Помоги проекту - поделись книгой:
В каждом из этих состояний организм работает по–разному и каждый раз, переходя из одного состояния в другое, женщина ощущает в себе очень серьезную перестройку. Все перемены в работе женского организма осуществляются с помощью тонких гормональных настроек организма.
Как только в утробе женщины появляется ребенок, весь ее организм перестраивается, он превращается в маленькую фабрику по приготовлению питания для зачатого ребенка. Когда он рождается на свет, то происходит новая перестройка, теперь мама становится фабрикой по приготовлению молока для младенца. И все эти состояния мало пересекаются. Во время кормления грудью зачатие нового ребенка маловероятно. А сейчас матери, которые покормят младенцев грудью два месяца, вновь способны к зачатию.
Сходите в нашу детскую поликлинику. Там на стене висит плакат про грудное вскармливание. Черным по белому там написано, что грудное вскармливание предохраняет от беременности. Раньше женщины кормили до двух–трех лет, что и являлось самым естественным способом предохранения от частых беременностей. Погодки были достаточной редкостью. Мнение о том, что раньше женщины каждый год рожали и во всех семьях было по десять–двенадцать детей, – это чистой воды миф, выдуманный в наше время для оправдания контрацептивов. Вспомним старые сказки. «Было у царя три сына…». Или три дочери…
Например, женщина пользуется гормональными противозачаточными средствами. Что она этим достигает? Она вмешивается в эту тонко настроенную систему. Это бесследно не проходит. Такого обилия женских болезней, как сейчас, раньше никогда не было. Довольно недавно у нас был бум по поводу куриных окорочков. Говорилось, что они генетически изменены и напичканы гормональными препаратами. Все этим возмущались. Но в каждой гормональной противозачаточной таблетке содержится в десятки раз больше гормонов, чем в одном окорочке. Надо съесть десятки окорочков, чтобы получить такую же дозу гормонов. Этим никто не возмущается.
Вот одна история. Одна прихожанка до прихода в храм несколько лет пользовалась одним из гормональных средств. Когда она захотела родить ребенка, то она едва осталась жива. От этого средства произошло сужение маточных труб, по которым зачатый зародыш спускается в матку. В этих трубах образовались спайки. В результате она зачала ребенка, но зародыш так и не смог спуститься в матку. Она попадает в реанимацию с диагнозом «внематочная беременность». Внематочная беременность — это стопроцентная гибель ребенка от голода плюс угроза жизни матери. После операции, во время которой ей пришлось удалить практически всю матку, эта прихожанка навсегда потеряла способность рожать детей. Правда, один православный гинеколог по этому поводу мне заметил, что, к сожалению, доказать то, что все происшедшее с этой прихожанкой связано именно с указанным средством, невозможно, хотя вполне возможно, что это именно так. Поэтому гинекологи продолжают рекомендовать эти контрацептивы.
Один из московских православных гинекологов на просветительских курсах отмечал, что матка у молодой женщины, пользующейся гормональными средствами, похожа на матку старухи. Имея такой старческий орган, она, конечно же, не способна к зачатию.
Есть и другие противозачаточные средства. Например, спирали. Они вносят механическое раздражение в слизистую оболочку матки, и эмбрион не может укрепиться на стенках матки, чтобы развиваться. Разве это не издевательство над своим организмом? Еще один православный гинеколог сравнивал спираль внутри матки с занозой в пальце. Организм всеми силами отторгает, выталкивает занозу гноем. То же самое происходит в утробе женщины. Подобные эксперименты над своим организмом бесследно не проходят. Неопытное обращение со спиралью может нанести большой вред женщине. Но даже умелое обращение всегда наносит вред.
Даже если супруги пользуются презервативами, казалось бы, самым «безобидным» противозачаточным средством, то и здесь тоже происходит нарушение нормальной работы организма. Детородные органы на то и даны человеку, чтобы рожать детей. Если этими органами пользуются для других целей, то за это придется расплачиваться болезнями. Например, человеку даны еще и органы пищеварения. Что будет, если мы захотим использовать их не для питания, а для получения удовольствия? Один известный московский священник так говорит по этому поводу: «Я люблю есть копченую рыбу. Но сколько я ее могу съесть? Ну, килограмм, больше не могу. Вот я съел этот килограмм и еще хочу, но не могу. Тогда я иду в туалет, два пальца в рот, меня рвет, желудок очищается, я возвращаюсь за стол и продолжаю есть. Как вам понравится такое поведение?» Нормальный человек так делать не может. Хотя в античности были такие люди, их звали «гурманы». Они так и поступали. Во время пиршеств у них во дворе было бревно. Поел, вышел во двор, плюхнулся животом на бревно, чтоб лучше выходило, и пошел опять есть. Тогда это было нормальным. За такое издевательство над организмом (человек раздражает свои органы пищеварения, но не дает полноценную пищу) мы будем расплачиваться болезнями — язвой, изжогой и т.д.
За использование противозачаточных средств человек тоже будет расплачиваться болезнями. Во время близости организм женщины получает через гормональную систему предупреждение о том, что надо настраиваться на возможное зачатие. Нет супружеской близости — тогда женские органы деторождения находятся в полусонном состоянии. Есть близость — будут в состоянии готовности.
Женщины, жившие целомудренно до брака и соблюдавшие свою девственность, знают о тех серьезных изменениях в их организме, которые начинаются после начала супружеской жизни еще задолго до зачатия первенца. Например, меняется фигура женщины: увеличивается грудь, немного полнеют бедра. То есть организм перестраивается уже от начала супружеской жизни. Большинство людей даже не знает об этом особом целомудренном состоянии женского организма. Но напомню, что девственность — это понятие не только и не столько физиологическое, сколько духовное. Большинство современных девиц выходит из девственного состояния задолго до начала супружеской жизни. Непристойные фильмы, развратные статьи, развращенная реклама — все это рождает поток грязных мыслей. Желания от нечистых мыслей рождают блудные ощущения и выводят организм женщины из девственного состояния. Все чувства такой полудевушки–полуженщины уже изменены. Если, например, к целомудренной девушке прикоснется парень, то в ней от этого прикосновения почти ничего не родится, кроме, быть может, неприятного ощущения от недозволенной вольности в поведении парня. Если же мужчина прикоснется к девушке, уже потерявшей свою девственность, то это прикосновение может родить в ней целую бурю чувств, с которой она едва сможет справиться. Это может относиться даже к случайным прикосновениям в поезде или в электричке.
Если супруги хотят иметь близость, но не хотят иметь детей, то пусть супруга готовится к женским болезням. Ее организм переходит из девственного состояния в состояние замужней женщины, т.е. в состояние готовности к беременности, но супруги не дают возможности этой беременности наступить. Поставьте перед собой ароматную жареную курочку. Ваш организм начнет выделять желудочный сок, готовясь к пищеварению. Но если вы эту курочку так и не положите в рот, то выделенный сок будет разъедать ваш же желудок. Делая так часто, вы в ближайшее же время подорвете свое здоровье и получите язву. Раньше женщина жила примерно в таком цикле: готовность к беременности (в среднем от двух до шести месяцев) — беременность (девять месяцев) — кормление грудью (год–полтора, иногда до трех лет) —готовность… и т.д. Это естественный цикл для организма; меняя его, мы наносим вред здоровью.
Чтобы завершить тему предохранения окончательно, необходимо сказать о том, что Церковь принципиально разделяет контрацептивы на два класса. В 2000 году на Юбилейном Архиерейском Соборе были приняты «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», которые дают ответы на многие животрепещущие вопросы современности. Одним из сложнейших был вопрос отношений Православной Церкви к контрацептивам. До принятия этого документа эта проблема не поднималась на уровне официального церковного учительства.
Собор Русской Православной Церкви в «Основах социальной концепции» средства контрацепции разделяет на абортивные и неабортивные. Абортивные средства — это те, которые уничтожают на самых ранних стадиях уже зачатую в утробе матери человеческую жизнь. К употреблению таких средств, как отмечено в документе, «применимы суждения, относящиеся к аборту» (Гл. XII, § 3). Значит, Церковь считает их использование недопустимым и греховным. Но далее сказано: «Средства, которые не связаны с пресечением уже зачавшейся жизни, к аборту ни в какой степени приравнивать нельзя».
Итак, Православная Церковь идеальным считает неиспользование контрацепции вовсе, то есть либо рожать столько детей, сколько посылает Господь, либо воздерживаться от супружеской близости. Но поскольку из–за общего падения нравственности далеко не все могут вести такой подвижнический образ жизни, то супруги по взаимному согласию могут принимать меры по предотвращению зачатия. Церковь, не благословляя прямо эти меры, все же допускает их, зная немощь людей. Но при этом Церковь считает категорически недопустимым для христиан использование абортивных контрацептивов.
Обратимся к медицинским источникам, чтобы разобраться, какие же из контрацептивов нужно отнести к абортивным. Врачи–гинекологи указывают на два основных вида контрацептивов, которые обладают абортивным действием.
Во–первых, это — внутриматочные спирали, упоминавшиеся ранее. Эти средства вообще не имеют права называться контрацептивами, поскольку слово «контрацептив» означает «противозачаточное средство», но как раз зачатию они никак не препятствуют. Их действие основано на том, что уже зачатый (!) зародыш не может прикрепиться к стенкам матки, то есть действие исключительно абортивное, поскольку связано с пресечением уже зачавшейся жизни.
Вторым видом противозачаточных средств, обладающих абортивным действием, являются также упоминавшиеся гормональные контрацептивы. Эти средства более сложные и действуют сразу по нескольким направлениям. Не вдаваясь в подробности, отмечу, что у этих средств четыре механизма, препятствующих рождению ребенка. Два первых механизма препятствуют зачатию, но поскольку зарождение новой жизни все же периодически происходит, то два других механизма направляют свой удар и на зачатые зародыши. В конце 1998 года в США была опубликована декларация, предупреждавшая об абортивности гормональных контрацептивов.
Замечу также следующее. Гормональные средства действуют по нескольким направлениям, чтобы уменьшить риск забеременеть. Но чем «надежнее» защита от беременности, тем больший вред наносится женщине. Рожать детей — это заложенная Богом способность женского организма. Борьба с этой способностью, словно с болезнью, обернется уже настоящими болезнями.
Хотя, казалось бы, число микроабортов, произошедших в результате пользования гормональными средствами, меньше, чем от спиралей, грех убийства (аборт) остается убийством. Количество (меньше абортов) в данном случае не переходит в качество (менее грешен). Страшно иметь на своей совести даже хотя бы одну загубленную душу.
Таким образом, к тем абортам, которые делаются в огромном количестве в больницах, прибавляется во много раз большее число микроабортов, учесть и подсчитать количество которых просто невозможно. И многие женщины, считающие себя невиновными в совершении абортов, на самом деле повинны в убийстве детей, зачатых в их утробе. Конечно, они не знали о том, что, пользуясь указанными контрацептивами, они убивали детей, потому что им об этом никто не сказал. Но убийство даже невольное все равно остается убийством. Вина за невольный грех меньше, чем за осознанный. Но для зачатых детей это уже неважно, они знают только то, что они убиты.
Беседа 8. Сколько должно быть детей?
Статистика в Талдомском районе такова: около 220 многодетных семей, в которых воспитывается около 660 детей. Благодаря простым подсчетам я сделал для себя удивительное открытие: оказывается, что многодетной семьей считается семья с тремя детьми. Это открытие не сразу уложилось в моей голове. Все–таки слово «много» не ассоциируется как–то с цифрой «три». «Много» — ну, это хотя бы пять.
Конечно, есть исследования лингвистов, которые доказывают, что в первобытные времена люди считали так: один, два, много. Числа «три» у них не было якобы в силу примитивности мышления. С этим можно отчасти согласиться: один мамонт — хорошо, два — еще лучше, а три мамонта уже много. Исследователи же славянского языка отмечают, что понятие «много» у славян и их предков праславян использовалось, если объектов было пять и более. Свидетельство этому можно увидеть и в современном русском языке. Мы говорим: один ребенок, два
Еще в доперестроечное время однажды по радио я слушал выступление одной женщины, специалиста по демографическому вопросу. Она объясняла, что для поддержания численности населения на одном уровне необходимо, чтобы 60% (!!!) семей имело три ребенка. И это еще не много: если остальные 40% семей будут иметь по два ребенка, то у 100 семей или 200 родителей будет только 260 детей, то есть воспроизводство населения будет всего 30%. На самом же деле, эти 30% едва могут закрыть недостаток людей: часть семей не будет иметь детей, часть детей умрет, не вступив в брак, часть семей будет однодетными и т.д.
При такой постановке вопроса получается, что большинство семей (60%) должно быть многодетными в современной терминологии. Согласитесь, что нелогично называть семью многодетной, когда более половины всех семей должны быть таковыми. Поэтому мне хотелось бы, чтобы вы знали, что 1–2 ребенка — это еще
Сейчас многодетных семей все меньше и меньше. Иметь много детей сейчас почти никто не хочет. Часто очередной ребенок бывает нежеланным, случайным. Предохранялись, но что–то не помогло. Слава Богу, решились родить, и незаметно стали немного счастливее, потому что Господь за каждого ребенка прибавляет родителям счастья. Малодетность — одна из форм эгоизма. А эгоистичному человеку трудно быть счастливым.
Под эгоизмом следует понимать особое мировосприятие, когда человек все происходящее оценивает с точки зрения своих личных интересов.
Если ребенок в семье один, то такое положение очень сильно располагает к развитию в ребенке эгоизма. Ребенок в однодетной семье видит проявление только одной воли — своей, только одних желаний — своих. Конечно, и в однодетной семье присутствует еще воля родителей. Но желание родителей для ребенка — это далеко не то же, что желание его брата или сестры. У родителей есть власть и непререкаемый авторитет, поэтому исполнение своей воли они могут добиться силой. Волю своих родителей ребенок
Сейчас часто можно услышать такие слова: я могу обеспечить счастливое детство (приличное образование или т.п.) только одному (двум) ребенку. Звучит если не убедительно, то вроде бы логично. Но логика жизни иная. Если ребенок один, то из него часто хотят сделать вундеркинда, если не большого, то по крайней мере маленького вундеркиндика, который бы умел петь и плясать, играть на фортепиано и гитаре, умел держать кисти в руках, разбираться в юриспруденции, менеджменте и маркетинге (до сих пор не знаю точного значения этих жутких слов). И целью родителей становится вывести ребенка в жизнь. «Пусть у нас один ребенок, но зато он не будет заурядным человеком». Желания родителей естественно передаются ребенку, он впитывает их всей своей душой и начинает искренне жить с верою в то, что он точно особенная личность. Интересы ребенка начинают играть слишком большую роль, а ребенок привыкает к тому, что его интересы всегда ставятся во главу угла. А это и есть по определению воспитание в ребенке эгоизма.
В семинарии я, естественно, был знаком со многими студентами. Были среди семинаристов и братья из многодетных семей. Их было не так много — две–три семьи. Старший брат, например, уже был в Академии, средний заканчивал семинарию, а младший поступал в нее. Как правило они были на виду, но не потому что выставляли себя напоказ, а за свою доброту, отзывчивость и открытость.
После поступления в семинарию человек часто погружался в довольно жесткие условия, схожие с военными училищами. Например, даже сами бытовые условия были подчас суровыми. В годы моей учебы первоклассников селили, как правило, под царские чертоги. Это довольно большие комнаты, в каждой из которых ставилось около 20 кроватей. И я хорошо помню, как тяжело переживал это мой сосед по койке, когда он не мог заснуть под перешептывание своих одноклассников ночью. Он не мог отдохнуть днем, потому что добиться тишины днем было просто невозможно. Ему часто приходилось возмущаться и подчас ссориться со своими соседями. Он был единственным ребенком в своей семье.
Полной противоположностью таким изнеженным созданиям были семинаристы из многодетных семей, одного из которых я знал более близко. Он мгновенно засыпал даже в проходной комнате, где постоянно было хождение из комнаты в комнату. Он спокойно засыпал, когда на соседней койке десяток семинаристов устраивали бурное чаепитие.
Многие не решаются рожать больше детей, с ужасом вспоминая о бессонных ночах, грязных пеленках, болезнях, походах по врачам и т.д. Действительно, каждый ребенок требует много сил. Но, как правило, со вторым ребенком проще, чем с первым, а с третьим намного проще, чем со вторым. На первом ребенке набивают шишки практически все. Ошибок не делает только тот, кто ничего не делает. На втором ребенке ошибки уже начинают исправляться, а начиная с третьего ребенка женщина становится уже «профессиональной» мамой.
Сколько ошибок наделаешь с первым ребенком! Самый простой пример из своей собственной жизни. Рождается первый ребенок, дома все ходят на цыпочках, всех гостей строго предупреждают: «Тсс, ребенок спит, говорите шепотом». И правда, как можно говорить громко при ребенке, если его может разбудить даже проезжающий мимо дома грузовик? Через полтора года рождается второй ребенок, история почти повторяется, хотя тишину создавать рке труднее. Наконец, рождается третий, настоящий «многодетный» ребенок. О тишине и речи быть не может, поскольку по дому постоянно носятся два громко шумящих моторчика. Родители рке избавлены от необходимости создавать идеальную тишину, а новорожденный, в свою очередь, уже не вздрагивает при каждом шуме и просыпается, только если в коляску со всей скорости кто–то врежется на трехколесном велосипеде. Количество бессонных ночей уменьшается, поскольку мама уже знает, как научить ребенка не просыпаться ночью для кормления.
Каждый ребенок требует к себе внимания. Он — как губка, которая все впитывает, он не может без общения. Пока ребенок один, единственным источником для общения для него являются родители. Ребенок, как хвостик, бегает за ними, или, если еще не умеет бегать, то часто просится на ручки или хочет находиться хотя бы рядом с ними. От ребенка буквально не отойдешь, он быстро заметит уход родителей. Но когда хвостика уже два, то их можно прицепить друг к другу. Когда второму ребенку (дочери) у нас исполнилось чуть более полутора лет, она стала уже достаточно взрослой, чтобы играть со старшим. Мы в это время вздохнули. Теперь они носились не за нами, а друг за другом. Нам же оставалось только периодически разбирать конфликты между детьми, примиряя их, приучая уступать друг другу и делиться всем между собой.
Да и третьего ребенка можно теперь посадить недалеко от старших, и он будет хоть полчаса с увлечением смотреть на их игру. Мыслимо ли было, чтобы мы старшего ребенка, когда ему было полгода, оставляли одного хотя бы на полчаса?
Конечно, забот с тремя детьми прибавляется, но старшие дети, даже уже в четыре года могут быть помощниками хотя бы в том, чтобы поиграть с младшими, освобождая вас.
Роль старшего
Первый ребенок часто бывает избалованным. Избавиться от капризов не так–то легко. Но есть условия, которые способствуют борьбе с капризами.
Вот одна иллюстрация из жизни по этому поводу. Старший ребенок у нас по нашей неопытности сильно болел в возрасте от года до двух. Это еще более способствовало тому, что ребенок вырос избалованным. Однажды мы купили большой арбуз, принесли его домой и стали заниматься своими делами. Старший ребенок, которому исполнилось тогда три с половиной года, полчаса ходил за нами и ныл: «Пап, когда арбуз будем есть?» По опыту он знает, что, если долго ныть или даже заплакать, скоро добьешься своего. Наконец, выждав некоторое время, я соглашаюсь. Но, придя на кухню с сыном, вижу, что там совершенно не прибрано. «Подожди, сейчас уберемся, потом будет арбуз». Ребенок начинает ныть и приставать с удвоенной силой. На кухне появляется средняя дочка, которой еще нет двух лет: «Пап, албусь», — это она начинает свои требования. «Сейчас начнется», — думаю с ужасом. Но на помощь неожиданно приходит старший ребенок: «Ну что, ты, Ульяна, не видишь, что папа убирается? Сейчас уберется, и будет арбуз». Я продолжаю убираться и с удивлением слежу за тем, как из капризного и ноющего ребенка старший сын в одну секунду превратился в старшего брата, который в течение следующих десяти минут важно уговаривал сестру подождать еще немного.
Я разговаривал с двумя многодетными священниками и спрашивал о том, как они справляются. Один из ответов был таков: «После пяти детей уже не замечаешь, сколько их. В смысле трудностей уже не замечаешь, что стало одним больше». Это говорил священник, у которого было семеро. Когда появляется пятый ребенок, то старшему, как правило, около 10 лет. Это уже полноценный помощник. К шестому ребенку подрастает уже второй полноценный помощник и т.д.
Однажды к нам приехали гости и жили у нас несколько дней. И мы с матушкой заметили, что нам приходится несколько больше внимания уделять дисциплине. С тремя маленькими детьми (двое наших и одна маленькая гостья) нам пришлось поменять порядок еды. Когда Григорий (старший ребенок) был один, естественно, мы удовлетворяли его капризы. Не хочет есть сейчас, ну поест попозже. С двумя история повторялась. В результате покормишь одного, через полчаса другого, через час опять первый проголодался. Это уже не очень удобно, но с двумя мы еще справлялись. Когда собралось трое детей, мы поняли, что кормить каждого отдельно мы уже не в состоянии. Тогда мы стали сажать за стол всех детей сразу, и как только кто–то пытался проявить свои характер, тотчас вылетал из–за стола или крепко получал по мягкому месту. Процесс питания трех детей вскоре стал занимать гораздо меньше времени, чем двух. Тут мы вспомнили рассказы старых людей об их детстве. Все сидят за столом, никто не пикнет. Первым ест отец, затем все остальные. За смех и разговор сразу получишь ложкой по лбу, да так, что треск слышен. Ребенок в старину рос совершенно в другой обстановке, где не было места никаким вольностям. Когда ребенок один, маме легче самой вымыть, постирать и подмести. Какой вырастет при этом ребенок, — ясно. Но когда детей много, мама вынуждена воспитывать в детях трудолюбие просто потому, что сама уже не справляется.
Вывод: многодетная обстановка заставляет родителей правильно воспитывать детей, избавляясь от всякого рода потворства детям.
Этой теме, видимо, надо посвятить отдельную беседу. Одной фразой пока можно ответить так: если кто–то хочет иметь много детей, то он будет их иметь, даже если достаток семьи невелик. А если человек не хочет иметь детей, то он, даже если богат, говорит себе: нет, я не смогу их прокормить. Для кого–то ребенок — это лишний рот, а для кого–то — источник радости.
Мысль о том, что мы плохо живем — это миф. Конечно, мы могли бы жить лучше, но живем мы неплохо. Я вспоминаю рассказы пожилых людей о том, что они сахар впервые могли спокойно покупать только в 50–х годах, а мясо — только в 60–х годах. И они жили, и выжили, и еще крепче нашего поколения в несколько раз.
Если задуматься, как мы живём и как тратим свои сбережения, то становится страшно. К нам из Красноярска приехал бабушка. Как только она приехала, мы стали в два раза реже покупать новую одежду для детей. Теперь все ползунки, колготки чинились, латались и срок их службы увеличивался в два–три раза. Сначала нам было непривычно смотреть на колготки с огромными заплатами, раньше мы просто выбрасывали их без починки. Даже стыдно было вначале, что наши дети как бедные какие–то ходят. Но потом привыкли и не видим в этом ничего страшного или зазорного.
Добротная одежда может служить очень долго. У нас до сих пор младший ребенок пользуется зимними штанами, в которых уже выросли пятеро детей — двое детей моей сестры и наши старшие трое. То есть младший уже шестой, кто их носит. Добротная обувь спокойно выдерживает трех–четырех малышей. Правда, в более старшем возрасте не более двух детей.
Одного ребенка родителям легко баловать. Конфеты, печенье, мороженое и т.д. Все это заканчивается дорогими лекарствами от аллергии, дисбактериоза, язвы (в Талдоме уже были случаи, когда язва была у ребят 14–16 лет). А с другой стороны, у меня перед глазами несколько больших семей с крайне скромным достатком, где растут нормальные, здоровые дети. Ограниченность в средствах заставляет их питаться скромно, лакомства дети видят далеко не каждый день. А в итоге получается, что литр молока, взятый у молочника по 10 рублей, гораздо полезнее пакета, купленного в магазине по 16 рублей. А мясо или рыба, приготовленные своими руками во много раз полезнее колбасы или крабовых палочек, в которых количество настоящего мяса или рыбы совсем невелико.
То же самое можно сказать и об одежде. Много ли сейчас у взрослого городского человека вещей по–настоящему заношенных? Практически их очень мало! Одежда, как правило, меняется не потому, что уже пришла в негодность, а оттого, что сменилась мода, фасон уже устарел. Малейшая заплатка на куртке или плаще просто недопустимы, иначе будешь выглядеть нищим или бомжом.
Что мне нужно для того, чтобы пройти по центральной деревенской улице? Я думаю, вполне достаточно кирзовых сапог, рабочих штанов и рубахи с парой заплат на рукавах. Вполне приличный вид. А что мне надо будет одеть, чтобы пройтись по центральной городской улице? Все, что будет на мне, будет стоить в два–три раза дороже.
Поэтому на самом деле до настоящей нищеты или голода нам еще очень далеко. А все разговоры о нищете вызваны просто привычкой к комфортной и беззаботной жизни, которой, конечно, не будет при рождении нескольких детей.
Чтобы иметь много детей, надо только решиться, надо быть готовым жить ради своих детей и забыть о себе. Пока думаешь лишь о себе, многодетная семья будет казаться адом. А когда все мысли и желания будут связаны со своими детьми, то многодетная семья будет единственным условием счастья.
Среди людей часто распространены ложные представления о тех или иных предметах. Например, почти все считают, что пенсию мы обеспечиваем себе теми отчислениями, которые поступают в Пенсионный фонд. То есть мы как бы зарабатываем, накапливаем себе пенсию, как бы откладывая свои денежки в некий банк, откуда потом, в свое время, когда мы состаримся, будем получать пенсию.
Увы, увы, увы!!! Все происходит иначе. Деньги, которые мы зарабатываем и перечисляем в Пенсионный фонд, идут не на наши будущие пенсии, а на пенсии наших современных пенсионеров. Они родили нас, воспитали, чтобы мы, следующее за ними поколение, кормили их. Нас же будет кормить, упокаивать нашу старость уже другое, следующее за нами поколение.
Ну и что из этого? Что от этого меняется? Одно поколение или другое, но кормить–то будет, никуда они не денутся! Мы же перечисляем, и они будут!
Но не все так просто. По подсчетам специалистов по демографической проблеме, если рождаемость останется такой же, то к 2030 году на одного работающего человека будет приходиться двое пенсионеров. Сейчас средний уровень рождаемости 1,17 на одну семью вместо необходимых 2,2–2,3. В Европе — 1,7, они тоже вырождаются, но не так быстро. Действительно, если в семье в среднем один ребенок, то сколько детей будут помогать родителям в старости? Ясно, что один, второму взяться неоткуда. На его шее будут сидеть два старика, в то время как на каждого работающего должен приходиться один пожилой человек. Отчисления в Пенсионный фонд через 30 лет должны стать в два раза больше.
Сейчас часто рождают одного ребенка, убеждая себя тем, что только так можно обеспечить ему счастливое детство. А что при этом готовят дорогому чаду к его 30–летию? Тогда родители будут как раз готовиться к пенсии. Они приготовят сыну или дочери хороший подарок — удвоенный размер пенсионных отчислений.
Каждое работающее поколение кормит стариков и детей. Действительно, легче прокормить одного ребенка или вовсе не иметь детей. Сегодня мама и папа обеспечивают счастливое детство одному ребенку (я рке не говорю про избалованность этого ребенка), а завтра (то есть через 30 лет) это изнеженное счастливое чадо будет ли заботиться об обоих своих родителях?
Разве сейчас мало одиноких стариков? А завтра их будет в два раза больше. Если ты не родил и не воспитал двух–трех детей, — готовься к дому престарелых, где будет одна медсестра (или сиделка) на десять–пятнадцать стариков.
Почему сейчас активно обсуждается вопрос о возможности эвтаназии, когда больного старика можно убивать по его согласию? Потому что кто–то готовит наши умы и сердца к нужному решению. Скоро стариков будет много, и нас хотят научить убивать самых слабых — больных. Убить тоже легче, чем ухаживать за больным стариком. Все взаимосвязано. Сначала нас приучают к мысли, что рожать надо только желанных детей. Но через 30 лет эти желанные дети будут готовы убить своих (или чужих — это неважно) больных стариков, потому что прокормить вдвое больше стариков они вряд ли захотят. Страшно, но этими стариками через 30 лет будем мы — те, кто отказались от рождения детей.
Почему об этом сейчас почти никто не говорит?
Церковь не только говорит, а прямо вопиет последнее время о том, что происходит с нами. А вне Церкви, действительно, почти молчание. Старшее поколение не доживет до тех страшных времен. Оно честно родило нас, среднее поколение, и уверено, что как–нибудь мы их прокормим. Младшее поколение еще растет и ничего не понимает. А мы, среднее поколение, куда смотрим, о чем думаем? Размах индустрии развлечений закрывает нам глаза. Нам не дают увидеть и услышать, а мы и не хотим этого.
Но вернемся к вопросу о пенсии. Печально, что размер пенсии и сейчас не зависит от количества детей. Два человека получают одинаковую зарплату, делают одинаковые перечисления в Пенсионный фонд. Но один воспитывает троих детей, а другой — ни одного. Первый тратит меньше денег на себя, тратя их на детей, и в два раза больше трудится дома. Воспитание детей — это вторая и более ответственная работа. Польза от этой работы будет всему обществу, но каждая семья несет этот подвиг по своей инициативе, не получая за этот тяжелейший труд от государства практически ничего. Второй человек, не имеющий детей, тратит все деньги на себя, имеет кучу свободного времени, вообще живет припеваючи. И после этого они будут получать одинаковую пенсию? Я бы с чистой совестью вдвое увеличил пенсию многодетным родителям, а малодетным при этом можно было бы на их возмущение ответить так: «Ты свое уже растратил на себя в молодости».
В разных странах и в разные эпохи вводились особые налоги, призванные поддерживать рождаемость. Например, в советское время существовал налог на холостяков, одиноких и малосемейных граждан. Как жаль, что подобного налога нет в современной России. Средства, полученные от этого налога, можно было бы направлять на поддержку многодетных семей.
Даже советское государство, вводя такой налог, понимало, что чем больше детей, тем больше рабочих рук, тем крепче страна. А современный человек все больше боится лишнего рта, который съест его кусок. Раньше, когда не было никаких фондов, все было просто и ясно. Дети — благословение Божие. Чем меньше рабочих рук в семье, тем хуже. «Мою старость упокоют мои же дети, пусть их будет больше!» Не родишь детей — придет время, умрешь, и похоронить будет некому.
От малой рождаемости будет плохо через 30 лет всем, кроме, быть может, тех редких семей, которые не побоялись быть многодетными. Их дети не оставят родителей даже в самых тяжелых обстоятельствах.
Сейчас часто на детей смотрят, как на наказание судьбы. Но истинное наказание постигнет нас, если мы не очнемся от того духовного сна, который не дает нам разглядеть самые простые вещи.
Беседа 9. Кто глава семьи?
Сегодня я попытаюсь изложить взгляд на семью, который был у нас на Руси в течение долгих столетий, взгляд Православной Церкви на взаимоотношения между мужем и женой. Но начну я несколько издалека — с того заблуждения, что упорно живет в умах людей. Большинство людей, далеких от Церкви, считают, будто бы Церковь утверждает, что женщина ниже мужчин, что она существо второго сорта. Такое ощущение может сложиться у тех, кто что–то слышал о церковных обычаях, но сути явлений не понимает. Со стороны может показаться, что это действительно так. Смотрите, женщина не может принимать на себя священный сан, женщинам запрещен вход в алтарь, а во время Венчания чтец читает «страшные» слова из Послания апостола Павла:
Попробую изложить правильное православное учение о природе мужского и женского пола. На самом деле только христианство разрушило пренебрежительное отношение к женщине, которое царило во всем мире. Именно христианство заявило о том, что женщина такой же человек, как и мужчина, что человеческая природа едина для мужчин и женщин, ибо, как говорит апостол Павел:
Человек по учению Церкви состоит из духа, души и тела. Начнем рассматривать человека по порядку.
Тело. О том, что мужчина отличается в своем телесном (физиологическом) устроении от женщины, сомнений ни у кого нет. Существует целая отрасль медицины — гинекология, занимающаяся исключительно женскими болезнями. У мужчин этих болезней просто не бывает. Мы с вами телесные различия уже обсуждали, когда говорили о грехах против семьи. Напомню, что женский организм намного сложнее мужского. Я бы привел такое сравнение: мужской организм подобен печатающей машинке, а женский организм компьютеру с принтером. Машинка не зависит от электричества, ее молено чинить с помощью отвертки и молотка. Но возможности компьютера намного больше, хотя он во много раз нежнее.
Отмечу очень важную сторону: все различия в теле между мужчиной и женщиной связаны с деторождением. Все особенности женского организма даны ей Богом для рождения детей. И особенности мужского тела также связаны с семьей. Когда женщина беременна или кормит грудью, она становится беззащитной. Защиту должен обеспечить муж, которому Господь дал для этого физическую крепость.
Говорить, что женщина в отношении телесного устройства ниже мужчин, безумно. Они (мужчина и женщина) разные, но никто ни выше, ни ниже другого. Даже две руки одного человека разные. Левая рука не может многого из того, что может делать правая, и наоборот. Если соревноваться в тяжелой атлетике, то женщина, конечно, слабее. Если соревноваться в способности вынашивать и рожать детей, то мужчина здесь просто бессилен.
Душа. В душе человека святые отцы иногда выделяют следующие силы: ум, волю и чувства.
Милые дети, ответьте мне, кто умнее: мужчины или женщины? Сначала отвечают девушки, потом парни… Да, мнения разделились. На самом деле вопрос, заданный мной, поставлен совершенно неправильно. Нельзя говорить о том, кто умнее и кто глупее. Дело в том, что ум у мужчины и женщины просто разный. У мужчин ум более рассудочный, склонный к строгой логике. Женский ум более интуитивный. Запомним, женщина не глупее мужчины, но логика у женщины другая. Часто женщина своей женской интуицией может гораздо быстрее разобраться в запутанной ситуации, особенно в клубке человеческих взаимоотношений.
Следующий вопрос: у кого больше воли? Вам уже ясно, что вопрос опять некорректный.
Когда говорится, что у мужчин более волевой характер, на самом деле это не значит, что у мужчин есть воля, а у женщин ее нет. Воля также разная. У мужчин она жесткая, ярко выраженная, у женщин более мягкая и потому неприметная. Особенно это видно в воспитании детей. Отец скорее добьется от ребенка выполнения своей воли прямым принуждением, а мать ласкою, обходя острые углы в характере ребенка.
Когда я однажды этот вопрос (у кого больше воли?) задал в классе, где было несколько женатых мужчин, они в один голос сказали: «Конечно, у женщин!» Они на своей шкуре уже испытали воздействие женской воли. У женщины может быть очень сильная воля, но проявляется она мягко. Если жена захочет добиться своего, она не будет кричать на своего мужа: «Ах, ты, лодырь, опять на диване лежишь, а ну, пошел, лентяй, работать!» Нет, конечно же, нет. Она ласково подойдет к мужу и нежным голосом скажет: «Милый, ты в прошлом году сделал такую удобную и красивую полочку. Сделай мне еще три таких. Ты же у меня такой мастер!» Особенно от последней фразы сердце мужа окончательно растает, и он незамедлительно отправится выполнять просьбу своей любимой жены.
Проявление чувств также различно. Мужчина мало проявляет свои чувства, все свои впечатления он сверяет с доводами разума. Женщина же, напротив, более склонна к бурному проявлению своих эмоций. Во время похорон мы вряд ли увидим мужчин, рыдающих навзрыд и рвущих на себе волосы. Но в то же время женщины благодаря своей эмоциональности более чутки к чужой боли. Приголубить, пожалеть ребенка — это более свойственно женщине.
Можно привести такой образ, иллюстрирующий разницу в чувствах между мужчиной и женщиной. Например, весы бывают разные. Есть весы, с помощью которых взвешивают в совхозах машины. Загрузили машину картошкой (тонн этак пять), и заезжает она в весовую, чтобы уточнить вес. А бывают весы, с помощью которых ювелир с точностью до миллиграммов может взвешивать изделия из драгоценных металлов. Если на эти тонкие весы наедет тот самый пятитонный грузовик, то от маленьких весов ничего не останется. То же самое происходит часто с женщиной, попавшей в экстремальную ситуацию. Ее психика может не выдержать.
Вот один реальный случай. Родители отлучились от годовалого ребенка на две минуты. Он падает в воду в бассейн и захлебывается. Через минуту после этого отец в ужасе находит ребенка, плавающего лицом вниз на поверхности воды, и бросается с ним домой делать искусственное дыхание. Мать при виде мужа, который несет посиневшего бездыханного сына, просто убегает в шоке в другую комнату со словами: «Я не могу на это смотреть, он уже весь синий». Ребенка спасли, но мы в этой истории запомним следующее. Женщина, как правило, не может вынести подобной ситуации. Мать ушла не потому, что она не любила сына и не захотела ему помогать, а просто она не могла этого сделать. Она могла легко уловить любое движение в настроении ребенка, чего не мог отец из–за свойственной ему грубости чувств, но смотреть на умирающего ребенка — это выше ее сил. Зато малочувствительность, которая свойственна мужчине, позволяет ему адекватно вести себя в чрезвычайных обстоятельствах.
Подводим итоги сказанному:
Ко всему сказанному о душевных силах мужчин и женщин необходимо добавить следующее. Различия в душевных силах проистекают из разной роли, которую должны играть мужчина и женщина в семье. Женщина как мать и жена — это чуткий барометр, который должен уловить душевное состояние каждого члена семьи, чтобы своей ласкою и вниманием прийти на помощь мужу, правильно направить детей при их воспитании. Женщина создает внутреннюю атмосферу семьи. Ей для этого даны от Бога все необходимые силы: особая интуиция, мягкость характера и чуткость. Мужчина как отец и муж — это глава семьи, который должен уметь принимать решения и нести ответственность за всю семью. Муж — это внешняя защита для всей семьи, ему для этого дано от Бога все необходимое: логичный ум, твердость воли, неувлекаемость случайными эмоциями.
Поделиться книгой: