-- А куда ты его дел? -- спросил я Урала.

-- Там лежит, за БТРом.

Хасан встал и пошел за БТР.

-- Хасан! Ты там не замочи его, -- крикнул я Хасану.

-- Да не ссы ты, я просто побазарю с ним немного, -- ответил из-за БТРа Хасан.

-- А он не уползет? -- опять спросил я Урала.

-- Нет, я связал ему руки его же чалмой.

-- А не сдохнет? -- спросил Туркмен.

-- Нет, не сдохнет, я перебинтовал ему ноги тряпкой, -- ответил спокойно Урал.

-- Ну, ты Татарин заботливый такой, прям как сестра милосердия, -сказал я ему.

Потом я встал и залез в БТР, там у нас в аптечке лежали медицинские щипчики с загнутыми концами похожие на ножницы, я не знаю, как они там у медиков называются, но мы их называли щипцы. Мы специально возили их с собой, на случай если придется вытаскивать пулю или осколки из тела.

Я достал щипцы и йод, после чего вылез обратно.

-- Ну Качок, готовься, сейчас будем тебя оперировать. Брагу вмазал? -спросил я его.

-- Да вмазал, только подожди, покурю вот, а потом приступай, -- сказал Качок.

-- Ну, кури, кури, никто тебя не торопит.

Сапог стоял радом, и пялился на Качка. Я посмотрел на него и спросил:

-- Сапог, ну чего уставился, Андрюху первый раз видишь что ли? Иди вон, лучше на духа посмотри. Да не ссы ты, он не укусит тебя, а если укусит, то выбей ему зубы, я разрешаю.

Сапог молча пошел за БТР, куда минуту назад пошел Хасан.

Послышался гул мотора.

-- Это ротный! -- крикнул я, и быстро налил брагу в кружки.

-- Давайте, берите быстрее. Сапог! Беги сюда, быстро.

Сапог подбежал и спросил:

-- Че такое, Юра?

-- Че такое, че такое! А ну хватай канистру, и бегом ее с глаз долой!

Мы спешно выпили, и Сапог утащил канистру в БТР. Через минуту нарисовался БТР ротного. Развернувшись, он остановился рядом с нашим.

-- Как вы там?! -- крикнул ротный и, спрыгнув на землю, направился к нам.

-- Да вот, Качок ранен, а в остальном, вроде пронесло. А у вас как дела, че так долго не было? -- спросил я ротного.

-- За верблюдом гонялись.

-- А что, верблюды быстро бегают?

-- Если в твою жопу посмотрят два пулемета, ты тоже быстро побежишь.

-- Мне они, только что в морду посмотрели.

К нам подошли пацаны из БТРа ротного, водила Петруха, Серега с Володей, Олег и Бача.

-- Ну, как вы? -- спросил Олег.

-- Да вот, живые вроде. Правда пришлось немножко испугаться, барбухайки из-за сопки выскочили, а у одной в кузове пара ДШКа оказалась, а мы все на броне. Да мало того, еще и вон с того откоса слетели, не успели после приземления прийти в себя, а тут еще духи перед глазами, я их маму еб...л, думали труба всем приснилась. Но вроде пронесло и на этот раз, -- закончил рассказ Хасан и спросил:

-- А вы-то как?

-- Да мы тоже, вроде, ништяк, барбухайку замочили, она была с ранеными духами в кузове, человек двадцать, наверно, мы их гранатами закидали. А верблюд вез медикаменты, провизию, муру в общем разную, его мы тоже замочили. Одного духа живым взяли, того который на верблюде ехал, -рассказывал Петруха, размахивая руками.

-- Мы тоже одного взяли, там за БТРом валяется, -- перебил его Урал.

-- А мясо вам не надо верблюжье? Мы маленько того верблюда обдербанили, вот только надо его побыстрее захавать, а то протухнет, -- предложил Олег.

-- Давай, давай, надо, надо, давно я верблюжатины не ел, -- потирая руки, сказал обрадованный Туркмен.

-- Так вы оттуда прилетели? -- удивленно спросил ротный, показывая пальцем на крутой спуск.

-- Да, оттуда, -- сказал спокойно Туркмен.

-- Ну ни хрена вы даете! Думали, наверно, что БТР летать умеет? -- не переставал удивляться ротный.

Потом подошел Закиров, и сел рядом с пацанами, слушая, как они рассказывают друг другу о недавнем приключении. У Закирова это был первый рейд, видно было, что ему этих впечатлений было больше чем достаточно, но для него это было только начало. Я разговаривал с Закировым еще в полку, он как никак мой земляк, на первый взгляд он мне показался неплохим парнишкой, кое какие понятия у него были, а там дальше видно будет. Я не стал подключаться к общему базару, а направился к Качку.

-- Мужики, а чего это вы такие веселые, на обкуренных вроде не похожи? -- спросил вдруг ротный, глядя мне в глаза.

-- Время провели весело, вот и веселые, -- сказал я, смазывая йодом щипцы.

-- Да я не об этом.

-- А о чем? -- спросил я у ротного, а потом обратился к Качку:

-- Ну как ты, Качок, готов?

Он кивнул, после чего, я начал развязывать Качку рану.

-- Да тут запах какой-то специфический, -- не унимался ротный.

-- Ну, товарищ старший лейтенант, сами понимаете, это дело хозяйское. Вы у танкистов тоже, вроде, кое-что забрали со специфическим запахом.

-- Да ладно, я ничего против не имею, просто так интересуюсь. Ну, в общем, базар базаром, а надо побыстрее отсюда валить. Давай Юра, побыстрей приводи в порядок Андрея и поехали. А вторая барбухайка где, их вроде три было? Одну мы замочили, одна вон горит. А третья ушла что ли?

-- Да нет, не ушла, она во-он там на склоне горела, уже наверное потухла, хотя вон дым еще видно. Но я ее конкретно приложил из "мухи".

-- И я еще из гранатомета пару раз по кузову пальнул, для верности, -сказал Урал.

-- Вы что, живого духа взяли? -- спросил ротный, вставая.

-- Да, только он ранен в ноги, -- ответил Урал.

-- Что с собой возьмете, или? -- ротный провел пальцем по горлу.

-- Возьмем, не помешает, может пригодиться, если не издохнет по дороге.

Я разбинтовал рану Качку.

-- Ну, Качок, терпи, я полез тебе в нутро, -- промолвил я.

Двумя пальцами я раздвинул рану и потихоньку сунул туда щипцы, Качок застонал от боли.

-- Терпи, Андрюха, -- успокаивал я Качка.

Щипцы наткнулись на что-то твердое, это был металл. Зацепив эту штуковину щипцами, я на мгновенье подумал: вытащить потихоньку, или резко выдернуть, и как-то самопроизвольно рванул щипцы. Качок взвыл от боли и, выругавшись матом, схватился рукой за бок.

-- Ты че, сука, больно ведь, еб..!

-- Ничего Андрей, все нормально, -- спокойно сказал я ему, разглядывая осколок вытащенный из раны.

-- А ну дай сюда, -- сказал ротный протягивая руку.

Я подал ему щипцы.

-- Что это за чертовщина? -- спросил Хасан.

Я оглянулся, оказывается, все пацаны собрались вокруг нас, и наблюдали за процессом.

-- Это медная рубашка от пули ДШК, товарищ старший лейтенант, -заметил я.

-- Да, ты прав, Юра, -- ответил ротный.

-- Качок, тебе повезло, ты в рубашке родился, -- показывая на окровавленный осколок сказал Хасан.

Медная оболочка пули была ровно развернута, и походила на отрезанный под конус кусок красного картона.

-- Надо же, как ровно развернулась, прям как из под пресса, на, Андрей, бери на память, -- сказал ротный, протягивая осколок Качку.

Качок взял кусочек медяшки и, внимательно посмотрев на нее, сказал:

-- Я же говорил, что у меня что-то торчит в бочине, а вы не верили.

-- Ну ладно, мужики, давайте закругляться, пора сваливать отсюда, -скомандовал ротный и, посмотрев на Качка спросил:

-- Ну, как ты, Андрей, в госпитализации нуждаешься?

-- Да нет, товарищ старший лейтенант, со мной все будет нормально, бывало и похуже, -- ответил Качок.

-- Ну, тогда по машинам, и вперед, -- махнув рукой, сказал ротный, и направился в свой БТР.

МИНА

-- Урал, перебинтуешь Качка в БТРе, -- сказал я Уралу, потом подхватил за руку Качка, Хасан взял его с другой стороны, и мы направились в БТР. Качок держал рану куском бинта, между пальцев сочилась кровь. Мы подвели Качка к десантному люку, дальше он полез сам. Хасан и Сапог запрыгнули на броню, а я полез в люк за Качком, поддерживая его сзади.

-- Юра, да не пекись ты обо мне, я нормально себя чувствую и сам смогу залезть, -- сказал мне Качок.

-- Ну, мало ли чего, вдруг тебе помощь нужна.

-- Нет, не нужна, да и вообще, я уже залез.

Я тоже залез в БТР и захлопнул люк.

-- Ну как все, на месте? -- спросил Туркмен.

-- Да, все. Поехали давай, -- сказал я.

-- Духа нету, которого я притащил, -- опомнился Урал.

-- А где он? -- спросил я.

-- Там впереди БТРа лежит, -- ответил Урал.

-- Да на хрен он сдался, этот твой дух, -- сказал я Уралу, и крикнул Туркмену:

-- Туркмен! Там где-то впереди БТРа дух раненый лежит, переедь через него.

-- Щас сделаем, какой базар, -- ответил Туркмен.

БТР сначала отъехал назад, потом резко двинулся вперед.

-- Аля, бесмеля, готов душара, -- произнес Туркмен.

В командирский люк заглянул Хасан и выкрикнул:

-- Э-э, мы духа задавили!

-- А тебе что, жалко его стало? -- спросил Туркмен.

-- Да в общем нет, ну я думал, может, взяли бы его с собой, да поприкаловались бы с него.