Ночь любви в противогазе

— Скажи, когда ты вернулся домой, ты не нашел какой-нибудь записки от Вики? Где она?

Алина задала этот вопрос с тайным умыслом. Если бы это Вика организовала смерть Рябовой, то она могла предположить, что муж вскоре вернется домой. Больше ему идти было некуда. Ну, в самом деле, не снимать же номер в гостинице!

Но Толик ее разочаровал.

— Никакой записки не было, — сказал он.

— А ты хорошо смотрел?

— Ну… если честно, то я вообще еще не смотрел. Как пришел, сразу же вещи стал распаковывать. А потом в душ полез. Хотел перед приходом Вики привести себя в хорошую форму.

Он надеялся, что, увидев его намытого и в этом нелепом красном полотенце, которое ни фига не скрывало, а только подчеркивало, брошенная жена поймет, какое сокровище ее блудный муж, и кинется в его горячие объятия. Но вместо Вики на пороге появилась Алина. Расчет гулены Толика не оправдался.

— А хочешь, мы вместе поищем? — спросил он у Алины.

— Что?

— Как что? Ну эту… записку.

— Да! Хочу! — вырвалось у Алины. — Очень!

Толик странно посмотрел на Алину, но в дверях посторонился.

— Проходи!

Алина вошла в квартиру и огляделась по сторонам. Она несколько раз бывала в гостях у Вики, когда та отмечала свой день рождения или Новый год. Да, последний раз они были тут в этот Новый год. Тогда квартира была украшена множеством ярких гирлянд, фонариками и надувными шариками. И казалась обжитой и почти уютной. Но сейчас Алина видела, что на самом деле квартира совсем не обжита. Не было никаких милых безделушек, не было стульев, и в прихожей не было даже шкафа. Свою верхнюю одежду супруги Серовы — Бондарчуковы сваливали прямо на топчанчик, стоящий у входной двери.

Что и говорить, у Вики было слишком много дел и слишком мало свободного времени, чтобы заняться обустройством их с мужем квартиры. У Толика график был еще более жестким. Так что купить квартиру супруги смогли, на это их доходов хватило, а вот обустроить ее для комфортного житья у них не получилось.

И сейчас, войдя внутрь дома, Алина ощутила какое-то тоскливое чувство пустоты. Чтобы унять его, она спросила у молчаливо пыхтящего рядом с ней Толика:

— Как ты считаешь, если бы Вика хотела оставить тебе записку или письмо, куда бы она их положила?

— Понятия не имею!

Алина другого ответа и не ожидала. Девяносто девять мужчин из ста ответили бы точно так же, как Толик. Эти олухи совершенно не разбираются в женщинах вообще и в своих собственных женах в частности.

— Нужно посмотреть на кухне, — терпеливо произнесла Алина. — Понял? Записки чаще всего оставляют именно там.

Толик кивнул.

— Мне надо переодеться.

И скрылся из виду. Алина быстро прошла на кухню и осмотрелась. Так, ясно, Толик действительно появился в квартире недавно. Он поджарил себе яичницу и сварил кофе. Грязная сковородка до сих пор стоит в раковине. А чашка с недопитым кофе на столе. И давно стоит. Вон сколько на нем успевших высохнуть коричневых кругов от чашки.

— Уверена, Вика все прибрала тут перед тем, как уйти.

Алина достаточно хорошо знала аккуратистку Вику, чтобы понять, та ни за что не ушла бы из квартиры, оставив грязную посуду на столе или в раковине. Алина продолжила осмотр кухни. И убедилась в том, что порядок тут царил идеальный. Да, пусть Вика и не имела много времени, чтобы навести в доме уют, но чистота у нее была образцовая. Что да, то да.

В это время явился Толик, который переоделся в спортивные брюки и майку. Наряд тоже весьма провокационный, но все же лучше, чем его крохотное полотенчико на бедрах.

— Ну что? Нашла?

— Ничего нет кроме твоей грязной посуды.

— Вот видишь! — почему-то обрадовался Толик. — Вика обо мне даже и не вспоминала!

Алина покачала головой и спросила:

— Ты в котором часу сегодня вернулся домой?

— Утром пришел. Часов в десять.

— И Вики уже не было дома?

— Нет.

— А чайник? Он был теплый?

— Нет.

Алина пожала плечами. Выходит, Вика встала ни свет, ни заря. И куда же она отправилась? Или она вовсе не ночевала дома? И сердце Алины сжалось от тревожного предчувствия.

— Послушай, а ты пробовал позвонить Вике на трубку?

— Конечно! Много раз. Все бесполезно. Я даже подумал, что она сменила симку.

Что же, вариант был вполне возможный. Но, сменив симку, Вика не оставила своего нового номера никому из девчонок в команде. Почему? Была так обижена, что они не поддержали ее и дали уйти? Но все уговаривали ее остаться. И конечно, Вика не могла не понимать, что никому из ее товарок вместе или в одиночку было не выстоять против чиновников из спортивного комитета.

Вике в ее невероятной ситуации мог бы помочь только один человек — сам президент России лично. Да и то при условии, что захотел бы изучать дрязги в сборной по синхронному плаванью. Никто рангом ниже президента чиновникам из Комитета был не указ!

Так куда же подевалась Вика?

— Нужно осмотреть всю квартиру! — твердо произнесла Алина. — И проверить, все ли вещи Вики на месте.

Ее предложение особого энтузиазма у Толика как-то не вызвало. Он нетерпеливо поглядывал на часы и переминался с ноги на ногу.

— Что с тобой? Ты в туалет хочешь?

— Нет.

— А чего мнешься?

— Понимаешь, Алинка, тут ко мне должен один человек придти. И я бы не хотел, чтобы тебя тут увидели.

Что-то в поведении Толика показалось Алине подозрительным. Чего он так мнется? Кого он пригласил в гости? Ведь не мог же Толик, едва потеряв одну женщину и порвав с женой, пригласить к себе еще какую-нибудь цыпочку?

Оказалось, что мог.

— Понимаешь, — бубнил он, все же немного смущаясь, — я такой мужчина, что не могу без женщин. С Викой у нас давно никакого интима нету. Танька умерла. Что же мне делать?

— Ну, конечно! — ядовито фыркнула в ответ Алина. — Только и остается, что немедленно завести новую интрижку! Ну? И кто она?

— Да я даже не знаю. Какая-то девчонка. Смазливая. На улице сегодня утром познакомился.

— И сразу же пригласил в гости?

— Ну да, — удивился Толик. — А чего время-то тянуть?

— А Вика?

— А что Вика?

— Ты же не мог знать, что ее не будет дома.

— Ну и что? Вика нам бы не помешала. Закрылись в моей комнате и вперед.

И он добавил фразу, которая окончательно сразила Алину.

— А чего? Я много раз такое делал! Вика не была против.

Немедленно вон из этого дома! Алину словно кипятком обожгло. Бедная Вика! Как она могла жить с таким кобелем? Лично Алина не стала бы терпеть измены своего мужа ни одной минуты, ни одного разика, пусть даже и самого малюсенького. Измена — это предательство. А предателей Алина от всей души презирала.

У нее самой был сходный опыт. Конечно, там человек не дошел до такой крайности, как полноценная измена. Дело ограничилось всего лишь одним поцелуем. Но и этого Алине показалось достаточным, чтобы навсегда порвать с тем обманщиком.

Звонок застал Алину в прихожей. Повинуясь настойчивым просьбам Толика, она согласилась уйти и предоставить ему квартиру целиком для его любовных утех. Правда, Алина заручилась напоследок его клятвенным обещанием связаться с ней, как только Вика вернется домой или как-нибудь иначе даст о себе знать. И вот когда Алина натягивала на себя в прихожей свою спортивную куртку, раздался звонок в дверь.

— Ну все! — опечалился Толик. — Не успели!

— О чем ты говоришь?

Но вместо ответа Толик схватил ее за руку, и впихнул в ванную комнату.

— Сиди тут! — велел он Алине, захлопывая за ней дверь. — Тихо! Ни звука!

Алина уже открыла рот, чтобы задать вопрос, но передумала. К чему спрашивать, если она может посидеть тут тихонько и все услышит сама! На нее внезапно навалилась жуткая усталость. Она чувствовала себя совершенно подавленной. Что происходит на свете? Толик почти в открытую изменяет своей жене, даже не потрудившись предварительно развестись с ней и разделить жилплощадь.

Она слышала, как Толик возится с входной дверью. Как он открывает замок. Потом раздался какой-то возглас, который Алина приняла за радостное приветствие. И затем хлопок, шорох и какой-то стук. Голосов слышно не было, только какие-то стоны. И Алина, стыдливо краснея, мысленно представляла себе, как Толик и его неизвестная подружка страстно целуются в коридоре, обнимаясь и прижимаясь друг к другу.

— Вот дернула же меня нелегкая сюда придти! — вся красная от смущения пробормотал Алина. — Без меня бы они не обошлись!

Она сидела в полной темноте. Но потом ей послышались шаги. Они были очень тихие и осторожные, совсем не похожие на тяжелую поступь Толика. Но и на легкие шажки его возлюбленной, какой себе представляла ее Алина, эти шаги тоже не были похожи. И внезапно почуяв неладное, Алина тихо вжалась в стенку в ванной комнате. Почему-то ей вдруг стало очень страшно. Так страшно, как еще никогда не было в жизни.

Затем дверь ванной комнаты отворилась. Немного, но достаточно, чтобы обозреть помещение. Алина оказалась как раз за ней. И она увидела, как в ванную комнату просунулась чья-то голова в темной шапочке. Алина затаила дыхание. Ей очень не хотелось, чтобы этот человек, только что осторожно кравшийся по квартире Толика и Вики, увидел ее спрятавшейся в ванной комнате.

Пауза казалась томительно долгой. Но тут дверь снова закрылась. Шаги удалились в сторону входной двери. Потом она открылась и закрылась. И в квартире наступила тишина.

Алина испустила невольный вздох облегчения и отлепилась от стены. И только тут поняла, что взмокла, словно мышь. И дело тут было вовсе не в том, что в ванной комнате было душно или жарко. Нет. Вовсе нет. Алина была мокрой от страха и пережитого напряжения.

— Толик, — вполголоса позвала она. — Мне уже можно выходить?

Никто ей не ответил. Поэтому она осторожно открыла дверь и огляделась по сторонам.

Первое, что она увидела, было тело Толика. Он лежал, вытянувшись во весь рост поперек прихожей, и не шевелился.

— Толик! — прошептала Алина. — Толик, ты чего?

Но Толик не отвечал.

— Толик, ты чего разлегся? — наклонилась к нему Алина. — Пол холодный, простудишься.

Но Толик опять промолчал. И тут Алину снова пробил озноб, затем ее прямо бросило в жар. Эта ситуация напомнила ей совсем другое место и другого человека, который вот тоже так же лежал перед ней, вытянувшись ничком. И совершенно не шевелился. Тем человеком была Танечка Рябова. Мертвая.

— Толик! — взвыла Алина. — Толик, ты чего? Ты что, тоже умер? Прекрати немедленно!

Она тряхнула Толика за руку. И тут же испуганно взвизгнула. Рука Толика была перепачкана в чем-то густом и красном, что натекло под его телом и образовало уже приличную лужу.

— Да что же это? — воскликнула Алина. — Что же это такое?

Она перевернула Толика на спину. И испуганно закричала, увидев у него на животе огромное красное пятно, которое пузырилось и наполнялось новой кровью. И вдруг Толик открыл глаза. Взгляд его не был осмысленным. И вряд ли он узнал Алину. Но при этом губы Толика слабо пошевелились.

— Толи-и-ик! — взвыла Алина. — Не умирай!

Она кинулась к телефону. Не найдя его в чужом доме, заметалась, словно курица с отрубленной головой, взад и вперед. Натыкалась на мебель, что-то роняла, что-то разбивала. Потом вспомнила про свой собственный мобильный телефон, который лежал в кармане у нее в куртке. Вытащила его и тут же уронила в лужу крови. Дрожащие руки совершенно не слушались Алину. И она наклонилась к Толику, чтобы выудить свой телефон из-под него.

И тут она услышала, как Толик что-то шепчет. Решив, что он хочет ее о чем-то попросить, Алина наклонилась к нему и услышала:

— Вика… Вичка… зачем ты…?

— Ты видел Вику?! Это она в тебя выстрелила?

— Как больно!

— Потерпи, Толик! — взвыла Алина, пытаясь нащупать телефон в луже крови. — Потерпи, миленький! Сейчас я вызову врачей. Они тебя спасут.

Но Толик ее не слушал. Он бормотал уже совсем едва слышно:

— Яхонт… Саратов… Я не хотел… Я не хотел брать… Ле… Я не виноват!

Лишь последнюю фразу он произнес громко и отчетливо. Но затем на его губах выступили кровавые пузыри. Толик содрогнулся и затих. Понимая, что все это очень не к добру, Алина выудила все же свой телефон и трясущимися непослушными руками принялась тыкать в кнопочки.

— Скорая? — закричала она в трубку. — Приезжайте немедленно! Человека застрелили! Кто застрелил? Откуда я знаю, я была в ванне! Да и какая вам разница, где я была? Просто приезжайте. Он умирает! Адрес? Господи, какой же тут адрес!

Алина растерялась. От волнения у нее из головы начисто вылетел домашний адрес Вики. Поэтому Алина выскочила на лестничную клетку и принялась трезвонить в дверь той квартиры, в которой жила вчерашняя противная старушенция, осуждающая Вику за ее аморальное поведение после ухода мужа. Но оказалось, что не только Вика ушла в загул! Ее муженек вел себя ничуть не лучше, пока не получил сегодня пулю в живот.

Не замечая, что она пачкает кровью кнопку звонка и стену рядом с ним, Алина жала и жала на звонок. И когда дверь наконец приоткрылась, Алина завопила, как ненормальная:

— Адрес! Скажите врачам адрес Вики! Быстро!