Норби и ожерелье королевы(Много ошибок)

Он провел рукой по лицу и слабым голосом добавил:

— Не тревожьтесь, сэр, я не опасный лунатик. Я в жизни никому не причинил вреда, но иногда мне кажется, будто я слышу голоса и вижу призраков. Небольшое психическое отклонение…

Англичанин рассмеялся:

— О, у нас тоже достаточно людей со странностями. Кроме того, в Англии давно известно, что французы способны на все.

Он дернул за веревку звонка, висевшую рядом со шкафом, и опустился в кресло.

— Я распорядился, чтобы сюда принесли чай. Прошу вас составить мне компанию. Судя по вашему виду, вы голодны и нуждаетесь в подкреплении для восстановления ясности мыслей. Если хотите принять ванну, я могу это устроить, однако не думаю, что у меня найдется одежда вашего размера.

— Пожалуйста, не беспокойтесь,— торопливо сказал Марсель,—Я безмерно благодарен за гостеприимство, но чашки чая и бисквита будет вполне достаточно. Потом я уйду.

— Спроси его, откуда он взял ожерелье и что собирается с ним делать,— прошептал Джефф.

— Занятно,— произнес англичанин.— Вы случайно не чревовещатель? Ваши губы не двигались, но мне показалось, будто я слышу слабые звуки, похожие на слова, в нескольких футах слева от вас.

44

— Прошу прощения, сэр, со мной иногда такое случается. Еще раз извините, но я не мог не заметить ожерелья, которое лежит в вашем шкафу. Оно напоминает одно знаменитое французское ожерелье, изображенное на карти-

иах…

— Ожерелье королевы,— с улыбкой кивнул английский джентльмен,— Должно быть, вы удивляетесь, почему я оставил его в незапертом шкафу, где каждый может украсть его?

— О, месье!

— Я не обвиняю вас. Но это ожерелье лишь бесполезный дубликат, курьезная игрушка. Оно было вывезено в Англию после французской революции.

— Насколько я помню, настоящие бриллианты были украдены, и вина за это пала на королеву,— сказал Марсель, повторяя слова, которые Джефф шептал ему в ухо.

— Так и было. Я хорошо знаю эту историю. Ювелиры полагали, будто кардинал Роган покупает ожерелье по распоряжению королевы. Сделка состоялась 1 февраля 1785 года. В тот же день Роган передал ожерелье графине де Ламотт, которая вручила его человеку, названному «доверенным лицом королевы». Взамен Роган получил документ, предположительно подписанный Марией-Антуанеттой.

— Но на самом деле этот человек не был доверенным лицом королевы? — спросил Марсель. В его глазах вспыхнул интерес.

Когда принесли чай, глаза Марселя заблестели еще сильнее, ибо то был бергамотовый английский чай высшего качества, поданный на серебряном подносе маленькой горничной. Она сделала реверанс и с явным неодобрением взглянула на гостя, немытого и одетого в грязные обноски. Потом она вышла. Англичанин разлил чай со взбитыми сливками и предложил изголодавшемуся французу крекеры, сандвичи и яйца.

— Доверенным лицом королевы был человек, работавший на вора, графа де Ламотта,— продолжал он. (У Джеффа текли слюнки при виде пищи, которую он не мог ни потрогать, ни тем более попробовать.) — Он сговорился со своей женой и подговорил ее украсть. В конце концов ее поймали, заклеймили и наказали кнутом. Позднее она сбежала в Англию и написала открытое письмо, где обвиняла Марию-Антуанетту. Многие французы поверили, что их

45

королева-иностранка в самом деле пыталась тайно выкупить ожерелье и сделала из де Ламотта козла отпущения. Ложь, разумеется; но когда все верят в ложь, она вполне может сойти за правду.

— Марсель,— прошептал Джефф,— спроси его, не думает ли он, что скандал с ожерельем послужил причиной революции?

— Забавно,— заметил англичанин, выслушав Марселя.— Мне только что показалось, что было бы несправедливо считать дело с ожерельем королевы главной причиной революции. Хотя Наполеон думал именно так. И разумеется, в результате королева стала столь непопулярной в народе, что царствующему дому не удалось справиться с волнениями. Монархов неизбежно ожидала казнь.

Марсель спокойно кивнул, хотя был глубоко потрясен новостью о том, что король с королевой расстались с жизнью во время жестокого восстания. Когда чайник опустел, маленький француз встал и вежливо поклонился.

— Ваше гостеприимство было превосходным, месье,— сказал он,— Я безмерно благодарен вам и чувствую, что мой разум значительно прояснился. Но будет ли мне позволено спросить, что вы собираетесь делать с вашей копией ожерелья?

— Пожалуй, ничего. Оно просто будет лежать у меня в шкафу.

— Что ж, это мудрое решение. А теперь мне пора присоединиться к моей труппе. Еще раз благодарю вас, и если вам когда-нибудь понадобится помощь Марселя Ослэра, вы можете в полной мере рассчитывать на нее.

Он отвесил еще один поклон. Англичанин тоже поклонился:

— Рад был помочь. Если когда-нибудь снова окажетесь в наших краях, месье Ослэр, не стесняйтесь заходить в гости, и мы продолжим разговор об ожерелье королевы. Это весьма занимательная история.

Марсель помедлил у двери, ведущей в сад:

— Скажите, а вы верите в чудеса, ожидающие нас в будущем?

— Почему бы и нет? Я читал «Машину времени», новый роман мистера Герберта Джорджа Уэллса, и меня поразила возможность заглянуть в отдаленное будущее.

46

— Кто знает? — Марсель застенчиво улыбнулся.— Говорят, что слегка тронутые вроде меня не привязаны к одному месту и времени.

— Возможно. Прошу прощения, но мне пора вернуться к моим занятиям. Всего доброго.

Марсель открыл стеклянные двери и вышел в сад, залитый ярким солнечным светом. Норби и Джефф выплыли следом.

— Иди к той рощице, Марсель,— попросил Джефф,— Нужно найти укромное место, чтобы никто не увидел, как ты исчезнешь.

Марсель вышел в прекрасный летний сад. Еще час на-зад во Франции была зима, а сейчас в Англии стоял июль и воздух был наполнен благоуханием цветов.

— Мне не хочется покидать это чудесное место,— пробормотал маленький француз, но Норби схватил его за руку.

— Очень плохо, Марсель,— резко сказал он.— Возможно, ты не заметил, что Джефф становится все прозрачнее и прозрачнее? Ты хочешь, чтобы он исчез навеки, перестал существовать?

Марсель в ужасе хлопнул себя по лбу.

— Я негодяй! — воскликнул он.— Простите, я совсем :$абыл об этом!

Он бегом устремился в прохладный сумрак рощи.

— Джефф, мой добрый друг, извини меня,— простонал он.— Мне не следовало пить чай, ведь в результате твоя жизнь оказалась в опасности!

— Нет, ты должен был поесть и расспросить хозяина об ожерелье,— Джефф не различал уже почти ничего, кроме смутных очертаний окружающего ландшафта. Норби тоже пропадал из поля зрения мальчика, но не так сильно: та его часть, которая имела инопланетное происхождение, оставалась стабильной в этом временном ответвлении,— Поторопись, Норби,— попросил Джефф,— Отправь нас в прошлое до 1 февраля 1785 года. Я не хочу исчезнуть насовсем!

Глава пятая НАЗАД – НО КУДА?

— Здесь так темно, что я не вижу тебя, Джефф, — тревожно прошептал Марсель,— Ты не исчез? Джефф, скажи что-нибудь!

— Я здесь,— громко отозвался Джефф.

Луч света от фонарика, вмонтированного в шляпу Норби, прорезал темноту.

— Отлично,— произнес маленький робот,— Я могу видеть тебя. Как ты себя чувствуешь?

— Очень хочется есть, но по крайней мере я никуда не исчезаю,— ответил Джефф, ощупав поверхность скалы перед собой,— Я чувствую камень, на котором стою, так что, куда бы мы ни попали, со мной все в порядке. Теперь мы находимся во временном ответвлении, где я существую или буду существовать.

— Мы в пещере,— заметил Марсель.— Кажется, здесь на стенах что-то нарисовано.

Норби направил на стену луч фонарика. Джефф восхищенно присвистнул. Стена была покрыта рисунками животных, выполненными так искусно, что они казались живыми. Джефф даже отступил на шаг от стены.

48

— Это доисторические рисунки,— сказал он.— Возможно, они нарисованы совсем недавно. В какое же далекое прошлое мы угодили!

— Они нарисованы давно,— возразил Марсель,— Все покрыто пылью, и нет никаких следов человека. Норби, мой умный автомат, там что-то есть! Посвети своим огоньком в тот угол!

Трое путешественников во времени уставились на странный предмет. Их потрясение было так велико, что какое-то время они не могли вымолвить ни слова. На полу пещеры стоял большой бюст животного, вылепленный из глины. Впрочем, их изумила не сама скульптура, а то, что было надето на нее.

— Это европейский бизон,— прошептал Джефф,— А на его шее висит ожерелье королевы или его копия без бриллиантов. Это не серебро, а какой-то темный металл.

— И оно покрыто пылью,— добавил Норби.— Марсель прав. Если мы находимся во Франции — а я думаю, так оно и есть,— то современные французы еще не открыли эту пещеру. Бюст и ожерелье уже долго, очень долго находятся здесь. Не могу понять, почему копия притягивает меня к тому месту, где она существует. Должно быть, дело в металле, из которого сделано ожерелье, поскольку здесь нет фальшивых бриллиантов.

— Но Олбани здесь тоже нет,— напомнил Джефф.— Когда она исчезла, на ней была копия ожерелья с фальшивыми бриллиантами, изготовленная Бемером и Боссан-жем.

— Ты полагаешь, они сначала нашли копию, а потом использовали ее как образец для настоящего ожерелья?

— Я совсем запутался,— жалобно произнес Марсель.

— Так или иначе, сейчас это не важно,—решительно сказал Джефф.— Мы должны найти Олбани и спасти Фарго.

— И восстановить нормальный ход истории,— добавил Норби,— Это трудная работа, Джефф, Как ее» выполнить?

— Мы полагаемся на тебя, Норби,— с энтузиазмом сказал Марсель,— Я больше не думаю о тебе как об автомате. Мой драгоценный друг, мне совершенно ясно, что ты —

49

личность, причем столь же разумная, как и любой другой человек.

— Любой другой? — возмущенно переспросил Норби.— Я сообразительнее любого человека, даже Джеффа… правда, Джефф?

— Твои способности несомненно превосходят мои,— осторожно ответил Джефф.

— И разумеется, я настоящая личность,— продолжал Норби.— У меня особенный мозг, сконструированный роботом с другой планеты — одним из Менторов, созданных Другими. Когда мой корабль врезался в астероид, старый космолетчик Мак-Гилликадци нашел меня, и…

— Что такое «космолетчик»? — спросил Марсель.

— Это человек, который путешествует на летательном аппарате за пределами атмосферы, в пустом пространстве между планетами,— пояснил Джефф.

— К луне, как описано в книге моего соотечественника Сирано де Бержерака?

— К луне и гораздо дальше,— подтвердил Джефф.

— А Менторы — это еще более умные автоматы, даже умнее Норби?

-Да.

— И эти Менторы были созданы Другими? — Марсель покачал головой.— Кто они такие? Вы с большим почтением произносите это слово.

— Они живые существа,— ответил Джефф.— Они немного напоминают людей, но происходят от гораздо более древней расы, обитавшей в очень отдаленном мире. Однажды мы встретились с ними в далеком прошлом, еще до того, как они создали свою цивилизацию. Я надеюсь когда-нибудь снова встретиться с ними.

— Ты говоришь о чудесах,— благоговейно прошептал Марсель,— В каком поразительном мире ты, должно быть, живешь!

— Да, но я не вижу от чудес ничего хорошего,— вздохнул Джефф.—Я ужасно проголодался и хочу пить.

— Вон там с потолка капает вода,— заметил Норби.

Джефф подошел к стене и набрал полную пригоршню.

Несмотря на странный привкус, вода была свежей, а в большем он и не нуждался.

— У меня есть с собой сандвич из 1896 года,—сказал J Марсель.— Я подумал, что, может быть, тебе удастся по-;

50

есть в каком-нибудь другом времени. Извини, но он немного запачкался, пока лежал у меня в кармане.

Джефф с благодарностью взял сандвич.

— Отлично! Я чувствую еду! — Он мигом проглотил сан-двич и облизнулся.— Очень вкусно, но я не понимаю, почему то, что не было для меня реальным в 1896 году, может быть реальным сейчас. Какой-то парадокс путешествий во времени?

— Мне это совсем не нравится,— заявил Норби.— Мне не нравится, что я не могу двигаться во времени и пространстве по своему желанию. Эта копия ожерелья таскает меня туда-сюда, словно какую-то куклу. Из-за нее я чувствую себя неудачником!

— Я получил последнее доказательство, что твой удивительный маленький автомат — на самом деле вовсе не автомат,— обратился Марсель к Джеффу.— У него есть чувства. Неужели все автоматы в вашем времени похожи на него?

— Нет, Норби единственный в своем роде.

— Это потому, что у меня есть эмоциональные контуры,— с гордостью подтвердил Норби.— Я действительно единственный и неповторимый!

Но потом его голова заползла в бочонок, так что глаза едва выглядывали наружу.

— Впрочем, это ничего не меняет,— упавшим голосом закончил он,— Я неудачник.

— Ничего подобного,— возразил Джефф,— Ты стараешься изо всех сил, и ты уже многое сделал. Ты спас Марселя от казни, а меня — от исчезновения. Я уверен, рано или поздно ты найдешь Фарго и Олбани и мы разберемся в этой путанице.

— Ты. не можешь долго прожить на одном сандвиче и глотке воды,— угрюмо ответил Норби.— Ты человек и нуждаешься в пище. А если мы попытаемся найти еду в прошлом, то ты можешь случайно изменить историю.

— Мы и раньше путешествовали во времени, однако история не менялась,— возразил Джефф.— Я не думаю, что нюбая мелочь может привести к возникновению нового временного ответвления. Что бы там ни сделали Фарго или Олбани, это событие должно иметь важное значение. Готов поспорить, что чашка чая, выпитая Марселем в 1896 году, ничего не изменила.

51

— Мои добрые друзья,— серьезно произнес Марсель,— возможно, причиной всех ваших затруднений являюсь я. Я не умер, хотя должен был расстаться с жизнью на плахе. В конце концов, история могла измениться и потому, что я разделил трапезу с гостеприимным джентльменом из моего будущего. Возможно, будет лучше, если вы вернете меня в 1785 год и позволите Маленькому Пьеру исполнить свой долг.