Курская дуга. 5 июля — 23 августа 1943 г.

На следующий день атака повторилась. Но и теперь немецким войскам не удалось прорваться к ст. Поныри. Большую роль в отражении наступления сыграл ПЗО, поставленный дивизией артиллерии особого назначения (203-мм гаубицы и 152-мм гаубицы-пушки). К полудню немцы отошли, оставив на поле боя ещё семь танков и два штурмовых орудия. 12–13 июля немцы проводили операцию по эвакуации с поля боя своих подбитых танков. Эвакуацию прикрывал 654-й дивизион штурмовых орудий «Фердинанд». Операция в целом удалась, но количество оставленных на поле боя «Фердинандов» с поврежденной минами и артогнём ходовой частью увеличилось до 17. Проведенная контратака наших пехотинцев при поддержке батальона танков Т-34 и батальона Т-70 (из состава переброшенного сюда 3 т. к.) оттеснила подошедшие к окраинам Понырей немецкие войска. При этом немцы не успели эвакуировать поврежденные тяжелые «Фердинанды», часть которых была подожжена собственными экипажами, а часть — нашими пехотинцами, которые использовали бутылки КС против экипажей машин, оказавших сопротивление. Лишь один «Фердинанд» получил пробоину в борту в районе тормозного барабана, хотя он обстреливался семью танками Т-34 со всех направлений. Всего же после боев в районе ст. Поныри — с/х «1-е Мая» осталось 21 штурмовое орудие «Фердинанд» с поврежденной ходовой частью, значительная часть которых была подожжена своими экипажами или наступавшими пехотинцами. Наши танкисты, поддерживавшие контратаку пехоты, понесли большие потери не только от огня немецких штурмовых орудий, но и потому, что, сближаясь с противником, рота танков Т-70 и несколько Т-34 по ошибке попали на собственное минное поле. Это был последний день, когда немецкие войска вплотную подходили к окраинам ст. Поныри.

Оборонительные бои 70-й армии

В полосе обороны 70-й армии наиболее ожесточенные бои развернулись в районе пос. Кутырки-Теплое. Здесь основную тяжесть удара немецких танковых войск вынесла на себе 3-я истребительная бригада. Бригада организовала в районе Кутырки-Теплое два противотанковых района, в каждом из которых располагались по три артиллерийских батареи (76-мм пушки и 45-мм пушки), одной минометной батарее (120-мм минометы) и батальону противотанковых ружей. В течение 6–7 июля бригада успешно сдерживала вражеские атаки, уничтожив и подбив здесь 47 танков. Интересно, что командир одной из батарей 45-мм пушек, капитан Горлицин, расположил свои орудия за обратным скатом гребня высоты и поражал появляющиеся немецкие танки в открывающееся днище до того, как танк мог ответить прицельным огнем. Таким образом, за сутки его батарея уничтожила и повредила 17 танков, не потеряв от их огня ни одного человека. 8 июля в 8:30 группа немецких танков и штурмовых орудий в количестве до 70 шт. с автоматчиками на бронетранспортерах вышла на окраину пос. Самодуровка и при поддержке пикирующих бомбардировщиков провела атаку в направлении Теплое-Молотычи. До 11:30 артиллеристы бригады, несмотря на большие потери, понесенные отавиационных налетов (до 11 июля 1943 г. в воздухе господствовала немецкая авиация), удерживали свои позиции, но к 12:30, когда противник начал третью атаку из района Кашара в направлении Теплое, первая и седьмая батареи бригады были практически полностью уничтожены, и немецким панцергренадерам удалось занять Кашара, Кутырки. Погорельцы и Самодуровку. Лишь на северной окраине Теплое держалась шестая батарея, в районе высоты 238,1 вели огонь четвертая батарея и минометчики, да на окраине Кутырки остатки подразделения бронебойщиков при поддержке двух трофейных танков вели обстрел прорвавшихся немецких пехотинцев. Командовавший этим противотанковым районом полковник Рукосуев ввел в бой свой последний резерв — три лёгкие батареи 45-мм пушек и батальон противотанковых ружей. Прорыв был локализован.

Панцергренадеры и противотанковые САУ «Мардер III» в бою в районе пос. Кашара.

Panzergrenadiers and AT self-propelled guns «Marder III» in action near Kashara settlement.

Немецкие шестиствольные реактивные миномёты «Небельверфер» в отражении советской контратаки.

The «Nebelwerfer» crew repels Soviet counterattack.

Расчёт 45-мм орудия сержанта Круглова подбил в боях 3 немецких танка. Июль 1943 г. (Фото из коллекции авторов)

Sgt. Kruglov's crew has destroyed 3 German tanks. July 1943.

Средние танки МЗ на исходной позиции. Орловское напр. Июль-август 1943 г.

МЗ medium tanks at the initial position. Orel line of advance, July-August 1943.

Бронированный подвозчик боеприпасов SdKfz 252 следует во главе колонны штурмовых орудий.

The SdKfz 252 ammunition carrier leads a column of StuG III

«Тигр», подбитый расчётом сержанта Лунина. Орловское напр. Июль 1943 г.

A «Tiger» destroyed by sgt. Lunin crew. July 1943.

Советские разведчики, захватившие исправный PzKpfw HI Ausf N и приведшие его в расположение своих войск. Июль 1943. (Фото А. Афонина).

Scouts that have captured and brought this PzKpfw III Ausf N to the Soviet positions. July 1943.

Немецкий бронетранспортер SdKfz 251/10, подорвавшийся на мине. Севернее Курска, июль 1943 г. (Фото ЦМВС).

The SdKfz 251/10 destroyed by a Soviet mine to the North ot Kursk, July 1943.

11 июля немцы попытались вновь нанести здесь удар крупными силами танков и мотопехоты. Однако теперь преимущество в воздухе было за советской авиацией, и удары советских пикирующих бомбардировщиков смешали боевой порядок развернувшихся для атаки танков. Кроме того, наступающие войска встретились не только с сильно потрепанной накануне 3-й истребительной бригадой, но также с переброшенной на данный участок 1-й истребительно-противотанковой бригадой и двумя зенитными дивизионами (на вооружении одного из дивизионов были трофейные 88-мм зенитные пушки Flak 18). В течение двух дней бригада отбила 17 танковых атак, подбив и уничтожив при этом 6 тяжёлых (в том числе 2 «Тигра») и 17 лёгких и среди их танков. Всего же на участке обороны между нас. пунктами Самодуровка. Катара, Кутырки. Тёплое, высота 238,1, на поле размером 2 х 3 км после боев было обнаружено 74 подбитых и сгоревших немецких танка, САУ и других бронированных машин, в том числе четыре «Тифа» и два «Фердинанда». 15 июля с разрешения командующего фронтом К. Рокоссовского, это поле снимали приехавшие из Москвы кинохроникеры, и именно его после войны начали называть «полем под Прохоровкой» (под Прохоровкой не было да и не могло быть «Фердинандов», которые мелькают на экранном «Прохоровском» поле).

После 12 июля на Центральном фронте немцы крупных наступательных операций не предпринимали.

Оборонительные бои на южном фасе

4 июля 1943 г. в 16 часов после авиационного и артиллерийского ударов по позициям боевого охранения Воронежского фронта немецкие войска силами до пехотной дивизии при поддержке до 100 танков провели разведку боем из района Томаровки на север. Бой между боевым охранением Воронежского фронта и разведывательными подразделениями группы армий «Юг» продлился до глубокой ночи. Под прикрытием боя немецкие войска заняли исходное положение для наступления. Согласно показаниям захваченных в этом бою немецких пленных, а также перебежчиков, сдавшихся в плен 3–4 июля, стало известно, что генеральное наступление немецких войск на этом участке фронта назначено на 2 часа 30 минут 5 июля.

«Тигры» изготовились для атаки. Южнее Курска, 5–6 июля 1943 г.

«Tigers» are preparing for an attack. To the South of Kursk, July 5–6 1943.

Для облегчения положения боевого охранения и нанесения потерь немецким войскам на исходных позициях в 22 часа 30 минут 4 июля артиллерия Воронежского фронта провела 5-минутный артналет по выявленным позициям немецкой артиллерии. В 3 часа утра 5 июля контрподготовка была проведена в полном объёме.

Немецкие танки при поддержке штурмовых орудий атакуют советскую оборону. Июль 1943 г. В воздухе виден силуэт бомбардировщика.

An attack of German tanks and assault guns. July 1943.

Оборонительные бои на южном фасе Курской Дуги отличались большим ожесточением и большими потерями с нашей стороны. Причин этому было несколько. Во-первых, характер местности более благоприятствовал применению танков, чем на северном фасе. Во-вторых, наблюдавший за подготовкой обороны представитель Ставки А. Василевский запретил командующему Воронежским фронтом Н. Ватутину объединять противотанковые опорные пункты в районы и придавать их пехотным полкам, считая, что такое решение затруднит управление. И, в-третьих, господство в воздухе немецкой авиации продлилось здесь почти на два дня дольше, чем на Центральном фронте.

Верхний снимок — Общий ход оборонительных боёв на южном фасе Курской дуги.

A scheme of defensive battles at the Southern face of Kursk salient.

Нижний снимок — Истребитель танков «Мардер III» следует мимо взорвавшегося среднего танка МЗ «Ли».

The «Marder III» passes a «Lee» fully destroyed after an internal explosion.

Главный удар немецкие войска наносили в полосе обороны 6-й гвардейской армии, вдоль шоссе Белгород, Обоянь, одновременно на двух участках. На первом участке было сосредоточено до 400 танков и САУ, а на втором — до 300.

Первая атака на позиции 6-й гв. армии в направлении Черкасское началась в 6 часов 5 июля с мощного налёта пикирующих бомбардировщиков. Под прикрытием налета в атаку пошел мотопехотный полк при поддержке 70 танков. Однако он был остановлен на минных полях, будучи дополнительно обстрелян тяжелой артиллерией. Через полтора часа атака повторилась. Теперь силы наступающих были удвоены. В первых рядах шли немецкие саперы, пытавшиеся сделать проходы в минных полях. Но огнем пехоты и артиллерии 67-й стрелковой дивизии и эта атака была отражена. Под воздействием огня тяжелой артиллерии немецкие танки были вынуждены ломать строй еще до вступления в огневой контакт с нашими войсками, а проводимое советскими саперами «нахальное минирование» сильно затрудняло маневр боевых машин. Всего от мин и огня тяжелой артиллерии немцы потеряли здесь 25 средних танков и штурмовых орудий.

Колонна одной из моторизованных частей немецких войск следует к фронту. Обоянское напр., июль 1943 г.

A German column is moving to the front. Oboyan direction, July 1943.

Дивизионное орудие ЗИС-3 на позиции южнее Курска.

The Soviet ZIS-3 divisional gun at a fighting position at the South of Kursk.

Артиллеристы подразделения СС поддерживают огнём атаку своей пехоты. Прохоровское напр (Фото из коллекции авторов).

SS artillery supports an infantry attack. Prokhorovka line of advance.

He сумев взять Черкасское фронтальным ударом, немецкие поиска нанесли удар в направлении Бутово. Одновременно на Черкасское и Бутово обрушили свой удар несколько сотен немецких самолетов. К полудню 5 июля на данном участке немцам удалось вклиниться в полосу обороны 6-й гв. армии. Для восстановления прорыва командующий 6 гв. армией И. Чистяков ввел в бой противотанковый резерв — 496-й ИПТАП и 27-ю ИПТАБр. Одновременно командование фронта отдало приказ 6-му т. к. выдвинуться в район Березовка, чтобы фланговой атакой ликвидировать намечавшийся опасный прорыв немецких танков.

Несмотря на наметившийся прорыв немецких танков, артиллеристы к концу дня 5 июля сумели восстановить шаткое равновесие, правда, ценой больших потерь личного состава (до 70 %). Причина этого лежала в том, что пехотные подразделения на ряде участков обороны беспорядочно отошли, оставив артиллерию на прямой наводке без прикрытия. За день непрерывных боев в районе Черкасское-Коровино противник потерял от огня ИПТАП 13 танков, в том числе 3 тяжёлых типа «Тигр». Наши потери в ряде подразделений насчитывали до 50 % личного состава и до 30 % материальной части.

В ночь на 6 июля было принято решение об усилении оборонительных рубежей 6-й гв. армии двумя танковыми корпусами 1-й танковой армии. К утру 6 июля 1-я танковая армия силами 3-го механизированного и 6-го танкового корпусов заняла оборону на предназначенном ей рубеже, прикрывая Обоянское направление. Кроме того, 6-я гв. армия была усилена дополнительно 2-м и 5-м гв. тк, которые вышли на прикрытие флангов.

Советские танки Т-70 колонны «Революционная Монголия» (112 тбр.) выдвигаются для атаки.

Т-70 tanks of the «Revolutionary Mongolia» column are ready for a attack. 112 tank brigade.

Танки PzKpfw IV Ausf H дивизии «Гроссдойчланд» (Великая Германия) ведут бой (Фото из коллекции авторов).

German PzKpfw IV Ausf H tanks of «Grossdeutschland» in action.

Радисты штаба фельдмаршала Манштейна за работой. Июль 1943 г.

Radio operators of Manstein's staff at work. July 1943.

Основным направлением ударов немецких войск на следующий день стало Обоянское. Утром 6 июля из района Черкасское большая колонна танков двинулась вдоль дороги. Скрыто расположенные на фланге орудия 1837-го ИПТАП открыли внезапный огонь с короткой дистанции. При этом было подбито 12 танков, среди которых на поле боя осталась одна «Пантера». Интересно отметить, что в этих боях советские артиллеристы использовали тактику так называемых «заигрывающих орудий», выделенных в качестве приманки для завлечения вражеских танков. «Заигрывающие орудия» открывали огонь по колоннам с большой дистанции, заставляя наступающие танки развертываться на минных полях и подставлять стоявшим в засаде батареям свои борта.

Немецкие танки «Пантера»10-й танковой бригады, PzKpfw IV Ausf G дивизии «Гроссдойчланд» и штурмовые орудия StuG 40 на обоянском направлении. 9–10 июля 1943 г.

German armor near Oboyan: the «Panther» of 10th tank brigade, PzKpfw IV Ausf G of «Grossdeutschland» and StuG 40 Ausf G.