Главный свидетель

Строго говоря, идеологические проблемы в той или иной мере уже затронуты в предыдущих разделах главы, и все же хотелось бы продолжить эту тему ввиду ее исключительной роли в жизни страны и в перестроечные, и в постперестроечные годы.

«Архитекторы», «прорабы» и прочие идеологи и организаторы перестройки прекрасно понимали, что коренные экономические и политические преобразования в стране возможны лишь при их поддержке большей или хотя бы значительной частью общества. Однако к восьмидесятым годам, уже в далеком героическом и славном прошлом осталось то время, когда партия напрямую действительно опиралась на рабочий класс и крестьянство и вместе с ними составляла, можно сказать, грозную силу. Постепенно эта связь становилась все более формальной и односторонней – сверху, от партии к массам и намного, намного слабее – снизу, от масс к партии. К тому же мощное воздействие на формирование духовной жизни общества стали оказывать бурно развивавшиеся средства массовой информации, в первую очередь телевидение и радио, а также ежедневные газеты и еженедельники, «тонкие» и «толстые» журналы. Ну, а кто там работал и определял их позиции? Естественно, люди интеллектуального труда. Так интеллигенция оказалась на авансцене политической жизни, и от нее в огромной, а вскоре и в решающей мере стал зависеть «климат» в духовной жизни народа, общественное сознание и гражданское, политическое поведение широких кругов населения.

Получить поддержку перестройки со стороны интеллигенции можно было, только обеспечив в стране реальную свободу слова.

Руководство страны, в том числе и пишущий эти строки, были за такой поворот в жизни общества – в сторону его открытости как внутри государства, так и внешнему миру. Для многих из нас было очевидно, что с учетом нашей сложнейшей истории делать это нужно весьма осторожно и взвешенно, дабы не раскачать государственный корабль. Каким бы он ни был, но это был наш корабль, на котором мы все плыли со своими радостями и невзгодами, и подвергать опасности его даже во имя прекрасного будущего, отправив на дно вместе с пассажирами, было недопустимо.

Провозглашенная гласность, ослабление, а затем и полная отмена цензуры, «плюрализм мнений» немедленно сказались на всплеске прежде всего политико- идеологических публикаций. Резко выросли тиражи «толстых» журналов. К примеру, «Новый мир» достиг полуторамиллионного тиража. К сведению, в нынешнее «демократическое» время, свободное от официальной цензуры, тираж этого журнала в 2005 году был всего 8 тыс. экземпляров.

Помню, как в те годы Правительство страны лихорадочно искало возможность увеличить объем бумаги для журналов и газет. Пришлось резко повысить поставки бумаги из Финляндии и других стран. Считая линию на свободу выражения мнений правильной, мы делали все, чтобы печатным органам было на чем публиковать свои, в том числе и антиправительственные статьи. Сейчас, насколько я информирован, такой проблемы нет. Есть деньги – покупай бумагу и печатай, нет – закрывайся, но к правительству не смей даже обращаться: отношения-то рыночные…

В 1986 году произошла смена руководства ряда центральных изданий. Во главе их были поставлены либерально-коммунистические «шестидесятники». Особенно отличались в критике прошлого и «застойных чиновников» настоящего газета «Московские новости» во главе с Е. Яковлевым и журнал «Огонек» во главе с В. Коротичем.

Мне вспоминается история его назначения на пост главного редактора «Огонька». До того он работал и жил на Украине. Во время обсуждения этой кандидатуры некоторые товарищи, хорошо знавшие Коротича, возражали против его перевода в Москву. Но все решил Е. Лигачев, который со свойственным ему напором добился назначения своего протеже, считая, что тот будет хорошим «перестройщиком». Егора Кузьмича можно было понять. У меня в домашней библиотеке хранится книга «Лицо ненависти» будущего главного редактора журнала. Посвященная его поездке по США, она бичевала американский расизм. Впоследствии, в постсоветское время, он в течение многих лет там работал и жил (а по существу скрывался), но знали ли студенты и преподаватели учебного заведения, где он преподавал, что писал этот профессор об их стране раньше? Вряд ли! А вот Лигачев и другие его соратники читали этот опус и, безусловно, он повлиял на назначение Коротича главным редактором журнала. Ну, это так, к слову, просто один из примеров гибкости ума и совести многих из наших «интеллигентов».

Думаю, что это было время расцвета гласности. Появилось много новых «смелых» фильмов, пьес, книг и т.д. Но постепенное расширение сфер, доступных для публичного обсуждения, продвижение к свободе слова, получившее наименование «гласность» (это слово вошло во все словари мира без перевода), очень скоро превратилось в шквал информации, в том числе недостоверной и просто высосанной из пальца, все более откровенно направленной против существовавшего общественного и государственного строя. Для этого прежде всего использовались черные страницы нашей жизни, а их, к сожалению, было немало в сталинскую эпоху. Конечно, за десятки лет, прошедших с тех пор, многое изменилось в стране, она стала другой, но тем не менее прошлое стало орудием для разрушения ее настоящего и, как вскоре стало очевидно, и будущего тоже.

За несколько лет свобода слова, вместо того чтобы находить конструктивные подходы к лечению болезней общества, была использована для того, чтобы его уничтожить.

Однако политика поддержки гласности и других демократических процессов осталась неизменной. В мае 1987 года прекратилось глушение передач «Голоса Америки» и других антисоветских радиостанций, а в июле вошел в действие облегченный порядок выезда наших граждан за рубеж.

2 ноября 1987 года состоялось торжественное собрание, посвященное 70-летию Октября. С докладом выступил М. Горбачев. Он заявил: «КПСС не сомневается в будущем коммунистического движения – носителя альтернативы капитализму… Мы идем к новому миру – миру коммунизма. С этого пути мы не свернем никогда!»

Через четыре года после этих произнесенных под бурные овации слов не стало ни Советского Союза, ни социализма, и тем более – коммунизма, к чему призывал Генсек. Диву даешься его цинизму: через несколько лет он заявит, что всю свою сознательную жизнь мечтал коммунизм похоронить…

Увы, в своей беспринципности и продажности он не одинок. Вот лишь один эпизод чуть более позднего времени – встреча в апреле 1993 г. Ельцина с «лучшими представителями творческой интеллигенции» в Бетховенском зале Большого театра. Чего только ни насмотрелись и ни наслушались телезрители! Выкрики: «Крепче!», «Круче с ними!», «Канделябрами их!» были самыми безобидными в устах впавших в экстаз «ведущих мастеров культуры». Их бешеная злоба – с одной стороны, и неприкрытое холуйство – с другой, вызвали чувство омерзения (и я знаю это из многих встреч с самыми разными людьми) у миллионов телезрителей. А ведь это был момент, когда можно и надо было стать самим собой. И они стали! Такого неприкрытого «холуяжа», как сказал патриарх-драматург, ныне покойный Виктор Сергеевич Розов, наше поколение уже и не помнит. Они духовно ограбили всех, кто им верил. Но еще раньше ограбили самих себя. Не буду перечислять когда-то уважаемые и любимые имена, а скажу лишь, что своим убогим политическим и нравственным обликом, так неожиданно проявившимся не только в тот день, но и вообще в новых условиях, многие из них зачеркнули в душах людей и свои прошлые творческие достижения.

Конечно, дело каждого выбирать свой путь, но если ты – «соль общества», то не имеешь права быть глухим к боли народа, к тяжкому недугу своей Отчизны. Увы, в теперешнем голосе политически активной части творческой интеллигенции эта тема не звучит. Но подлинная интеллигенция не приемлет ни лжи, ни тем более лизоблюдства. Она призвана говорить правду своему народу, в том числе правду о нем самом, думать о его духовном благополучии. А ведь Иисус Христос, на авторитет которого теперь ссылаются и правые, и левые, говорил: «…бойтесь убивающих душу».

Пусть правильно поймут меня читатели: не все в те дни занимали такую позицию, и не все так мыслят сейчас. Но, к сожалению, их трезвые голоса тонут в хоре верноподданнических. Кстати, многие из нынешних носят звания «Народных… СССР». Вот такой парадокс: все старое топчется, Советского Союза нет, интересы народа преданы – а от таких почетных званий никто не отказался.

К счастью, и среди «творческой интеллигенции» были, есть и будут люди с высокоразвитым чувством гражданского достоинства, независимости от политической конъюнктуры, стойкости убеждений. Одним из них был безвременно ушедший из жизни выдающийся деятель искусства, Народный артист СССР, Герой Социалистического Труда, профессор Игорь Олегович Горбачев. С этим умнейшим человеком, патриотом до мозга костей у меня были продолжительные беседы. Он остро переживал возникший в стране нравственный раскол. По его, да и по мнению многих, многих других людей, сейчас у нас противостоят друг другу два способа существования: индивидуалистический, наиболее полно выразивший себя в капитализме, и выстраданный веками наш соборный, коллективистский подход к жизни, стремление народа к социальной справедливости. Именно к этим принципам тяготели формы взаимоотношений людей, созданные в результате Великой Октябрьской социалистической революции, которая изменила экономические, политические, социальные и нравственные основы общества. На этой базе выросла новая общность людей – советский народ.

Подчеркну, что, на мой взгляд, именно идея социальной справедливости была и остается наиглавнейшей русской духовной традицией. Сегодня она, как и многие другие лучшие качества советского человека, не в чести у тех, кто формирует нравственный климат в обществе.

Я согласен с Игорем Олеговичем и в том, что нельзя терять веру в наше будущее: все наносное, чуждое национальному стереотипу не будет долговечным, а все то, что имеет глубокие исторические корни, в итоге обязательно победит. Если народам навязываются схемы, противоречащие национальному естеству, возможна только катастрофа.

Два десятилетия мы живем в вихре социальных потрясений. За эти годы не стало нашего единого государства, изменился общественный строй. Страна потеряла статус великой державы, занимавшей особое положение в мире. Заметно оскудела духовная жизнь народа, люди все больше и больше отходят от вековых традиций и отечественной корневой культуры, мы теряем присущее нам своеобразие в укладе жизни, во многом бездумно идя на поводу у современной идеологии и практики так называемой глобализации.

Решающее значение в проникновении в культуру России западных начал (языковых, жизненных стандартов, бытовых навыков и т.д.) в наше время имеют средства массовой информации. Возможно, мы еще недооцениваем их роль в условиях XXI века. Американцы же, стремясь к уничтожению самобытной русской, а точнее – российской цивилизации, не скрывают своих целей и методов их достижения. В одном из американских журналов в 90-х годах было прямо сказано: «Центральной задачей внешней политики США в век информации должна стать победа в борьбе за мировые потоки информации. Мы должны доминировать в них, как Великобритания некогда правила морями». И далее: «Лучшая культура – американская, потому что она представляет собой модель здорового отсутствия культурного багажа». Вот к чему нас ведут, пока мы, в отличие, скажем, от Франции и ряда других европейских стран, извините за грубоватость, хлопаем ушами и не контролируем, не противостоим должным образом американской агрессии в языке, в искусстве, во всех сферах национальной культуры…

Объявив переход к гласности, свободе слова, всесторонней демократизации, политически беспомощный Горбачев (или это было просто предательством с его стороны?) и ЦК партии практически ничего не противопоставили зачастую клеветнической кампании, широко развернутой «демократами» против КПСС, стоявшей во главе страны семь (и каких!) десятилетий. Идеологическая «машина» партии оказалась абсолютно неработоспособной в условиях реального наступления противников СССР и социализма.

Призывы к честной, открытой политике сопровождались всяческими виляниями и откровенной ложью Горбачева (например, по поводу секретных протоколов к пакту «Риббентроп – Молотов» или «Катынского дела»), многочисленные лозунги и программы оказывались пустышками, не подкрепленными ресурсами и должной организационной работой. Горбачев был не способен понять, что в политике невыполненное обещание представляет собой только разрушительную силу.

Все это, вместе взятое, предопределило массовое разочарование в перестройке, партии, Горбачеве и, соответственно, усиление позиций их противников.

МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

[В этой части главы использованы теоретические труды доктора философских наук, профессора М.С.Джунусова. – Примеч. авт.]

На протяжении большей части XX века мир с удивлением и восхищением взирал на то, как в СССР была решена проблема межнациональных отношений. Можно сказать, что наше многонациональное государство было эталоном, казалось, нерушимой дружбы народов. И вдруг здесь, на территории одной шестой части мира – то в Прибалтике, то в Украине, Грузии, Азербайджане, то в некоторых союзных республиках Средней Азии – вновь появилось звериное мурло национализма. В качестве массового и сколько-нибудь угрожающего безопасности страны это явление не существовало в сильном государстве, но как только Советский Союз стал ослабевать, оно превратилось в мощный таран для его разрушения.

Но что такое «национализм», каково содержание этого понятия? К сожалению, ученые, политики, общественные деятели, творческие работники единого мнения по денному вопросу не имеют.

Одни считают, что национализм – это негативные действия государства или одного народа, ущемляющие интересы других государств или народов. Нередко такие действия принимают грубую и дикую форму разгула беззакония. Национализм – это идеология разъединения и противостояния народов.

Вторая точка зрения практически диаметрально противоположна. По мнению приверженцев этой трактовки, национализм означает любовь к своей нации так же, как патриотизм – к своей Родине.

Различные толкования сущности этого деликатного и взрывоопасного явления часто вводят в заблуждение при оценке межнациональных отношений и событий, густо замешанных на националистической основе. Корень терминов «национальный» и «националистический» один и тот же – нация. Наиболее глубокие мысли о ней высказаны великим русским философом H.A. Бердяевым в его книге «Философия неравенства». По его мнению, нация есть категория историческая по преимуществу, конкретно-историческая, а не абстрактно-социологическая. Нацию, считал он, определяет единство исторической судьбы.

В своей работе Бердяев пишет: «Нация не есть слагаемое, она есть нечто изначальное, вечно живой субъект исторического процесса, в ней живут и пребывают все прошлые поколения… Всякая нация по здоровому инстинкту своему стремится к максимуму силы и цветения, к раскрытию себя в истории».

Нет в мире народа, который не обладал бы национальным самосознанием, не ощущал бы свою индивидуальность. Но оно достойно уважения только в том случае, если признает естественным и правомерным существование других наций. Между нацией и ее окружением должны быть нормальные взаимоотношения. В этом кроется смысл мира и спокойствия между народами.

И снова – слово H.A. Бердяеву, прозорливо говорившему об этом более восьмидесяти лет тому назад: «В конкретном всеединстве не может быть противоположения между нацией и человечеством: во всеедином человечестве утверждаются все нации, в нем они достигают силы и цветения… Братство народов предполагает существование народов, национальных личностей, как братство людей предполагает существование людей человеческих личностей. Истинная любовь всегда есть утверждение лика любимого, его неповторимой индивидуальности. И моя русская любовь к французу, англичанину или немцу не может быть любовью к отвлеченному человеку, человеку вообще, она может быть лишь любовью к французскому, английскому или немецкому человеку, к индивидуальному образу».

Думаю, все сказанное позволяет сделать некоторые выводы относительно национализма как явления, крайне опасного для мира между народами и их процветания.

Национализм – это игнорирование принципа равенства народов, языков, культур, заслуживающих одинакового взаимного уважения.

Национализм – это абсолютизация самобытности того или иного народа, стремление видеть в ней его исключительность в роде человеческом, якобы превосходство над всеми другими нациями. Эта позиция порождает национальный эгоизм и служит оправданием для реализации интересов своей нации за счет ущемления интересов других народов.

Термин «национализм» выражает комплекс явлений, порождающих недоверие между народами и способных мобилизовать волю и чувства людей на унижение национального достоинства других наций, на участие в кровопролитных конфликтах и войнах.

Национализм, как правило, выступает под видом заботы о национальных интересах, национальной гордости и достоинстве. Существование национального самосознания, национальной чувствительности, гордости и достоинства используется различными политическими силами для привлечения населения на свою сторону. Националистической демагогии порой поддаются и светлые умы, даже у них притупляется нравственная бдительность. Национализм – мощный фактор мобилизации масс в политической борьбе.

В нашей стране всплеск национализма в 80-х годах начался вроде бы с благими намерениями: надо-де развивать самосознание народов, придать новый импульс развитию культуры… Никто и не возражал против таких хороших помыслов. Если считаете, что на Украине в школах и других учебных заведениях нужно обязательно изучать украинский язык – изучайте. Кстати, школу и техникум я заканчивал в Донбассе, на Украине, и должен был изучать второй язык – украинский. Ничего, не умер и до сих пор понимаю разговорную речь «щирых» украинцев. Считаю ошибкой, что в 70-х годах в учебных заведениях изучение «титульного» языка стало факультативным. Много бед принесло это потом.

Когда же разговоры о национальном самосознании в некоторых союзных республиках переросли в национализм, мне стало ясно, что по существу происходит резкий поворот к сепаратизму. Впрочем, об этом будет рассказано в следующих главах.

Говоря о национализме, нельзя обойти стороной и проблему шовинизма. Если национализм – это гипертрофированное национальное самосознание, то шовинизм (от фамилии ветерана наполеоновских войн Н. Шовена, рьяного приверженца завоевательной политики Бонапарта) есть крайняя, самая, если хотите, отвратительная форма национализма, противопоставление интересов одной нации всем прочим, презрение и ненависть к другим расам и народам.

Особый разговор о русском, великорусском шовинизме. Люди старшего поколения помнят фразу В.И. Ленина, относящуюся к периоду образования СССР как союзного федеративного государства: «Великорусскому шовинизму объявляю бой не на жизнь, а на смерть». Вполне вероятно, что в тот момент она имела практически политический смысл, поскольку в ней подчеркивалось, что в создаваемом многонациональном государстве все, большие и малые по численности народы будут иметь абсолютно равные права. Смысл ее также был в том, что если царская Россия, как остро-полемически утверждал Ленин, была «тюрьмой народов», то в «союзном социалистическом государстве каждому из них гарантирована свобода всестороннего национального развития». Думаю, ни один здравомыслящий и объективный человек не станет утверждать, что эти постулаты, касающиеся СССР, не были осуществлены.

Но как быть не с тогдашним сиюминутным, так сказать, использованием понятия «великорусский шовинизм», а с самим этим явлением? Характерно ли оно для дореволюционной России и послереволюционного ее преемника – СССР? Чтобы разобраться в этом, обратимся к опыту истории.

Россия исторически складывалась как политический и экономический союз земель. В него входили народы со своей культурой, скрепленные общегосударственными интересами. Принятые в лоно России, они были призваны не соперничать, а сотрудничать в едином государстве. Огромные пространства, сложные географические и геополитические условия, этническое многообразие предопределили и общий национальный интерес – всемерное укрепление государства, всех его институтов. Они должны были обеспечить территориальную целостность и внешнюю безопасность нашей страны, выработать приемлемые формы сосуществования различных национально-этнических, религиозных и культурных особенностей.

«Всякая нация стремится образовать государство и укрепиться в нем, – писал H.A. Бердяев. – Через государство раскрывает нация все свои потенции. С другой стороны, государство должно иметь национальную основу, национальное ядро, хотя племенной состав государства может быть очень сложным и многообразным. Русское государство было русским государством, оно имело в своей основе русское ядро и осуществляло русскую идею в мире. Государство, не имеющее национального ядра и национальной идеи, не может иметь творческой жизни».

В нашей стране главную тяжесть держателя растущего государства, как самый многочисленный, нес русский народ, он был основным каркасом его строительства и укрепления. При этом никаких специальных «русских» привилегий не существовало. Ни одна из национальностей России не являлась ни господствующей, ни подчиненной. Вот почему я полагаю, что абсолютизировать упомянутые формулировки В.И. Ленина, вырывать из конкретного исторического контекста и механически повторять их по любому поводу и даже без него по меньшей мере неверно. Мне представляется, что ни в России, ни тем более в СССР «великорусского шовинизма» как государственного явления не существовало. Оно иногда могло быть на частном, личном, бытовом уровне, но это уже совсем другое дело: известно, что в семье – не без урода…

Однако история, как она порой любит делать это, преподнесла нам поразительный парадокс: при подготовке и после выхода союзных республик из СССР в некоторых из них махровым цветом расцвели национализм и даже местный шовинизм. Широко известно, например, какие изощренные методы применяют шовинисты в прибалтийских республиках для дискриминации и прямого выдавливания из них русской части населения, так много сделавшего для развития этих государств за время их пребывания в составе СССР.

Да и в самой России, к сожалению, после прихода к власти «либерал-демократов» стали возникать группы и группки шовинистов и, хуже того, фашиствующих маргиналов, прикрывающих свою убогость и дикость националистическими лозунгами, заботой об интересах русского народа. В большой мере это было следствием того, что рвавшиеся к власти и захватившие ее были или прямыми приспешниками Запада, или, в лучшем случае, его идейными последователями, решившими сдать Россию ему на потребу. Такая психология и соответствующая практическая деятельность (вспомним хотя бы постыдно холуйствовавшего перед своими зарубежными партнерами ельцинского министра иностранных дел

России Козырева) неизбежно имела свою обратную сторону – оголтелый, агрессивный национализм, по существу противоположный подлинному патриотизму. Более того, антипатриотизм в 90-е годы стал прямо-таки фирменным знаком ельцинской власти. Патриотизм и патриотов обливали грязью на каждом шагу и делали все возможное для того, чтобы сами эти понятия были полностью дискредитированы, особенно в глазах молодого поколения. Подонки при власти пытались стереть из памяти народа даже самые святые для него события и даты, вплоть до Дня Победы в Великой Отечественной войне. В значительной степени все это и вызвало реакцию – уродливую, конечно, – в виде появления националистических настроений и экстремистских организаций.

Грани между такими понятиями, как «национализм» и «шовинизм», с одной стороны, и «патриотизм» – с другой, не всегда отчетливы в сознании человека, тем более молодого. Поэтому приведу характеристику понятия «патриотизм», сложившуюся в литературе за последние годы.

Патриотизм – это высоконравственное свойство личности: сугубо положительное отношение к своим согражданам, своей стране, ее исторически сложившимся ценностям. Это гордость за свой народ, за свою страну, боль, огорчение за их неудачи – то есть глубокое осознание человеком своего гражданского долга, своей собственной ответственности за судьбы родины.

Что такое всенародный патриотизм на деле, убедительнее всего показала Великая Отечественная война. Могли бы непатриотически настроенные люди перенести страшные потери, пережить тяжелейшие лишения и тяготы жизни и победить? Нет!

В последние годы положение в стране в этом отношении меняется к лучшему. Стали чтить ветеранов войны и тыла, уважительнее относиться к своей непростой Истории. Ну и, как всегда в таких случаях, в патриотическое движение стали приходить те, кто еще вчера топтал нашу историю и Великую Победу. Но уж поистине – Бог им судья.

И еще об одном понятии, в какой-то мере соприкасающемся с теми, о которых шла речь, – о так называемых общечеловеческих ценностях. В 1987 году Горбачев ввел в идеологический арсенал эту доктрину, чтобы несколько «разбавить» традиционные партийные идеологические постулаты. Вначале это понятие предназначалось для «внешнего употребления», поскольку включало в себя идеи поддержания мира, разоружения, предотвращения экологических катастроф. Затем в число «общечеловеческих ценностей» стали входить принципы правового государства, основные элементы западной демократии. Тогда-то, можно считать, и произошел поворот главы партии и государства в сторону «западных ценностей». Это сказывалось практически во всем – во внешней политике, в идеологии, экономике и т.д. Такая перемена во взглядах Генсека была встречена в руководстве страны и на региональном уровне неоднозначно. «Архитектор» перестройки А. Яковлев – идеолог этого поворота Горбачева – всячески пропагандировал, особенно за рубежом, кардинальную смену «вех». Большая же часть партийно-хозяйственного актива встретила ее весьма настороженно.

Почему? Ведь общечеловеческие ценности действительно есть, в мире существуют определенные универсальные правила поведения человека. Они прописаны, например, и в Библии в виде известных 10 заповедей, а в наше время, в очень близком к ним варианте, были воспроизведены в Программе КПСС в виде Морального кодекса строителя коммунизма. Дело, однако, в том, что горбачевские «общечеловеческие ценности» означали не столько общепринятые нормы поведения отдельного человека, сколько безоговорочное принятие западной модели общественного устройства, вытесняющей традиционные российские, и тем более советские принципы и традиции.

Вместо присущего нам коллективизма в жизни страны стал утверждаться индивидуализм; общественная собственность на средства производства заменена частной; народ разделен на две враждебные друг другу части – богачей, присвоивших себе основные богатства, и обнищавшую большую часть населения; великая отечественная культура вытесняется дешевыми западными подделками, рассчитанными на примитивный вкус людей, высшим идеалом которых был и остается чистоган, и т.д., и т.п. Вот то, к чему привели нас за последние полтора десятка лет и что называется возвращением в лоно «мировой цивилизации». Но начался-то процесс еще при Горбачеве, и теперь наша страна, бывшая для многих в мире духовным лидером, оказалась в положении отставшего ученика.

Бездумно-одностороннее, механическое перенесение на российскую почву «общечеловеческих ценностей», безусловно, выгодно для осуществления мировой глобализации под эгидой США. При этом национальные ценности народа и суверенитет государства уходят на второй план со всеми вытекающими отсюда политическими, социально-экономическими и культурными последствиями.

Наша трагедия в том, что мы потеряли «советские ценности», не взяли с собой в новое время из прошлого все положительное, что было в нем. Вместо этого в обществе насаждаются чуждые нам догмы, не поддерживаемые большей частью народа. В стране нет объединяющей идеи – есть разъединяющие, чужие идеи и ценности.

В этой части главы я попытался обозначить те основные сферы жизни и протекавшие в них процессы, которые в своей совокупности и взаимодействии подготовили почву для осуществления антисоветской, антисоциалистической, пышно названной «демократической» революции. И все же из всех факторов и условий я особенно выделяю, как самую зловещую и разрушительную силу, национализм. В разных формах и с разной степенью агрессивности он действует в ряде стран СНГ и сейчас, и именно рассмотрению истории его искусственного, можно сказать, пробуждения и использования ради уничтожения СССР и посвящен ряд глав этой книги.Мир после разрушения советской Державы

Действия Горбачева в период «перестройки» во многом напоминали хрущевское правление: такая же непоследовательность, отсутствие стратегической линии преобразований, поспешность, непродуманность и импровизация практически во всех делах. Скульптор Э. Неизвестный талантливо выразил действия и характер Никиты Сергеевича в надгробном памятнике, четко разделив его (из белого и черного мрамора) на две части, подчеркнув тем самым противоречивость мыслей и действий этого человека.

Действительно, с одной стороны, он смягчил контроль за творчеством деятелей культуры, а с другой – разгромил выставку скульптур в Манеже, в том числе и работы Э. Неизвестного. Разрешил печатать антисталинские произведения – и нанес большой урон Русской Православной Церкви, обрушил мощный удар на Советскую Армию.

С учетом такой непоследовательности возникает вопрос, какой же была эта «оттепель»: теплой погодой, сопровождавшейся таянием снега, или «слякотью» – жидкой грязью, мокрелью, туманом? Ответ, на мой взгляд, будет таким же неоднозначным: все зависит от того, с каких позиций смотреть на это явление.

Горбачев в начале своей деятельности на высоком государственном посту уважительно относился к военным. Взойдя на «престол», он понимал, что на протяжении всей истории России армия всегда была уважаемой частью общества. Но вскоре и он начал наступление на армию, вплоть до подключения «аналитиков», которые убеждали народ, что живется ему плохо, потому что много денег уходит на армию.

В этом Горбачеву активно помогал его подручный – министр иностранных дел Э. Шеварднадзе, оставивший, как известно, зловещий след в истории СССР. Этот деятель между прочим заявил, что военные расходы нашей страны составляют 19 процентов от национального дохода. Впоследствии Горбачев взял и округлил эту цифру до 20 процентов, хотя оба прекрасно знали, что удельный вес оборонки у нас никогда не поднимался более чем на 12 процентов. Так что в этом отношении Горбачев четко повторял действия Хрущева по подрыву авторитета Советской армии.

Вот таким образом, целеустремленно и настойчиво, шаг за шагом в годы правления Горбачева сдавались военно-политические и оборонные позиции государства. Читатель может спросить, а где же были остальные члены руководства страны? В качестве ответа отошлю их в нынешнее время. Знают ли министры Правительства Российской Федерации о внешнеполитических переговорах и решениях Президента? Безусловно, нет. Так было и в СССР: министры обороны, иностранных дел, Председатель КГБ формально входили в состав Правительства, а на самом деле полностью «замыкались» на Генсека – Президента СССР.

С 1945 года, в послевоенный период, в мире сложилась двухполярная геополитическая система: с одной стороны – Советский Союз и с другой – Соединенные Штаты Америки. Эта система создавала серьезные предпосылки для сохранения мира от всеобщего вооруженного конфликта, несмотря на так называемую «холодную войну». Благодаря примерно равному соотношению военной мощи двух ведущих мировых держав держалось относительное геополитическое равновесие, позволявшее в конечном итоге находить политические решения возникавших проблем. Так было во Вьетнаме, Афганистане и во многих других случаях.

Разрушение Советского Союза в 1991 году устранило все сдерживающие факторы агрессивности Запада, и в первую очередь США. Двухполярный мир рухнул. Создание же многополярного, о котором так много говорили после разрушения СССР политические деятели некоторых государств, осталось благим пожеланием, так как для оставшейся в одиночестве сверхдержавы – США такая раскладка политических сил была совершенно не приемлема. Они же десятилетиями мечтали о своей лидирующей роли в мире – и наконец-то добились своего, теперь руки у них развязаны.

Результаты не заставили себя долго ждать. Первый удар был нанесен дружественной нам стране – Югославии. В течение десяти лет единое, признанное во всем мире государство было расчленено на шесть частей, и сейчас на очереди седьмое «суверенное» государство – Косово.

Как и следовало ожидать, США нашли предлог, чтобы ввести свои и союзные войска в Афганистан, из которого во второй половине 80-х годов так настойчиво требовали вывода советских вооруженных сил.

Затем сколотили, не посчитавшись даже с ООН, коалицию для вторжения и оккупации Ирака и установили там «демократический» образ жизни и управления. В результате в этой стране льются реки крови. На очереди Ливан, Иран, Северная Корея и другие суверенные государства, которые в той или иной мере не подходят под американский стандарт.

Сегодня, по существу, происходит то же, что свершилось в Европе в 1938 году, когда лидеры Великобритании и Франции подписали Мюнхенское соглашение, а точнее – сговор с Гитлером и Муссолини. Этим актом Запад включил зеленый свет фашистской Германии для порабощения ею европейских стран и развязывания войны с Советским Союзом. Ныне Западная Европа своей поддержкой агрессивной политики США собственными руками расчищает ей путь к мировому господству.

С этой целью миру навязывается представление о том, что существует якобы лишь одна цивилизация – американо-западноевропейская, являющаяся наследницей всех великих древних цивилизаций (не только европейских – греческой и римской, но и восточных – китайской, индийской и др.), что западная – «атлантическая», как ее еще называют, – система ценностей является единственной подлинно гуманной и демократической.

Но авторы теории единственной «атлантической» цивилизации просто поражают своим цинизмом. В этой основной и «бесспорной», по их мнению, цивилизации совершенно нет места для Китая, Ирана, Индии, России и других стран. Приверженность многих западных политиков этой теории нисколько не поколебали даже те мощные научные, культурные и экономические рывки, которые продемонстрировали Япония и Китай, а сегодня демонстрируют Индия и страны Индокитая. Такое явное нежелание видеть реальность весьма опасно для мира.

Между тем в мире нет единой, единообразной цивилизации, что, кстати, первым, еще в 1868 году, вполне убедительно доказал наш великий соотечественник Николай Данилевский. В мире было и есть, считал он, несколько культурно-исторических типов великих цивилизаций, каждая из которых развивалась или развивается в основном независимо от других, сохраняя и даже оберегая свои особенности. Именно существование различных культурно-исторических типов, или цивилизаций, является одним из важных условий развития мира, его взаимного обогащения.

Общечеловеческая цивилизация может быть только многоцветием, «симфонией» цивилизаций разных народов.

Проблема цивилизаций тесно связана с пониманием характера исторического процесса. Сейчас на Западе формально признают глобальный характер истории XX века. Однако подспудно при этом внедряется мысль о том, что история творится прежде всего в крупнейших странах Запада. Даже величайшая трагедия – развал Советского Союза подается как якобы проявление неудержимого стремления советского общества к «западным ценностям». Но еще полвека назад здравомыслящие ученые предупреждали, что абсолютизация содержания и роли западной либеральной демократии близорука и бесперспективна. Показательно, что современные зарубежные мыслители видят главный конфликт сегодняшнего мира в противостоянии между приверженцами американо-западноевропейской, «атлантической» цивилизации и остальным человечеством.

Запад пытается дать принципиально новое философское обоснование своему экспансионизму, стереть грань между такими фундаментальными категориями, как война и мир. В частности, для этого вводятся в обиход новые термины, например, «операция, не достигающая масштабов войны», или опасно расширяется толкование понятия «миротворчество», основным элементом которого теперь становится «принуждение к миру». Все это психологически лишь увеличивает вероятность войны, ибо снижает порог применения силы.

В современном, быстро меняющемся мире Россия со всеми ее сложностями и проблемами тем не менее активно утверждается на достойном нашей великой истории месте. Но этот процесс возрождения, к сожалению, таит в себе и определенную опасность – опасность растерять некоторые драгоценные черты своего менталитета, своего образа жизни, своей самобытной цивилизации.

Россия – это великая евразийская цивилизация, сложившаяся на основе многовекового сотрудничества славянских, тюркских и других многочисленных народов. Уникально ее геополитическое положение, она является сухопутным коридором между Европой и Азией.

Огромные просторы России, духовно-культурные и природно-климатическое разнообразие, длительное взаимодействие различных национальностей и религий требовали от общества, с одной стороны, перспективного мышления, умения бороться с надвигавшимися опасностями, и с другой – объединения народов, всех сил для решения государственных проблем. Отсюда склонность как к человеколюбию, так и к лидерству, мессианству в духовной и культурной жизни. Эти качества национального самосознания не привнесены извне, а исторически обусловлены. Они органически включают в себя чувство патриотизма, государственности, державности, без чего невозможно было выживание огромной страны, сохранение общности народа.

В российской цивилизации прочно утвердились приоритеты духовного над материальным, нравственного над меркантильным. Не безудержное обогащение небольшой группы людей, а благополучие всего населения должно быть целью общественного развития. В этом и состояло отличие православной морали от идейных устоев других конфессий. Психология протестантов, где каждый сам за себя, возможно, и соответствует потребностям западного общества, где материальное явно довлеет над духовным. Но то, что в результате Запад погряз в бездуховности, – это его адепты признают сами.

Одной из важнейших основ русской цивилизации является Православие. Именно оно как державостроительная идея способствовало консолидации разрозненных сил российского общества много столетий назад, становлению нашей государственности. Идейный конфликт между католической и православной ветвями христианства, уходящий корнями в далекую историю, определял суть борьбы между Востоком и Западом. Противостояние католицизму и протестантизму было одной из форм сдерживания западной идейной экспансии, за которой стояли прежде всего территориальные интересы. Далее в этой книге будет рассказано о конфессиональной борьбе в Прибалтике и Украине со всеми вытекающими последствиями.

Наше государство, проводя в жизнь те или иные политические решения, всегда должно учитывать умонастроения собственного народа, его глубинные духовные истоки. Православие является национальной религией русского народа, наиболее полно отвечающей его миросозерцанию.

Вместе с тем в такой многонациональной стране, как Россия, от государства требуется, несмотря на то, что церковь отделена от него, не меньше внимания и уважения и ко всем другим конфессиям. Ведь определенная часть населения исповедует ислам, буддизм, иудаизм. Но, относясь с уважением к этим традиционным для нашей страны религиям, в этой главе я хотел бы сказать именно о Православии.

Сегодня все чаще можно слышать утверждение о том, что Православие как система ценностей не соответствует рыночной экономике. Идет скрытая атака на него через настоящий крестовый поход западных миссионеров, через широкую экспансию различных религиозных сект и культов. По сути, речь идет о попытках изменить облик всего нашего общества. В результате этой страшной операции на месте исторической России должно быть сконструировано государство – возможно, с тем же названием, но полностью деформированной психологией народа, в котором не будет места его традиционным ценностям.

В уничтожении российской цивилизации одну из ведущих ролей играло искоренение нашей самобытной, с вековыми традициями, многонациональной отечественной культуры. США, например, этих целей и не скрывают. Россия в последние годы, по существу, стала объектом информационно-культурной агрессии Штатов, направленной на разрушение российских духовных ценностей и общественной морали. Значительная часть творческой интеллигенции, проклиная советскую цензуру, используя гласность – кто слепо, а кто и сознательно, – прямо-таки стала ярой поклонницей западной, и особенно американской культуры.

Как результат этого наступления, проходящего при поддержке отечественных «властителей дум», американцы через своих ставленников в нашей стране фактически определяют политику российского телевидения как наиболее массового средства информационного воздействия на население. Идет размывание традиционных ценностей, навязывание народу принципов и стиля «американского образа жизни». Попытки здравомыслящих людей и общественных деятелей противодействовать этому встречаются ожесточенным сопротивлением реальных хозяев российского телевидения.

Исполнительная и законодательная власть практически мирится с таким положением. Более того, отечественная культура нынче в целом отброшена в зону темных, суеверных, антинаучных взглядов. Поток мракобесия, который льется с телеэкранов, со страниц «желтой» прессы настолько густ, что в нем просто тонут крупицы здравого смысла, порядочности и нравственности.

После Второй мировой войны рубеж между цивилизациями вернулся на свое исторически естественное место, обозначив западную границу расселения родственных нам славянских народов Польши, Чехии, Словакии, Югославии и Болгарии. Способствуя разрушению Советского Союза, Запад ставил своей задачей сдвинуть цивилизационный водораздел Европы на восток. Однако архитекторы «нового мирового порядка» не собираются на этом останавливаться. Речь идет об очередной попытке ликвидировать самобытную российскую, и прежде всего русскую цивилизацию как давнего стратегического соперника западного мира.

И, к сожалению, это произошло. Практически все славянские народы, растерявшиеся после разрушения Советского Союза, попали в жесткую зависимость от Запада, оказались привязанными к нему через НАТО и другие политические, экономические и военные механизмы. Исключением стала Югославия. И главная причина, по которой она была избрана объектом агрессии и разрушения, именно в том, что она осмелилась сохранить свою политическую независимость, а с ней – и свою самобытность в широком смысле этого слова.

Все, что происходило в Югославии, косвенно подтверждает предположение о том, что разлом цивилизаций будет происходить прежде всего по линии Запад – Россия. Сегодня стало ясно, что западная цивилизация, несмотря на все усилия извне и внутри нашей страны, пока не смогла поглотить и ассимилировать русскую, российскую цивилизацию. История показывает, что, воспринимая западные технологические и культурные достижения, наша страна никогда не вливалась в западноевропейскую цивилизацию, а, наоборот, обретала новые возможности для проявления своей яркой самобытности.

Резкий рывок России в сторону Запада в 90-е годы свидетельствует о том, что некритическое отношение к западным идейным ценностям, их механическая пересадка на русскую почву без учета культурной индивидуальности России могут привести к разрушению отечественной цивилизации, а не к ее совершенствованию. Тем более что западная цивилизация, как выясняется, вообще не жаждет принять Россию в свои объятья.

По мнению некоторых ученых, близких к Ельцину, большевики прервали процесс европеизации нашей цивилизации, не дали возможности радикально изменить ее. Правда, эти ученые хотя бы говорят о российской цивилизации, другие же начисто отвергают даже само ее понятие.

И все-таки будущее человечества заключается не в противостоянии цивилизаций, а в их диалоге. Деятельность Организации Объединенных Наций, обеспечившая сохранение мира во второй половине XX века, во многом определяется именно идеей межцивилизаци- онного обмена. Как известно, инициатором создания ООН был великий американский президент Франклин Рузвельт. То, что делает американское руководство сейчас, – это прямой отказ от идеалов знаменитого предшественника, попытка совершить стратегический поворот от диалога цивилизаций к их унификации на базе западных ценностей.

К сожалению, последнее десятилетие прошлого века (после развала СССР) подорвало доверие к некоторым международным организациям, задача которых заключается в сохранении мира на Земле. Сегодня, в начале третьего тысячелетия, мы сталкиваемся с глубочайшим кризисом мировой системы коллективной безопасности.

Бесцеремонное движение НАТО на восток, присвоенная им роль вершителя судеб народов и государств, практический выход членов этого военно-политического блока из-под контроля ООН и катастрофическая потеря последней своего авторитета дают основания для вывода, что эти международные организации в нынешнем своем виде не смогут больше объективно решать мировые проблемы. Все они попали под контроль США и в большей или меньшей степени являются их орудием.

Они уже не в состоянии быть гарантами мира.