Самые богатые люди Земли. Большая двадцатка

Отец еще в детстве называл Карлоса Мидасом – по имени древнегреческого царя, обладавшего сомнительным даром обращать в золото все, к чему он прикасался. Карлос Слим, к радости отца, имел способность извлекать звонкую монету из чего бы то ни было. По воспоминаниям близких и друзей, за семейным столом смышленый мальчишка ухитрялся продавать родственникам сладости и сигареты. Тогда же у него вошло в привычку записывать в тетрадку все свои расходы, включая напитки и пончики.

Отец умер, когда Карлосу было всего 12 лет. Но к этому времени младший сын сумел научиться у отца основным премудростям науки зарабатывания денег. Даже если бы отец не оставил Карлосу ни песо, можно быть уверенным, что мальчишка бы не пропал. Ведь к этому времени у него уже был свой личный банковский счет, куда он, как рачительный хозяин, откладывал каждый заработанный сентаво. К 15 годам на его счете в банке «Banamex» лежало 5523 песо. Этой суммы вполне хватало на то, чтобы начать собственное дело. Но Карлос решил, что для успеха в современном мире одного только начального капитала будет недостаточно, и отправился учиться на инженерный факультет университета в Мехико. Вряд ли высшее образование могло дать Карлосу больше знаний о том, как делать деньги, чем вложил в него собственный отец. Но Карлос, всегда почтительно относившийся к наставлениям отца, понимал, что университет – это не только новые знания, но и новые связи, которые могут пригодиться в жизни. В университете начинали свой путь те, кому предстояло впоследствии занимать высокие государственные должности, работать в экономике. Так или иначе, для Карлоса университет был своего рода инвестицией в самого себя.

Помимо мудрого совета отца – обзаводиться полезными связями – Карлос помнил и еще один урок. Всегда смотреть в будущее. В свое время именно благодаря этому принципу Слим-старший сумел заложить основы семейного благополучия. В неспокойные годы революции и гражданской войны, когда большинство людей думали только о сегодняшнем дне, Слим успешно пользовался этим. Как только революционные войска Панчо Вильи (Pancho Villa) подходили к столице, владельцы земли и недвижимости готовы были продать все за бесценок, лишь бы получить хоть что-то за свою собственность. И Слим скупал дома и участки, твердо зная, что смута и война рано или поздно закончатся, а Мексика и Мехико никуда не исчезнут… А значит, хорошая земля всегда будет дорогой, на добротные дома всегда найдутся богатые покупатели, а все люди всегда будут испытывать необходимость есть и одеваться… Твердо веря в мудрость и справедливость этих простых законов, молодой Карлос Слим начал создание своей империи с открытия сети магазинов. Маркетинговая стратегия Слима была полностью основана на уроках отца: он развивал сеть магазинов, в которых любой мексиканец, даже самого скромного достатка, мог бы купить товары повседневного спроса по приемлемым ценам. Хлеб, мука, сахар, соль, спички, мыло, табак, бумага, одежда – в магазинах Слима было все, в чем мог нуждаться любой человек. Такая бизнес-модель просто не могла не работать. И в результате к 26 годам Карлос Слим заработал больше, чем его отец. Его капитал перевалил за 400 тысяч долларов.

По мере роста своего состояния Карлос Слим вкладывал деньги во все новые направления деятельности. Если верить в страну, любая серьезная инвестиция окупится с лихвой, – говорит он. Поэтому Слим без опасения прогореть скупал новые интересные активы. Его компании производят сигареты, запчасти для автомобилей, оборудование для нефтедобычи и горных работ, стройматериалы, занимаются страхованием, строительством, пассажирскими авиаперевозками, производством бытовой химии… Пожалуй, в Латинской Америке нет такой отрасли, в которой не присутствовал бы Карлос Слим. На протяжении многих лет мексиканцы не устают повторять одну поговорку: «Не успеешь проснуться, а уже кладешь денежки в карман Карлоса Слима». Учитывая разносторонние бизнес-интересы мексиканского олигарха, это почти чистая правда.

Основанная им торговая сеть «Carso» за пятнадцать лет с момента создания распространилась по всей стране.

Другим источником богатства Карлоса Элу стала добыча руды и угля. Сегодня входящая в группу «Carso» компания «Frisco» стоит в ряду крупнейших в Мексике горнорудных и химических предприятий.

В одной из немногих изданных в Мексике книг о Карлосе Слиме «Портрет без прикрас» независимый журналист Хосе Мартинес (Joseґ Martнnez) писал: Трудно вообразить, как без усиленного лоббирования его интересов парламентариями и ответственными министерскими чиновниками ему удалось бы так быстро, бесконфликтно и, главное, невероятно дешево прикупить целую группу компаний, производящих стройматериалы и электротехнические компоненты, инженерное оборудование и автомобильные детали. Слим, всегда испытывавший явное и глубочайшее самоуважение от того, что смог стать примером понятия self made man – человека, который сотворил себя сам, – и тщательно культивировавший собственный образ миллиардера из низов и народного бизнесмена, к своим сорока годам окончательно и бесповоротно сделался субъектом промышленно-государственной элиты.

Европейские экономисты, исследовавшие природу состояний мексиканской бизнес-элиты, едины во мнении относительно основного фактора ее успеха. Наиболее успешные мексиканские бизнесмены не жалели денег на подкуп государственных чиновников. Слим Элу, безусловно, не является исключением из этого правила. Пользуясь советом отца, Карлос Слим всегда стремился развивать и поддерживать дружеские отношения на самом верху власти, ухитряясь не споткнуться о неровности политических взглядов и разногласий.

Дружба с экс-президентом Мексики Карлосом Салинасом де Гортари (Carlos Salinas de Gortari) позволила Слиму весьма выгодно воспользоваться плодами приватизации и приобрести компанию «Telmex» – монополиста на рынке связи. Одна дружба с «правым» президентом никак не помешала Слиму сотрудничать с «левым» мэром Мехико Андреасом Мануэлем Лопесом Обрадором (Andreґs Manuel Loґpez Obrador), который имел притязания на президентский пост. Благодаря расположению Обрадора Слим получил ряд весьма выгодных подрядов на перестройку исторического центра Мехико…

Неудивительно, что и с нынешним президентом Фелиппе Кальдероном (Felipe Calderoґn), до этого занимавшим высокие посты в национальном банке развития и руководившим энергетикой в правительстве предыдущего президента, Слима связывают давние и прочные отношения…

В 1984 году Карлос Слим Элу выступил инициатором создания ассоциации ведущих промышленников страны «Свободное предпринимательство» («Libre Empresa SA»), сокращенно LESA. В восьмидесятых годах Мексика столкнулась с теми же проблемами, что и Россия. Многолетнее доминирование государства в отдельных отраслях экономики привело к снижению эффективности работы предприятий, ухудшению качества продукции и другим негативным экономическим последствиям. LESA в Мексике можно сравнивать с российским «Клубом на Воробьевых горах», который объединял наиболее могущественных и активных бизнесменов, заинтересованных в приватизации крупных государственных предприятий. Но следует сделать две оговорки. Во-первых, созданная Карлосом Слимом ассоциация была ориентирована только на проведение частичной денационализации определенного комплекса госпредприятий. А во-вторых, LESA изначально создавалась как околоправительственная организация, призванная совместно с правительством выработать эффективные и максимально безболезненные механизмы экономических реформ, а не как мощная лоббистская группировка крупного бизнеса. Конечно, грань между лоббизмом и участием крупного бизнеса в экономических реформах весьма тонка. Поэтому, несмотря на то что приватизация в Мексике не превратилась в банальный передел собственности, Слим Элу да и высшие политические чиновники не избежали обвинений в подковерных играх. Так это или нет, но благодаря участию в деятельности LESA Слим Элу действительно стал вхож в высшие административные сферы, завоевал там признание и влияние, а его контакты с полномочными представителями власти стали носить неформально-дружеский характер. Активная экспансия в самые разные отрасли экономики и умелое использование связей, в том числе и во власти, привели к тому, что концу 1980-х в экономике Мексики почти не осталось сектора, где бы так или иначе не присутствовала корпорация «Grupo Carso» Карлоса Слима. По подсчетам аналитиков, почти ежедневно каждый второй житель и каждое второе предприятие страны сталкивались по крайней мере с одной из структур этого синдиката и становились потребителями его продукции, товаров или услуг!

В 1990 году Карлос Слим решил завоевать еще один экономический форпост – компанию «Telefonos de Meґxico» («Telmex»), монополиста мексиканского рынка связи. В лучших традициях грабительской российской приватизации мексиканский олигарх потратил на покупку телефонного гиганта 400 миллионов долларов, тогда как реальная стоимость компании составляла 12 миллиардов!

Учитывая разницу между заплаченной Слимом суммой и реальной стоимостью компании, нет ничего удивительного в том, что сделка вызвала повышенный интерес общественности и журналистов. Сохранить обстоятельства сделки в секрете не удалось. Выяснилось, что в роли продавца выступил не кто иной, как президент Мексики Карлос Салинас де Гортари. Эта информация произвела эффект разорвавшейся бомбы, вызвала бурю негодования в прессе, череду скандалов в государственных органах. Парадоксально, но для Карлоса Слима скандал с продажей «Теlmex» практически не имел никаких последствий.

Говоря о решительных «партиях» Слима в бизнесе, нельзя не упомянуть о некоторых любопытных деталях, без которых портрет мексиканского олигарха был бы неполным.

Многие годы офис, где ковались миллиарды Слима, находился в бетонной двухэтажной коробке без окон. Купленное по случаю в самом начале карьеры здание электроподстанции или какого-то другого объекта производственно-хозяйственного назначения Карлос оборудовал под офис и упорно не желал тратить время и деньги на переезд в другое, более комфортное место. В этом «бункере» Слим Элу занимал типовой кабинет в полуподвале. Кабинеты такого же размера были и у других работников. Когда местные гиды показывали иностранным журналистам невзрачное здание со словами: «Вон там контора самого богатого человека Мексики», они считали это не слишком удачной шуткой.

Трудоспособность Элу также стала притчей во языцех. Рабочий день миллиардера продолжается не менее 14 часов. По словам коллег Карлоса Слима, для их босса созвать совещание в четыре утра – нормальное явление. Единственная слабость Слима – это сигары. Они помогают ему расслабиться. Их же он использует и как допинг. В кризисных ситуациях, коих в жизни Элу было достаточно, он сутками держался на одних кубинских сигарах…

Немало сигар было выкурено Слимом и в период скандала, связанного с покупкой «Telmex». Но, благополучно пережив шумиху в средствах массовой информации и очередной кризис своей популярности в народе, он с энтузиазмом взялся за создание собственной коммуникационной сверхдержавы.

По мнению экспертов, в результате сделки с президентом Салинасом Карлос Слим стал обладателем ключевой монополии страны, которая, при всей своей известности и масштабности, представляла собой в то время малоэффективную компанию со стремительно дряхлеющей инфраструктурой, неразвитой сервисной системой, вчерашними технологиями и руководством, полностью утратившим чувство реальности и ориентиры в бизнесе.

Только на то, чтобы упорядочить корпоративное управление, выстроить заново техническую базу, создать комплекс клиентских услуг и партнерских взаимоотношений «Telmex», Слиму понадобилось без малого пять лет и свыше 16 миллиардов долларов. Проведенная за этот период радикальная реконструкция, реорганизация и реструктуризация концерна позволила «Telmex» – одному из немногих национальных предприятий – без летального исхода миновать общегосударственную финансовую катастрофу 1995 года, которая обесценила мексиканский песо, разорила товарную биржу Мехико и довела до инфаркта многих инвесторов отечественной промышленности.

Наступление нового века корпорация «Telefonos de Meґxico» встретила уже не прежним подпираемым государством колоссом, а общепризнанным рыночным лидером быстро прогрессирующей коммуникационной индустрии и ведущим поставщиком современных телекоммуникационных услуг с международным авторитетом. Годовой оборот концерна к тому моменту достиг 10 миллиардов долларов, а чистая прибыль составила без малого миллиард.

Однако приобретением и реформированием «Telmex» Карлос Слим Элу, задумавший построить крупнейшую латиноамериканскую телекоммуникационную империю, не ограничился. В 1996 году спецподразделение «Grupo Carso», занимавшееся реформированием телекоммуникационного гиганта, было выделено в самостоятельный холдинг «Carso Global Telecom», первоочередной задачей которого была координация организационных, финансовых и технических средств и усилий группы Элу и ее партнеров по интенсификации этого направления бизнеса, наращиванию его мощностей, совершенствованию операционных систем и качества услуг. При участии корпорации «Carso Global» структура «Grupo Carso» пополнилась, например, фирмой «Condumex», специализирующейся в производстве телекоммуникационного оборудования, а в 1998 году «Carso Global» взяла под свой контроль компанию «Prodigy» – пионера мексиканского Интернета, первого отечественного разработчика и провайдера веб-служб и первопроходца национальной электронной коммерции.

В контексте этого направления деятельности Карлоса Слима Элу весьма курьезным выглядит тот факт, что примерно до 1996 года Слим вообще не пользовался компьютером, а все распоряжения предпочитал отдавать непосредственно при личном контакте или по телефону. Говорят, что сеньор Элу испытывал патологическую боязнь по отношению к компьютерной технике, тщательно обходил ее стороной и, признавая ее несомненное и огромное значение для информационного прогресса и всей нынешней экономики, принципиально не желал осваивать компьютер. По словам биографов Элу, все изменило одно-единственное Рождество, на которое сыновья подарили ему… новейший лэптоп. Будучи любящим отцом, которому не пристало неуважительное отношение к подаркам детей, Слим-старший под их чутким руководством взялся за освоение нелюбимой техники и добрался до Интернета, самостоятельные путешествия по которому и возбудили тот энтузиазм, с которым глава «Carso Global Telecom» впоследствии взялся за воплощение новых веб-технологических идей. Эта история произошла в 1997 году.

К сооружению на основе «Carso Global Telecom» полнофункциональной системы современных коммуникационных сетей и сервисов Слим привлек целый консорциум высокотехнологичных корпораций международного значения во главе с такими гигантами, как «SBC Communications» и «France Teґleґcom», причем первый из них остается стратегическим партнером «Carso» и по сей день. При его участии Элу учредил компанию «Ameґrica Moґvil», ставшую сейчас оператором беспроводных сетей номер один во всей Центральной Америке, а также развернул деятельность совместного предприятия «America Telecom», благодаря которому влияние «Carso Global» распространилось не только на все наиболее развитые южноамериканские государства, но и на территорию Соединенных Штатов.

В 1999 году Карлос Слим вложил полтора миллиарда долларов в обеспечение контроля над несколькими фирмами из США, эксплуатирующими волоконно-оптические сети и центры сотовой телефонии во Флориде и Пуэрто-Рико. В феврале 2000 года на паях с «SBC» он стал совладельцем известного интернет-провайдера «Network Access Solutions». И с тех пор продолжает наращивать масштабы и темпы своей интервенции в сферы мобильной связи и веб-технологий, постоянно расширяя область доступности их услуг жителям Мексики и других стран Латинской Америки.

«Carso Global Telecom» явилась, пожалуй, первой, самой инициативной и энергичной компанией, на деле продемонстрировавшей, каким перспективным и емким для ИТ-индустрии становится сегодня латиноамериканский рынок, – утверждал вице-президент «Microsoft» по этому региону Маурисио Сантильян (Mauricio Santillan), по сведениям которого, начиная с 2000 года в непосредственной связи с возросшей активностью «Carso» по интернетизации Мексики объем продажи компьютеров в этой стране стал увеличиваться скачкообразно – на 30–35 % в год. А данные «International Data Corp.» свидетельствуют о том, что только за счет реализации совместного проекта «Carso Global» и «Microsoft» по созданию единого испаноязычного веб-портала «T1msn» стоимостью 100 миллионов долларов численный состав латиноамериканской аудитории Интернета за три года утроился и насчитывал в 2003 году 24,3 миллиона человек.

Между делом Слим купил несколько компаний мобильной связи по всей Латинской Америке, в результате чего компания Слима «Ameґrica Moґvil» стала главным игроком на этом рынке и обслуживает более 100 миллионов пользователей. В США он приобрел ряд операторов сотовой связи, сеть магазинов «CompUSA», продающих компьютерную технику, и вложился в корпорацию по торговле одеждой и другими товарами класса люкс «Saks Fifth Avenue».

Деловые издания, следящие за жизнью мексиканского олигарха, не перестают восхищаться темпами роста его состояния.

Поражают не столько размеры богатства мексиканца – более 53 миллиардов долларов, – сколько скорость, с какой он их приумножает, – писал в 2007 году российский журнал «Итоги», впервые открывший для российской общественности имя этого богача, не слишком известного за пределами Нового Света. – За 2006 год Карлос Слим Элу разбогател на 19 миллиардов, а за первые месяцы этого года еще на четыре миллиарда и обошел Уоррена Баффета в списке богатейших людей планеты. С такими темпами уже в этом году дон Карлос, похоже, «сделает» и Билла Гейтса.

Прогнозы сбылись. Хотя сам Элу, по крайней мере на публике, остается равнодушным к своему стремительному восхождению. Несмотря на то что он уже довольно давно перенес штаб-квартиру своей корпорации в престижное современное здание в центре Мехико и его просторный кабинет обставлен роскошной мебелью, купленной на аукционах произведений искусства, Слим придерживается консервативных представлений, касающихся быта и образа жизни. Он не замечен в экстравагантных тратах. Единственным хобби миллиардера многие годы был бейсбол. На старости лет Слим увлекся выращиванием карликовых деревьев-бонсай. Оба эти увлечения никак нельзя отнести к разряду элитарных и дорогостоящих. Справедливости ради нужно сказать, что на протяжении многих лет Слим собирал коллекцию произведений искусства. Искусство было не столько страстью самого Слима, сколько слабостью его жены Сумаи. Карлос Слим рассматривал семейную коллекцию скорее как еще один инвестиционный проект. В результате в семейной коллекции Слима наряду с работами Дега и Моне находилось второе после музея в Париже собрание творений Родена. А коллекция артефактов времен ацтеков считалась более впечатляющей, чем экспозиция музея антропологии в Мехико. Однако после смерти Сумаи, которая скончалась от болезни почек в 1999 году, Карлос Слим сделал свои сокровища доступными для публики, выставив всю коллекцию в музее, названном именем жены.

У Слима нет ни виллы, ни даже квартиры за границей. Да и все его путешествия ограничиваются в основном целями бизнеса. Слим Элу изъясняется только на испанском языке. По-английски общается с большим трудом и только в исключительных случаях, как, например, на свадьбе американского посла в Мексике, куда он был приглашен в числе других гостей, многие из которых не знали испанского.

Долгое время Слим считал благотворительность занятием бессмысленным и даже вредным. Однако с годами Карлос Слим перестал быть таким несгибаемым и циничным прагматиком. В последние пятнадцать лет он все больше участвует в различных благотворительных проектах. Сейчас бюджет его благотворительных фондов приближается к 2 миллиардам долларов, и Слим обещает вложить в них еще 10 миллиардов. Правда, по поводу благотворительной деятельности у одного из самых богатых жителей планеты существует свое мнение. Карлос Слим считает, что грантами и пожертвованиями, даже самыми щедрыми, проблем бедности не разрешить.

Богатство схоже с садом, – говорит он. – Вы можете поделиться с другими полученным урожаем, но не самим садом. В него как раз вы должны делать новые вложения, чтобы он рос, становился больше и разнообразнее.

Что касается своего собственного «сада», то Слим Элу никогда не оставлял надежду, что его дети продолжат начинания отца и со временем примут на себя заботу об обширной империи. Только вот срок «передачи власти» дон Карлос все время откладывал, не делая активных попыток по привлечению отпрысков к оперативному управлению компанией.

Только в ноябре 2004 года из сообщений ведущих информационных агентств мира стало известно, что Карлос Слим Элу официально сложил с себя полномочия действующего руководителя синдиката «Grupo Carso», корпорации «Carso Global Telecom» и ассоциированных с ними компаний. Пост председателя правления торгово-промышленной группы, телекоммуникационного холдинга, его основной компании «Telmex» и венчурного предприятия «America Telecom» занял старший сын господина Элу – Карлос Слим Домит (Carlos Slim Domit), а его братья, Патрик и Марко Антонио, возглавили соответственно фирму «Ameґrica Moґvil» и «Grupo Financiero Inbursa» – базовую финансовую структуру фамильной империи.

Однако после произошедшей «смены власти» Слим-старший не ушел на заслуженный отдых. Не прошло и месяца с того момента, как бразды правления «Carso» были переданы его сыновьям, а Слим-старший уже инициировал и лично взялся осуществить очередную перспективную сделку, связанную с частичным или полным выкупом у европейского владельца – «Telecom Italia» – ведущей чилийской компании мобильной связи «Entel». Судя по высказываниям самого господина Элу, его непрекращающаяся деловая активность объясняется вовсе не тем, что он не доверяет детям полноправное руководство бизнесом, – просто он чувствует в себе еще достаточно сил и возможностей для того, чтобы быть полезным бизнесу.

Сейчас Карлос Слим Элу сохраняет за собой должность почетного председателя всех созданных им бизнес-образований. Дон Карлос продолжает контролировать их деятельность и генерировать новые идеи.

58 миллиардов долларов

Уильям (Билл) Гейтс Третий

William (Bill) Gates III

Без преувеличения можно сказать, что Уильям Гейтс Третий, более известный миру под именем Билл Гейтс, является пусть и не самым богатым, зато самым известным миллиардером на планете. Одни называют его человеком, оказавшим наряду с Лениным, Гитлером и Иисусом Христом самое большое влияние на ход истории человечества, другие совершенно серьезно считают Гейтса живым воплощением вселенского зла и утверждают, что если записать имя Гейтса в ASCII-кодах и сложить эти цифры, то получается печально известное библейское число – знак Антихриста: B I L L G A T E S 3 = 66 + 73 + 76 + 76 + 71 + 65 + 84 + 69 + 83 + 3 = 666…

Свободный проект «Википедия» в статье про Гейтса указывает, что его образ является объектом поп-культуры, пародируемым в телешоу, фильмах, видеоиграх и литературе. В образе Гейтса рисуют обычно маниакальных глав суперкорпораций, однако иногда случается, что «гейтсоподобный» юноша в очках символизирует собой хакера-гения. Иногда героем художественных произведений становится и лично Гейтс. Российский шоумен и телеведущий Владимир Соловьев в своей книге «Евангелие от Соловьева», одной из тем которой стала тема богатства и тщеславия, сделал Билла Гейтса одним из главных героев авантюрно-фантастического повествования.

Создатель самого популярного в современном мире программного обеспечения родился 28 октября 1955 года в Сиэтле, штат Вашингтон. Мальчика нарекли тем же именем, которое носили его отец и дед, – Уильям. Так он стал третьим по счету Уильямом в своей семье. К слову сказать, «аристократическое» дополнение к имени в виде цифры вполне соответствовало консервативному пуританскому духу, который сохраняло и исповедовало семейство Гейтсов. Дед Билла – Уильям Генри Гейтс Первый (William H. Gates I) – был уважаемым и преуспевающим банкиром. Его отец, Уильям Генри Гейтс Второй (William H. Gates II), закончил Вашингтонский университет и долгое время работал помощником районного прокурора в Бремертоне. Мать, Мэри Гейтс (Mary Gates), урожденная Максвелл, занималась преподавательской деятельностью, а также была регентом Вашингтонского университета и председателем гуманитарной организации «United Way». Вера в Бога, трудолюбие, бережливость были главными заповедями для всех членов этого семейства. До тех пор, пока не появился Билли…

Младший Гейтс буквально с самого рождения стал проявлять независимый характер и испытывать на прочность устоявшиеся семейные порядки. Папаша Гейтс позже вспоминал: Будучи младенцем, Билл сам раскачивал свою люльку. Когда строптивый младенец выбрался из пеленок и встал на ноги, родители поспешили отдать его на воспитание в местную частную школу. Но ни строгие нравы родителей, ни наказания учителей этого дерзкого «заморыша» не сломили. Ребенок игнорировал родителей и учителей, отказывался подчиняться школьным правилам и вообще вел себя так, как будто окружающее его общество не имело к нему никакого отношения.

Однажды, после того как родители не смогли заставить Билла убрать свою комнату, они переселили непокорного сына в подвал дома. Как-то в час обеда мать позвала Билла к столу, позвонив по внутреннему домашнему телефону. Сын не откликался. Наконец мать не выдержала и позвонила еще раз:

– Почему не отвечаешь? Что ты там делаешь?

– Я думаю, – отвечал сын.

– Так ты думаешь? – вышла из себя мать.

– Да, мамочка, я думаю. А тебе хоть когда-нибудь приходилось думать? – с вызовом парировал сын. Гейтс в то время учился в шестом классе…

Отчаявшись найти общий язык с сыном, родители обратились за помощью к психиатру. После нескольких сеансов психиатр констатировал: «Битву с сыном вы проиграете. Поэтому я советую вам приноровиться к нему. Даже физические наказания здесь не помогут. Конкурировать с ним бессмысленно и безнадежно». К счастью, родители Гейтса-младшего были людьми разумными. Они прислушались к совету.

«Конкурировать с ним бессмысленно и безнадежно»… Прошли годы, и многие гиганты американского бизнеса на собственном опыте узнали, что такое конкурировать с ним. В течение двух десятилетий Уильям Генри Гейтс III оставил позади многих конкурентов. Билл Гейтс, двенадцать лет удерживавший звание самого богатого человека на планете, стал символом компьютерной эры.

По воспоминаниям друзей и родителей, в школе Билл увлекся театром и мечтал стать актером. Он даже сыграл главную роль в постановке «Черная комедия» комедиографа Шеффера. Но это, пожалуй, было единственным достижением Гейтса за первые семь классов учебы. К седьмому классу Гейтс скатился до двоек в табеле по большинству предметов и оказался под угрозой отчисления из престижной Лейксайдской школы. Парень имел у учителей и учеников репутацию шута и балбеса. Особых усилий для этого не требовалось: долговязый несуразный очкарик имел привычку покачиваться из стороны в сторону, отвечая у доски, чем вызывал у одноклассников приступы хохота. Гейтс мог запросто растянуться на ровном месте во время урока физкультуры или почти случайно налететь в коридоре школы на учителя или кого-нибудь из администрации… Душеспасительные беседы родителей, сменявшиеся откровенными угрозами, Гейтс выслушивал с рассеянно-пренебрежительным видом, все так же покачиваясь в такт словам, как какой-то фантастический метроном. На его поведение не повлияла даже новая тактика, придуманная родителями: давать детям 25 центов в награду за каждую отличную оценку.

Все изменилось внезапно, когда Клуб матерей Лейксайдской школы собрал деньги на приобретение вычислительной машины для школьников. Билл и его школьный товарищ Пол Аллен (Paul Allen) настолько увлеклись процессом программирования, что отдавали этому буквально все свое время. По словам Аллена, они засиживались в школе до четырех утра, составляя программы, и проводили у компьютера все выходные.

Первая программа, которую они создали, превращала одну математическую систему в другую. По легенде, вторая программа помогала эффективному планированию учебных часов. Гейтс использовал программу для того, чтобы записаться в тот класс, где были привлекательные девочки.

Занимаясь только тем, что было ему интересно, Гейтс не отличался особой успеваемостью. Такое пренебрежение к учебе и требованиям школьных преподавателей было формой бунтарства. Однако 9-й класс Билл неожиданно закончил с отличными оценками. Даже не заглядывая в учебники, Гейтс вошел в первую десятку лучших учеников Америки при сдаче «теста способностей».

Стимулом к учебе стала та самая электронно-вычислительная машина, появившаяся в школе. Школьный факультет программирования вел учитель математики, чуть ли не единственный педагог, не имевший особых претензий к Биллу Гейтсу. Позже педагог вспоминал, что однажды вечером он забрел в аудиторию в поисках забытой шляпы. Билл Гейтс сидел перед машиной и что-то писал.

– Слушай, ведь уже поздно, – сказал учитель. – Тебе, пожалуй, пора домой.

– Ничего, – почти не отрываясь от своих бумаг, ответил Гейтс. – Я позвонил отцу и сказал, чтобы он не заезжал за мной. Я доберусь на последнем автобусе, в одиннадцать часов.

Когда история повторилась во второй и в третий раз, родители забеспокоились. Но оказалось, что Билл действительно сидит дотемна перед этой громадной машиной в компании своего одноклассника Пола Аллена, мальчика из хорошей семьи. И они что-то пишут. Что именно, родители узнали спустя несколько месяцев, когда муниципалитет Сиэтла приобрел у Билла Гейтса и Пола Аллена компьютерную программу анализа дорожного движения и управления светофорами в часы пик. Труды двух школяров были оценены в 20 тысяч долларов.

Потом друзья получили заказ на еще более серьезный, сложный и выгодный проект – написание программного пакета по распределению энергии Бонневильской плотины. И, как можно легко догадаться, успешно его выполнили.

В те годы ближайшим другом Гейтса был Кент Эванс (Kent Evans), сын священника.

Мы вместе читали журнал «Форчун» и мечтали о том, как завоюем весь мир, – вспоминает Гейтс. – Я до сих пор помню номер его телефона.

Билл, Кент и Пол основали компанию «Lakeside Programmers Group» и стали обслуживать местные фирмы. Именно тогда, еще на школьной скамье, Пол Аллен предпринял первую из своих попыток «бортануть» Гейтса и взять все дело в свои руки. Но вскоре Пол убедился, что в создании программных кодов ему необходим неистощимый и неутомимый Билл. И Пол пригласил его. «О’кей, – сказал Гейтс, – но лишь при одном условии: боссом буду я».

Всю свою дальнейшую жизнь Гейтс если и шел на какие-либо компромиссы, то непременным их условием было «боссом буду я».

Эванс, чтобы отвлечься от работы, занимался альпинизмом. Один из его походов окончился трагически – он сорвался и погиб. Это была первая трагедия в жизни Гейтса. До этого, по его признанию, он никогда не думал о смерти. Две недели Билл провел как в тумане, ничего не делая. Смерть Эванса еще больше сблизила Гейтса с Алленом. Именно с подачи Аллена он стал, как впоследствии стали говорить, «самым знаменитым недоучкой Гарварда».

В знаменитый Гарвардский университет Билл Гейтс поступил в 1973 году. Подающий большие надежды программист-самоучка решил пойти по стопам отца и изучать право. Но в этом респектабельном учебном заведении юноша явно скучал: его не интересовали правовые аспекты и законодательные нюансы. Ему нравились две вещи: техника и покер. Гейтс вел себя как настоящий американский студент – сутками играл в карты, сдавал экзамены на «отлично», ни разу не посетив занятий, и жаждал иного приложения своих незаурядных способностей.

И в конце концов дождался. История, уже ставшая частью легенды о рождении компании «Microsoft», гласит: Декабрьским днем 1974 года в Гарвард приехал Пол Аллен. Подобно калифорнийскому урагану ворвался он в комнату своего закадычного друга, потрясая свежим выпуском журнала «Популярная электроника», обложку которого украшало фото «Altair-8800», созданного фирмой «MITS». «Первый в мире микрокомпьютер, способный состязаться с коммерческими моделями» – сообщал заголовок под судьбоносной фотографией. Это была одна из первых ласточек в индустрии компьютеров для рядового пользователя. Ведь основная проблема заключалась в том, что обычному пользователю, не обладающему навыками профессионального программиста, было крайне затруднительно разобраться со столь сложным устройством. Чтобы запустить компьютер в широкие массы, необходимо было новое программное обеспечение, простое и понятное любому человеку. И Гейтсу с Алленом хватило интуиции и таланта, чтобы понять, что они, юные золотоискатели, нашли свою счастливую жилу в этом Клондайке. Друзья тут же позвонили в «MITS» и сообщили, что они разработали версию языка программирования BASIC специально для компьютеров типа «Altair». Это был чистейший блеф – никакого языка у них тогда и в проекте не было. Но компания согласилась рассмотреть их предложение, и работа закипела. Творить приходилось практически вслепую – ни «Альтаира», ни его чипа у молодых людей не было, им приходилось симулировать действия этого компьютера на старой школьной машине «PDP-10». Через полтора месяца авральной творческой деятельности программа была готова и – о чудо! – подошла к «Альтаиру» как родная. Контракт был заключен.

Так родился рынок программного обеспечения! – без лишней скромности резюмирует сегодня Гейтс. Но вместе с этим произошло и еще одно событие, едва ли не более значимое для дальнейшего развития компьютерных и информационных технологий, – рождение компании «Microsoft».

Бросающаяся в глаза почти евангельская схематичность сюжета отнюдь не является надуманной для того, чтобы подчеркнуть значимость этого события. Действительно, между подписанием контракта с «MITS» и созданием «Microsoft» прошло не больше суток. В тот же день, когда президент компании «MITS» заявил, что готов подписать контракт с молодыми программистами, Гейтс и Аллен сделали еще массу дел. Сняли комнату в мотеле через дорогу от офиса «MITS». Созвонились с компанией Пола и деканатом Билла. Первый сообщил, что увольняется, второй – что берет академический отпуск. Потом Билл набрал номер родителей и предупредил, что в течение полугода не сможет их навещать.

– У тебя все в порядке? – забеспокоилась мама.

– Да-да, не волнуйся. Просто я буду очень занят, – ответил Гейтс.

Времени до вечера оставалось немного, но они успели зарегистрировать в муниципалитете Альбукерка товарищество «Microsoft». Это произошло 4 апреля 1975 года.

Открыв свое предприятие, молодые люди вспомнили о школьных товарищах – таких же компьютерных маньяках – и предложили им работу в своей фирме. Это предложение было больше всего похоже на авантюру…

Первые шаги «Microsoft» были, по сути, прогулкой над пропастью. Когда Гейтс и Аллен переехали в Альбукерк и начали работать для «MITS», они связали свою судьбу с начинающей компанией, которая в любой момент могла разориться, что и случилось через несколько лет. Но Гейтс уже бросил учебу и посвятил свое будущее программной индустрии: пути назад в общем-то не было. После того как «MITS» обанкротилась, компаньоны переместили свою едва сформировавшуюся фирму в Сиэтл и наладили отношения с несколькими другими начинающими фирмами, создавая для них программы на основе языка BASIC. В конце 1970-х годов произошел первый кризис индустрии программного обеспечения, который как волна смыл маленькие начинающие компании. «Microsoft» с большим трудом держалась на плаву до 1977 года, когда заключила контракт с «Apple» на изготовление программного обеспечения для компьютера «Apple-2».

Гейтс и Аллен были очень инициативными предпринимателями. Они создали лицензионные программы для многих фирм, пробившихся на рынок в конце 1970-х – начале 1980-х годов и занимавшихся выпуском новых домашних компьютеров. К июлю 1980 года, когда «IBM» наконец решила, что ей пора выйти на компьютерный рынок, «Commodore», «Radio Shack» и «Apple» уже использовали операционные системы, созданные «Microsoft».

Гейтс убедил «IBM» доверить ему разработку программного обеспечения для персонального компьютера, созданного на основе нового шестнадцатибитного микропроцессора «Intel 8088». Гейтс и его компаньоны купили у Тима Патерсона (Tim Paterson) из «Seattle Compute Products» так называемую «Q-DOS» (Quick Disk Operating System – быстрая дисковая операционная система) для 16-разрядных процессоров «Intel» и переработали ее под заказчика. В результате на свет появилась «PC-DOS» – первая версия того, что весь мир знает теперь как «MS DOS». Это достижение было передано «IBM», которая, видимо, не сумев предугадать всей серьезности перспектив индустрии персональных компьютеров, за смехотворную цену оставила авторские права на операционную систему компании «Microsoft». Ошибка, ставшая роковой и хрестоматийной.

Сегодня уже мало кто может представить, что всего этого могло бы не быть – ни «мышки», ни текстового редактора, ни «окошек», позволяющих без всяких интеллектуальных усилий работать с документами, таблицами и рисунками. А ведь тогда мир был бы совсем другим! «Microsoft» реализовал идею персонального компьютера в каждом доме. В «IBM» спохватились и попытались было создать свою операционную систему, но особым успехом она не пользовалась. Поезд, как говорится, ушел. Уже в 1993 году на 90 % ПК во всем мире была установлена операционная система «Microsoft». А состояние Билла Гейтса достигло 7,4 миллиарда долларов.

Наступившая эра Интернета принесла «Microsoft» новые прибыли. Компания выпустила удобный браузер «Internet Explorer» и долгое время продавала его в одном комплекте с «Windows».

В результате этого головокружительного взлета сегодня и в ближайшее время вряд ли кто может оспорить лидерство компании «Microsoft» на мировом рынке операционных систем и программного обеспечения для ПК – ей достается от 80 до 90 % прибылей.

Нарушение антимонопольного законодательства и нечестная конкуренция – самые распространенные, но далеко не самые тяжкие обвинения, которые раздаются в адрес «Microsoft» и лично Билла Гейтса. В 2006 году компанию в судебном порядке обязали выплатить штраф в размере 1,1 миллиарда долларов за нарушение антимонопольного законодательства США. Не так давно, в начале 2008 года, «Microsoft» выплатила очередной штраф, назначенный на этот раз Евросоюзом из-за невыполнения требований европейских органов по защите конкуренции. Сумма штрафа составила 1,4 миллиарда долларов.

Один из исследователей деятельности Гейтса сравнивает его с гигантским медведем, которого преследует стая охотничьих собак. Конкуренты – «Netscape», «Oracle», «Sun Microsystems».

Это почти крестовый поход – не допустить, чтобы мир смотрел в будущее лишь сквозь гейтсовские «окна» – «Windows», – пишет журналист.

Гэри Рибак (Gary Reback), адвокат по антимонопольным делам из Силиконовой долины, много лет представляющий интересы компании «Netscape», в одном из своих обличительных интервью, посвященных деятельности Гейтса, нарисовал следующую, весьма безрадостную картину будущего человечества: Гейтс пытается использовать свою нынешнюю монополию, чтобы затормозить развитие новых технологий. Если «Microsoft» будет позволено вживить свой веб-браузер в оперативные системы, никто не знает, куда отодвинутся пределы его монополии. Он захватит финансовые трансакции, туристический сервис, всё… У них планы монополизировать все, к чему они прикасаются.

Против Гейтса и «Microsoft» объединяются многочисленные юридические фирмы, Федеральная комиссия по торговле, Министерство юстиции США, бывшие друзья, ставшие злейшими врагами. Бывшие единомышленники Гейтса обвиняют его в том, что своими методами конкуренции он подорвал и отравил этическую атмосферу сотрудничества хакеров, которая царила на заре персональных компьютеров. Бывший коллега Гейтса, Роб Глезер (Rob Glazer) , так охарактеризовал своего шефа: Гейтс безжалостный дарвинист. Он не хочет нашей общей победы. Он хочет победы только для себя и поражения для всех остальных.

Гейтса эти обвинения всегда приводили в бешенство.

Если бы не наша беспощадность, где бы мы были сейчас? – говорит он. – «Oracle» и «IBM» давно бы поглотили нас. А разве «Sun», «Lotus», «Netscape» менее беспощадны, чем мы?!

В 1998 году попытка «Microsoft» заставить весь мир пользоваться исключительно ее собственным браузером «Internet Explorer», включенным в очередную версию «Windows», закончилась тем, что антимонопольные органы США вчинили «Microsoft» серьезный иск, обвинив корпорацию в нечестном обращении с конкурентами и потребителями. В ходе судебного разбирательства, где Гейтса допрашивали в общей сложности 17 часов, свидетелями были представлены электронные письма высшего руководства «Microsoft», в которых оно в свое время обещало – буквально – загасить и задушить «Netscape»… Однако перед судом Гейтс и его компаньоны отказались повторить эти «обещания».

Стремление Гейтса к «абсолютной власти» в области компьютерных информационных технологий делает его одной из самых противоречивых фигур в современном мире.

Журнал «People» называет Гейтса воплощением истинного предпринимателя-инноватора. В одной из редакционных статей издание разродилось следующим сравнением: Гейтс в сфере программирования значит столько же, сколько Эдисон в отношении к электрической лампочке: отчасти инноватор, отчасти предприниматель, отчасти торговец, но неизменно гений.

Журнал «Playboy», также всегда щедрый на дифирамбы в адрес «компьютерного гения», в 1991 году опубликовал материал, в котором «Microsoft» упоминается как спаситель индустрии программирования.

Роль DOS как унифицированного компонента большинства персональных компьютеров помогла укрепить позиции США в качестве эпицентра мировой программной индустрии, – писал «Playboy».

В апреле 1991 года «Forbes» поместил фотографию Гейтса на обложке и задал вопрос, смысл которого каждый мог трактовать по-своему: «Может ли кто-нибудь остановить его?»

Этот вопрос не потерял актуальность и сейчас, спустя 17 лет, в течение которых Билл Гейтс еще больше укрепил свои позиции.

Правда, говорят, что появление детей смягчило жесткий и бескомпромиссный характер отца-бизнесмена. Гейтс якобы стал понимать, что в жизни есть вещи поважнее успеха и денег. Рассказывают даже, что во время деловых встреч Гейтс вдруг может достать фотографии своих детей и продемонстрировать их собеседнику с нескрываемой гордостью и нежностью.

Женился Гейтс поздно, только в 1994 году, на Мелинде Френч (Melinda French), которая стала Мелиндой Гейтс. В 1996 году у них родилась дочь Дженнифер, в 1999-м – сын Рори, в 2002-м – дочь Фиби.

История женитьбы Гейтса так же нетривиальна, как и его восхождение в бизнесе. До Мелинды у Гейтса было одно сильное увлечение. В 1994 году на компьютерной конференции он встретил Энн Винблад (Ann Winblad), бизнес-леди, также работающую в области программного обеспечения. У них завязался роман, носивший вначале даже не платонический, а скорее виртуальный характер. Они вели активную переписку по электронной почте. Находясь в разных городах, влюбленные договаривались смотреть один фильм и читать одну книгу, а потом часами обсуждали это по телефону. Энн заставила Билла стать вегетарианцем (расставшись с ней, он снова принялся за мясо). Отдыхая в Бразилии, Энн и Билл проштудировали совместно 1100-страничный учебник Джеймса Уотсона (James Watson) по молекулярной биологии и генетике, а также материалы по биоинженерии. В следующий отпуск в Санта-Барбаре влюбленная парочка слушала записи не романтической музыки, а лекций физика Ричарда Фейнмана (Richard Feynman) из Корнельского университета.

Но в 1987 году они расстались. Энн, которая была на пять лет старше Билла, уже дозрела до замужества, а Биллу еще не хотелось связывать себя узами брака. Однако они остались очень близкими друзьями, настолько близкими, что когда Гейтс решил жениться на Мелинде, он… пошел советоваться с Энн и даже просил ее разрешения на брак! Более того, с согласия жены Гейтс каждый год один из своих отпусков проводит с Энн. Каждую весну они отправляются на затяжной уик-энд в прибрежный коттедж на Аутер-Бэнкс в Северной Каролине.

Мы обмениваемся мнениями о себе и о мире, – говорит Энн.

Мы обсуждаем проблемы биотехнологии, – замечает Билл. А вот с Мелиндой Гейтс изучает не биотехнологию, а… пение. Впрочем, и им не чужды интеллектуальные забавы. Мелинда и Билл решают 1000-клеточные кроссворды, которые готовят специально для них мастера этого жанра.

Дом в окрестностях Сиэтла, в котором сейчас живет семья Гейтса, его хозяин построил, еще будучи холостяком. Этот фантастический дом упоминается в книге Гейтса «Дорога в будущее» («The Road Ahead»), которая была написана им совместно с Натаном Майрволдом (Nathan Myhrvold) и Питером Райнерсоном (Peter Rinearson) и издана в 1994 году на нескольких языках, в том числе и на русском. К книге прилагается компакт-диск с интерактивным путеводителем по дому Гейтса. Общая площадь дома составляет 4 тысячи квадратных метров. Чтобы составить представление о масштабах строения, достаточно сказать, что только гараж дома рассчитан на 28 автомобилей. Дом полностью компьютеризирован. Около 100 компьютеров соединены в сеть и следят за каждым шагом хозяина и гостей, автоматически включают и выключают свет, настраивают телевизор на любимые телеканалы, в нужное время включают музыку, отправляют почту, регулируют температуру воды в ванне и т. д. Каждый посетитель, как и хозяин, получает булавку с личным микропередатчиком, сигналы которого отслеживаются приемными системами и запоминаются на будущее. Таким образом, дом «знает» всех своих обитателей. На постройку дома Гейтс потратил 53 миллиона долларов.

Только земельно-имущественные налоги с жилища Гейтса составляют около миллиона долларов в год. Между тем сам хозяин озабочен отнюдь не тяжестью налогового бремени, а нехваткой пространства, в связи с чем за последние несколько лет Гейтс официально оформлял право на перепланировку и пристройку к дому новых помещений.

Помимо прочего в доме имеется большая увенчанная куполом библиотека. Не чуждый интереса к культурному наследию, Гейтс приобрел некоторое количество различных культурных ценностей, среди которых – собрание работ Леонардо да Винчи «Codex Leicester». К чести Гейтса нужно сказать, что работы Леонардо да Винчи в 2003 году он передал из своего частного владения в Музей искусств Сиэтла. Но стоит ли удивляться? Ведь Гейтса никак нельзя назвать домоседом: здесь он проводит максимум 8–9 часов в сутки.