Негламурная история

— Иди, — попросила Мэгги, — пожалуйста, иди.

Кейн вышел, засунул руки в карманы и улыбнулся. У него будет ребенок, он нашел его. Но затем улыбка исчезла с лица. Это не конец, а только начало. Теперь в его жизни произойдут радикальные перемены. Готов ли он к ним?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Что же мне теперь делать?

Кейн, опустив плечи, сидел за кухонным столом и смотрел на брата. Марк зевнул и покачал головой:

— Я знаю не больше твоего. — Он плотнее запахнул халат, поеживаясь от утренней прохлады. Солнце еще не взошло, но Джил, жена Марка, сварила им кофе. — Ты хоть что-то решил?

Кейн растерянно молчал. Он провел на улице целый час, ожидая, пока в доме Марка зажжется свет и можно будет постучать в его дверь. Ему необходимо было с кем-то поделиться своими мыслями. Кейн знал, что не уснет, пока не примет какое-нибудь решение.

Как только в доме брата проснулись, он тут же оказался на крыльце и нажал на кнопку звонка. По пути на кухню он успел почти все рассказать Марку. Теперь, когда брат знал самую суть, Кейн надеялся на его помощь. А тот вместо этого интересуется его, Кейна, намерениями. Но вся проблема в том и заключалась, что Кейн не мог принять решение.

— Слушай, — начал он, наклоняясь к брату, — я думал об этом всю ночь, и сейчас в моей голове словно молоточки стучат. Я сто раз все передумал. Скажи что-нибудь новое.

Марк выпрямился, пока Джил наливала им кофе в огромные чашки с большими ручками.

— Я не знаю, что тебе сказать. Ты хотел узнать, кто носит твоего ребенка? Узнал. Конец истории.

Джил хмыкнула, ставя кофейник на стол, взяла сковороду и принялась готовить яичницу.

— Я не могу поверить, что это твоя помощница, — в десятый раз повторил Марк, качая головой. Они с Джил несколько раз видели Мэгги на корпоративных вечеринках, куда их приглашали, но эти встречи были мимолетными. — А где ты провел эту ночь? — Марк с гримасой посмотрел на мятую одежду брата.

Кейн откинулся на спинку стула, нахмурился, словно стараясь, восстановить события предыдущего вечера.

— Я зашел в небольшой клуб, немного выпил, потом отправился в другой...

— И в таком состоянии ты сам был за рулем?

Взгляды братьев встретились, Кейн знал, что в этот момент оба подумали об отце, у которого были проблемы с алкоголем. Марк не помнил отца, но его история была ему известна. Они с Кейном никогда не обсуждали это.

— Нет, — быстро ответил Кейн, — я взял такси. И потом я совсем немного выпил. — Он нервно передвинул чашку на столе. — Что же мне все-таки делать теперь?

Джил снова хмыкнула, и они оба повернулись в ее сторону. Она прищурила зеленые глаза, покачала головой и вздохнула. Выключив газ, присела к столу. По ее решительному настрою было видно, что она поможет братьям прояснить ситуацию.

— Слушай, Кейн, у тебя есть несколько вариантов. Во-первых, ты можешь просто не обращать внимание на случившееся. В конце концов, она ведь не просила тебя вмешиваться, так? Если бы ты не затеял свое расследование, то, возможно, никогда бы не узнал, что ее ребенок имеет к тебе отношение. — Джил сделала паузу, чтобы Кейн переварил ее слова. Он нахмурился и медленно покачал головой. — Хорошо, — продолжила Джил, — ты можешь оставаться в тени, но делать, так, чтобы Мэгги была обеспечена всем необходимым. У нее будет поддержка, но при этом вы оба останетесь свободными. — Кейн помалкивал. Тогда Джил решительно хлопнула ладонью по столу. — Или ты можешь поступить правильно. Иди и женись на ней.

— «Женись на ней»? — Кейн побледнел, отшатнувшись. — Я не могу жениться. Ты знаешь, я всегда говорил, что никогда не женюсь.

— Ну, давай-давай. — В глазах Джил сверкнуло упрямство. — Ты и ребенка никогда не планировал. Жизнь не всегда идет так, как мы планируем. Но мы же справляемся с этим.

Кейн упрямо покачал головой, в потемневших глазах появилось беспокойство.

— Нет, никакого брака. Это не очень удачная идея. Я уже испытал «радости семейной жизни», все это несбывшиеся надежды. — Он посмотрел на Марка, ожидая понимания с его стороны. — Ты понимаешь, о чем я говорю? — Марк пожал плечами. Кейн вздохнул и обратился к Джил: — Мне кажется, что второй из предложенных тобой вариантов больше всего подходит. Но я не знаю...

Джил колебалась, закусив губу, словно не была уверена в том, стоит ли ей высказывать свое мнение. Потом поддалась порыву и взяла Кейна за руку:

— Значит, ты хочешь контролировать ее жизнь и в какой-то мере удерживать рядом. Эгоистично, хотя можно понять. — Она посмотрела Кейну в глаза. — А что ты собираешься дать ей взамен?

Кейн вздрогнул.

— Много денег. — В его голосе послышался вызов, словно он хотел защитить себя.

— Деньги! Деньги — ничто! — воскликнула Джил.

Марк выглядел уязвленным.

— Большое спасибо, — немного обиженно произнес он.

Джил сжала руку мужа.

— Дорогой, ты очень хорошо обеспечиваешь семью, и мы ценим это. Но мы могли бы жить с тобой под мостом и оставаться при этом счастливыми. Деньги облегчают жизнь, но они не являются тем связующим звеном, которое удерживает нас вместе.

— Согласен, — просиял Марк, — это связующее звено — ты.

Они смотрели друг на друга влюбленными глазами, и Кейн почувствовал раздражение. Они решили показать, какой счастливый у них брак? Он отвел глаза, оставив супругов на мгновение вдвоем, потом вернулся к своей проблеме.

— Все так запуталось, — пожаловался Кейн, прихлебывая мелкими глотками кофе. — Я считал, что мне просто нужно узнать, кто носит моего ребенка. Я бы великодушно оставался на заднем плане, обеспечивая ребенку прекрасную жизнь, не прося взамен ни благодарностей, ни признания...

— Кейн, дорогой, неужели ты думаешь, что такая женщина, как твоя Мэгги, никогда больше не выйдет замуж? — тихо спросила Джил. — Я думаю, она встретит достойного мужчину и они уедут куда-нибудь. В Калифорнию. В Японию. На Таити. И что ты будешь тогда делать?

— Может, это и лучше, — подал голос Марк. — Ты просто дашь ей денег и не будешь вмешиваться лично, она создаст новую семью и найдет отца для этого ребенка.

Кейн в замешательстве смотрел на них обоих. Этот ребенок? Это его ребенок!

— Нет, я его отец. Я хочу быть его отцом.

Господи, неужели это он сказал? Кейн даже не поверил себе. Он действительно хочет этого? У него никогда прежде не было желания иметь детей. Откуда же такие чувства?

— Но ты не собираешься жениться на ней. — Джил подняла руки вверх. — Твой выбор, Кейн. Но без брачного свидетельства ты не можешь ничего контролировать.

У Кейна вырвался стон.

— Все казалось так просто, пока я не узнал, что это Мэгги. Теперь же все изменилось. Слишком много вопросов. — Он в смятении посмотрел на Марка и Джил. — Это какое-то сумасшествие. Я не подозревал, что ответ на мой вопрос породит еще больше проблем... надежд... страхов.

Марк и Джил переглянулись и засмеялись.

— Добро пожаловать в компанию родителей. Держись крепче, дорога будет ухабистой. — В голосе Джил прозвучали нотки симпатии.

Спустя час Кейн ехал по пустынным улицам Чикаго, по-прежнему не зная, как поступить. Марк и Джил еще больше запутали его. Что же делать? Он съехал на обочину дороги, остановился рядом с огромным сугробом и решил подумать.

Все складывалось не так, как он себе представлял раньше, и даже не так, как он изложил ситуацию Джил и Марку. Что бы там ни говорил, он не собирается появляться у ребенка только раз в год с пакетом конфет. Это его Мэгги, она собирается родить его ребенка! Эта женщина управляла большей частью его жизни.

Ему казалось, что он знал ее всегда. Кейн как-то даже не заметил, что со временем ее влияние на него увеличилось. Сейчас он уже не представлял свою жизнь без Мэгги.

Она всегда нравилась ему, он уважал ее профессионализм. Ему казалось, будто все эти годы Мэгги носила бесформенное зимнее пальто, а сейчас вдруг сняла, чтобы продемонстрировать привлекательную фигуру, которая скрывалась под этим пальто, дожидаясь нужного момента. И теперь Кейн смотрел на свою помощницу в абсолютно новом свете. Теперь ситуация была приправлена эротической притягательностью. Кейн помнил вкус губ Мэгги. Нет, он не может просто уйти в сторону. Но и жениться не собирается. Что же остается?

Он должен выбрать линию поведения. Сейчас настало время проявить характер. Когда он доберется до дома Мэгги, решение уже будет готово. Кейн сжал руль и завел машину.

Мэгги почти не спала в эту ночь. Ситуация стала одновременно и воплощением мечты, и ночным кошмаром. Она просто не знала, что делать дальше. Все было ужасно. Как это произошло? У нее появилось желание вспомнить все с самого начала. В сознании стали всплывать картинки прошлого.

Следовало признать, что мечта иметь ребенка включала в себя призрачную фигуру отца-донора, сильно похожего на Кейна. Но у Мэгги и в мыслях не было, что это окажется сам Кейн. Это абсолютно не соответствовало бы тем ролям, которые она отвела им обоим. Тем не менее в свое время, когда Мэгги представляла себе возможного отца, в ее сердце смутно обозначился образ шефа.

Теперь, когда мечта претворилась в жизнь, надо было успокоиться. Казалось, все случившееся было каким-то таинственным образом предопределено. Однако Мэгги очень не нравилось, что ситуация выходит из-под контроля.

Кроме того, она никогда не предполагала, что на ее пути появится какой-либо мужчина. Реальные мужчины приносят с собой реальные сложности. Ее мечтой были мать и ребенок, двое в этом мире. Она начинала признавать, что мечта была немного идеалистичной, но не хотела расставаться с ней. Эта мечта так долго согревала ее...

Когда раздался звонок домофона, Мэгги сразу поняла, что это Кейн.

— Кто там? — все же спросила она.

— Это я.

— Я не знаю никого по имени «Я».

— Мэгги, позволь мне войти.

— Еще слишком рано.

— Или поздно, — хрипло ответил Кейн. — Это зависит от обстоятельств.

Мэгги вздохнула, понимая, что он не уйдет.

— Ну, хорошо, — сдалась она и нажала на кнопку.

Мэгги бросила взгляд в зеркало и удержалась от того, чтобы броситься в ванную и подкрасить лицо. Именно так она выглядела по утрам в субботу: волосы, заплетенные в косу, мешковатый спортивный костюм. Кейн должен знать это.

Она начала молоть кофе, пока ждала его прихода, и рассыпала зерна. Воскликнув от досады, Мэгги принялась собирать их. Она нервничала. Одна ее половина радовалась приходу Кейна. В конце концов, она была так одинока, и чем больше ребенок становился реальностью, тем больше она понимала, что затеяла огромное дело и, возможно, обрекла себя на несчастье. Разве это плохо — иметь рядом человека, который будет заботиться о ней и помогать?

Мэгги вздохнула и покачала головой. Хорошо бывает только в сказках. В реальной жизни все зависит только от тебя самого. Нет, она затеяла все это, поэтому пусть все так и остается. Ей надо быть сильной.

Потянувшись за кухонным полотенцем, Мэгги опрокинула чашку, стоявшую у мойки. К счастью, она была из пластика и не разбилась, но Мэгги разволновалась еще больше и даже выругалась, чего раньше с ней не бывало. В этот момент раздался стук в дверь, и Мэгги залилась краской, соображая, слышал ли Кейн ее слова.

Она открыла дверь и получила ответ на свой вопрос.

— Что случилось? — с порога поинтересовался он, и Мэгги смутилась еще сильнее.

— Ничего. Проходи, — пробормотала Мэгги, отводя взгляд. Но даже за короткий миг она успела увидеть, что в нем что-то изменилось. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять это.

Кейн выглядел счастливым. По-настоящему счастливым. У Мэгги затрепетало сердце.

— Доброе утро. — В голосе его слышались радостные нотки, а взгляд сразу упал на живот Мэгги. — Я никак не могу привыкнуть к мысли о том, что у меня будет ребенок. Что ты носишь моего ребенка. Это какое-то чудо.

Мэгги нахмурилась, но Кейн не заметил. Он прошел в квартиру, сняв пальто, и смотрел на нее, словно никак не мог насмотреться. Ей стало ясно, что он еще не был дома. Щетина, помятый костюм, расстегнутый ворот рубашки. Волосы растрепались, несколько прядей упало на лоб. Он еще никогда не казался ей таким эффектным.

— Чудо, — повторил Кейн с благоговением в голосе, чем удивил Мэгги.

Ребенок, должно быть, услышал его слова, потому что именно в этот момент шевельнулся. Мэгги положила руку на живот. На мгновение взгляды их встретились, и сердце Мэгги заколотилось в бешеном ритме, затрудняя дыхание. Она повернулась и устремилась в небольшую кухню.

— Кофе?

— С удовольствием. — Кейн сел на стул и поставил локти на стол. — Мне кажется, ты хочешь узнать, как все произошло.

Для Мэгги это действительно было загадкой.

— Расскажи, — откликнулась она, наливая кофе.

Кейн кивнул и начал рассказывать, как он заботился о своем друге Билле, когда тот заболел, потом перешел к центру планирования семьи, где Кейн вместе с Биллом оставил свой донорский материл в банке спермы.

— Я просто не понимаю. — Мэгги была сбита с толку. — Я всегда считала тебя трезвомыслящим бизнесменом с цепким умом и крепкой волей. Почему ты пошел на это?

Кейн помолчал, потом постарался объяснить то, что когда-то казалось ему пустяковым делом.

— Это можно сравнить с тем, как жена моего брата уговаривает своего малыша есть кашу. Она говорит: «Слушай, Кении, она такая вкусная!» Затем пробует немножко каши сама и улыбается, демонстрируя, какая это вкуснота. Чтобы он тоже попробовал. — Кейн пожал плечами. — Билл очень волновался, не хотел этого делать. Поэтому, когда врач предложил мне пройти процедуру вместе с Биллом, я был рад поддержать его. Впоследствии я собирался позвонить в клинику и попросить их уничтожить мой материал. Но потом у меня это вылетело из головы, и я не вспоминал, пока... Пока не стало слишком поздно. Тогда это было пустяком, теперь же значит для меня очень много.

Мэгги слушала его, забыв о кофе. Сердце стучало в груди так, словно хотело вырваться на свободу. Вся ситуация выглядела абсолютно невероятной.

— Когда они сказали мне, что мой... моим донорским материалом воспользовался кто-то из «Кейн Хейли инкорпорейшн», я был поражен, я сходил с ума, пытаясь вычислить, кто бы это мог быть. И когда я понял, что ты...

Мэгги опустила глаза и принялась разглядывать чашку.

— Мэгги, почему ты пошла на искусственное оплодотворение?

Мэгги выпрямилась и посмотрела на него.

— Потому что я очень сильно хочу ребенка, но не собираюсь выходить замуж еще раз.

Мэгги передала ему чашку со свежим кофе и отпила из своей. Она знала, что удивила его своим ответом, что он, возможно, не одобряет такой выбор. Но Кейн молчал, и Мэгги тоже умолкла.

— Что думает об этом твоя семья?

— У меня нет семьи, — ответила она. — Мои родители умерли. Есть только я и мой ребенок.