Хроники Зареченска. Книга первая

— Стрелять только когда я скажу. Не позже и не раньше. Ослушаетесь, нам крышка. Вы поняли? — Серьёзно спросил перепуганных студентов. — Никакой самодеятельности. И главное смотрите куда стреляете. Глаза не закрывать. Понятно?

— Да ясно, ясно. Что мы идиоты что ли? — ответил Гвоздь. Его бегающие глаза с расширенными зрачками очень не понравились Саше. Бер прекрасно понимал, какие эмоции испытывают сейчас студенты, но настроить, возбужденных и перепуганных парней на соответствующий лад, просто не оставалось времени. Напоследок погрозив кулаком. Оставил тех за машиной.

— Эй, ты куда? Сказали, ты с нами должен, — проблеял Фикса.

— Сидите и не трепыхайтесь без дозволения. А теперь марш за машину! — Сашка на ходу проверил калаш и подошёл к старшим. БТР подъехал уже совсем близко, стали видны напряженные лица омоновцев под прозрачными забралами многокилограммовых сфер. Как они на голове такую тяжесть таскают?

Мужчины молча распределились по выбранным местам. Сергей Борисович тихонько попросил сына.

— Ты только осторожнее.

— Не волнуйся. Буду. — Бер отошёл на несколько шагов в сторону ореха, чтобы иметь возможность вести перекрёстный огонь и укрыться при не необходимости за толстым стволом старого дерева.

Его отец с карабином отдалился назад к японскому внедорожнику, где уже находился Никифоров с готовой к стрельбе штурмовой береттой. На дороге остался лишь Вячеслав, в качестве переговорщика.

БТР тормознул в пяти метрах от настроенных на серьёзный отпор мужчин. На покорёженный временем асфальт спрыгнули бойцы, и умело рассредоточились вокруг боевой машины. Один, по-видимому старший, направился к ним. Бер присмотрелся, так и есть, под лямками разгрузочного жилета виднелись погоны капитана. На ремне, поперёк корпуса висел АК-107, существенным отличием от семьдесят четвёртого были уменьшенная отдача и кучность в полтора — два раза выше. Серьёзная машинка. Когда Саша служил во флоте о таких лишь читал, теперь увидел воочию. Бер подумал, что не прочь такой же заиметь.

«Стоп», — оборвал свои мысли Бер. — «Другие проблемы перед носом, поначалу с ними разберёмся».

Между тем капитан окинул цепким взором позиции шестерых гражданских. Отметил экипировку стоящего перед ним, но удивления не выказал. Лаконично спросил:

— Что произошло?

— Ничего с чем бы мы не справились, — спокойно глаза в глаза ответил Вячеслав. — Солдатики помародёрствовать решили. За это поплатились жизнями. Надеюсь и душами.

Капитан с Вячеславом побадались взглядами какое-то время, командир омоновцев не выдержал первым.

— Кто вы такие? Представьтесь.

— Полноте вам капитан, вы забыли инструкции? Это вы, как представитель власти должны первым представиться, — Младший брат Владимира Ивановича хмыкнул. — Хотя если подумать какая нынче власть. Приходится самим о себе заботиться, — и он ещё раз хмыкнул, теперь уже с издевательской интонацией.

Капитан побагровел, однако сдержался, когда краем глаза заметил, как Саша, ненавязчиво так, качнул стволом в его сторону. До офицера дошло. Каким бы не был результат возможного огневого контакта, он в любом случае умрёт первым. Умирать не хотелось, и он продолжил стоять в расслабленной позе. Бер представил себя на месте командира омоновцев и даже на мгновение пожалел его.

— Ладно, — снизошел Вячеслав, — не буду больше грузить вас офицер, — выговорил спокойно, но с достоинством, от которого привыкшего ко всему омоновца, будто током в бровь ударило. — Разрешите представиться первым, раз вы не хотите. Майор Никифоров Вячеслав Иванович, ГРУ и показал удостоверение.

У Саши, да и не только у него, непроизвольно вырвался тихий возглас изумления. Который раз за утро. Определённо начало дня выдалось более чем насыщенное, а до вечера ещё далеко.

Офицер, прочитал раскрытую корочку и нехотя козырнул:

— Капитан Коновалов, — и замолчал, сбитый с толку. Нацеленные на него стволы автоматического оружия продолжали нервировать.

— Приятно познакомиться. Разрешите представить мох товарищей. Вот этот молодой человек справа, готовый пристрелить вас, сержант морской пехоты Александр Бер. Там за машиной мой брат, уверяю вас очень недурственный снайпер. С карабином полковник вооружённых сил Российской Федерации Бер Сергей Борисович. За машиной прячется пара молодых людей, какие они бойцы, не буду лукавить мне не известно, но как дополнительная огневая точка, пардон двоеточие вполне заслуживают внимания. — Прокомментировал Вячеслав. Дураку было понятно, такое представление, пусть и немного схожее на браваду, служит одной цели. Показать омоновцу, что победа ему достанется тяжело, а то и вовсе не достанется. Капитан всё прекрасно понял и отступил окончательно.

Майор опустил берету и поинтересовался:

— Давайте так, мы не целимся в вас, вы в нас. В конце концов делить нам нечего. Бандиты наказаны, никто кроме несчастных стариков не пострадал. Предлагаю убраться тут. Вы забираете тела мародеров, мы хороним гражданских. Машина ваша, себе оставляем стволы в качестве трофеев. Потом вы поясняете расклад сил в городе на сегодня, а мы угощаем пивом и становимся почти друзьями. Ибо не имей сто рублей, а имей сто друзей. Как вам предложение?

Коновалов долго не думал. Согласно кивнул и скомандовал за спину:

— Отбой!

Бер успокоился, только когда увидел, как омоновцы ставят стоседьмые на предохранители. Последовав поданному примеру, он подошел к своим и скомандовал.

— Всем расслабиться. Оружие опустить, — увидев каплю пота на щеке отца, спросил. — Ну, ты как? Всё в порядке?

— С вами инфаркт заработать можно, — через силу ответил тот. Напряжение медленно отпускало его.

Глава четвёртая

Бер проводил взглядом убывающих омоновцев. То, что они поведали, не укладывалось в голове, не смотря на то, что они предвидели такое развитие событий. Они как большинство порядочных граждан надеялись на благоразумие людей, оказавшихся у власти в нынешней критической ситуации.

Уцелело два городских района: Октябрьский, Камышинский и часть Артемовского, до катастрофы в них проживало без малого двести тысяч человек, больше половины Зареченска. Сейчас по предварительным оценкам в живых осталось не более трети населения. Военные произвели разведку местности и в радиусе двадцати километров от города обнаружили, одиннадцать сёл и деревень и четыре с половиной тысячи народа проживающих в них. Любопытно, но ни погибших, ни разрушений в сёлах не было. Местные испытали лёгкое недомогание и головную боль, на этом неприятности для деревенских и закончились (исключая перенос конечно). Что в степи дальше двадцати километрового радиуса, есть ли там люди, капитан не знал.

Зато знал, как народ будет жить в ближайшее время. Так как никого из представителей гражданских властей не уцелело, то руководство взяли на себя командир части внутренних войск генерал-майор Быстрицкий и начальник ГОВД генерал-майор Вишневский, за координацию спасательных мероприятий отвечал полковник Дробыш, который до этого занимал пост начальника отдела внешнего наблюдения. Насмотревшись на разрушенные кварталы и трупы на улицах и под завалами, ему первому пришло в голову на обломке старого мира создать свой собственный, где главным видел себя любимого.

Три дня назад, его бойцы, пользуясь ситуацией, первым делом свезли, что только можно на склады фирмы Агротех за городом в слободе Каменная. Пока спохватились, полковник успел вывезти с городских складов больше половины продуктов длительного хранения и почти весь арсенал ГОВД Зареченска. С ним ушло больше двух сотен сотрудников различных ведомств вместе с семьями, в основном гаишников, служащих ППС и оперативников уголовного розыска, а так же часть офицеров ФСБ.

Когда сообразили, что происходит, то снарядили группу. Дробыш и компания за сутки успели организовать оборону и дать отпор сводному отряду ОМОНа и солдат ВВ, шедших скорее для переговоров, чем для ведения боевых действий. Группа попала под раздачу и, понеся потери, вынуждено отступила не солоно хлебавши.

Ситуация ухудшалась с каждым часом. Генералы не доверяя друг другу, взяли под контроль супермаркеты и продуктовые склады частных фирм, бензозаправки. Активно приступили к вывозу оставшихся товаров и продуктов на свои базы. Быстрицкий на территорию военной части ВВ, Вишневский на базу ОМОНА. Всё шло к тому, что эти три военизированные группировки бывших защитников отечества и конституционного порядка, скоро создадут собственные удельные то ли княжества, то ли баронства. Ситуацию усугубляли возросшие количественно мародеры и добровольные дружины горожан. Люди ведь не дураки начинают понимать, что происходит и всячески пытаются воспрепятствовать зарождающемуся новому строю, а кто-то просто стремится урвать кусок побольше.

Капитан прервался, допил большими глотками вторую бутылку пива, привезённого запасливыми Никифоровыми, поставил её под стол и полюбопытствовал.

— Вот такой расклад на сегодня. Сами делать что будете? — и тут же сам ответил. — Я так мыслю, уйдёте в оппозицию, — капитан хмыкнул. — Мол, я не я и хата не моя.

— А что предлагаете? — Бер разозлился. — Пойти под вашу руку, возрождать феодальный строй?

— Ты прости командир, но Александр прав. Воевать за кусок мыла, на чьей бы то ни было стороне, нам не с руки. — Вмешался Вячеслав. — Вы как-нибудь и без нас обойдётесь. В старину говорили: «Паны дерутся — у холопов лбы трещат». Предпочитаю переждать становление нового порядка подальше отсюда. У нас семьи, дети. С твоих слов получается, ситуация выходит из-под контроля. И виноваты в этом вы, а не простой народ.

— Да понимаю я безнадёжность происходящего, — Коновалов махнул рукой с сожалением. — Но что-либо поделать не в силах.

Помолчали минуту, переваривая новости и осмысливая новый поворот в собственных судьбах.

— У меня просьба, — капитан замялся, словно размышляя, стоит ли говорить. — Если события разовьются по наихудшему сценарию. Примете нас к себе, товарищ майор? — Официальным тоном спросил Коновалов.

Никто такого не ожидал, поэтому Вячеслав медлил с ответом. Он посмотрел на Сашу и проговорил:

— Принципиально возражений не имею. Что скажешь командир? — обратился он к Александру. Глаза искрятся смехом, а лицо серьёзное.

— Разве я главный? Вам эта роль больше подходит, — оторопел Бер.

— Этак брат не пойдёт. — Вячеслав погрозил пальцем. — Ты начал собирать людей, ты спланировал расправу над мародёрами. Чем вполне доказал способность вести нас за собой. Так что давай решай.

— Но вы майор ГРУ, папа так вообще целый полковник. Не сошёлся же на мне свет клином? — Продолжал отбиваться от ответственности Саша.

— Давай не увиливай, а то разочаруюсь. — Вячеслав посерьёзнел, взор стал колючий и тяжёлый. — Что касается моего звания и рода службы, то тут ты не угадал. Я хороший тактик и вояка. Но в стратегии и администрировании слабоват. Ты более подходишь на роль руководителя. Как говорят психологи, харизматичный ты парень. Вот и решай, в стратегическом плане нужны нам люди?

— Как воздух. — Решился Бер. — Боюсь проблема перетягивания каната генералами не единственная наша беда.

— Даже так. Потом поделишься мыслями?

— Обязательно, — подтвердил кивком обещание Бер.

Омоновцы внимательно слушали странный диалог майора и Александра. Судя по выражению на лицах спецназовцев, они не ожидали стать свидетелями выборов главы странной вооружённой компании. Коновалов отметил про себя, эти мужики нравятся ему и всё тут. В каждом виделся стержень, согнуть который будет не легко.

— Нам пора, — капитан решительно встал. Пора. Попрощался с каждым за руку. — Как договаривались, мы забираем двухсотых.

— Забирай. — Вячеслав кивнул подтверждая и вместе с Александром проводил омоновцев.

Когда за воротами Коновалов с майором на полминуты остались одни, старший омоновец спросил:

— Вы серьёзно на счёт парня?

— Вполне. — Вячеслав пояснил. — По сути, я солдат. Могу руководить достаточно большим количеством народа, но чем больше будет приходить людей, тем хуже я буду справляться с обязанностями руководителя. А Саша справится. Я понял это сразу. А там где спасует, подсобим. — Вячеслав подмигнул. — Пока капитан, даст Бог, увидимся.

Сперва похоронили чету стариков, потратив на похороны несколько часов. Закопали убитых в их собственном дворе на огороде. Присутствовали несколько соседей, таких же пожилых людей. Женщины посокрушались, всплакнули и разошлись по домам.

Сегодня солнце совсем не по-весеннему припекло, и Фикса предположил, что времена года здесь и на Земле не совпадают. Бер устало согласился, версия Николая имела право на существование, но Саша как-то тупо подумал: «Лето так лето, какая разница».

Сергей Борисович поставил на стол начатую бутылку водки и предложил помянуть соседей. Когда все выпили по пятьдесят грамм и закусили. Саша взял инициативу в свои руки: «Хотите видеть во мне старшего среди равных, вот сейчас и проверим насколько вы готовы подчиняться».

— Из-за утреннего инцидента времени утеряно достаточно. А между тем не факт, что командир омоновцев окажется хорошим парнем. — Саша обеими ладонями верх вниз потер глаза. — Вот возвращаются они на базу и докладывают. Мол, так и так, патрулировали, услышали стрельбу, подъехали проверить, а там доморощенный спецназ завалил пол отделения вэвэшников и вооружение у них на высоте и так далее и тому подобное. Что сделает командование?

Все внимательно слушали, никто не перебивал. Бер обвёл сидящих взглядом и продолжил:

— Конечно, если капитан говорил серьёзно, то неприятностей от него ожидать не придётся, сам не доложит, и подчинённым накажет про нас молчать. Ему выгодно держать нас в уме, как запасной вариант. Однако подстраховаться всё же стоит. Не верю я, что про нас не узнают. А держать под боком отлично снаряжённых, — Бер, да и не он один покосились на Beretta ARX-160, - ни один мало-мальски толковый офицер не станет. Есть мысли? Папа?

— Не доложит, ты прав. А на счёт подчинённых не уверен, — откликнулся отец.

— Тут я полностью согласен и с тобой, и с твоим отцом, — Вячеслав откинулся на спинку стула, достал сигарету, раскурил, — нужно вам сегодня подходящую экипировку дать и стволы получше. АК-74 неплохие машинки, но когда есть получше, почему бы не заменить. — Он обратился к старшему брату. — Сможем братьев по оружию снабдить?

— Без проблем, — Владимир Иванович поднялся. — Собирайтесь, поедем барахлиться.

Все радостно загалдели.

— А мне можно с вами? — в первый раз за сегодня напомнила о себе Ксения.

— Можно барышня, можно, — улыбаясь, ответил Никифоров.

Та аж запрыгала от счастья.

— Забыл спросить, — Саша кивком головы показал на беретту, — откуда у вас это? Вместе с ПМ пылились?

— Точно. Коллекционирую я стреляющие штучки-дрючки, — весело сказал дядя Володя. — Ты всю коллекцию ещё не видел. Поехали, покажу.

Всемером еле влезли в Тайоту. Парням пришлось сесть в багажник, высунув ноги наружу. Тронулись.

Эдик встретил прибывших с радостью. Кроме него из дома вышла молодая красивая женщина с большими тёмными глазами, стройной фигурой в подчёркивающем формы голубом платье и двое мальчишек десяти и трёх лет от роду. Оказалось это жена и дети Вячеслава, который пояснил, что переехал с семьёй к брату в целях безопасности. Супругу майора звали Алёна, а детей Никита и самого маленького Глеб.

— Давайте за мной, — бодро сказал Никифоров, когда все перездоровались друг с другом. — Заходите в логово.

Толпа не заставила себя долго уговаривать.

Арсенал находился в огромном подвале за бронированной дверью в стиле а-ля Джеймс Бонд и поражал воображение. Чего тут только не было. Количественно конечно не много. Всего по два экземпляра, но множества модификаций, как успел шепнуть Ник, его отец всегда покупал модель по паре, один ствол себе, второй сыну, зато разнообразие… Десятки винтовок, автоматов и даже пулемётов. От старых до самых современных, украшали собой стенки и стойки. Целый музей. Дорогое удовольствие.

Бер шел мимо стеллажей, рассматривал австрийские AUGи, различные бельгийские FAN FAL и даже модерновые FN F2000, стоящие на вооружении помимо бельгийцев у словаков.

Британские L85A1 и L85A2. Германские, времён второй мировой, и вполне современные Heckler-Koch HK G36 и HK417. Израильские галилы, итальянские беретты, американские винтовки и карабины, примелькавшиеся на экранах телевизоров. Всякие там индийские с бразильскими и черт знает чьего производства. И, конечно же, наши родные от ППШ до АЕК971 и автоматно-гранатомётного комплекса «гроза» ОЦ-14 и даже, что уже не удивляло, бесшумный «Вал» (к слову сказать, за обладание которым можно и по шапке получить от более чем компетентных органов) и созданный на его основе малогабаритный СР-3 «Вихрь».

Народ охал и ахал не менее получаса. Никифоровы упивались восхищениями гостей и то одному, то другому словно гиды в музее рассказывали об интересных образцах.

Восторженную экскурсию закончил громкий вопрос Ксении, которой как женщине было непонятно, чего эти мужики балдеют. Ну, пистолетики и автоматики, даже красивые на вид есть, но не пускать же слюни, будто увидели шеренгу длинноногих фотомоделей.

— А можно мне подобрать что-нибудь покомпактнее, полегче и покрасивши, да со стразами?

В арсенале повисла секундная тишина, а потом грянул хохот.

— Ой, уела дочка, — давясь смехом и размазывая слезы, прохрипел Сергей Борисович.

— Со… со стразами ха-ха-ха, — все от души смеялись, избавляясь от напряжения скопившегося за последние несколько дней.

Когда смеяться стало больно, мужчины, изредка похихикивая, принялись успокаиваться.

— Повеселились, и будет, — Владимир Иванович, обращаясь к Ксении, сказал. — С тебя и начнём. Подойди.

Ксения приблизилась.

— Ты у нас девушка хрупкая, вот как под тебя сделан, — он вручил Ксении короткоствольный автомат Калашникова и пистолет ПСС. — Владей на здоровье.

— А пистолет зачем? — Ксюша взяла его двумя пальцами за рукоятку, будто дохлую крысу за хвост. Вокруг послышались смешки.

— Запасной ствол должен быть всегда, — наставлял Никифоров, — потеряешь винтовку, например, патроны закончатся, да мало ли. Забирай, давай и со всеми вопросами и консультациями к брату. Он у тебя в таких делах опытный, расскажет и покажет. Так, следующий.

— Кобуру от дольче и гобана у вас для Ксении есть? — решил подколоть девушку Лёха.

— Ты, как я вижу, неплохо разбираешься в Кутюрье с гомосексуальными наклонностями, — не осталась в долгу Ксения. — С чего бы это?

— Так его. Ха-ха-ха, — залился Николай смехом. Остальные разулыбались.

— Хватит ржать. Давайте посерьезнее, — попросил Никифоров старший.

Как оказалось, Никифоровы успели вывезти со склада и магазина имущество, поэтому потратили на вооружение и переодевание два часа, долго выбирали, хозяева оказались очень щедрыми. Когда закончили, то выглядели, словно отряд специального назначения. Грозно и внушительно. Вячеслав смог, с нашей помощью, уговорить жену. Она поначалу упиралась, но Ксения, вроде ни к кому не обращаясь, бросила фразу.

— Эх, были бы у меня дети, то в такое беспокойное время я с тяжёлым пулемётом вокруг них патрулировала, пока они в песочнице играют.

Та покраснела, то ли от стыда, то ли от злости. Но согласилась получить полевую форму и пистолет. От чего-то более мощного отказалась, мотивируя отказ, тем, что для более полной защиты её и детворы, есть семеро сильных мужиков увешанных, от пупа и до зубов, орудиями уничтожения себе подобных, и одна не в меру воинственная валькирия. Развернулась и с пакетом обновок пошла к детям.