Королятник, или потусторонним вход воспрещен

— Можно к вам? — спросил знакомый добрый голос, и в палату вошел профессор Ифаноф. Привел еще одного королевича. Да не простого, а чернокожего! И на плече у королевича сидел попугай!!

— Здесь ты будешь жить, — сказал ему Ифаноф. — Вот кровать, занимай.

А чернокожий королевич оглядывался круглыми глазами. Он никогда ещё не видел кровать, потому что у себя на родине спал в удобном королевском гамаке. А вслух только сказал профессору:

— У вас добрый голос, как у вечерней птицы кургу.

— Ну, спасибо, — обрадовался профессор. — Ладно, знакомьтесь, я пойду, там еще кто-то подъехал.

Новенький огляделся, сияя улыбкой, и сказал громко:

— Крокодил!

— Кто крокодил?! — подскочил Гольга. Он подумал, что это про него.

— Фамилия моя Крокодил, — объяснил новенький. — Нравится?

— Хорошая фамилия, — похвалил Журиг. — А за что тебе ее дали?

— А, это у нас на Южных островах сперва одни звери жили. А потом одни зверями остались, а другие в людей превратились. Мой предок был крокодилом, а стал королем. Так и осталась фамилия. Дед был Бедя Крокодил. Отец — Мидя Крокодил. А я — Крижа Крокодил. А Чим — попугай.

— Говорящий? — спросили братья Ветя и Фидя.

— Учится. О, а это кто?

— Это наш котёнок, — похвастались братья. — Зовут Мурсиг.

— Да! — сказал котенок. (Мурсиг не умел говорить «мяу». Говорил «да».)

— На меня похож, — сказал Крижа Крокодил, — тоже черный. У нас есть такие же, только крупнее, пантеры называются. А ещё львы есть, бегемоты …

Раздел территории в палате отодвинулся в неопределенное будущее. До вечера королевичи слушали рассказы про львов, удавов, слонов, бегемотов… И конечно, про крокодилов.

А Мижа спросил у Журига шепотом: "Что такое крокодил?" И рыжий Журиг объяснил: "Это такой небольшой дракон южной породы".

Два из тех анекдотов, которые до полуночи рассказывали королевичи-старшеклассники:

— Приезжает рыцарь свататься. А король говорит: "Сначала надо убить дракона. Езжай на север и, пока не убьешь, обратно не приезжай". Рыцарь поехал на север. Видит — огромная гора. А в ней пещера. Он туда заезжает и кричит: "Эй, дракон, выходи биться!" А дракон отвечает: "Биться так биться. Только зачем ты со своей лошадью ко мне в ухо залез?"

И второй:

— Один королевич решил убить великана людоеда. Прилетает к нему на ковре-самолете. "Эй, людоед, сдавайся!" А людоед спрашивает: "Принц, а принц, что это за тряпочка, на которой ты сидишь?" — "Ковер-самолет!" — "А мне кажется, скатерть-самобранка! Хрум-хрум-хрум!"

За полночь принцы угомонились. Анекдоты еще не кончились. Просто смеяться устали.

Только принцессы старшего класса так и промолчали весь день. До позднего вечера они сидели на своих стульях в величественных королевских позах, высоко держа головы с прическами на стройных шеях. И зевки прикрывали веерами. Догорали свечи, гасли одна за другой, и принцессы одна за другой с независимым видом раздевались и ложились в постели. Лишь ночью, при лунном свете, две принцессы вдруг разоткровенничались. О чем они шептались? Не скажу. Секрет.

Глава 5. "Спасла пиковая дама"

Среднеклассницы заперлись на крючок, и сквозь дверь из палаты доносились смех и визг, скрип кроватей, топот босых ног и хлопанье подушек. Принцессы, как простые девчонки, скакали по кроватям в ночных рубашках (потому что в модном платье не особо-то побесишься!). И атаманшей у них была рыжая Лита. А когда чуть не высадили подушкой окно, тогда успокоились, и худенькая черноволосая принцесса Дамара стала рассказывать разные истории. И в самых страшных местах она таращила свои и так большие глаза.

— Давным-давно, триста лет назад, мы жили в старом замке. Мой отец был бароном, а мать — баронессой. И вот, однажды родители в золотой карете уехали на бал к королю, а в замке остались только я, сестра и слуга. Ну, мы с сестрой стали играть, будто у нас тоже бал, танцы… И вдруг слышим, такой голос говорит: "Девочки, девочки, в ваше имение въезжает Черный Рыцарь". А мы думаем: "А, показалось!" — и дальше танцуем. Целый час проходит, мы уже про это забыли, и тут опять такой голос говорит: "Девочки, девочки, Черный Рыцарь подъезжает к вашему замку". Сестра говорит: "Ты слышала?" А я отвечаю: "Нет, ничего, это тебе показалось". А самой страшно… А голос уже говорит: "Девочки, девочки, Черный Рыцарь стучится в ваши ворота". И слышится такой стук. Подходит слуга и спрашивает: "Открыть?" Сестра говорит: "Не надо!" А я думаю: "Ну и что, подумаешь, черные латы. Чего мы будем бояться благородного рыцаря?" И говорю слуге: "Открывай!" Слуги опускают мост, открывают внутренние ворота, и въезжает такой рыцарь. Латы, как черное стекло, сверкают, сам смуглый, брови черные, и глаза такие черные, пронзительные. И перо на шлеме черное, и конь черный-пречерный. Слезает он с коня и так изысканно кланяется. И говорит мне: "Сударыня, я странствующий рыцарь, своими подвигами я прославляю имя дамы моего сердца. Я хочу просить у вас ночлега".

А моя сестра в него влюбилась с первого взгляда, сразу про все страхи забыла. В общем, мы его пригласили в гостиную, поужинали с ним, побеседовали, а потом стали играть в карты. Хотя родители нам не разрешали, но надо же было развлекать гостя. Ну и вот, у меня карта под стол упала, дама пик. Я нагибаюсь и вижу: рыцарь под столом разулся, а у него вместо ноги — копыто. Подняла карту, он на меня так посмотрел и ничего не сказал, Ну, мы доиграли, а потом пошли по своим спальням. А сестра ничего не знала. Я у себя заперлась, всю ночь от страха дрожала. Утром просыпаюсь, а сестры нигде нет. Зову слуг — не отзываются. Захожу в сестрину спальню — она стоит такая посреди комнаты с испуганным лицом я окаменелая. Потом нашла слуг они тоже каменные. А рыцаря и след простыл. Только в гостиной к столу кинжалом приколота записка: "Вас спасла пиковая дама".

В общем, этот рыцарь был черт. Он всех превращал в камень, кроме тех, кто узнавал, что он черт…

Девочки заворожено молчали. А потом Надажа шепотом спросила:

— А сестра так и осталась каменная?

— Нет. Она простояла так семьсот лет, вся покрылась пылью и паутиной, даже платье все истлело, а замок наполовину развалился. А потом ее увидел один прекрасный принц и решил, что это статуя. Но она была такая прекрасная, что он ее поцеловал, и она ожила.

— А слуги?

— А слуги так и стоят…

Когда девочки уже засыпали, вдруг раздался дикий визг!!! Все повскакали и увидели испуганную Зонечку.

— Ну чего орешь, как эта самая? — недовольно сказала Лита.

— Там в окне кто-то черный… Девочки, я боюсь…

— Да ну, — Лита подошла к окну, — тебе показалось. Никого нет.

— Нет, я видела! Кто-то заглядывал! — не соглашалась кудрявая Зонечка.

Но принцессы решили: "Показалось! Приснилось!" И легли спать. Зонечка побоялась еще немного и тоже решила: показалось. И тоже заснула.

Знали бы они, что ничего ей не показалось! Что в самом деле заглядывал в окно человек в черном!

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ (Стихи, сочинённые чернокожим королевичем Крижей) Люди говорят: "Сеет дождик"… А если бы на каждом месте, Где посеяна дождинка, Вырос сверкающий фонтанчик, Вот была бы красота!

Глава 6. А в это время…

В Дазборге, на площади Простуженного Рыцаря, жил Министр Войны.

Здрана, как вы помните, со всеми королями заключила мир, армию почти всю распустила, а министра хоть пока и оставили на всякий случай, но делать ему было совершенно нечего. На заседания правительства он не ходил, целыми днями валялся дома в постели и читал книжки про войну. А в перерыве между книжками пил чай с вареньем и булочками.

— Эй, кто-нибудь! Чаю! — крикнул Министр и перевернулся со спины на живот.

В спальню кто-то вошел. "Слуга, — подумал Министр. — Сейчас скажет: "Ваш чай, господин министр". Но слуга ничего не говорил. Министр оглянулся. Посреди спальни стоял смешного вида человечек — маленький, пузатый, носатый, пучеглазый, да еще и лысый. Министр вскочил и вытянулся по стойке «смирно». Человечек усмехнулся и тихим, как будто спокойным голосом стал ругаться:

— Лежим? Книжечки почитываем? Прекрасненько!

— Господин Марг! — начал министр. — Я…

— Ты болван! — перебил господин Марг. — И больше никто. И этого болвана я учил уму-разуму! Это его я сделал из офицеришки маршалом! Членом правительства! Значительной фигурой, министром! Этот болван забыл все доброе. Забыл?

Министр еще не знал, за что его ругают, но на всякий случай покраснел.

— Ничего не забыл, — прошептал он, теребя кружева на пузе.

— И значит, в благодарность за все мои благодеяния ты позволил этому профессору — как там его? — развести какой-то Королятник! Откуда он только взялся, этот ваш профессор?

— Он не мой, он Главы Правительства знакомый, — стал оправдываться Министр. — Этот профессор всех перепугал: "Разрешайте, господа Министры, а то завтра, всебланедская война будет…"  А у меня как раз два полка на огороде работают, а если война, то я зимой без картошки останусь. Все за Королятник проголосовали, и я проголосовал». Да и что тут такого, господин Марг, ну подумаешь, Королятник...

— Болван! — сказал Марг, — Войны он испугался! Картошка у него! Да кто ты без войны? Сегодня Министр, а завтра — кто? Да никто! Лежишь тут, дурака валяешь, а твой заводишко пороховой скоро закрывать придется. Кому нужен порох, если мир на дворе? "Что тут такого"?!

Марг принялся по-хозяйски расхаживать по спальне.

— Ладно. Не все потеряно. Хоть ты и болван, но ты пока еще член Правительства. Значительная фигура. С этого дня будешь ходить на все заседания. Рано или поздно профессор придет просить у правительства денег. Твоя задача — чтобы он денег не получил. Понятно?

— Понятно! — сказал министр. — А как это?

— Очень просто. Есть такой закон: пока у членов Правительства имеются вопросы, решение не принимается. Значит, придет профессор, скажет: "Дайте денег". А ты ему — вопрос: "А зачем?" Он ответит. А ты — другой вопрос: "А почему именно столько?" Он ответит. А ты — третий вопрос, пятый, десятый. Пока профессор не поймет, что просить бесполезно, и не уберется. Ну, а без денег его Королятник долго не протянет.

— Понял, господин Марг! — обрадовался министр.

Господин Марг возвращался домой пешком. Был вечер, на улицах веселилась молодежь. Но где появлялся господин Марг, песни смолкали, веселое настроение пропадало, люди провожали его угрюмыми взглядами. Почему? Узнаете. Пока скажу, что господин Марг был самым богатым человеком во всей Здране.

Глава 7. Самая высокая в Здране лошадь

Через несколько дней в Школе Мудрых Правителей (сокращенно — ШМП) начались занятия. Предметов было всего четыре. Самый главный — политику - Ифаноф преподавал сам. А ещё он пригласил в учителя трех своих давних друзей, бывших учеников. Сухонький и очень подвижный мастер Дзаблин стал учителем техники. Добрый бородатый силач Ниголаеф — учителем природы. Изящный и лохматый маэстро Зиторенго — учителем культуры.

Вместо расписания в коридоре висела доска рекламы и объявлений.

"Темной ночью двое неизвестных зарыли в парке клад! Мне удалось заполучить план, зашифрованный математически. На поиски клада приглашаю младший класс. Итак, во вторник утром. Пароль: "Клад зарыли темной ночью". Ниголаеф".

"Небывалый номер!!! Поднятие целой лошади одной рукой! Состоится во вторник! Приглашается средний класс. Ответственный за поднятие — мастер Дзаблин".

"Для всех желающих открывается кружок фехтования. Записываться у маэстро Зиторенго".

Желающие обучаться фехтованию уже появились. Во-первых, гордый королевич Гольга - чтобы любого обидчика вызвать на дуэль. Во-торых, мирный королевич Мижа - чтобы уметь защищаться, если вызовут на дуэль. И в третьих, завхоз Гослоф - не ради каких-то дуэлей, а для общего развития.

В нижнем углу доски скромно поместилось еще одно объявление, написанное мелом "ЛИТКА - РЫЖАЯ!". В данный момент его автор, королевич Журиг - кстати, сам не менее рыжий да еще конопатый - вдохновенно рисовал под объявлением портрет принцессы Литы, воровато при этом оглядываясь.

ПОЧТИ СЕКРЕТНО

(читать шепотом)

Конопатый королевич Журиг был родом из хитрой страны Тании. Именно в Тании находилась лучшая в стране шпионская школа, и говорили, будто выпускники этой школы могут проходить сквозь стены и становиться невидимками.

А еще в Тании было слишком много королей, все они считали себя законными и боролись за власть. Борьба шла с переменным успехом, и случалось, менялось по три короля на дню. Дошло до того, что жителям Тании было уже почти все равно, кто там сегодня на троне.

Боролась за власть и Журигова мама: строила заговоры, плела интриги. Иногда ей удавалось покоролевствовать недельку-другую. Все это время она ничего не ела, чтобы не отравили, почти не спала, чтобы не убили, и вместо государственных дел занималась разоблачением козней соперников.

Едва Журиг родился, как его несколько раз подменили. Во дворце, где он рос, было множество закоулков, скрытых ходов, потайных комнат. За каждым углом кто-то стоял: подслушивал, подглядывал, подкарауливал. Ходили там только на цыпочках. Правду говорили редко и только шепотом…

И вот, в очередной раз захватив престол, мама Журига отправила сына в Здрану, подальше от злых глаз. Видимо, по привычке, но Журигу и здесь казалось, что за ним кто-то следит…

ВСЁ. Дальше можно читать вслух.

Кроме Журига, занятого рисованием, всё мужское население Школы делало перед дворцом зарядку. Командовал своим басом бородатый Ниголаеф. А ученики и учителя, не исключая завхоза и самого профессора, дружно махали ногами и руками. А маэстро Зиторенго махал и одновременно играл на виолончели марш. Девочек не было. Посмотрел бы я, как они станут махать ногами в своих неуклюжих юбках! Тем более сейчас они сооружали причёски [Чтобы причёска была, согласно моде, высокой, надо было волосы смазать гусиным жиром, зачесать наверх, а внутрь причёски запихать какую-нибудь тряпку для объёма. А сверху заколоть шпильками, украсить кружевами, цветами, перьями. Без парикмахера это было очень непросто. Некоторые взрослые королевы так в причёсках и спали.]

Из кустов вел наблюдение человек в черном. Да, тот самый, которого случайно заметила в ночном окне королева Зонечка. Нет, это был не чёрт и не призрак, а секретный агент под кодовым номером 49. Среди машущих ногами он высматривал одного-единственного принца. Но почему-то не видел.

В хозяйстве Школы Мудрых Правителей имелась специальная учебная лошадь. На ней малыши учились сидеть верхом, на ней пахали на уроках природы, ее рисовали на уроках культуры. И звали ее Зафразга. Сегодня Зафразге досталась роль лошади, поднимаемой одной рукой.

Механизм для подъёма был не такой уж сложный, но большой. Основой служило огромное дерево. На высоте метров пятнадцать через ветку был перекинут рычаг — ствол дерева поменьше. С короткого конца рычага свисал канат для привязывания лошади, а с длинного — веревка. Конец этой веревки мастер Дзаблин намотал на ворот вроде того, каким вытаскивают ведро из колодца. Внизу под деревом собралась вся школа, - все три класса и учителя. Мастер Дзаблин распоряжался:

— А ну, расступись, дайте лошади пройти! Не толкайтесь, всем видно будет! Давай-ка, Зафразга, обвяжем тебя. Не боишься высоты?

К мастеру Дзаблину протолкался учитель природы Ниголаеф:

— Мастер, можно вас на минутку?

— Извините, потом, у меня лошадь ждет. Внимание! Начинаю!

И мастер принялся крутить ворот одной рукой. Веревки натянулись. Наверху что-то заскрипело, посыпались крошки коры. Ствол-рычаг выгнулся дугой. Лошадь тоже… В толпе зрителей слышался напряженный шепот: "Хоть бы веревка выдержала…" — "Рычаг сломается…" — "Не сломается. Спорим, поднимет". "Сил не хватит…" Но мастер все так же спокойно крутил ворот. И вот Зафразгины копыта оторвались от Бланеды!

— Ура-а-а!!! — раздался дружный крик.

— Поехала!

— Поднимается!

— А можно мне покрутить? — подскочил к мастеру Журиг.

— Держи. Не упусти.

Журиг с усилием провернул ворот и сказал:

— Легкота!

— Ну, хватит, ты, наверное, не один, — сказал Гольга. — Все хотят.

— Чур, я за Гольгой, — предупредил Мижа.

Мастер Дзаблин напомнил Ниголаефу:

— Вы что-то хотели спросить?