Помоги проекту - поделись книгой:
Владимир Козлов
Фанаты. Прошлое и настоящее российского околофутбола
Intro
Москва, конец октября. Стадион «Лужники». Скоро начнется матч на кубок России ЦСКА-«Спартак» (Нальчик). Лениво покачиваются в седлах конные милиционеры. Из метро выходят немногочисленные болельщики с красно-синими шарфами – сегодняшний матч далеко не самый интересный.
Я иду к одному из кафе «Лужников» – там у меня должно состояться первое интервью для новой книги – книги о футбольных фанатах.
В первый раз я соприкоснулся с футбольными фанатами много лет назад, в 1988 году, в родном городе Могилеве. Тогда мы с одноклассниками оказались в «куче» фанатов команды «Днепр». Рассказ об этом в моем романе «Школа» получился почти полностью автобиографичным, позволю себе процитировать:
В четыре ко мне приходят Крюк и Йоган, приносят старые простыни и синюю гуашь – рисовать флаг. Мы сегодня идем на футбол. «Днепр» (Могилев) – «Искра» (Смоленск). Я раньше нормально рисовал, и они меня раскрутили, чтоб сделал флаг. Мы видели такие у фанатов на той игре: надпись «Днепр» и рисунок – типа волны на реке.
Простыня разрезана криво, по бокам торчат нитки. Яраскладываю ее на полу и пишу карандашом «Днепр», потом рисую волну и закрашиваю все гуашью. Получается коряво. Я говорю:
– Несолидно будет с таким флагом. Может, вообще без флага пойдем?
– Не сцы, – отвечает Крюк. – Надо, чтобы был флаг, остальное – херня.
– И что, ты так вот пойдешь и сядешь с фанатами?
– Как не хуй делать.
– Они же все с Пионеров, враги.
– У фанатов врагов нет, – говорит Йоган. – И там не только Пионеры. Есть пацаны с Менжинки, и с ДОКа есть. Все, кто за «Днепр», – все свои. Так что не сцыте, никто нас не тронет.
Мы берем билеты в девятый сектор – туда, где всегда сидят фанаты. Они уже на месте: человек двадцать, все в бело-синих шмотках, у одного на голове бело-синяя повязка. Один пацан держит горн – видно, спиздил в своей школе в пионерской комнате. Флаги у них, конечно, намного лучше, чем наши: сшиты из кусков синего и белого материала.
– Здорово, пацаны. Можно мы с вами? – спрашивает Крюк.
– А вы с откудова?
– С Рабочего.
– Флаг покажите.
Крюк разворачивает флаг. Фанаты смотрят, лыбятся.
– Ладно, садитесь.
До игры – минут пять. Команды разминаются на поле. Приходит «основа» фанатов со своей бабой. Она ничего, в джинсах-варенках и черной ветровке. Кликуха «основы» – Сипа.
Лысый судья в трусах по колено дует в свисток, и игра начинается. Сипа поднимается и орет:
– В Союзе клуба нет пока…
Фанаты подхватывают:
– …сильнее нашего «Днепра». «Днепр», Могилев, «Днепр», Могилев!
Посидев на фанатской трибуне раза два, я не мог не обратить внимания на то, что народ там присутствует самый разнообразный – от криминальных гопников до «металлистов» и фарцовщиков-модников. Кстати, ни я, ни мои одноклассники тогда особо не задумывались, что такое фанатизм и вообще зачем все это надо. Пришли, сели на трибуну – и все.
Долго я на фанатской трибуне не задержался – отвлекли другие интересы и занятия, и много лет я вообще практически не интересовался футболом и с фанатизмом никак не пересекался. Поэтому книга будет написана «человеком со стороны».
Я не собираюсь идеализировать здесь футбольных фанатов. Это жесткая субкультура, один из важных элементов которой – силовое противостояние. Но я не хочу и демонизировать их, повторяя и тиражируя всевозможные массмедийные штампы и стереотипы. Задача этой книги – постараться рассказать о фанатской субкультуре объективно и непредвзято.
Что такое фанатизм?
Для человека, далекого от футбола, любой, кто надел на себя атрибутику клуба и пришел на стадион, автоматически становится футбольным фанатом. А благодаря активно распространяемым СМИ стереотипам, футбольный фанат сразу превращается в футбольного хулигана, который ходит на стадион только лишь для того, чтобы подраться и устроить беспорядки.
На самом деле все, конечно, по-другому. Прежде всего, не каждый, кто приходит на стадион с шарфом или в майке какого-то клуба, – футбольный фанат. Бóльшая часть людей на трибуне – независимо от того, как они выглядят, – обычные болельщики. Фанаты – это те, кто организованно и активно поддерживает команду, причем не только на домашнихматчах, но и на выездных. Большинство их принадлежит к фанатским группировкам. Однако и среда настоящих фанатов неоднородна.
Кто есть кто
Фанаты делятся на ультрас – тех, кто прежде всего занимается поддержкой команды, «саппортом», и в драках не участвует, – и футбольных хулиганов, хулсов, которые держатся отдельно. Фактически, это тоже фанаты, но для них важна не только поддержка своей команды, но и выяснение отношений с фанатами враждебных команд. Их мир для обычного человека закрыт, что и понятно: футбольное хулиганство, как и любое хулиганство вообще, – вещь незаконная, и футбольным хулсам есть из-за чего «шифроваться».
Есть те, кто занимается только поддержкой, – ультрас; есть те, кто занимается хулиганизмом. Различие здесь такое: если накануне матча встает, условно, выбор – что делать, поехать подраться с хулиганами ЦСКА, которые стоят на соседней станции метро, то хулиганская фирма сто процентов примет решение ехать драться. А группировка ультрас выберет поездку на футбол.
Деление фанатов на хулиганов и ультрас появилось сравнительно недавно. В 1980-е или даже 1990-е годы такого деления не было: активные фанаты и поддерживали команду, и дрались. Теперь же различия между группами стали достаточно четкими.
«Ультрас» – это итальянское словечко, которое на российских стадионах стало модным буквально в последние годы. А раньше – середина девяностых, конец девяностых – вообще никакого разделения не было, всех называли фанатами, в том числе хулиганов.
Кто хочет подраться, знает, с кем на эту тему связываться в Москве или за границей. Каждый занимается тем, что ему нравится. То есть никто тебя не осудит теперь за то, что ты не принимаешь участие в драках. Там уже в фирмах люди проверенные и знают, чего от кого ожидать. А чтобы люди со стороны – это сейчас редкие случаи.
Хулиганское движение куда малочисленнее, чем движение ультрас на сегодня. Ультрас, тех, кто серьезно и активно занимается организованной поддержкой команды – баннеры, флаги и так далее, – у «Спартака» около трех-четырех тысяч. А если мы говорим о хулиганских группировках – не о тех, кто считает себя хулиганами, а тех, кто реально ими является, – то их не более пятисот человек. Но одно без другого существовать в принципе не может. Все, что делается на трибуне, делается совместно – в этом принимают участие и ультрас, и хулиганы. С другой стороны, хулиганские группировки всегда могут защитить – и дома, и на выезде. Их задача – силовая поддержка.
«Саппорт»
Сегодня «саппорт» – поддержка команды на стадионе – представляет собой яркий спектакль с использованием баннеров, флагов, барабанного боя, скандирования и хорового пения. А началось все со стадионных «кричалок» ипесен.
Они появились тогда же, когда появился фанатизм. Поначалу все было достаточно примитивно: на стадионах всего бывшего СССР звучали практически одни и те же речевки, позаимствованные друг у друга. В них лишь менялись названия команд, и для сохранения ритма иногда приходилось переставлять слова или добавлять новые. Хотя, наверное, у каждой из подобных «кричалок» есть автор и есть команда, фанаты которой в первый раз ее «зарядили»; они уже давно стали частью общефанатского фольклора:
Хоть ты лопни, хоть ты тресни, … на первом месте!
На свете (вариант – «в Союзе») клуба нет пока
Сильнее… («Спартак» и ЦСКА рифмуются лучше всего, но и другие названия фанаты умудрялись вставлять.)
… – гол, … – два, … в кубке УЕФА!
… – это я!
… – это мы!
… – это лучшие люди страны!
Или, например, одна из первых «кричалок» против команды соперников:
… – параша, победа будет наша!
Известная «считалка»:
Женщина, которая поет? – кричит «заряжающий». Весь сектор отвечает: Нет!
Женщина, которая дает? – Нет!
Атомная бомба? – Нет!
Ядерная ракета? – Нет!
Алла Пугачева? – Нет! (И так далее, до финальной строки.)
Наш великий и могучий ленинградский клуб «Зенит»! И тогда все отвечают: Да-а-а!
Еще одна разновидность стадионных выкриков, кстати сохранившаяся до сих пор, – замена слов в популярных песнях. В результате популярный шлягер превращается в фанатский гимн.
Но кроме переделанных песен у фанатов существуют и свои. Есть даже музыкальные группы, для которых исполнение песен о любимой команде – одно из главных, если не главное направление творчества. Это, например, «Tomcat» и «Drugly Cats» у ЦСКА, «NZ» у московского «Динамо» или «Бивни» у питерского «Зенита».
Многие «заряды» откровенно оскорбительны по отношению к другим командам – особенно традиционным «врагам». Однако нет смысла обсуждать, плохо это или хорошо. Оскорбление соперника – часть фанатской культуры, и никуда эта практика не уйдет.
Вот что рассказал журналу «Русский фан-вестник» о первых армейских «кричалках» и песнях Александр Беликов («Голос») (№ 20, январь 2001 года):
«Мясная» пропаганда утверждала, что «кони» «кричалки» у них воровали. Это чушь. И я это подтверждаю текстами. Вот одна из самых первых:
Где-то в конце семидесятых начали применять заряд про «мяса нет!», только тогда он звучал так:
И однажды за этот «заряд» забрали в милицию Филимона и стали шить ему антисоветчину: как это так – в Советском Союзе мяса нет, у нас все есть. Филимон задолбался ментам рассказывать, что тут совсем другой фарш имеется в виду.
Были у нас и культовые песни. Гимном был:
Его все знают. А пошел этот гимн после того, как Спорткомитет стал «мясу» поблажки разные делать.
В последнее время футбольные «кричалки» («заряды») и песни превратились в коммерческий продукт – их уже продают в качестве «контента» для мобильных телефонов. И все же без «кричалок» ни один матч при поддержке фанатов не обходится. (Некоторые «кричалки» и песни различных команд приведены в Приложении 1.)
Хулиганы
Если говорить о футбольном хулиганизме, то можно заметить, что он превращается в своего рода спорт. К дракам, составляющим главную сферу деятельности хулсов, основательно готовятся, и участвуют в них те, кто имеет подходящие физические кондиции.
Сейчас люди, которые участвуют в околофутболе, понимают, что если ты хочешь быть в топе, участвовать во всех этих делах, ты должен ходить в спортзал. Если раньше люди котировались условно по тому, сколько они посетили выездных игр, сколько раз они подрались где-то на улице, то сейчас хулиганы зарабатывают свой авторитет в тренировках в спортивных залах. Это хорошо, с одной стороны: люди саморазвиваются, ведут здоровый образ жизни, отказываются от алкоголя, наркотиков и так далее.
В Польше, которая идет по примерно такому же пути, среди самого активного хулиганья очень много профессиональных спортсменов – не просто людей, которые увлекаются единоборствами, а именно инструкторов, мастеров спорта, которые участвуют в соревнованиях. И у нас все тоже постепенно к этому идет, и людей со спортивными достижениями все больше и больше. Сейчас у тебя нет шанса попасть в какую-нибудь топовую фирму, кроме как пойти в зал и усиленно заниматься спортом. Плюс – дух. Если идет драка, «качели» какие-нибудь – человек не должен побежать. Поэтому наши околофутбольные фирмы часто играют в такие игры, как, например, регби; проводится чемпионат среди околофутбольных фирм по регби. Это довольно жесткая контактная игра, которая вырабатывает командный дух. Там основам драки не научишься, но с точки зрения закаливания духа, взаимодействия в команде – это очень хорошо.
Сегодняшний хулиганизм – гораздо более организованный, чем в 1990-е годы. Это признают практически все в фанатской среде. На место спонтанных драк у стадионов и «проводов» враждебных фанатов на вокзалах пришли «забивы», заранее объявленные битвы, о которых договариваются помобильному телефону, засылка «скаутов» – разведчиков, которые часами могут выслеживать группировку оппонентов. Появились и фанатские «фирмы» – группировки из нескольких десятков человек, организованные и с четкой иерархией внутри каждой из них.
Это уже с годами все приобрело глубоко организованные формы, когда люди стали ездить на машинах, с мобильными телефонами, «скауты» появились – разведчики. Позже пошли «забивоны», «стрелки», стали друг к другу приезжать, или там могут просто на чужой выезд приехать, чтобы кого-то побить и уехать, или кого-то «проводить» – накрыть при сборах на выезд. А тогда все было понятно – или до матча, на вокзале или перед стадионом, или после матча. И никто никого не ехал вычислять, потому что все понимали, что фанаты одной команды после матча будут там и фанаты другой туда придут. И хочу сказать, что драки были не менее массовыми и не менее плотными, чем сейчас. В качестве подручных средств использовали пряжки армейских ремней. Ими можно неслабые нанести увечья. Ну, может, не увечья, но можно нехило отоварить.
Когда хулиганизм в России начал зарождаться в середине девяностых, он был такой смешной, не в той форме, в какой его привыкли видеть на Западе, и не в той, что есть сейчас. Но спланированные драки между фанатами появились уже тогда. Почему смешной? Ну, все было организовано не так, как сейчас. То есть собирались около дворца, шли к стадиону, и если милиция прохлопывала, то происходили драки. Тогда вообще понятия такого не было – «футбольные хулиганы». Но время все обтачивает. То есть появился хулиганизм, и жизнь его начала обтачивать, он начал принимать какие-то формы.
В крупнейших движениях российских команд есть свои наиболее авторитетные – «топовые» – хулиганские фирмы. У ЦСКА это «Red Blue Warriors», «КИДС», «Gallant Steeds», «Ярославка», «Shady Horse» и «Заря». У «Спартака» около десяти хулиганских группировок; они разбиты на два альянса: «Юнион» и «Гладиаторы». Основные хулиганские фирмы «Динамо»-«Кэпиталс» и «Пэтриотс».
Поделиться книгой: