Все будет в порядке

Урссон прикрыл глаза и мысленно досчитал до десяти.

– Мадам, мне очень нужна старая записная книжка вашего покойного мужа. Именно та книжка, на которую он получил письмо с угрозой. Я очень надеюсь на вашу помощь следствию.

– Ну конечно же, детектив! - с энтузиазмом воскликнула она. - Я буду рада оказать вам любую помощь. Любую!

Олаф мысленно застонал.

* * *

Вызов застал Дамьена в кафе-автомате, оторвав от соевого бифштекса и кофе того же происхождения.

– Дами? - голос шефа звучал донельзя устало. - Как наш свидетель?

– Вероятнее всего, пустышка, если только парень не провидец. Видел в зеркале целую криминальную историю, но убивали там не сенатора, а бродягу. Я отправил его к информационникам, пусть Микки попозже заберет модельки...

– Хорошо, - перебил его Олаф. - Езжай в контору, у нас кое-что нашлось.

Дамьен с тоской заглянул в чашку с неприятного цвета бурдой, проходящей в меню под видом капуччино.

– Уже мчусь, шеф.

Микки развлекалась какой-то древней игрой, смысла которой Дамьен за два года службы уловить так и не смог. Обе руки в контроль-перчатках так и порхали по воздуху, строя замысловатые конструкции из разномастных деталек. Пестрые фигурки сыпались со всех сторон, поле поворачивалось быстрее, чем Дамьен мог уловить закономерность, от такого зрелища у него мгновенно начинали слезиться глаза. Миккин же рекорд длительности игры составлял 37 минут.

– Дорожка, похоже, ведет в Институт тонких взаимодействий, - сообщил Урссон, подвинув к детективу пару банок квик-клика. - Судя по тому, что мы накопали в информаторе, у них в штате три лицензированных предсказателя и пять телекинетиков. И все работают по одному и тому же проекту.

– Забавно, - хмыкнул Дамьен. - Самые наши клиенты.

Замысловатая конструкция из разноцветных кубиков и шариков на мгновение застыла и разлетелась брызгами фейерверка. Довольная Микки поболтала кистями.

– Мой рекорд для этого уровня.

– Проект называется "Дельта-двойники", и финансировал его, как оказалось, сенатор Фольмах, - продолжал Урссон. - Не сам, конечно, а из Фонда развития методов познания, знаешь, все эти детекторы лжи в школах, обучение под гипнозом... Пару месяцев назад Фольмах получил письмо с угрозой предать его смерти, если он не прекратит работу с Институтом. Так и было сказано: "предать смерти".

– Откуда письмо?

– Анонимный пойнт, - ответила Микки. - Сейчас уже не существует, естественно. И никаких данных не осталось - два месяца прошло.

Дамьен повертел в пальцах опустевшую банку и через весь кабинет швырнул ее в утилизатор. Механизм протестующе пискнул.

– Но это еще не все, как ты понимаешь. Давай, девочка, показывай.

Контроль-перчатки вновь затеяли танец, смешивая голографии на экране.

– Похоже, на нашем проекте сходятся все дорожки. Казначей Партии Неприсоединившихся, чья жена стала первым "запертым" трупом, должен был подписать договор о выделении приличной суммы Институту тонких взаимодействий. После смерти жены он оставил свой пост и сейчас живет в куполе Ньютона на Венере. Вполне возможно, что он также получал угрожающие письма, но связаться с ним сейчас затруднительно. Далее, физик, погибший в вагоне монорельса, семь лет назад стажировался у Генри Германа, который работал... где, по-твоему?

– Все в том же Институте, - в тон ей ответил Дамьен.

– И являлся помощником руководителя проекта "Дельта-двойники" в течение пяти лет, как тебе?

– Мило, - детектив покачал на ладони следующую банку, размышляя, стоит ли ее открывать. - Значит старый астролог, убитый в мобиле, просто обязан оказаться руководителем проекта.

– Вынуждена тебя разочаровать. Руководителя проекта зовут Стен Хекли и он всего лишь администратор - никакой парапсихологической лицензии, а астролог как раз не имел к Институту прямого отношения. Однако, он автор пары статей об использовании зеркал при работе с астральными сущностями, а этими работами живо интересуются в Институте.

– Зеркал? - Дамьен уставился в экран. - Интересно.

– Да, я тоже сразу подумал о нашем свидетеле, - подтвердил Урссон.

– Что касается дополнительных трупов, - безмятежно продолжала Микки, - то было еще двое, которых к "запертым" не относят, но оба работали в Институте. Они убиты три года назад, когда разрабатывалась тема дельта-поля: судя по названию, имеющая отношение к дельта-двойникам. Между прочим, по этим убийствам был подозреваемый: он вымогал у одного из руководителей Института приличную сумму, угрожая, что в случае отказа с ним расправятся точно так же. Был суд, но обвиняемый оправдан за недостаточностью улик.

– А что это за двойники такие, ты не нашла? Клонирование?

– Информации мало и она весьма туманна. Кажется, что-то связанное с измерениями индивидуальных полей в отсутствие самого индивида... Словом, ерунда какая-то.

– Однако же все завязывается именно на этих двойников.

Шеф покачал головой.

– Может быть. А может, и нет. Займись-ка вымогателем, а я, пожалуй, наведаюсь в Институт. Микки, детка, устрой мне встречу с этим, как его... Хекли.

– Уже устроила, патрон. Он ждет вас через полтора часа.

– И перебрось мне в блокнот все материалы об этом проекте. Почитаю по дороге. Да, и покажи заодно Дами морду этого якобы-убийцы.

В воздухе материализовалась моделька испитого желтоватого лица с пронзительными глазами и действительно разными бровями: правая пологая, левая изломанная.

– Телохранитель описал убийцу вот так. Его самого, кстати, отправили к сенсам: если парень окажется медиумом, то этот красавец еще может выплыть в связи с каким-нибудь делом. Запоминай.

Дамьен прицепил клипсу-ассистента, помедлил и сунул в карман крохотный арбалет. Шеф заметил, но промолчал.

Девушка с фиолетовыми лохмами устроилась прямо на ступеньках у входа в Департамент расследований. Похоже, она задремала, потому что вздрогнула, когда Дамьен остановился в шаге от нее.

– Кого-то ждете?

– Вас, - нимало не смутившись, сообщила Акура и выщелкнула камеру из очков. - Детектив Ли, как продвигается...

Дамьен мягко, но крепко подцепил ее за локоть и поставил на ноги.

– Значит так, мадемуазель Акула. Я иду ловить летающие тарелки, лох-несских чудовищ и исчезающих киднепперов, как и полагается служащему из аномального отдела. Когда расследование закончится, вы сможете придумать об этом деле все, что угодно, но сейчас я настоятельно прошу не маячить возле меня целыми днями. Ясно?

– Но детектив Ли...

– Между прочим, сударыня, почему вы придумали такое дурацкое название - "запертые трупы"? Из четверых только одну убили в закрытой комнате, а уж сенатора и вовсе при целой толпе.

Акура поджала губы и сердито прищурила и без того узкие глаза.

– Не надо объяснять мне, как делать сенсации, детектив Ли. Я же не учу вас ловить преступников!

– И слава богу, - совершенно серьезно ответил Дамьен.

* * *

– Детектив Ли, - голос был Миккин, а официальное обращение указывало на то, что рядом какая-то неприятная личность. - Полицейское управление обратилось с просьбой оказать им содействие в расследовании киднеппинга, связанного с "тенями". Они считают, что это дело подпадает под специфику нашего отдела.

– И шеф согласился?

– Начальник отдела дал свое согласие, - голосом малышки Роуз можно было замораживать воду. - Лейтенант полиции Коэн любезно согласился ввести вас в курс дела и хотел бы с вами встретиться в ближайшее время.

– Ну, если шеф не против, значит у него свои виды на "теней". Микки, скажи полицейскому, что через три часа я буду ждать его у входа в "Галакт".

– Хорошо, детектив.

Дамьен отключился и вновь повернулся к собеседнику.

– Прошу прощения. Давайте продолжим.

Бывший вымогатель, подозреваемый в двойном убийстве, а ныне - владелец крошечного магазинчика, торгующего игровым чипами, минифонами и прочей мелочевкой, был плюгав и волосы зализывал на прямой пробор. Все это вкупе с хитрой физиономией сразу наводило на мысль, что из-под полы он приторговывает виртуал-наркотиками или еще чем похлеще.

– В газетах тогда писали, что обоим убитым приходили письма с угрозами. Ну, я и решил попользоваться, молодой был, дурак. Два письма написал, а через неделю меня и поймали: я их с настоящего пойнта отправлял, не своего, правда, но вычислили меня в момент. А раз, решили, я деньги требовал, значит и убивал тоже я.

Дамьен рассеянно скользил взглядом по пыльному прилавку.

– Только это, детектив, была полная чушь. И доказательств у них не оказалось, конечно, так что по убийствам меня оправдали. Ну, за вымогательство штраф взяли, само собой...

Нет, не тянул этот человечек с лицом обезьянки на коварного убийцу, не оставляющего следов. Никак не тянул. Вот с налогами у него наверняка нечисто, да и ворованным запросто приторговывает, но чтобы провернуть такую комбинацию с "запертыми" трупами - слабоват. И Дамьенова интуиция молчала, а ей он доверял едва ли не больше, чем умозаключениям.

– Но с тех пор, детектив, я ни-ни. Чист, как стеклышко!

– Как вы вообще узнали о происходящем в Институте?

– Да дружок у меня там автоматы заправлял. Ну и слышал всю эту историю. А я и думаю, чего бы не примазаться, там у них деньги немеряные. Ну сдуру-то и отправил письма...

* * *

Крохотный пятачок у входа в мюзик-холл "Галакт" чрезвычайно удобно было назначать местом встречи, поскольку потеряться здесь было просто негде. Сейчас на прозрачном бортике лазерного фонтана обжималась лишь парочка подростков. "Живые" тату плавно перетекали с щеки одного на лоб другой, что придавало картине некую сюрреалистичность.

Плечистый полицейский спустился от самого входа в мюзик-холл.

– Лейтенант Коэн, - отрекомендовался он, глядя на детектива почему-то с легкой неприязнью.

– Добрый день, лейтенант. Тут за углом неплохое кафе, может быть, расположимся там?

На протянутую руку полицейский не обратил внимания.

– Я хотел бы прояснить один вопрос, чтобы между нами не оставалось недосказанностей, детектив.

Коэн намеренно сохранял дистанцию метра в полтора.

– Видите ли, господин Динамит, я наслышан о вашей сверхъестественной реакции, но считаю, что ваша слава чрезвычайно преувеличена. Помимо разрекламированной быстроты вы не обладаете необходимыми для расследования качествами и ваша карьера - следствие простой удачи и расположения к вам начальства. Я считаю, что должен был сказать вам это.

Дамьен уставился на полицейского с веселым изумлением. Круглое мальчишеское лицо, честные прозрачные глаза - да, такой способен вбить себе в голову что угодно просто из желания говорить неприятную правду в глаза.

– Спасибо, лейтенант, - спокойно ответил он. - Может быть, теперь мы все же перейдем к делу?

Если Коэн и был обескуражен такой реакцией, то никак этого не показал.

Через два часа Дамьен был беднее на несколько монет, тяжелее на пару безвкусных бутербродов и умнее на длинную, грустную историю о неуловимых "тенях".

Они действовали уже пять лет, и на счету этой странной банды числилось несколько десятков похищенных детей от пяти до двенадцати лет. Письма с требованиями отправляли с фиктивных пойнтов буквально через несколько минут после похищения, выкуп брали только драгметаллами, обмен назначали в старых индивидуальных домах, детей держали на снотворном. До сих пор не удалось выяснить не только, где находились малыши в течение трех-четырех дней, но даже внешний вид членов банды. Они всегда назначали точное (почти точное, вспомнил о собственном опыте Дамьен) время обмена, и при такой невероятной наглости ни одна засада еще не дала результатов.

Вот разве что Дамьен-динамит, да и то живым взять не смог.

Но самая непонятная закономерность - это появление "теней" за пару минут до обмена словно из ниоткуда и такое же невозможное исчезновение. Похоже, похитители обладали весьма действенными средствами скрываться от сетей наблюдения.

Впрочем, в пользу "теней" говорило то, что детей они действительно не убивали. Может, поэтому и не поднималась против них вся система, да и журналисты норовили поискать материал погорячее. Была в самом начале "теневой" карьеры пара несчастных случаев, но тогда полицейские являлись к месту обмена вооруженными до зубов. Один раз, кстати, мальчишку именно полицейский в суматохе и подстрелил.

В общем, создавалось ощущение, что "тени" чувствуют себя слишком свободно. Это Дамьену не понравилось совершенно.

* * *

Больше всего Урссон страдал от духоты.

В кабинете Стена Хекли царила почти материальная жара, чего хозяин не замечал совершенно. Сухой и строгий, в черном костюме, от одного взгляда на который делалось душно, он неподвижно сидел на жестком стуле, разглядывая детектива с плохо скрытым раздражением.

– Господин Хекли, три года назад в вашей лаборатории случилась трагедия: были убиты два сотрудника. У Департамента расследований возникло опасение, что кому-то из ваших работников опять может угрожать опасность.

Ни слова, ни жеста. Олаф вспотел, мечтал о ледяном пиве и с трудом подбирал круглые фразы.

– Мне необходимо получить некоторую информацию, господин Хекли. Скажите, в чем заключается ваш проект "Дельта-двойники"?

– Боюсь, эта информация покажется слишком сложной для вас, детектив, - надменно произнес Хекли.

– А вы попробуйте растолковать мне на пальцах.

– Если кратко, то проект занимается изучением индивидуальных дельта-полей, соответствующих как самому человеку, так и его информационному отражению или двойнику. Вы в курсе, что такое дельта-поле?

– Ни в малейшей степени, - Олафу казалось, что мозги сейчас превратятся в горячее желе.

Стен Хекли осуждающе поджал губы.

– В очень грубом приближении можно считать, что дельта-поле генерируется человеческим мозгом в процессе мышления. Несколько лет назад была разработана методика, позволяющая фиксировать всплески этого поля, соответствующие... можно сказать, отдельным мыслям.

– То есть практическое применение этого метода...

– Детектив! - под обвиняющим взглядом Хекли Олафу стало действительно неловко. - Мы говорим о чистой науке. Фундаментальной, если такое понятие вам знакомо.

– Извините.

– Так вот. Дельта-поле каждого человека индивидуально, со временем мы научились распознавать поле, соответствующее мыслям отдельных людей. По концентрации и характеристикам его мы можем определить, где находится тот или иной человек, даже если расстояние между ним и аппаратурой достигает тридцати метров.