Помоги проекту - поделись книгой:
— Насладись своим новым опытом, Дар. Ни каких правил не существует. Только запомни одно, ты не должен излиться в нее. Твоя сперма просто сожжет ее внутренности. Доверься нам, котенок. Как ты делал всегда, солнышко мое. Иди к ней.
Ашус подтолкнул меня вперед к стоящим перед нами Лее и Варку. Я перевел взгляд на лицо девушки и посмотрел ей в глаза. Они были затуманены нескрываемым желанием, пухлые губы приоткрыты, изящные ноздри трепетали от частого и порывистого дыхания. Она была прекрасна, этот едва раскрывшийся темнокожий бутон, охваченный первой страстью. Я провел ладонью по щеке, тонкой шее, вниз к полушарию груди с маковкой соска, чуть сжав его между пальцами, еще ниже к впадинке пупка, и еще ниже, погружаясь двумя пальцами в расщелину женского естества. И услышал тихий стон, только чей? Мой или ее? Это была первая нота в томной музыке наслаждения. Лея облизала розовым язычком пересохшие губы, и я не выдержал и приник к ее рту, врываясь во влажную глубину. Она раскрывалась мне навстречу, принимая каждую ласку с восторгом первооткрывателя, поддаваясь моему напору. Древние оставили нас двоих, отойдя вглубь беседки.
Наш сумасшедший поцелуй все длился и длился, пока я не почувствовал, что у Леи подгибаются колени. Мы опустились вниз, прямо на мягкую густую траву. Я уложил девушку на спину, вновь заведя ее руки за голову. Мне нравился вид приподнятых упругих грудей и гладких впадин подмышек. Руки ласкали атласный живот, а язык играл с бусинами сосков. Лея мотала головой из стоны в сторону, часто дыша и выгибаясь навстречу моим движениям. Коленями я сильно раздвинул ее ноги, и приподнялся над ней, наслаждаясь откровенным видом. Влажная раковинка женского естества была доверчиво приоткрыта, истекая соками. Я просунул руки под ягодицы и приподнял их, облегчая себе доступ. Пьянящий запах женщины сводил с ума мои гормоны. Я приник к сокровенным створкам губами, вылизывая и посасывая набухший клитор. Лея громко стонала, а я стал двигать языком еще быстрей. Конвульсии первого оргазма сотрясли девушку, и мой возбужденный до предела член сразу же ворвался в ее тесное влагалище. Боже! Как это классно, двигаться во влажном гроте, когда член плотно охвачен кольцом тугих мышц. Я вдалбливался все дальше и дальше, входя до самого основания. Лея кричала подо мной, закинув ноги мне на плечи. Она двигалась навстречу, стремясь впустить меня еще глубже. Еще и еще! Теперь я представлял, что испытывают Варк с Максимом, когда входят в меня. И впервые захотел оказаться сверху. Узор на моей коже ярко светился в полутьме. Я почувствовал приближение своего оргазма, когда Лея содрогнулась от нахлынувшей на нее развязки, и мышцы влагалища стали судорожно сокращаться, сладко сжимая. Сильные руки подхватили меня за талию и оттащили от Леи, прерывая контакт, не давая мне кончить, и тем самым покалечить ее. Варк подтянул к себе мои бедра и взял вздрагивающий от возбуждения член в рот. Долго я не смог сдерживаться и излился горячим потоком прямо в его горло.
Резко почувствовалось начало пробуждения нового Сердца, и не только мной. Мои мужчины обеспокоенно посмотрели на меня. Но боли я пока не испытывал, и все немного расслабились. Лорд уложил меня спиной на траву и, скинув одежду, прижался толстой головкой члена к моему входу. Его руки на моих ягодицах сжимались и раздвигали их, растягивая вход. Вампир наклонился ко мне и ворвался языком мне в рот, одновременно втискиваясь членом вглубь. Синхронные движения языка и члена ужасно возбуждали. Я почувствовал, как он достиг защитных створок сердца, тараня их, принуждая открыться. Макс занял мое место между ног Леи и яростно вводил свой орган, который оставался небольшим, чтобы не порвать девушку. Своей вибрацией он довел малышку до нового экстаза. Ашус мягким касанием к сознанию погрузил Лею в глубокий сон.
Мы вновь остались только втроем. Меня поставили на четвереньки. Ашус пристроился сзади, а Варк спереди. В меня синхронно входили с обоих сторон увеличивающимися прямо во мне стволами, вибрирующими и толстыми. Створки обрабатывались с двух сторон сразу, растягивая и открывая. Оглушительный оргазм открыл четвертое Сердце, поглощая предыдущее. Энергия хлестала неуправляемым потоком у меня из груди. Я с легкостью окунулся в тонкий мир и попробовал направить ее движение. Впервые потоки поддались мне. Я направил их к Древним, до отказа наполняя их силой. Почувствовал и нашел сущность Лис, вливая в нее тугие струи энергии. Даже спящей Лее я сделал подарок, напитав силой ее дар целителя. Теперь она сможет лечить людей буквально наложением рук. Но все же силы было так безгранично много. Я купался в ней, пропускал через каждую свою клеточку, учился удерживать в руках и направлять, окунаясь в бездонный источник. Такой яростный для всех и такой ласковый, родной для меня. Плыть в нем все глубже и глубже, раствориться в чистой силе, отдаться манящей бездне…
Где-то далеко слышались взволнованные голоса, кто-то звал меня по имени, но я не хотел слышать, не хотел возвращаться. Плыть в бесконечном потоке, навстречу сверкающим нитям, к самому центру…
— Дар, вернись! — громкий, властный голос привел меня в чувство, заставил вынырнуть из завораживающего омута. Голос моего бога, силу которого мне не превозмочь. Я вновь чувствовал его близость, нашу неразрывную связь, а с ней и дикую тоску по нему.
— Орлано?
— Да, маленький, — голос становился все тише.
— Не оставляй меня! — отчаяние, острое как бритва резануло по нервам. Он уходит, опять исчезает. — Не уходи! Я люблю тебя, Орлано! — крик в пустоту. Он ушел, опять ушел, оставляя за собой тоску на душе.
— Я люблю тебя…,- это эхо? Нет, это
— Я вернулся, — мои простые слова и улыбка на распухших губах. Вздохи облегчения и легкие поцелуи, прижимающих меня напуганных Древних. Я мог по неосторожности уйти навсегда, раствориться сознанием в божественном источнике. Мой бог вернул меня к моим любимым. Беспечность могла дорого стоить всем нам. Только сейчас до меня доходила величина опасности, и я осознавал ту грань, которую нельзя переступать, когда смотришь в бездну силы. Четвертое Сердце дало мне понимание очень важных вещей в моей жизни, открыло новые горизонты. Но я знал, что это лишь малая часть бесконечности и открывшийся горизонт, это всего лишь зыбкая черта, отделяющая меня от невообразимо большего.
Глава 11
Утренний свет освещал нашу общую спальню и большую старинную кровать, на которой мы с комфортом устроились. Я лежал на широкой груди Лорда, обхватив его руками и ногами, как ленивец ветку, а вокруг нас свернулась огромная зеркальная змея, уложив свое длинное тело несколькими кольцами. Тонкий хвост уже привычно обвивал мою щиколотку. Мы по прежнему не могли обходиться без постоянного физического контакта, и я даже привык к такому тесному общению. Каждому из нас просто необходимо было осязать, ощущать остальных, как физически, так и мысленно. И если раньше меня угнетало постоянное внимание, то сейчас это стало необходимо, как воздух.
Ашус еще ночью принял свою змеиную форму. Я просто балдел от нее, и Мейкшел не смог мне отказать. А что? Ну, люблю я змей, а Максик такой лапуля, когда хвостатый. Только говорить такое ему не надо. За "лапулю" можно по шее получить. В отличие от Варка, не очень любившего менять облик, Макс наслаждался переменой формы и всегда с удовольствием делал это. К тому же он запросто мог частично изменять тело, оставаясь внешне человеком, отращивать хвост, изменять толщину или длину любого своего органа. Вообще, мог проделывать со своим телом любые эксперименты, перетекая из одного в другое. Особенно это впечатляло в любовных играх, просто кладезь возможностей, уж поверьте. Очень полезные навыки, очень! Кажется, Мейкшел проснулся и уловил мои размышления. Кончик его хвоста соскользнул с моей ноги и переместился выше, скользя по промежности. Я жмурился от удовольствия.
Случайно глянув на дверь, я вздрогнул. Там стояло нечто… Короче там стоял Буратино, в котором я опознал Лис, протерев глаза.
— Так ведь и заикой можно сделаться! Ты смерти моей хочешь? — я запустил в нее подушкой. Лисси (она же Буратино) радостно, как ни в чем не бывало, поймала летящий предмет и сообщила мне, что Лея уже проснулась, искупалась и поела, приготовленными для нее продуктами и направляется к нам. Среди нашей компании только она нуждалась в пище и Лис взяла на себя ее питание, причем основательно. Ребенка закармливали на убой до осоловелых глаз. От перспективы ожирения девушку спасет только то, что мы пробудем тут недолго. Хозяйственная Лисси развила бурную деятельность по всей округе. Теперь местные наверно тихо впадали в ступор, гадая, откуда на островах фруктовые сады и жирная живность в таких количествах.
И вот на пороге спальни появилась улыбающаяся Лея. Из одежды на ней был только венок из красных крупных цветов. Он смотрелся как корона на ее черных волосах. Красивое и провокационное убранство, подчеркивающее ее соблазнительную наготу. И откуда все берется? Вот скажите мне, откуда это в женщинах, даже очень юных и неопытных? Я приподнял голову и подмигнул девушке, махнув головой, приглашая присоединиться. Счастье и впервые изведанная страсть сделали ее похожей на кокетливую фею. Летящей походкой она приблизилась к нашему ложу и опустилась на колени у изголовья. Зеркальная змея придвинула свою большую голову к девушке и облизала ее щеку языком, приветствуя. Лея смущенно опустила глаза, а потом протянула к ашус руки, не решаясь коснуться его. Мейкшел прикрыл глаза и подставился под ласку. Маленькие ладошки заскользили по гладкой чешуе, отбрасывающей блестящие блики на темную кожу девушки. Мне почудилось или ашус начал урчать от удовольствия?
— Макс, ты определись, кто ты сейчас — кот или змея, — ворчал, проснувшийся Лорд.
— Мяу! — раздалось из змеиной пасти, и мы дружно засмеялись.
— Это значит «Доброе утро»? — спросил я.
— Нет, — сказал Макс уже человеческим голосом, принимая свою привычную форму и целуя меня в губы долгим глубоким поцелуем, — вот это значит «Доброе утро», котенок.
— А еще вот это, — Варк подтянул меня немного вверх, обхватив за ягодицы, и тоже сладко поцеловал, пока голову не повело от удовольствия, — это тоже «Доброе утро».
Все это время Лея зачаровано смотрела на нас. Казалось, что она хочет запомнить каждую деталь, просто пожирая нас глазами. Девочка, не знавшая ласки, сейчас восторженно наблюдала, как мы делимся друг с другом нежностью и любовью. Я протянул ей руку, приглашая присоединиться к нам. Ее прошлое уже невозможно изменить, но настоящее и будущее я постараюсь исправить к лучшему.
Лея несмело потянулась к нам, и мы, подхватив под руки, затащили ее на кровать в самый центр нашего веселого мужского трио. Она благодарно прижалась ко мне губами. Маленький одинокий комочек, потерявшийся в людском мире. Как же подарить тебе счастье, как дать увидеть и понять, какой обольстительной, прекрасной и уверенной в себе женщиной ты можешь стать. Я не смогу быть рядом, но в моих силах дать тебе что-то другое. Идея родилась в голове, и я решил осуществить ее в ближайшие дни. А пока мы тесно прижимались друг к другу в кольце сильных рук Древних и смотрели в глаза, делясь душевным теплом. Венок давно слетел с курчавой головы и осыпался кроваво красными лепестками на смятые простыни.
Позже неугомонный Макс вытолкал нас из постели, уговорив переместиться на лужайку перед домом. Мне нужно было продолжать обучение, и на просторе это делать было удобней. Я повздыхал-поохал, но со скрипом выполз на солнышко.
Витая беседка бесследно исчезла, а на ее месте Лис вырастила удивительное дерево. Оно было похоже на плакучую иву, и длинные ветви свисали до самой земли. Только вот наше, привычное глазу, дерево ивы никак не могло так выглядеть. Тонкие, удлиненные, закрученные спиралькой листья были веселенькой расцветочки — от ярко желтого до багряного цвета. Осень среди вечного лета — это выглядело креативно. При слабом ветре листья тихонько шелестели и играли на солнце пестрыми осенними красками.
Лея, никогда не видевшая ничего подобного, прыгала от восторга, как малое дите, хлопала в ладоши, выкрикивая:- Лис, Лис!
Под ветвями обнаружился плетеный диванчик, столик с бокалами и любимым вином Древних. Здесь еще были сладости и фрукты для Леи. Такой вот мещанский наборчик.
— Лис, твое мастерство растет на глазах у изумленной публики. Ты превзошла саму себя. Спасибо, милая, — нахваливал я, гордо косясь на мужчин. Смотрите, вон от моей Лис какая польза! Волна удовольствия от похвалы коснулась сознания. Лисси лучилась энергией. Ее сущность элементального земляного духа, накачанная моей силой, пульсировала мощью, ощущаясь во всем окружении. Сегодня у Лисси был день советского мультфильма. Да-а-а. Она создавала образы, адоптировала их под свое видение, а мимику додумывала сама. Короче, вы видели Пятачка — девочку? Нет? Повезло вам! А мы видели и не только это. Винни Пух, Чебурашка и крокодил Гена, кот Матроскин….
— Зашибись…, - только и смог выдавить я, глядя на черепаху Тортилу, бодро и деловито снующую туда-сюда. — Лис, закругляйся эпатировать общественность. Не все смотрели в детстве мультфильмы. Лея, вон, малость обалдела. А некоторые и детства-то своего уже не помнят, такие древние ископаемые, — мой намек на почтенный возраст Древних был благополучно проигнорирован. Макс показал мне язык.
Мы втроем уселись на диванчик под ветвями, а Лея, набрав полные руки сладостей, устроилась у меня в ногах, положив голову мне на колени. Сегодня решено было заняться стихией земли углубленно. Металлы, драгоценные камни, амулеты из них и многое другое. Мне все было интересно, я впитывал знания как губка, сразу же пробуя создавать, изменять структуру и форму веществ. Щас-с-с я вам как сделаю такое! Время шло незаметно, мы прозанимались почти целый день.
Лея бродила вокруг озера, чтобы не отвлекать от занятий. Лис получила в ее лице благодарного зрителя и выпендривалась на полную катушку. Я прервал урок и долго смотрел на ее девичью фигурку. А затем решился создать задуманное еще утром. В моей руке появился звездный изумруд, величиной с орех. Мне предстояло вложить в него сложное плетение, создав уникальный и настроенный именно на Лею амулет. Он защитит ее в момент опасности, будет питать своей силой ее целительский дар, сохранит здоровье и молодость на долгие годы, а еще привлечет любовь. Я хотел, чтобы Лея была по настоящему счастлива в большой и крепкой семье, родила кучу детишек любящему мужу и больше никогда не была одинока.
Я ушел в себя и не заметил, как притихли мои мужчины. Энергия тонкого мира была столь многогранной. Соединить, сплести в уникальный узор призрачные нити, напитать их силой, обеспечить устойчивость и стабильность на долгое время, а потом вложить тугой узел в чрево маленького звездного изумруда. Готовый амулет я подвесил на витую платиновую цепочку. Неужели у меня получилось? Я был доволен, как слон, полученным результатом и гордо показал его Максу и Варку.
— Что вы скажите об этом? Хороша цаца? — на моих ладонях переливался изумруд.
— Скажем, что ты владеешь силой все лучше, котенок. Зови девчонку. Как говорится, лучшие друзья девушек — это бриллианты.
Подозвав Лею, и застегнув на ее тонкой шейке цепочку с амулетом, я стал медленно рассказывать ей о свойствах подарка. Пришлось дополнять свой рассказ мыслеобразами, потому что девушке еще трудно было понять смысл многих слов. А потом ее глаза затуманились слезами. Лея поняла, что это прощальный подарок.
— Возьми меня с собой, — очень тщательно проговаривая каждую букву, прошептала девушка. Черт, женские слезы камнем легли на душу. Я не мог забрать ее с нами. Она не сможет ступить на дорогу межмирья и не раствориться, ее тело не преодолеет этот рубеж. Кроме того я понимал, что место Леи именно здесь, быть целительницей, женой, матерью. Теперь, после всех изменений, перед ней открылась чудесная дорога в новую жизнь. И мне нужно отпустить ее с легким сердцем, не омрачая печалью последние дни.
— Мы уйдем туда, — и я показал рукой в небо. — Тебе туда дороги нет, милая.
Большие печальные глаза, полные тоски. Нет, девочка, тебя ждет совсем другая судьба, совсем другой мужчина сделает тебя счастливой. А пока — прочь печаль и грусть. Легкое касание к сознанию, и душившие Лею чувства притупляются, отходят на второй план.
— Я хочу видеть твою улыбку, — беру в ладони заплаканное личико и вытираю пальцами все слезинки. Несмелая улыбка преображает Лею.
— Так уже лучше, — озорной поцелуй в носик, и вот уже тихий смех звучит, как музыка.
— Раз пошла такая пьянка, я хотел бы сделать подарки и для вас, — я обернулся к Древним, которые сидели за спиной и молча наблюдали за нами с Леей.
— И что же ты хочешь подарить, сердце мое? — первым проявил свой интерес Максим.
— Ну конечно! Ты ж у нас первый барахольщик. Драконам сколько не давай — все мало. Смотри не ослепи нас алчным блеском своих завидущих глазенок, — Варк закрыл мои глаза ладонями, нашептывая на ушко:- Драконы, они такие! Натащат в пещеру всякого добра и лежат потом сверху в экстазе от жадности. Зря ты ему о подарках сказал. Теперь — хана, не отвяжется.
— Вот что это за наглые наговоры? Дар, это все бессовестное вранье. Так что ты там говорил на счет подарка? — азарт горел в зеркальных глазах ашус.
— Я заметил, что ты не носишь украшений. Поэтому решил подарить тебе кольцо, — лукаво изогнув бровь, пообещал я.
— Зачем ему украшения? Он и так блестит с головы до хвоста. — Лорд пощекотал подбородок Макса. Тот фыркнул и откинул наглую руку.
Древние вовсю развлекались взаимными сомнительными комплиментами, это была их любимая забава. А я занялся кольцом. Каким оно должно быть, кольцо для любимого ашус. Конечно же, в форме змеи. У меня сформировался замысел. Творить для любимого — одно удовольствие, словно крылья выросли за спиной. Меня распирало от энергии. Я вдохновенно творил подарок, вкладывая частичку себя, своего дара Творца. После создания амулета для Леи, я как бы преодолел новую ступень в искусстве манипуляций с энергией. И сейчас новое творение послушно сплеталось в руках. Мне самому не верилось, что такое возможно. Что это могу сделать я сам.
— Это тебе, Максим, — на моей ладони лежал перстень в виде змеи, кусающей свой хвост.
— Довольно традиционная форма, но нетрадиционное содержание, — продолжал рекламировать я подарок, заметив заинтересованность ашус.
— Это оружие, которое надежно прикроет в бою, никогда не подведет, преданное только тебе безраздельно. Оно компактно и удобно в обращении, — расхваливал я кольцо, как профессиональный менеджер оружейного салона, — тебе нужно нажать на голову змеи и оно активируется.
— Ну-ка, давай его сюда, — ашус надел кольцо, которое тут же подогналось по размеру пальца и нажал на него. Змея на кольце выпустила свой хвост, мгновенно увеличиваясь в размере, наполняясь мощью. Через секунду на нас смотрела, приняв устрашающую позу, огромная черная кобра. От обычной змеи ее отличал, конечно, большой размер и полная пасть серповидных зубов, скорей подходящих пиранье.
— Прикажи ей успокоиться, — попросил я. — Она будет слушаться только тебя. Я специально уничтожил всяческую привязку к создателю.
Макс перетек в свою змеиную форму и стремительно бросился к кобре. Захватывающее зрелище переплетенных змеиных тел, черное на зеркальном серебре. Они общались без слов. Одна подчиняла другую, утверждала свою власть, безоговорочное главенство ашус и преданность черной кобры.
— Кажется, эти двое договорились и установили, кто круче.
— Как раз в том, кто круче, я не сомневался ни на секунду. Я не хотел создать бездумную марионетку. Кобра обладает задатками разума и способна сама действовать в условиях боя. Но Мейкшел должен был показать свое право хозяина. Теперь она предана ему до конца.
— Поздравляю, ашус у тебя теперь новая хвостатая подружка, — Варк никогда не устанет подкалывать Макса, — правда немного лысая.
— О, да теперь уже ты завидуешь? — ашус вернулся в человеческий облик, а кобра снова стала перстнем на его руке.
— Спасибо, Дар, — меня подхватили на руки и закружили по поляне, а потом прижали к стволу дерева и сладко благодарно целовали, приподняв за бедра. Я видел, что Максиму понравился мой дар, что делало меня счастливым. Казалось, что мне все по плечу, и я становлюсь всемогущим. Голова кружилась от силы и открывающихся возможностей.
Мы вернулись к остальным раскрасневшиеся и с припухшими от поцелуев губами. Я забрался на колени к Лорду, лицом к лицу, оседлав его согнутыми ногами, и подставил шею для поцелуя.
— Что же хотел бы получить в подарок мой Лорд? — я млел от касаний его влажного языка.
— У меня есть все, что нужно, — вампир прикусил тонную кожу шеи, а потом зализал укус. Я заерзал у него в руках, выгибаясь для ласки. И все же я хотел порадовать Варка, моего Темного Лорда, в котором смешались свет и тьма. Я никогда ранее не пробовал работать одновременно с такими несовместимыми силами. Перед глазами возник образ Варка, дающего мне клятву Старшего. Тогда он предстал передо мной таким гордым, уверенным в себе бессмертным воином с темными призрачными крыльями за спиной, развивающимися подобно королевским стягам. Повелитель и властелин, сколькими армиями ты командовал, сколько сражений прошел, прежде чем одиночество и голод за тысячи лет иссушили твою душу, превратив в хладнокровного убийцу, вампира, сосущего жизнь. Лорд всегда закрывал от меня эту часть всей жизни. Какие тайны ты еще скрываешь, мой Темный владыка.
Я гладил черные короткие волосы, белую кожу волевого лица. Такой четкий контраст все же сочетался в притягательном образе. Свет и тьма…Я погружался в свои мысли, в тонкий мир. Сила, призванная мной, бушевала вокруг тугой воронкой. Варк с шипением отстранился от меня, как от ожога. Я не был уверен, что у меня хватит силы осуществить задуманное. Свет послушно отвечал мне, а вот тьма…Капризная сила ни как не давалась в руки. Я настойчиво, вновь и вновь сплетал ускользающие нити, пытаясь почувствовать их суть, погружаясь все глубже в более тонкие слои. И тьма покорилась моему напору. Руки переплетали, казалось, несовместимое в единый узор. Зачерпнуть неистовую силу из самого центра источника, что горит внутри, вложить частичку своей души и вплести в общий рисунок. Дар Творца неистово пылал во мне, давая воплощение замыслу. То, что получилось, было слишком ярким, подобно солнцу слепило человеческие глаза и душу. Не уверен, что Лея сможет смотреть на это и не потерять сознание. Значит нужно пока скрыть подарок в непроницаемый кокон.
Я забыл о времени и, когда закончил творить, вокруг уже опускались сумерки. Лея, Варк и Максим плескались в озере, не надолго оставив меня одного. Подойдя к берегу, я помахал веселой троице рукой. Меня тут же обрызгали теплой водой. Признаться, идея искупаться нравилась мне все больше. Одежда полетела на берег, а тело с разбега нырнуло в прозрачную воду. Я смывал усталость, ритмично работая руками. Вся троица поплыла мне навстречу. Беситься в воде нравилось всем, но выходить все же пришлось. Варк вынес меня на берег и мгновенно высушил от влаги длинные волосы.
— Я закончил подарок для моего Темного Лорда, — промурлыкал я, запустив руки в короткую шевелюру Варка. Он лишь вопросительно поднял бровь. В этом весь Варк. Одним изящным жестом мог сказать так много всего.
— Лея, милая, Лис зовет тебя в дом ужинать. Позже ты присоединишься к нам опять, — обернулся я к девушке. Мне нужно было удалить ее сейчас подальше. Лея улыбнулась и послушно побежала в дом.
— Даже так?
— Пойдем, мне не терпится показать это тебе. Потом ты сам решишь, кому его показывать, — я потянул Варка за руку по направлению к дереву, под которым мы сидели. Там я оставил подарок под непроницаемым покровом.
Взяв дрожащими от волнения руками свое творение, я протянул его Лорду и снял покров. Всем пришлось зажмуриться, ибо вне тонкого мира мое творение мерцало звездным светом и первозданной тьмой, даже наши глаза не сразу смогли привыкнуть и разглядеть детали. На ладонях лежал Венец, сотканный из самой тьмы. Она клубилась внутри основы, выполненной в форме волчьей головы. В раскрытой пасти темный зверь держал невозможно прекрасный камень. В нем горел неземной свет, совершенной чистоты, острой, как бритва, подавляющей сознание своей глубиной. Если бы не окружающая камень тьма, которая приглушала сияние, то свет мог бы свести с ума каждого из нас.
— Дар, ты подобно своему беспечному богу, не ведаешь, что творишь, — хрипло проговорил Лорд. — Иногда красоты бывает слишком много, и она ослепляет, убивает не хуже самого страшного оружия. Вспомни Орлано, который, воплотившись, принял Лик настолько совершенный, что обезумели даже боги. Чем обернулась для него такая красота? Сам не ведая, что творишь, ты создал Светоч. Такие камни способны ослепить и поработить волю миллионов, ибо каждый увидевший их стремится владеть ими безраздельно. Миры, где они появляются, погружаются в пучину войн, предательства и горя. И если бы не оправа из тьмы, искажающая свет, и твое присутствие, возможно, мы бы уже вцепились насмерть с Мейкшелом друг другу в глотки, пытаясь завладеть Светочем.
За спиной Лорда струились крылья с вырывающимися хищными отростками, готовые вцепиться в ближайшую жертву, а Мейкшел еле сдерживал процесс перехода в боевую форму. Его лицо исказила жуткая гримаса. Оба Древних стояли друг против друга, тяжело дыша, объятые агрессивной аурой. Какую же силу воли нужно иметь, чтобы сдерживать себя вблизи этого смертоносного чуда? Орлано, что же я наделал?! Его нужно уничтожить, хотя сама мысль об этом была противна и болезненна. Как можно покуситься на такое совершенство, даже подумать о его уничтожении? И все же я был его создателем, и в моей власти было потушить этот огонь. Картины проклятого города из мира Орлано всплывали перед глазами и это отрезвляло. Красота может обойтись слишком дорогой ценой. Венец не будет причиной раздора. Такие истории уже случались и повторения трагедии больше не произойдет. Я потянулся к своему созданию сквозь призму тонкого мира. Ладони погрузились в сияющий центр и бездонную тьму. Разделить пленительный свет и холодную тьму, подчинив их силу. Впитать Светоч в себя, рядом с истинным источником, он казался лишь искрой от пожара, неистовой, завораживающей, но все же лишь искрой. Тьма потеряла форму венца и теперь доверчивой змейкой скрутилась у меня на ладони. Неужели я уничтожу её, покоренную и такую ласковую? Ей позволено будет остаться, спрятаться, затаиться в самом тихом уголке души. Ибо неясное предчувствие подсказывало мне, что я еще воспользуюсь поглощенной и пригретой на груди тьмой очень скоро.
Глупый, беспечный мальчишка чуть не повторил ошибки Орлано, едва успев все исправить. Я возвращался в реальность, хватая ртом воздух, как будто поднимался из бездны. Так глубоко я еще не погружался и не играл таким количеством силы. Вот и доигрался, бестолочь!
— Прости меня Варк, — я упал на колени перед моим волком и прижался к его коленям, — прости, что заставил пройти через такое искушение. Я слишком заигрался в бога.
— Я же говорил, что мне не нужен подарок. Что у меня есть тот, кто дороже всего на свете, — Варк прижал меня к себе, поднимая с колен, ашус подошел к нам сзади вплотную, обнимая. С них сходило наваждение, и они приходили в себя. Они даже не злились на меня. Господи, да за такое удавить мало!
— Малыш, больше никогда так не делай. Ты достиг такого уровня Творца, что любые твои действия могут обернуться катастрофой для тысяч.
— Вы будете рядом, чтобы остановить меня? Обещайте.
— Ты же знаешь, милый, что мы принадлежим тебе.
Я усвою этот горький урок, чуть не стоявший мне моих мужчин. Глотая слезы раскаяния, я прятался в тепле Древних, прижимаясь к их надежным телам. Я запомню, обещаю…
Глава 12
Южная ночь погрузила мир в бархатную темноту. Мы стояли, обнявшись, вдыхая ароматы ночных цветов. Такие яркие звезды и огромная луна, казалось, можно потрогать их руками. По тропинке к нам шла Лея, держа в руке светящийся фонарик. Над нами зажигались десятки таких же, спрятанных между ветвей огоньков. Площадка под деревом осветилась мягким светом. Мы вернулись к уютному плетеному дивану. Откуда-то сверху зазвучала тихая музыка. Я послал воздушный поцелуй для Лисси. Было так приятно сидеть в теплых объятьях любимых, наслаждаться летним вечером, и слушать красивую мелодию. Лея, услышав музыку, закружилась в медленном танце. В приглушенном свете ее обнаженная кожа казалась еще темней. Тонкая фигурка, покачивающаяся в такт музыке, такая изящная и хрупкая. Поставив фонарик в траву, танцовщица стала двигаться смелей. Она танцевала для нас, наслаждаясь мелодией, танцем и своей смелостью. Стан извивался, руки тянулись в ночное небо. Постепенно движения становились все чувственней. Бедра то медленно и призывно двигались из стороны в сторону, то мелко дрожали. Грудь колыхалась в такт движениям. Древняя пластика соблазнения дурманила голову. Низкий наклон спины, и вот на мгновение становятся доступным для взгляда приоткрывшиеся створки женского естества. Танцовщица все ближе, а движения все откровенней. Призывно колышется грудь с торчащими сосками, которые хочется облизать языком.
Кровь бежит быстрей от зажигательного танца. Лея ласкает себя руками, гладя плоский живот и бедра. Никаких табу, только чистые эмоции. Она подходит совсем близко и тянет с моих плеч рубашку. Снова удаляется, кружась и изгибаясь. Сжимает руками свои груди и теребит напрягшиеся соски. Амулет ярко мерцает в соблазнительной ложбинке. Девушка делает круг и приближается вновь, закидывая руки себе за голову, выставляя вперед грудь так близко от моих губ, что я не выдерживаю и касаюсь соска кончиком языка. Танцовщица опускается на колени и стягивает с меня брюки. Она раздвигает мои колени и гладит внутреннюю поверхность бедер, продвигаясь все выше. Пухлые влажные губы так близко, что я ощущаю дыхание на своем члене. Они обхватывают головку и втягивают в горячую глубину рта. Я боюсь двигаться, чтобы не спугнуть соблазнительницу. Сидящий сзади Варк, наматывает на руку мою косу, принуждая откинуть голову назад. Он впивается в губы властным поцелуем, проталкивая язык вглубь. А потом он вдруг отпускает, и я чувствую, что Лея тоже выпустила меня изо рта. Она отползает чуть назад и откидывается на спину, раздвигая ноги. Ее плоть уже истекает соками, а клитор виднеется из складок. Это так возбуждает, такое неприкрытое желание. Я становлюсь на четвереньки и, как кошка крадусь к предлагаемому лакомству. Тебе не избежать расплаты, моя маленькая соблазнительница. Нагибаюсь к сладкому источнику, и погружаю в него пляшущий язык. Стон удовольствия дополняет звучащую музыку гармонией.
Мои колени широко разведены, а бедра приподняты. Я низко склонился к открытой для меня расщелине, выгнувшись так, чтобы открыть для моих мужчин максимальный обзор своей промежности. Теперь уже я провоцировал их. Знать, что они смотрят на меня, безумно хотят, мечтают взять прямо сейчас. Выставлять на показ возбужденный член, мошонку и пульсирующую дырочку — это сводит с ума от тягучего возбуждения.
Лея теряет всяческий контроль и кричит от сотрясающего ее оргазма. Я переворачиваю ее на живот и ставлю на четвереньки, входя резко и сильно. К нам присоединяются возбужденные Варк и Макс, они разделяют нас, заполняют наши рты своими членами. А дальше все смешалось в калейдоскопе удовольствия. Все мои входы заполнены до отказа, я насаживаюсь на толстые стволы, меня растягивают и таранят. Ненасытные руки и языки достают до любых мест. Мой волк прокусывает тонкую кожу на моей шее и слизывает стекающие капли крови, дрожа всем телом. Это невозможно прекратить, только покориться и молить о продолжении. Дрожки слез на щеках от сладкой боли. Да, входите еще, глубже, сильней. Берите мою кровь, мое тело, мою душу…У меня есть только я сам, пусть это будет моим подарком, даром для любимых Древних. Нас с Леей имеют долго, до полного изнеможения, пока сознание не уплывает на волнах очередного оргазма.
Я очнулся в воде. Макс держал меня на руках, а Варк обмывал мое разгоряченное ласками тело. Немного остывшая за ночь вода приятно холодила кожу. Сладкая истома расслабленного после любовных утех тела. Я полностью отдавался во власть своих мужчин, подчинялся любому их капризу. Но никогда не чувствовал себя униженным. Мы владели друг другом безраздельно.
Над нами светлело небо. Наступало утро. Всю ночь на пролет мы провели в сексуальном опьянении и теперь собирались немного отдохнуть. Максим так и не выпустил меня из объятий, теперь нёс в кровать. Рядом шел Варк, неся спящую Лею. Я смотрел на ее расслабленное лицо, стройную фигурку, кудряшки волос в последний раз, навсегда запоминая милый образ. Она не увидит нас больше никогда. Я погрузил ее в глубокий сон, который рассеется, когда мы покинем этот мир. Варк оставлял ей свой остров и огромный старинный дом, в котором она сможет начать новую жизнь. Не люблю прощаться, так пусть она навсегда запомнит нас упоенными наслаждением и страстью. Именно такими, какими мы были в нашу последнюю с ней ночь. Мы уже попрощались с нашей маленькой танцовщицей. Волшебные сновидения заменят слезы прощания.
— Прощай, моя милая девочка. Будь счастлива…
Варк отнес Лею в дальнюю спальню и закрыл дверь. Скоро откроется новая страница в жизни Леи, но нас уже в ней не будет.
Мы вернулись в свою спальню и устроились уютным клубком, зарывшись в подушки. Настроение было тоскливым. Ничего не хотелось, только слышать биение родных сердец и ощущать их близость. Дрема накатывалась волнами, мне снились какие-то тревожные сны, но потом я не мог их вспомнить. Чье-то постороннее присутствие чувствовалось на периферии сознания. Пристальный взгляд тревожил душу. Постоянно ворочаясь, я сбил все простыни и измучил Древних, пока они не прижали меня своими телами, не давая крутиться. Я еще порыпался для приличия и, наконец, спокойно уснул.
Проснулась наша теплая компания к полудню. Сладко потягиваясь, я выбрался из-под рук и ног, бодро пошел умываться. Меня переполняла энергия и жажда деятельности. Чего не скажешь о моих мужчинах.
— Дар, ты все утро топтался по нам, вертясь и толкаясь. А теперь ты бодрый, как ни в чем не бывало, — пожаловался Макс.
— А спорим, я вас сейчас подниму?
Я забрался обратно в кровать и по очереди стал сосать их моментально восставшие члены, помогая себе руками. Такая терапия возымела волшебное действие. Сон, как рукой сняло. Дополнительно я накачал их энергией. Так, что когда они по очереди излились мне в горло, от усталости не осталось и следа. Было предложено прогуляться по окрестностям и присмотреть место для ночного пикника. Сегодня будет последняя ночь на этом острове и в этом мире, поэтому хотелось найти что-то особенное. Лис показала нам несколько картинок довольно красивых мест по ту сторону кратера. Мы решили идти к каскаду небольших водопадов и расположиться там. Лис пообещала устроить очередной сюрприз.
Нам не нужно было долго собираться, все вещи находились в пространственных мешках, в которые был доступ из любого места. А комфорт обеспечивала неугомонная Лисси. Так что мы налегке отправились за высокую стену, сквозь темный туннель. Хотя не такой уж он и темный, если тут похозяйничала Лис. Макс предлагал перенести нас на крыльях по воздуху, но я сказал, что пешком интересней, и для моего растущего организма турпоход со взрослыми, бывалыми дядями — это полезный жизненный опыт. Народ оживился в предвкушении. Ничего так не увлекает, как рассказ о себе любимом. Дяди тут же начали этим жизненным опытом делиться. Я слушал эти несусветные байки и смотрел по сторонам. Как-то тревожно стало на душе. Мне пришлось остановиться, оглядываясь. Отчетливо ощущался внимательный взгляд в спину.
— Что случилось, солнышко?
— Да, так, показалось, — отмахнулся я от своих предчувствий.
Мы уже вышли на внешнюю сторону вулкана. Здесь буйствовала топическая непролазная растительность. Жизнь била тут фонтаном, яркая и разноцветная.
— Это конечно все очень красиво, но как мы здесь пройдем? — поинтересовался я, скептически глядя на сплошную стену зелени. Оказалось, что волнения были напрасны. Лис уже обо всем позаботилась и перед нами образовалась широкая тропинка. Кричали какие-то птицы и звери. Что-то прыгало, ползало, бегало, шуршало. Короче, праздник жизни. Но к нам близко никто не подходил, потому что рядом со мной шли два больших хищника, их аура отпугивала всю живность вокруг.
Древние беззаботно болтали, а вот у меня на душе становилось тревожно. Беспокойство нарастало с каждой минутой, без очевидных причин. Это что-то новое, не связанное с моими предыдущими ощущениями. Волны непонятного чувства приходили откуда-то из глубины сознания, как эхо чьих-то эмоций. Они становились так сильны, что мне уже было трудно сохранять беззаботный вид. Неизбывная тоска скрутила душу в тяжелый узел, заставляя скорчиться, упасть на колени. А потом накатило чувство вины, острое как бритва, терзающее внутренности, режущее душу на куски. Огромная, неоплатная вина. Мне никогда не искупить ее, терзаться вечно. Я сам во всем виноват, но избывают кару другие. Я виноват, только я! Виновен, виновен, виновен…
Поделиться книгой: