Омская правда (Черновики Апокалипсиса)

– Пожалуй, могу. Как вам вариант отвезти его в Лесной и сдать на хранение комдиву Скороходову? Как-никак он представитель новой власти – военного коменданта Омска и области, да и сам власть не малая по нынешним временам.

Крушинин размышлял не долго. Я внимательно наблюдал за ним, ожидая решения.

– Согласен, вариант приемлемый – а теперь совсем хорошо.

Закрепляем достигнутый результат:

– Вот и отлично, тогда берите «геленваген», грузите в него золото и отправляйтесь к Скороходову, передавайте от меня привет. Или мне послать с вами группу сопровождения? Заодно и с полковником переговорю.

– Я не против. Все же «геленваген», хоть, и военная машина, но не бронированная, так что дополнительная охрана не помешает.

– Хорошо. Тогда как погрузитесь, и выдвигаемся.

Пока мужики таскали золото, мы внимательно осмотрели машины на предмет чего там хорошего и полезного есть. Вытащили десяток гладкоствольных ружей разных типов, много патронов двенадцатого и шестнадцатого калибров, еще всякой ерунды несколько сумок повытаскивали из багажников – потом разберемся. В «хаммере» обнаружился автомобильный комплект спутниковой связи, как я его не заметил, когда садился в машину первый раз, до сих пор загадка, видно не до того мне было. Сам телефон – «Telit SAT 600» от ГлобалСтара, это гуд, у них четкая связь по России. Очень даже гуд.

В пикапе, как и говорил пленник, лежали боеприпасы банды. Запасы превосходили ожидания. Не то, что цинки – целые ящики пятерки, гранат – просто обалдеть. С трупов также собрали хороший урожай – целый арсенал, не хватало только ПК и СВД, но тут нам Скороходов поможет, ведь мы ему несколько сотен килограмм золота привезем, а это не хухры-мухры.

Еще предстояло повторно допросить пленного, особенно по поводу базы банды и их связей с другими такими же, кроме того, мне было очень интересно, что может рассказать бандит про автоматы новейшей модификации, разгрузки, гранаты и все прочее оснащение, где ж они таким добром разжились? Но это чуть позже. Когда вернемся.

Я подозвал ребят и, оставив на командовании Андрея с наказом оприходовать все, что тут нашлось, взял с собой Лешу Доронина и Славу Котова, сел в «Хаммер», а что, шиковать, так шиковать, опять же он со связью, а это уже не роскошь, а суровая необходимость. И двинул следом за черным «геленвагеном» в направлении Лесного.

Весь путь до ППД Таганрогской дивизии не занял и двадцати минут. Все было тихо, как на кладбище. Вокруг дым, смерть и разруха, в амуре много частных домов – сейчас от них ничего не осталось – одни пепелища, целый район выгорел под чистую. Но с другой стороны – тут сгорело и зомби не мало, жаль их все еще слишком много. Но ничего, не долго вам осталось хозяйничать в моем городе.

Еще в пути я связался со Скороходовым (сотовая связь не работала уже, так что, обнаруженный на теле Злобного, спутниковый телефон пришелся очень кстати) и сообщил о своем скором прибытии, так что на знакомом КПП нас уже ждали и без задержек и досмотра пропустили в расположение.

Глава шестая. Под Солнцем остается победитель.

На обратном пути на нашу базу меня одолевали мысли, по сторонам я особо не смотрел, рядом сидели два бойца, вот, пускай, и следят за окрестностями. Иногда все же я бросал взгляды, каждый раз натыкаясь на своих ребят, отчего сразу невольно расплывалась предательская улыбка. Я старался сдержаться, но какое там, видели бы вы эти лица полные радости, эти руки, нежно сжимающие: один СВД, другой ПКМ. Как мало надо мужчине для счастья. Понятно, что снайперская винтовка Драгунова покоилась в объятиях Славки Котова, а на лице его бродило явное намерение немедленно по приезде, забыв обо всем, сразу пристрелять ствол, выставить все хитрые снайперские настройки и изучить баллистические таблицы, в данный момент, лежащие в кармане куртки, поближе к сердцу. Ко всему в придачу, Слава сидел рядом (он не захотел убирать их в багажник) с несколькими цинками специальных патронов 7Н1. Второй мой боец обнимался с пулеметом Калашникова модернизированным и его лицо было преисполнено сознания мощи того оружия, которое он держал в руках. Леша, хорошо знакомый с ПКМ, был очень рад тому, что в бригаде теперь есть такой ствол. Ко всем этим радостям в багажнике «хаммера» ехало еще несколько «плюшек» для героических борцов с бандитизмом и зомбитеррором.

Ладно, это все весело, но надо и делом заниматься. Разговор с полковником вышел очень интересным, но слишком коротким. Дело шло к вечеру, а ездить ночами по городу – не слишком разумно без крайней необходимости, а оставаться в Лесном на ночь было исключено. Мы нужны в Авалоне. Но все же нам хватило времени обсудить перспективы и договориться о выделении оружия и БП в зачет привезенного и привезенных. А что, каждый вменяемый боец или специалист, доставленный нами по своей воле в расположение дивизии может рассматриваться как ценный приз. Люди – главное богатство, это известно любому руководителю.

А мы приехали сразу с четырьмя опытными, взрослыми и, главное, решившими присоединиться к Скороходову, воинами. Правда, выяснилось, что мужики были никакие не инкассаторы, а самые что ни на есть эсбэшники. А их командир Крушинин – заместитель главы службы безопасности омского сбербанка. Такие вот пироги. А то я все сомневался насчет его облика, значит, не даром. Не скажу, что сильно удивился, когда правда выплыла наружу. Скорее наоборот. Вот так – вчетвером, без серьезных стволов (одни «АКС-У») и пистолеты, успешно отбиваться от тринадцати серьезно вооруженных бандитов, это серьезно. Почему-то подумалось, что Крушинин сделает в дивизии быструю и серьезную карьеру, как бы он первый омский пост катастрофный банк не зарядил или еще чего, с него станется.

При расставании Владимир, пожимая мне руку, сказал:

– Спасибо тебе, Глеб. Не только выручил со своими ребятами нас из ловушки, но и подсказал приехать сюда. Поверь, я этого не забуду. Когда снова приедешь к полковнику, обязательно отыщи меня. Договорились?

– Конечно, без вопросов. Обязательно разыщу. Удачи вам на новом месте, если что, звоните. До встречи.

Для Скороходова мое второе за один день появление, как я заметил, также произвело положительно е впечатление. Если днем я приехал один, с парой ружей и на пусть и не плохом, но обычном автомобиле, то вечером… военные джипы (в невоенной комплектации), серьезное боевое оружие, команда бойцов, успешная акция, ко всему в придачу – золото, привезенное ему, есть над чем задуматься, не находите. Я и сам чувствовал себя не в своей тарелке, потому что это все было не моей заслугой, а цепью случайностей и совпадений, хорошо, хоть, удачных.

Столь стремительное развитие ситуации наталкивало на мысль что, либо мне и моему отряду скоро каюк, быстрый взлет – быстрое падение, либо тема прет, и главное не мешать и выстроить правильные отношения. Почти наверняка, полковник решил немного подождать, чтобы ситуация самоопределилась, так сказать. И это показывает его, как мудрого, разумного человека и настоящего вождя. Да в этом новом мире без вождей никуда, водить людей надо, главное не ошибиться с выбором направления движения. А вот тут и мне есть о чем подумать.

Думать вообще полезно, а начальству еще и положено по должности. Дальше то что? Одно совершенно точно, дальше так нельзя, везти бесконечно нам не может, значит, вся эта песня до первых потерь, и все. Финита. Народ сам разойдется-разбежится. Да и потом, нам все равно нужна нормальная база, безопасность для семей, жить, а не выживать, вот наш девиз. Авалон для этого не годится, нет. Он слишком на виду, слишком заметен.

Значит, надо искать варианты. Еще необходимо срочно продумать еще раз все вопросы по вооружению и оснащению отряда, техника, связь и, самое главное, надо научиться воевать вместе, выработать тактику и стратегию действий в новых условиях. Мы научимся или умрем. Выбор прост. Вывод, начинаем тренировки, отрабатываем приемы для разных ситуаций и задач, доводим до ума оснастку и технику. И никуда не лезем пока чуток не подготовимся. Спешить уже поздно. Все что могло случиться, случилось, теперь часы ничего не решают. Потерять ОСБ я не имею права, идея его слишком важна для города и людей, мы должны вернуться сюда, вернуть свой мир, вот только больше не допустить сесть нам на шею всякой дряни, нет, отныне в России власть – мы, все те, кто очищает страну от грязи.

Но в основе этого – культура, а культура создается медленно, на основе культурного же стереотипа, точнее, глубоко осознанного и принятого принципа морали, духовности. Да, голова закипает. Пока это чуток рановато, сейчас необходимо сохранить группу, укорениться, построить Дом. И выстраивать заново космос из нынешнего хаоса. Вот вы как думаете, чем отличается порядок от беспорядка? Ведь порядок означает, что мир устроен по Ряду, а это совсем не по линейке – в ряды, а совсем наоборот, Ряд – это договор и между народом и властью и между людьми, то есть выходит, что порядок – это когда все живут по совместно выработанным правилам и придерживаются их даже в ущерб своей выгоде, по Правде. Вот когда в моей Родине люди смогут жить по Правде и их за это не будут считать дураками или попросту валить, тогда и можно будет поставить топор на полочку над камином, а автомат на стенку повесить. Не слишком ли ты размахнулся, Глеб? Нет, большое дело начинается с малого. Как известно, дорогу осилит идущий.

Понятно, к плохому людей склонить куда проще, чем к хорошему, но мы же не одни. Как сказано, если с нами Бог, то кто против нас? Вот бы и не забывать об этом. Даже на душе полегчало. Уже виднелись башни Авалона, мы подъезжали и меня вдруг пробило предчувствие, надо уходить отсюда, скоро в этих местах станет совсем … жарко. В голове зацепилась мысль. Надо ее не забыть и раскрутить. Мысль была о том, что ждет город в ближайшие дни. Надо срочно допросить пленного, не могли же бандиты все таскать в машинах, да и награбили они всего скорее очень много, где все это? Пропить то им это было негде, да и не походили они на пьяниц-хулиганов, совершенно.

Захваченный этими мыслями я несколько отстраненно смотрел на сцену воссоединения отряда. Мы сразу поднялись на второй этаж, где были аккуратно разложены трофеи, собранные сегодня, а к ним мы прибавили новые приобретения, привезенные из Лесного. Вся эта вакханалия азарта и смертоубийственной стали, не могла не приводить всех, разве, что за исключением женщин, в восторг. Громкие голоса, улыбки, быстрые и широкие движения рук, ног, у меня слегка зарябило в глазах. И я решил тихонько уйти в бильярдный зал. Здесь было тих, контраст оказался столь велик, что меня буквально торкнуло, вот она мысль. Скоро начнутся войны, войны за лидерство. Все у кого есть сила, захотят власти, точнее она у них и так была, а теперь они не станут молча смотреть, как она уплывает к военным, которые еще неделю назад были никто и звали их никак (глубокое, кстати, заблуждение, я вот так не считаю, а вот власть предержащие, уверен, так и мыслят).

И вывоз золота (одного из символов и атрибутов власти) в Лесной – первый звоночек. Уверен на сто процентов, и Скороходов, и Крушинин это четко поняли и оценили, не даром они так приглядывались друг к другу, и похоже остались довольны тем, что увидели, они УЖЕ договорились (установили ПОРЯДОК) между собой. Теперь вопрос, а я как к этому порядку отношусь? Правильный ли это порядок? Буду ли я его поддерживать или нет? Вот об этом, как говорила одна южанка, я подумаю завтра, а сейчас надо готовить отход, только вот куда? Уходить надо, потому что мой родной город, имеет одно крайне любопытное свойство – он вытянут вдоль Иртыша, и весь нанизан на одну-единственную улицу, имеющую три названия: проспект мира в нефтяниках (север), красный путь в средней части (центр) и проспект Карла Маркса в ленинске (район жд вокзала (юг), а Авалон ровно посередине, вывод, все кто хочет овладеть городом, просто обязаны будут проехать мимо него, дальше думайте сами…

Вот же попали. Тихо! Без паники. Истеричек и симулянтов за борт. Надо составить план действий и номер раз в нем – допрос. Не выходит у меня из головы база бандитов может и нет ее? А я тут думаю?

Вдруг, что-то заставило поднять глаза, вот так картина, вся моя славная 1 ОСБ, в полном составе молча стоит полукругом передо мной и ждет, спокойно так, когда командир думку додумает. Заметили, что я снова с ними и Кирилл сказал, назидательно подняв палец:

– Атаман думу-думает, а коли так, то мешать ему нельзя. Чего надумал, Глеб? Не поделишься мыслями?

– Отчего не поделиться, соколы ясные, очень даже поделюсь, только, боюсь, головушки ваши буйные от тех мыслей заболят-закручинятся. Не страшит вас участь сия?

– Не, не страшит, давай рассказывай, – хором протянули молодцы, красота и узорочие омское.

– Так слухайте сюда, с копий вы вскормлены, шеломами вспоены, так что не убоитесь беды лютой, беды неизбывной.

Я улыбнулся, встал и уток другим тоном продолжил:

– Вот что, братцы, все расскажу, но чуть погодя. Сейчас другое дело никак не терпит отлагательства. Но как закончим с ним, обещаю, пойдем в думную палату белокаменную, для тех, кто не понял в ВИП-зал. И соберем там Думу боярскую, ну пока еще отрочью. Сядем и все обсудим, договорились?

– Тогда показывайте, куда пленного дели.

Пленник сидел в маленькой почти камере в подвальной части Авалона, и выглядело это помещение, как натуральная средневековая тюрьма, истинное узилище для еретиков. Возможно, хозяева хотели тут аттракцион устроить? Для садомазо? Ну да теперь не узнать, а нам пригодилось. Никаких окон, низкие, сводчатые потолки, вделанные в стены массивные железные кольца, и выложенный керамическими плитками под камень пол, натурально создавал ощущение темницы, а если выключить освещение, то совсем хорошо. Но нам такие радости не нужны. Пока шли сказал Андрею, чтобы он прихватил с собой цифровую камеру, запишем допрос, потом можно будет пересмотреть, так часто бывает, что важная инфа проходит мимо сознания с первого раза не попадая на требуемое место. Заодно и доказательства преступной деятельности получим.

Пленник, имени которого я не знал пока, сидел прямо на полу, прикованный наручниками к одному из колец, вделанных в стену. Точнее, у него были скованы руки, а вторыми наручниками уже прищелкнули его к стене. Так что даже встать он толком не мог. Зато был аккуратно перевязан, рану у него на шее обработали и заклеили пластырем. На полу рядом с ним стояла пластиковая пол литровая емкость с водой. Короче, курорт. Мы с собой притащили пару стульев, чего ноги то ломать, верно?

Когда мы входили, пленный заметно заволновался, видимо, решил, что мы его валить пришли. Честно сказать, мне было противно ломать-корежить человека, но вот право называться так, этот образец потерял, когда стал убивать и грабить. Чтобы не размягчаться до срока, я стал накручивать себя, думая о тех преступлениях, которые этот урод уже совершил, добавил красок, представив, что бы они делали, если бы сумели победить нас и захватить Авалон. Ага, теперь мне его убить хочется собственными руками, а от жалости маловато чего осталось. Так то лучше.

Пока я так размышлял, на лице моем, видимо, отражались внутренние переживания, пленник же неотрывно смотрел на меня и теперь он был просто в ужасе, все самые худшие его подозрения готовы были подтвердится. Не плохо, мне и делать пока ничего не пришлось, а клиент уже поплыл. Значит, не придется ломать, сам расколется. Что я несу?!! Как я говорю? С ума сойти. Захотелось все бросить и просто уйти. Доля секунды. Я сумел удержать себя от паники. Прежний во мне не был готов на такие поступки, он мог воображать их, но не совершать. А теперь пришло время делать. И я пока что на переднем краю, просто не кому передоверить допрос. Вот и все.

– Будем разговаривать – сказал не спрашивая, просто констатация факта.

– Мы уже с тобой беседовали, ты меня можешь не узнать, лица моего ты не видел, но вот голос, помнишь. Поэтому продолжим.

– Жить то хочешь? Или уже нет? Я смотрю, тебе оказали первую помощь, воды дали, в сухой подвал посадили, курорт, блин. Цени, урод, человеческое отношение.

Пленник ничего не ответил, только втянул голову в плечи и уткнул глаза в пол.

– Сейчас я буду задавать вопросы, а твоя задача отвечать быстро и четко. Пока я тебе не разрешил, молчать. Все понятно? Отвечай.

– Понял – угрюмо и медленно ответил пленник.

– Зовут то тебя как, понятливый?

– Толик – буркнул узник совести.

– Тогда вопрос первый: когда была создана ваша банда, Толик?

Вопрос был совсем простой, я специально не стал сразу задавать хитрых тем для обсуждения. Для налаживания диалога.

– Отвечай.

– Три дня назад. Злобный всех собрал, говорит – времена меняются, пора нам жить богато и привольно. Ну, мы и подписались.

– Как он вас собрал, он был один?

– По сотовому обзвонил всех, пригласил в кабак. Нет, был не один, с корешами своими из охраны.

– Что за охрана? Сколько их было.

– Служба безопасности «Корта» слыхали? Вот они в ней работали.

Толик, замолчал, я жестом подстегнул его к дальнейшему рассказу.

– Сколько их было? Четверо. Вместе с ним.

– Где взяли оружие?

– Это Злобный, он раздобыл, я ни при чем, клянусь.

– Я тебя не спрашивал при чем ты. Я тебя спрашивал, где взяли оружие. Отвечай.

Постепенно в пленнике росла потребность говорить, я уже чувствовал, что надо бы ограничивать поток иначе мы и до утра не управимся, а потом еще и расстреливать его, морока одна… ну, и шутки у тебя, Глеб, дурновкусие, однако.

– У них в компании был запас на черный день, или хрен знает зачем, может и для дела какого. Злобный говорил, их регулярно на стрельбище водили с автоматов стрелять. Там всего было припасено нормально, но только легкое оружие, автоматы, ружья, пистолеты, патронов много для всего этого, ну и разной снаряги много.

– Дальше.

– Вот, значит, вызвал их начальник по трубе, говорит, приезжайте, дело есть. А Злобный, он знал что-то. Он сам рассказывал, что еще раньше разведал про схрон, но только не знал, где там все лежит. Места он не знал, вроде только начальник доступ имел. Так он своих корешей собрал, ну тех, троих, и им говорит, мы мужики долго лямку тянули и опять эти твари толстожопые нами заправлять хотят, а на хера мол им такая радость? Пистоли у них имелись. Говорит, если правильно встанут и разом начнут запросто всех положат, там кроме них всего и было человек шесть-восемь, а Злобный и кореша его, я ж говорил, вчетвером. Говорит, мол, главное цели заранее распределить, но эту суку – босса ихнего только для себе, жаль, говорит, нельзя живым оставить, опасен, бля. Так что его он решил валить первым.

– Хорошо рассказываешь, продолжай.

– Ага (с немалой охотой откликнулся Толик, похоже, рассказ его увлек, может он и по прежней жизни был записным балагуром?), ну, договорились они и поехали, заранее пекали зарядили и даже с предохранителей сняли. Босс их всех собрал, говорит, типа вот стволы, будем теперь новую жисть строить, дружиной у хозяина. Потом все к столу пошли, где пушки лежали, а Злобный с корешами стволы достал и всех положил быстро. Он так рассказывал, а уж как было на самом деле, не знаю.

– Что дальше было?

– Ну, контроль провели. Потом вооружились и пошли в дом с хозяевами душевно общаться, потом их в расход пустили. Нас Злобный вызвал на стрелку и тему всю обсказал.

– Ты мне, Толик, свои блатные речи брось, понял? Если да, тогда продолжай.

– Ага, понял. Короче, собрались мы в кабаке одном, смотрим Злобный на «Хаммере» катит, ну думаем, серьезно мужик поднялся. Тоже захотели. А он и говорит, тема есть подняться на самый верх и жить широко. Мол, все теперь можно и ничего не будет. Королями будем, все для нас, бабы, бухло, жратва, все. Стволы, говорит, есть у него, патронов валом, машины еще есть, даже пулеметы. Ну, мы все и подписались в его бригаду, а чего ж отказываться было что ли?

– Ты мне, вопрос задаешь, Толик? Не тот ты вопрос озвучил, я то тебе отвечу, но только на один, подумай на какой тебе важней. Продолжай, что потом делали?

– Поехали на базу. Злобный дом хозяйский решил себе оставить, вот там и базу сделали. Вооружились, пожрали, выпили, эээ, отдохнули, короче…

– Что за заминка, Толик? Ты так складно рассказывал? С кем вы там «отдыхали»?

– Да шлюх привезли…

– И? Кого еще?

– Да, че? Не я ж их вязал? Были там пара баб хозяйских…

– Почему было?

– Злобный их зомбякам скормил – Толик заметно потерял охоту рассказывать. Видно было, что рассказывать этот эпизод он не хочет.

– А сейчас кто-то пленный есть на базе? Отвечай, сволочь, быстро.

– Есть, есть. Двое – доктор и фельдшерица – хирурги, Злобный их специально привез, чтобы если чего лечили.

– Еще кто?

– Нет, не знаю больше, может сам Злобный кого поховал?

– А шлюхи?

– Шлюхи есть, пять штук, и счас сидят.

– На базе остались бойцы? Только не говори, что нет, не поверю.

– Есть двое. Один из корешей Злобного и Костян с ним.

– У вас какая-то радиосвязь с ними должна быть по часам или как?

– Нет, вроде (неуверенно протянул пленник). Злобный всей этой ерунды не любил, захочет, позвонит, не захочет, не станет, а ему на трубу вообще только по тревоге набирать разрешал.

– Ладно, проверим. Где база распложена?

– за Харламово. Там горка такая есть, на ней хозяева «Кордовские» усадьбу выстроили, вроде поместья своего, с рекой рядом.

– На карте сможешь показать?

Толик замялся, он оценивал свои шансы выжить после того, как сольет нам всю ценную инфу. Я решил чуток подтолкнуть его. Не торопясь, развернул карту и сложил так, чтобы остался только сектор с Харламово и окрестностями. И сказал спокойно и размеренно:

– Ты, Толик не думай, вместе поедем, но учти, если, что не так, на ремни пойдешь легкой смерти тебе не видать, понял? Показывай, где база.

Я сунул ему под нос карту области. Он указал пальцем на точку южнее села примерно на пять км у самого берега реки.

– Дорога там есть?

– Есть, хозяева проложили за свой счет до трассы.

– Какое оружие у охраны?