах, особенно у брюнеток. Зоологи всегда считали это досужей выдумкой и необоснованными женскими страхами. Некоторая доля правды, однако, в этом поверье имеется.
Если летучая мышь залетела в помещение, она ищет при помощи своего сверхзвукового аппарата выхода или отверстия, через которое могла бы вылететь на волю. Если в этих поисках мышь направит свое сверхзвуковое излучение на человеческую голову, покрытую пышными темными волосами, то не получит отраженного ответного сигнала, так как мягкие волосы плохо отражают сверхзвук. Вследствие этого летучая мышь воспринимает темные волосы, контрастно выделяющиеся, например, на светлом фоне стены, как отверстие, через которое можно беспрепятственно пролететь, и устремляется по этому направлению, запутываясь в волосах. В это мнимое отверстие зверек летит на полной скорости. Человеческие волосы в таком случае, как скажут физики, являются для летучей мыши «антилокационным покрытием», нарушающим локацию, т. е. поиски предмета при помощи сверхзвуковых волн. Если человек находится в темном помещении, то существенной разницы между темными и светлыми волосами нет, и мышь может налететь на волосы различной расцветки.
Другое происходит в освещенной комнате. Летучая мышь обладает относительно плохим зрением, и поэтому темная голова покажется ей отверстием, через которое можно вырваться на волю; подлетев же близко к голове человека со светлыми волосами, она, несомненно, их различит при помощи зрения и, сделав резкий поворот, отлетит прочь.
Обычно считают, что летучие мыши летят из темноты на свет, чем вызывается, между прочим, залёт этих крылатых ночных летунов в ярко освещенные помещения. У летучих мышей, как у многих ночных животных, имеется влечение к свету, называемое учеными «положительным фототаксисом».
К свету летят из темноты ночи очень многие сумеречные насекомые: бабочки (совки, ночницы, бражники), жуки, двукрылые. Отчасти привлеченные этими многочисленными насекомыми, охотясь за ними, устремляются и летучие мыши.
Все это легко наблюдать, если в летнюю ночь сидеть на открытом балконе, выходящем в сад, поставив на стол в качестве приманки яркую лампу.
Что делают летом земноводные и пресмыкающиеся
Возвращаясь по лесной опушке после наших наблюдений над вечерними полетами рукокрылых и дойдя до полевой дороги, мы легко можем заметить в траве или на самой дороге серую жабу. Медленно и тихо, переваливаясь с боку на бок, а иногда и небольшими прыжками, передвигается это неповоротливое животное.
Заметьте признаки отличия жабы от уже известных нам лягушек: во-первых, более короткие лапы и неуклюжее, покрытое шероховатой кожей тело, во-вторых, более однообразная серо-буроватая окраска. Жаба появляется из своего убежища вечером для ловли добычи, днем она скрывается от блеска ярких солнечных лучей, забираясь под камни, в подвалы, в мох между древесными корнями. Как только сядет солнце и наступят прохладные сумерки, она медленно выходит наружу и начинает охоту за насекомыми. Последних жаба истребляет в огромном количестве, чем приносит весьма существенную пользу.
Многие люди, не изучающие природу, совершенно незаслуженно относятся к жабе с отвращением и ненавистью. Между тем за свою полезную деятельность она заслуживает полного покровительства. Передовые огородники поняли это уже давно: они специально разводят и пускают в свои огороды сотни жаб, что часто гарантирует им хорошие урожаи овощей.
Говорят, что жаба якобы выпускает особый яд, когда ее берут в руки, но это неверно. Такой способностью она не обладает.
Попробуйте подержать в неволе серую жабу, и вскоре вы убедитесь, что она быстро привыкает к своему хозяину ест у него из рук мух и других насекомых. Известны случаи, когда жаба настолько приручалась, что являлась на свист своего хозяина.
Летняя жизнь уже знакомых нам во время весенних наблюдении лесных видов лягушек очень несложна. В это время лягушки держатся часто вдали от воды, на сырых лесных полянах, забираясь в сильную жару под тенистое прикрытие мха и выходя наружу под вечер или после грозы, когда все отмыто дождем, а воздух пахуч и влажен.
Во время охоты за насекомыми лягушки, передвигаясь небольшими прыжками, исследуют окрестности. Заметив какое-либо насекомое, они поджидают его; если желанная добыча приблизилась достаточно близко, они с неожиданной быстротой кидаются вперед, выбрасывают клейкий язык, схватывают им свою жертву и немедленно проглатывают ее. Они отлично узнают разных насекомых. Так, например, пчел они глотают но ос выплевывают обратно. Процессу лова очень помогает то обстоятельство, что расширенный язык лягушки прикреплен к ротовой полости спереди и может, следовательно, выбрасываться наружу, подобно хлопушке.
Много врагов имеют беззащитные лягушки: один из самых энергичных преследователей их — это уж. Любимым местопребыванием его можно считать поросшие кустами берега болот, старые плотины прудов с кучами сухого валежника и зарослями бурьяна.
По своему общему виду уж, достигающий в длину полутора метров, легко отличается от прочих змей двумя большими ярко-желтыми или оранжевыми полулунными пятнами, находящимися на боках головы, в височной области. По этой «короне» черного ужа легко узнать. Уж не ядовит и для человека совершенно безвреден. Схваченный рукой, он кусается только в исключительных случаях; обыкновенно для самозащиты или из страха он выделяет свои вонючие испражнения.
В противоположность ленивым, флегматичным ядовитым змеям, уж передвигается быстро; он любит также погреться на солнце.
Интересно отметить, что уж прекрасно плавает, держась в это время у самой поверхности воды, выставив наружу голову и быстро извивая свое тело.
Яйца ужа, отложенные в залежи сухих листьев и мусора, можно отыскать в средней полосе Союза только в конце июля. Число откладываемых яиц колеблется у молодой самки от пятнадцати до двадцати, у старой — от двадцати пяти до тридцати шести.
В болотистых кустах можно наблюдать своеобразную картину, как уж ловит лягушек. Преследуемая своим врагом, она старается изо всех сил спастись от него. Вероятно, от охватившего ее ужаса и от быстроты учащенных прыжков лягушка падает, перекатываясь через голову, чтобы снова продолжать свой отчаянный бег. Обычно судьба жертвы уже решена: со страшной стремительностью, со свистящим шелестом гонится за ней ее преследователь. Еще один отчаянный прыжок — и лягушка схвачена за заднюю ногу. Теперь перед нами развертывается довольно отталкивающая картина: лягушка буквально засасывается широко открытой пастью змеи. Если лягушка велика, борьба длится иногда несколько часов. Несчастной жертве нет спасения: иногда ей удается на мгновенье вырваться, но уж снова настигает и схватывает ее.
Другой, правда менее страшный, враг лягушки — гадюка. Эта ядовитая змея, самцы которой достигают 60–65 сантиметров, а более крупные самки — 70–81 сантиметра длины, отличается от ужа по внешнему виду.
Окраска гадюки очень изменчива; наиболее часто встречаются экземпляры, по общему буроватому фону тела которых, на спинной стороне, тянется черно-бурая зигзагообразная полоса. Кроме таких гадюк, встречаются и более светлые; наконец, бывают и совершенно черные экземпляры гадюк. Все это только красочные отклонения, а не виды, так как иногда эти отклонения встречаются в одном и том же выводке. Большие черные глаза гадюки, благодаря нависающим над ними надглазничным щиткам, имеют злое выражение и дают возможность легко отличить эту змею от других видов, тем более, что только у нее зрачок имеет форму узкой вертикальной щели. Эта змея придерживается разнообразных мест; особенно часто она встречается на лесосеках, где около старых пней развивается поросль молодого кустарника, а между корнями растет и зеленеет мох. Пробираясь в жаркий июльский день по такой сече, можно увидеть, как иногда несколько гадюк греются на ярком солнце, растянувшись на пне.
Долгое время считали гадюку дневным животным; только позднейшие наблюдения ясно показали, что она проявляет особенно оживленную деятельность ночью, когда ищет добычу. Ее любовь греться на солнце связана с характерной особенностью пресмыкающихся, которые обладают переменной температурой тела и нуждаются в тепле.
Одна из главных черт характера гадюки — ее злоба; в сильном раздражении она шипит, надувается и начинает кусать все, что ей попадается. При этом она хватает по многу раз палку, которую ей протягивают, в бешенстве бросается на приближаемый к ней через стекло палец и разбивает себе в кровь всю переднюю часть головы. По моим личным наблюдениям, гадюка довольно труслива. Заметив человека, она в большинстве случаев старается спастись бегством. Преследуемая гадюка уползает в мох или под нависающие корни деревьев. Если откопать притаившуюся змею, то она свертывается кольцом, сильно шипит и вертит головой. Правда, бывают случаи, когда гадюка, не пытаясь спастись, кусается. Чаще всего это случается, если наступить на дремлющее животное или подойти к «ему очень близко.
Гадюка кусается передними верхними зубами, имеющими каналы для стока яда. Яд вытекает из ядовитой железы, которая находится над каждым зубом. Укус гадюки очень мучителен для человека, иногда даже смертелен. Так, по одним вычислениям, смерть от укуса равна 10 процентам, по другим — 2,8.
После укуса необходимо принять решительные меры. Так как чаще всего бывает ранена конечность, то следует туго перевязать ее выше раненого места, чтобы затруднить всасывание яда через кровеносные сосуды; ранку следует надрезать и промыть водой. Наконец, рекомендуется промыть место укуса двухпроцентным марганцевокислым калием или пятипроцентным раствором карболовой кислоты.
За последнее время стали применять впрыскивание особых сывороток, наиболее сильно парализующих действие змеиного яда.
Было установлено опытом, что если какому-нибудь животному, например лошади, впрыснуть в кровь незначительную дозу змеиного яда и переждать некоторое время, пока лошадь оправится от болезненного состояния, а затем вновь повторить впрыскивание, то для подопытного животного оно пройдет почти незаметно.
Организм лошади, которой впрыснули в первый раз небольшую дозу яда, как бы привыкает к нему и через 15–16 месяцев (в течение которых повторялись подобные впрыскивания) может уже переносить без всякого вреда такое количество яда, которое в восемь-десять раз больше смертельной дозы яда в начале опытов.
В крови лошади развиваются особые вещества, которые парализуют и сводят на нет действия яда. Лошадь становится стойкой по отношению к змеиному яду; он теряет над ней свою гибельную силу. У такой лошади, приученной к змеиному, яду, через надрез небольшого сосуда при помощи тонкой стеклянной трубочки берут несколько стаканов крови. Этой крови дают свернуться, причем от кровяного сгустка отделяется жидкая часть крови — сыворотка. Ее разливают в чистые (дезинфицированные) стеклянные трубочки которые запаивают с обеих концов.
В таком виде, исключающем всякое загрязнение из внешней среды, сыворотка сохраняется неопределенно долгое время.
Если человеку, которого укусила гадюка, впрыснуть в кровь содержимое трубочки, то сыворотка обезвреживает действие змеиного яда и все тяжелые болезненные явления — последствия отравления змеиным ядом — пропадают.
Лечение сывороткой широко практикуется во всех странах, в особенности в тех, где водится много ядовитых змей. На южных окраинах Советского Союза, где фауна ядовитых змей относительно разнообразна, этот метод нашел широкое применение.
Самка гадюки откладывает яйца, из которых немедленно, разрывая тонкие яйцевидные оболочки, выползают сформировавшиеся змейки.
В средней полосе нашего Союза детеныши гадюки появляются в середине или в конце августа. Через несколько дней укусы их делаются ядовитыми.
Пищей гадюки служат преимущественно мыши, землеройки, реже лягушки; питается она и насекомыми. Врагами гадюки, кроме некоторых хищных птиц, можно назвать хорька и ежа.
Долгое время думали, что еж совершенно не страдает от змеиного яда, однако наблюдения ученых показали, что при очень сильных укусах еж может все же погибнуть, а будучи ранен слабее, обнаруживает явные признаки заболевания.
Нет сомнения, что еж все же обладает большой способностью противостоять действию змеиного яда, в 35–40 раз превышающей способность морской свинки. Уже давно было обнаружено, что ежу весом в 445 граммов надо впрыскивать 20 миллиграммов сухого яда гадюки в течение 12 часов, для того чтобы он умер. Один ученый наблюдал битву крота с гадюкой, исходом которой была полная победа крота, съевшего старую змею и, несмотря на ее укусы, оставшегося совершенно здоровым.
Разрывая мох у древесных пней или бродя по лесу, где между деревьями растет густой кустарник, можно увидеть особую безногую ящерицу — веретенницу (медяницу), достигающую в длину 43 сантиметров. Веретенница очень миловидна: сверху она обычно свинцово-серого цвета, по бокам — красновато-бурого, тогда как брюшная сторона синевато-черная. Окраска бывает различна, и иногда попадаются экземпляры с сильным медным оттенком верхней стороны. Пища веретенницы — голые слизни, дождевые черви. Эта красивая ящерица безвредна, но некоторые люди, по невежеству, очень боятся ее, называя «ядовитой медянкой». За это внешнее сходство со змеей веретенница подвергается жестокому и незаслуженному преследованию.
Между тем настоящая змея-медянка, распространенная у нас на юге, тоже не ядовита. Медянка принадлежит к семейству ужей. Ее окраска серая или коричневая с рядом темных или черно-бурых пятен, расположенных вдоль спины. От гадюки медянку отличает один мелкий, но достаточно наглядный признак: у медянки круглый зрачок, тогда как у гадюки узкий, вертикальный, в виде щели.
Наши летние наблюдения над пресмыкающимися будут неполными, если мы не постараемся отыскать два вида ящериц, которые водятся у нас в лесах. В яркий солнечный день мы отправимся сначала в сосновый лес и будем бродить там, где грядами выступает желтая песчаная почва. В таком месте можно скоро заметить много прытких ящериц, которые греются на солнце и, испуганные нашим появлением, стремительно спасаются в заросли вереска. Прыткая, или проворная, ящерица, достигающая 20–25 сантиметров длины, очень красива. Ее окраска состоит из смеси темных полос и пятен на довольно ярком общем зеленоватом фоне. В июне самка откладывает пять — восемь овальных белых яиц, которые развиваются в песке на освещенных солнцем местах. Питается прыткая ящерица мелкими насекомыми, причем особенно охотно хватает бабочек или гусениц.
Гораздо скромнее окрашена более мелкая живородящая ящерица. Общий тон чешуи этой небольшой, достигающей 15–18 сантиметров ящерки — буроватый, иногда переходящий в сизый оттенок. В противоположность предыдущему виду, живородящая ящерица, в своем распространении заходящая выше полярного круга, — типичная обитательница сырых, мшистых лесов, хотя, как и все пресмыкающиеся, она очень любит погреться на солнце. Своих детей она родит живыми в различные сроки; обычно в средней полосе Европейской части Союза их можно находить уже в начале июля. Живорождение состоит в тесной связи с условиями окружающей этот вид обстановки, так как в случае кладки яиц на сырую почву они лишились бы возможности хорошо прогреваться солнечными лучами, что могло остановить их развитие и погубить потомство.
Поделиться книгой: