Не меньше чем леди

— Майор Рэндалл! Как приятно снова вас видеть. Вы остановитесь надолго?

— Только на одну ночь, — ответил Рэндалл. — Мне нужна комната для меня и моей жены и еще одна для мистера Маккензи, он придет чуть позже.

Лицо мистера Битона озарилось искренней радостью, и он поклонился Джулии.

— Позвольте мне поздравить вас, майор. Мои поздравления, миссис Рэндалл! — Хозяин заглянул в регистрационную книгу. — Вам повезло. Ожидается большая группа гостей, но угловая комната, которая вам так нравится, свободна. И есть еще одна комната поменьше, через две двери по коридору, — для мистера Маккензи.

Снаружи донеслось оглушительное громыхание карет, остановившихся перед гостиницей. Джулия предположила, что прибыла большая группа, которую ожидал мистер Битон. Пока Рэндалл расписывался в регистрационной книге, Джулия сняла шляпку, размышляя о том, что, если им повезет и будет хорошая погода, они окажутся в Лондоне через полтора дня. Она очень надеялась на это.

В гостиницу вошел огромный лакей в богатой ливрее и, повернувшись, придержал дверь для своего господина. Плотный властный мужчина высокомерно и важно прошествовал в холл «Ангела и короля». За ним смутно маячила его свита.

Джулия встретилась с ним взглядом, и сдавленный звук вырвался из ее горла. Она едва могла поверить своим глазам. О Боже милостивый, нет! Ну почему, почему из всех гостиниц в Англии он решил остановиться именно в этой?

Вновь прибывший застыл на месте. Потрясение, недоверие и, наконец, бешеная ярость исказили его лицо. Прошло несколько мгновений, прежде чем он злобно произнес:

— Ты должна быть мертва!

Джулии хотелось бы исчезнуть, чтобы избежать этой ужасной встречи, но, увы, пути назад не было.

— Простите, что разочаровала вас, отец, — сказала она дрожащим голосом. Пренебрежительно-надменный взгляд герцога Каслтона переметнулся на Рэндалла, который обернулся, как только Джулия заговорила.

— Это твой очередной любовник, Джулия? — с насмешкой спросил отец. — Полагаю, тебе пришлось добывать себе пропитание, задрав ноги, потому что ни на что другое ты не годишься.

Ядовитая злоба в его голосе подействовала на Джулию как физический удар. Она пошатнулась, едва не теряя сознание. Но тут крепкая теплая ладонь Рэндалла сжала ее локоть. Прищурив глаза, он сказал:

— Может, вы и герцог, и отец Джулии, но я никому не позволю оскорблять мою жену.

— А она сообщила вам, что убила своего первого мужа, безупречного молодого джентльмена? — резко спросил герцог. — Насколько мне известно, с тех пор она умертвила еще дюжину мужей.

— Это полная чушь, и вы отлично это знаете, — спокойно сказал Рэндалл. — Любой нормальный отец обрадовался бы, увидев свою давно потерянную дочь живой. Но если бы вы были таким отцом, вы бы не отдали ее в руки жестокого человека. Вы обесчестили свое имя и древний род.

Герцог в изумлении воззрился на него.

— Да как вы смеете, сэр?! Кто вы такой?

Рэндалл отвесил легкий, насмешливый поклон.

— Я майор Рэндалл. Если вы желаете вызвать меня на дуэль, я буду счастлив оказать вам эту услугу. Но должен предупредить, что я широко известен как меткий стрелок и опытный фехтовальщик.

Герцог прищурился.

— Вы приходитесь родственником Давентри?

— Я его племянник и наследник. — Рэндалл широко улыбнулся. — Так что в свое время ваша дочь станет графиней Давентри, но с мужем по своему выбору, а не по вашему.

С ненавистью во взгляде герцог рявкнул:

— Немедленно вышвырните отсюда этих тварей, Битом! Я не останусь с ними под одной крышей!

Хозяин гостиницы, потрясение наблюдавший за происходящим, вежливо сказал:

— Простите, ваша светлость, но эти гости уже зарегистрировались. Уверяю вас, больше вы их не увидите, потому что ваши комнаты в противоположном конце здания.

Герцог с недоверием воззрился на Битона.

— Вы предпочитаете этих клиентов мне?

— У меня нет оснований отказать майору Рэндаллу и леди Джулии, — сказал хозяин. — К тому же они весьма вежливы и обходительны.

Напрашивался очевидный вывод, что другие гости не отличаются этими качествами.

— Вы такой же негодяй, как ваш отец! — возмутился герцог.

— Оставьте его в покое, сэр, — невозмутимо ответил Битом. — Он давно уже на небесах.

— Ноги моей больше не будет в этом отвратительном месте! — Ледяной взгляд герцога остановился на Джулии. — Я чувствовал к тебе некоторое уважение, когда полагал, что ты рассталась с жизнью, чтобы искупить свои грехи. Теперь я вижу, что ты лживая и трусливая. Больше ты мне не дочь.

Герцог повернулся, собираясь покинуть гостиницу, но Рэндалл решительно заявил:

— Для Джулии даже лучше избавиться от такого чудища, как вы, Каслтон. Но у нее есть неотъемлемые права собственности, которые вы не можете отрицать. Приготовьтесь выполнить свои обязательства. Мой поверенный вскоре свяжется с вашим.

Отец Джулии бросил на него гневный взгляд через плечо и в окружении своей свиты выскочил из гостиницы, громко хлопнув дверью.

После нескольких мгновений напряженного молчания Битон спокойно заметил:

— Его светлость прекратил останавливаться здесь, когда хозяином заведения был мой отец, но решил дать мне еще один шанс, когда я унаследовал гостиницу. Что ж, «Ангел и король» в очередной раз перестал соответствовать герцогским стандартам.

— Прошу прощения за понесенные вами убытки, — сказал Рэндалл.

Битон пожал плечами:

— Каслтон заезжает редко, и ему очень трудно угодить. Вы со своими друзьями бываете часто, и мы всегда вам рады. — Он вернулся к своим обязанностям. — Вам понадобится отдельная столовая на сегодняшний вечер?

Рэндалл вопросительно глянул на Джулию.

— Мы пообедаем у себя в комнате. Я распоряжусь позже.

Джулия благодарно кивнула. Ей больше всего хотелось забиться в нору, подобно загнанной лисе. Рэндалл добавил:

— Пожалуйста, расскажите мистеру Маккензи о том, что здесь произошло, когда он придет. Но я бы предпочел, чтобы вы не обсуждали это больше ни с кем.

— Естественно, никому не хочется предавать огласке семейные неурядицы, — проворчал Битон. — Будьте любезны следовать за мной, дорогие гости.

Джулия едва ли сумела бы подняться по лестнице, если бы крепкая рука Рэндалла не обнимала ее за талию. Она была не одна.

Когда в последний раз мужчина выступал в ее защиту?

Трудно вспомнить.

Глава 19

Как только Битон оставил их одних в просторном гостиничном номере, Джулия бросилась в объятия Рэндалла, уткнувшись лицом ему в плечо. Ее стройное тело казалось необычайно хрупким. Он крепко обнял жену, жалея, что не смог избавить ее от этой ужасающей сцены.

— Простите, что вам пришлось вынести такое, — глухо произнесла она.

— Не вы должны приносить извинения, — с горечью сказал Рэндалл. Он взял шляпку из ее онемевших пальцев и бросил на кровать. — Ваш отец всегда был таким злым?

Джулия задумалась.

— Не могу сказать с уверенностью. Девочкой я была слишком послушной, чтобы вызвать его гнев. К тому же я его редко видела. И в такие моменты он всегда держался строго и официально. Я обычно думала о нем «герцог», а не «отец». Думаю, он вообще недолюбливал женщин. — Джулия содрогнулась. — Затем я пришла к нему после смерти Брэнфорда, а он… он повел себя ужасно. Я не знала, что он способен на такую жестокость.

— Теперь я лучше понимаю, почему вы бежали от своей жизни. — Рэндалл с трудом сдержал сильнейшее желание броситься вслед за Каслтоном и избить его до бесчувствия. Но мужчине не подобает поступать так со своим тестем. Вместо этого он вытащил шпильки из прически Джулии и, расчесав пальцами ее волосы, распустил их по плечам. — Нужно отдать должное силе вашего духа, благодаря которой вы и в самом деле не бросились в море.

— Мне хотелось. И даже очень. — Она горько рассмеялась. — Но я была слишком упрямой, чтобы сдаться. Я вовсе не уверена, что такая уж сильная.

— Достаточно близко к тому. — Рэндалл принялся массировать ей голову кончиками пальцев и был рад, когда ее лицо смягчилось.

— Я знала, что мой отец придет в ярость, когда я воскресну из мертвых, но я предполагала, что он узнает об этом несколько иначе, — печально сказала она. — Неожиданная встреча со мной, живой, заставила его проявить самые скверные стороны своей натуры. Подозреваю, что больше всего его разгневало, что я ввела его в заблуждение, не лишив себя жизни на самом деле.

— По крайней мере худшее теперь позади. — Рэндалл ласково провел теплой ладонью по ее спине. — Сомневаюсь, что даже Давентри мог бы так сильно вас расстроить.

— Верно.

Поскольку она немного успокоилась, он спросил:

— Хотите, чтобы я ушел?

— На этот раз нет. — Она крепче сжала руки, обвивавшие его плечи, словно боялась, что кто-то попытается оторвать ее от него. Рэндаллу это доставило большое удовольствие.

— Раз вам не хочется отослать меня прочь, можно утверждать, что мы с вами делаем успехи. — Он поднял Джулию на руки и, опустившись на небольшой диван, усадил к себе на колени. Она прильнула к нему. — Каслтон, Давентри, Брэнфорд. Неужели все мужчины в вашей жизни были такими ужасными? А что вы скажете о вашем брате?

— Энтони? Я не знаю, как он отнесется к тому, что я жива. В детстве мы были очень близки, но я уже так долго не виделась с ним. Его отослали в Итон, как только его возраст позволил. Ему было всего четырнадцать, когда я вышла замуж и покинула дом. — Она прикусила губу. — Мне не хотелось думать об Энтони. Он был моим любимым младшим братишкой, но после того, как он уже столько лет носит титул маркиза Стоунли, возможно, он стал таким же несносным, как мой отец.

— Что за гнетущие мысли! Думаю, скоро вы сами все выясните. — Рэндалл нахмурился. — До сих пор я не слишком задумывался над тем, как вам быть с вашей семьей, когда мы прибудем в Лондон. Поскольку Стоунли — ваш ближайший родственник, может быть, лучше вам написать прямо ему, прежде чем он узнает обо всем от вашего отца.

Джулия вздрогнула.

— Вы правы. Я пошлю Энтони письмо с утренней почтой, хотя он получит вести от герцога раньше. Нужно написать также и моей бабушке. Я должна сообщить ей, что скоро прибуду и что теперь она может сказать знакомым, что я жива.

— Вы станете самой сенсационной темой для обсуждения в высшем свете. По меньшей мере на неделю, — предсказал Рэндалл. — А может, на целых две.

— Наверняка не так долго. — Джулия запрокинула голову, чтобы взглянуть ему в лицо. С ее темными волосами, рассыпавшимися по плечам, она выглядела молодой и очаровательной. — Как вы узнали, что я имею право на деньги семьи? Когда я бежала, то не думала ни о каком наследстве и с тех пор о нем не вспоминала.

Рэндалл пожал плечами, поглаживая ладонью мягкую округлость ее бедра.

— Ваша мать наверняка происходила из знатной состоятельной семьи, поэтому в брачном контракте, безусловно, были оговорены доли всех детей, рожденных от этого союза. Возможно, вы унаследовали также и другую собственность.

— Моя мать родом из Говардов. — Джулия грустно улыбнулась. — Так что я аристократка самых голубых кровей в Британии. Намного выше ганноверских выскочек, сидящих на троне.

Значит, она в родстве с герцогом Норфолком, первым герцогом в Англии. Это Рэндалла не удивило.

— Брачный контракт ваших родителей по своей сложности, вероятно, мог соперничать с договорами между малыми странами.

— Не сомневаюсь, что вы правы. — В ее голосе проскользнул холодок. — Женитьба на мне может оказаться очень выгодной, потому что собственность жены принадлежит ее мужу.

— Понимаю ваши чувства и ваши подозрения, Джулия, касающиеся мужчин. — Рэндалл, прищурив глаза, поймал ее взгляд. — Но поверьте, я способен содержать вас без вашего наследства или состояния Давентри. Однако теперь, когда я увидел вашего отца, я подумал, что вам нужно иметь свои собственные средства, чтобы вы больше никогда не чувствовали себя зависимой от мужчины. Я намерен выделить любое имущество и деньги, которые удастся вырвать у вашего отца, в доверительную собственность, которой сможете распоряжаться только вы.

Джулия покраснела и опустила голову.

— Я знаю, что вы не охотник за приданым, Алекс. Общение с отцом пробуждает во мне недоброжелательность, как и я вызываю у него злобу.

— Ваша придирчивость — ничто по сравнению с тем, что Давентри сделал с моим характером, — заверил ее Рэндалл. Его теплая ладонь продолжала гладить ее бедро. Джулия была миниатюрной, но на редкость хорошо сложенной. — Вы не заезжали к своей бабушке, когда посетили Лондон с Марией? Полагаю, она родственница с материнской стороны?

Джулия утвердительно кивнула.

— Бабушка единственная из всей семьи знала, что я жива. Она сильно заболела в том году, и я боялась, что больше никогда ее не увижу. Главным образом поэтому я и рискнула отправиться в Лондон.

— Должно быть, благодаря этому визиту Давентри и узнал, что вы живы, и послал за вами Крокетта.

— Да, — медленно произнесла она. — Но я ни о чем не жалею. Несмотря на все волнения и трудности последних недель, я рада, что смогу вернуться к своей прежней жизни.

Рэндалл никогда бы не познакомился с Джулией, если бы она отказалась сопровождать Марию.

— Но если бы вы оставались в безопасности в Хартли, вам не понадобилось бы выходить замуж ради вашей безопасности.

Джулия снова запрокинула голову и вгляделась в его лицо серьезными серыми глазами.

— Вы единственный мужчина, который когда-либо защищал меня, — мягко сказала она. — Единственный. Я сама не знала, как сильно мне этого хотелось. — Она потянулась вверх и поцеловала его.

Это был настоящий, серьезный поцелуй. Не пустая формальность. Он ответил ей тем же. Джулия, теплая и сладкая, лежала в его объятиях. Ладони его блуждали по ее соблазнительным формам, и железная выдержка, помогавшая ему обуздывать себя с того момента, как он освободил ее от похитителей, заметно ослабла.

У Джулии перехватило дыхание.

— Я чувствую себя кошкой, которую гладят по шерстке.

— И как кошка, смею предположить, вы готовы уйти, как только сочтете, что с вас достаточно. — Он наклонился и поцеловал нежную кожу под ее ухом. — Но сейчас, Джулия, можете вы довериться мне настолько, чтобы расслабиться и посмотреть, смогу ли я доставить вам удовольствие? Хотя нам еще рано становиться любовниками, мне бы хотелось попробовать убедить вас сделать еще несколько шагов в этом направлении.

— Мое сознание и тело все еще полны страхов, но сердце мое доверяет вам, — сказала она, едва дотронувшись рукой до его щеки. Легкое прикосновение ее пальцев было потрясающе эротичным.

Стараясь подавить возбуждение, Рэндалл вновь завладел ее губами, продолжая поцелуй, пока их языки не встретились. Нерешительность Джулии постепенно ослабевала, и он почувствовал, как участилось ее дыхание. Ладонь его нащупала жесткую преграду. Поскольку она оделась для путешествия, на ней был легкий корсет, кончавшийся на талии. Поэтому когда ладонь его двинулась дальше, он ощутил нежную округлость и упругие мышцы ее бедра под легкой тканью.

Джулия замерла, когда его ладонь легла на ее колено, поэтому Рэндалл попытался выяснить, насколько чувствительно ее изящное ушко. Оказалось, очень и очень. Когда он провел по его краю языком, Джулия задохнулась от удовольствия.

Когда его ладонь скользнула вверх по бедру к ней под юбку, он почувствовал, как по ее телу пробежала дрожь, но Джулия не попыталась остановить его. Гладкость ее чулка сменилась шелковистой теплотой женского тела.

Ощутив под рукой ее кожу, Рэндалл снова остановился, чтобы дать ей время привыкнуть. Джулия откинула голову назад, ее груди лихорадочно вздымались и опадали, когда он осыпал легкими поцелуями ее шею.

Ладонь его проникла между ее бедер и двинулась немного выше. Джулия дернулась и громко ахнула, когда он впервые коснулся влажной горячей плоти.