В змеином гнезде

ГЛАВА ПЕРВАЯ

За 13 часов и 43 минуты до этого в Центре, в штабе УПР, заканчивались последние приготовления к операции «Няня». В конференц-зале собрались суперинтендант Джек Купер, его личный помощник Тара Мун — высокая, стройная двадцатипятилетняя девушка с коротко стриженными рыжими волосами и ярко-зелеными глазами, и три стажера: Дэнни Белл, Алекс Кокс и шестнадцатилетняя Мэдди, дочь Купера. Кроме них присутствовали еще несколько оперативных сотрудников УПР, которым необходимы были точные детали предстоящей операции.

Перед каждым из собравшихся находился небольшой монитор, на котором была выведена фотография Майкла Стоуна и краткая информация о его личной жизни и совершенных преступлениях.

У Мэдди Купер были веские причины, чтобы интересоваться Стоуном и его криминальным царством. Немногим более года назад, дождливым лондонским вечером, один из сообщников Стоуна расстрелял семью Куперов прямо на улице. Не было никаких сомнений в том, что приказ наемному убийце отдал лично Стоун. Приказ не был выполнен до конца. Джек Купер, хотя и передвигался теперь только на инвалидной коляске, тем не менее остался в живых. Мечты Мэдди о балетной карьере были разбиты, но она тоже выжила. Погибла мама Мэдди.

У Мэдди хватало причин ненавидеть Майкла Стоуна, но сейчас ею двигала не ненависть, а желание увидеть, как свершается правосудие. За этот год она сильно повзрослела и нашла для себя новое занятие — стажировку в УПР.

Фото Стоуна исчезло с экранов мониторов и появилось следующее: хорошо одетый, ухоженный и высокомерный мужчина средних лет.

— Тем, кто еще не знаком с этим джентльменом, могу его представить. Морис Симс, юридический представитель «Стоункора» в течение последних тринадцати лет. Стоун полностью ему доверяет, — сообщил Купер и повернулся к Таре Мун. — Будьте любезны, расскажите, почему Стоуну не следовало бы этого делать?

— Симс плохо себя ведет, — сказала Тара. — Он ведет темные делишки на стороне с сомнительными ребятами из Колумбии.

Мэдди поняла, что Тара имела в виду сильные наркотики: кокаин или героин.

— Мы сели Симсу на хвост, — продолжала Тара. — Теперь у нас достаточно доказательств, чтобы упрятать его за решетку на несколько лет. Из разговора с ним пару недель назад стало ясно, что он прекрасно понимает, что его ожидает, если он нам не поможет.

— Мы что, заключили с ним сделку и снимем с него все обвинения, если он будет сотрудничать с нами, — нахмурившись, спросил Алекс.

— Нет, — ответил Купер. — Мы всего-навсего пообещали замолвить за него словечко на суде.

— Симс регулярно посещал Стоуна в тюрьме, — сообщила Тара. — От него мы и узнали, что Стоун планирует побег сегодня ночью.

— Сегодня ночью? — спросил Дэнни. — Я думал, у нас еще несколько дней в запасе. У меня не хватит времени, чтобы как следует проверить жучки.

— Может, попросим Стоуна подождать пару дней, — ухмыльнулся Алекс, глядя на приятеля. — Когда ему сообщить, что ты готов?

— Ладно, всё ясно, — Дэнни поднял вверх руки. — Сегодня закончу проверку.

— Жучки нам нужны сегодня к двум часам дня, — заявил Купер. — В это время Симс навещает Стоуна, и Алекс должен быть в тюрьме, чтобы установить жучки и переговорить с Симсом.

— К трем часам дня у нас будут все детали побега, — сказала Тара. — Тогда и запустим операцию «Няня».

Мэдди кликнула мышкой по своему экрану, и на нем высветился секретный документ, который девушка составила под руководством отца.

Операция «Няня».

Основная информация.

Через три недели начнется суд над Майклом Джорджем Стоуном. У Стоуна есть две веские причины, чтобы не хотеть этого суда:

1. За законными деловыми операциями «Стоункора» скрывается гигантская преступная империя. Один из руководителей компании, Ричард Брайсон, в настоящее время находится под арестом. Он согласился свидетельствовать против Стоуна в суде. Брайсон знает достаточно, чтобы причинить Стоуну большой вред. У свидетеля есть много другой информации, касающейся «Стоункора», которую он готов передать только тогда, когда Стоун и его сын Эдди будут за решеткой. После этого Брайсону сделают пластическую операцию по изменению внешности, дадут новые документы и новое место жительства. До суда Брайсон находится под защитой следствия, его местонахождение тщательно скрывается.

2. Стоун намерен восстановить свой контроль над преступной империей. Хотя Майкл Стоун, находясь в тюрьме, все еще пользуется большим влиянием, в криминальном мире ходят слухи, что сын Стоуна, Эдди, жив и собирается занять место отца во главе компании.

Мэдди не сводила глаз с имени на экране: Эдди Стоун. Она прекрасно помнила его.

Это случилось на ее первом задании. Она работала вместе с Алексом и Дэнни. Когда они попали в дом в Холэнд-парке, принадлежащий «Стоункору», дела пошли из рук вон плохо. Эдди Стоун взял Мэдди в заложники и бежал с ней на вертолете. Но Мэдди не сдавалась и отчаянно боролась за свою жизнь. В драке вертолет потерял управление прямо над Темзой, Эдди выпал из машины, и темные воды глубокой реки сомкнулись над ним. Мэдди осталась в обреченном вертолете, кое-как ей удалось посадить машину на мелководье. Эдди пропал без вести. Тогда его объявили мертвым: утонул в реке. Это было тогда… а сейчас…

По последней информации стало известно, что Эдди жив, скрывается за границей и планирует громкое возвращение на родину.

Мэдди стала читать дальше.

УПР получило сведения о том, что очень скоро в Лондоне состоится всеанглийский саммит глав крупных криминальных структур. Пока у нас нет точных данных о времени и месте проведения этой встречи. По сообщениям источников, Эдди Стоун собирается присутствовать на саммите и заявить о своих правах на руководство «Стоункором». Нет сомнений в том, что Майкл Стоун сделает всё, чтобы этому помешать. УПР характеризует создавшуюся ситуацию следующим образом:

В ближайшем будущем Майкл Стоун попытается бежать из тюрьмы, чтобы, во-первых, избежать суда, и, во-вторых, удержать «Стоункор» в своих руках. Он собирается отправиться на встречу и помешает сыну лишить его власти.

Если помешать побегу Стоуна, главой корпорации станет его сын. Если это произойдет, Ричард Брайсон не даст нам никакой информации, и мы не сможем закрыть «Стоункор». Эдди Стоун несколько месяцев живет за границей, и есть вероятность того, что, получив контроль над «Стоункором», он будет руководить компаний из-за границы.

Операция «Няня» позволит Майклу Стоуну бежать, находясь под постоянным контролем УПР. Он приведет нас на встречу. Оперативники УПР снова арестуют Майкла Стоуна и возьмут Эдди Стоуна.

В предместье Лондона Шепардс-буш, в маленькой комнатке ветхого дома сидели мужчина и женщина. Жара летнего дня была нестерпимой, от нее просто раскалывалась голова. Женщина сидела в старом кресле с выцветшей, порванной обивкой, из дырок которой клочьями вылезал поролон. Элис Ченг очень устала. Она была агентом УПР с восьмилетним стажем работы в полиции. Двадцатисемилетняя Элис с нетерпением ожидала окончания своей смены. Шесть часов работы, девять часов отдыха. Через час ее должны были сменить, а в полночь уже начиналась ее следующая, «могильная» смена.

Ричард Брайсон стоял на четвереньках на грязном дощатом полу и, прижавшись к нему ухом, прислушивался. Элис равнодушно наблюдала за ним. Она думала, что он, скорее всего, сошел с ума. Охранять его было не сахар. Элис и еще трое полицейских охраняли Брайсона ежедневно и круглосуточно до суда.

Самое главное было сохранить местонахождение свидетеля в тайне. У Майкла Стоуна оставалось полно дружков и помощников на свободе, и тому, кто заставит замолчать болтливого Брайсона навсегда, будет полагаться большая награда.

Брайсон поднял голову с растрепанными волосами и посмотрел на Элис.

— Там внизу крысы, — заявил он. — Я слышу, как они там шмыгают. Это место — огромное крысиное гнездо. В таком доме надо запретить проживание.

— Тут никто не живет, — сообщила Элис, — поэтому мы здесь.

Брайсон оскалился, глядя на нее, потом поднялся на ноги. Свидетель выглядел неважно: мятая одежда, нерасчесанные волосы, небритое лицо, бегающие глазки, как у сумасшедшего. Он постоянно ожидал своих убийц — они до него доберутся, это лишь дело времени. Так он жил уже шестнадцать недель.

Согнувшись, Ричард ходил по комнате из угла в угол, по его лицу стекал пот. Элис Ченг следила за ним. Это был не человек, а развалина. Вдруг он дернулся и почувствовал что-то под ногой. Посмотрев на раздавленного таракана, Брайсон обернулся к Элис.

— Нельзя со мной так обращаться, — прокричал он. — Я не собираюсь с этим больше мириться. Я главный свидетель, тот, кто упрячет Майкла Стоуна за решетку лет на двадцать пять. А меня держат в таких дырах! Я думал, что буду жить по крайней мере в четырехзвездочных отелях. Я этого заслуживаю. А что я имею? Грязную комнатушку в Далстоне? Кровать с блохами в Стритхеме? А теперь сижу в крысиной норе в Шепардс-буш.

— Успокойтесь, пожалуйста, — сказала Элис, вытирая лоб платком. — Честно говоря, мистер Брайсон, мне наплевать на ваши проблемы.

Ричард Брайсон направился к ней, сердито нахмурившись. Девушка выпрямилась, твердо глядя на мужчину, готовая отразить атаку. Брайсон отступил.

— Если бы не я, у вас бы ничего не было на Майкла, — брюзжал Брайсон. — Я несчастный придурок, который рискует своей головой, свидетельствуя против него.

И он уставился на Элис пустыми глазами.

— Вы хоть представляете себе, что они со мной сделают, когда кто-нибудь из людей Майкла узнает, где я? — неожиданно спокойно и твердо произнес Брайсон.

Элис почувствовала жалость к напуганному до смерти свидетелю.

— Они вас не найдут, — успокоила она Брайсона. — Поэтому мы и держим вас в таких местах.

Она улыбнулась, пытаясь приободрить мужчину.

— Кроме того, — продолжала она, — нет худа без добра. Сегодня нас не мучают этой музыкой.

Как будто в ответ на ее слова из соседнего дома раздался грохот рок-музыки. Брайсон закрыл руками уши и со стоном повалился на незаправленную кровать.

Элис посмотрела на него и подумала, что теперь он, по крайней мере, не слышит крыс. Она взглянула на часы — еще пятьдесят минут, и она будет свободна.

Обхватив голову руками, Брайсон раскачивался взад и вперед в такт грохочущей музыке.

Пятьдесят минут казались Элис нескончаемыми.

Кабинет Джека Купера находился на последнем этаже здания Центра в самом сердце Лондона. Сидя в инвалидной коляске напротив широкого окна, он смотрел на великолепную панораму города. Мэдди принесла отцу сэндвич и присела на угол его стола. У Купера был короткий обеденный перерыв. Отцу и дочери редко удавалось побыть вдвоем. Для Джека Купера работа всегда стояла на первом месте. Просто так было всегда, и Мэдди понимала это. Ее отец возглавлял УПР и нес полную ответственность за группу лучших агентов. Он подчинялся непосредственно министру внутренних дел и премьер-министру. Куперу приходилось полностью отдаваться работе. И Мэдди так гордилась своим отцом, что у нее не было слов, чтобы выразить это чувство.

— Ты выглядишь уставшим, пап, — нежно промолвила она. — Сколько часов тебе удалось поспать этой ночью?

— Как обычно, — ответил он, обернувшись.

— Понятно, три часа, — нахмурилась Мэдди. — Я напущу на тебя бабушку, если ты не будешь следить за собой.

— Как только закончим с этим делом, обещаю, что просплю целую неделю, — сказал Купер. — По рукам?

— По рукам, — ответила Мэдди. Соскользнув со стола, она подошла к отцу. — Волнуешься?

Отец поднял на нее глаза.

— На содержание УПР требуются большие расходы, — тихо сказал он. — От меня требуют соответствующей отдачи. Есть немало людей, которые зарятся на наше финансирование: специальный отдел, управление специальными операциями, внешняя разведка, да и другие службы… Иногда мне кажется, Мэдди, что вокруг моего кабинета кружат коршуны, ожидая, когда я засну.

— Значит, операция «Няня» должна пройти как по маслу, — сказала Мэдди.

Джек Купер кивнул.

— Нет проблем, — улыбнулась Мэдди. — Если на борту я, Дэнни и Алекс, всё будет в порядке.

Отец тихо рассмеялся, взял руку дочери и подержал ее несколько секунд.

— Как только Стоуны окажутся за решеткой, Брайсон начнет говорить, — сказал Купер. — И если он знает хотя бы половину того, на что намекает, его свидетельства нанесут организованной преступности этой страны такой удар, от которого преступники оправятся только лет через двадцать.

ГЛАВА ВТОРАЯ

В тот же день, несколько часов спустя, Алекс вошел в тюрьму «Вормвуд скрабс». Его шаги отзывались эхом в узком сером коридоре. Двери в камеры были открыты. Алекс шел быстро, одна тяжелая металлическая дверь открывалась перед ним, а другая захлопывалась позади. Рядом с ним семенил один из заключенных. Это был маленький человечек с умными глазами, пронизывающим взглядом и прилизанными черными волосами. Алекс не знал настоящего имени этого человечка, все называли его Габби-Хлопушка. Габби вел стажера в тюремную часовню.

За ними пристально следили двое мужчин. Алекс знал обоих — Немой Томми и Худой, неприятные ребята.

Когда Алекс поравнялся с ними, Томми злобно ухмыльнулся.

— Похоже, сейчас сюда пускают, кого угодно, — хмыкнул он.

Алекс остановился и внимательно посмотрел на него. Томми не выдержал взгляда, ухмылка сошла с его физиономии. В прошлом Томми выпало несчастье испытать на себе гнев Алекса, и он знал, что не стоит заходить слишком далеко.

Алекс пошел дальше. Опять открывались и закрывались тяжелые двери. Перед входом в часовню дежурили два здоровенных парня. Их лица были знакомы Алексу: Саночник — специалист по рестлингу и Драчун Джон — сплошная гора мускул. Телохранители Стоуна преградили Алексу дорогу.

— Мистер Стоун сейчас занят, — заявил Драчун Джон.

— Для меня у него найдется время — сказал Алекс, напирая на телохранителя.

Огромный кулачище схватил Алекса за грудки и отпихнул назад.

— Мистер стоун занят, — повторил Драчун Джон.

Алекс взял кулак Драчуна и медленно разогнул его пальцы. Бугай был явно удивлен демонстрацией такой силы.

— Мускулы — не самое главное, — заявил Алекс, глядя ему в глаза. — Всё дело в мастерстве.

Пальцы Алекса сдавили шею телохранителя.

— Прямо между моими указательным и большим пальцами находится твой блуждающий нерв, — спокойно заявил Алекс. — Он идет от мозга к сердцу и легким. Если я его пережму, у тебя будут большие неприятности. Этот нерв нелегко найти, но я точно знаю, где он находится. Я понятно выражаюсь?

— Да, — ответил Джон. Его глаза выкатились из орбит, Саночник попытался прийти на выручку, но Драчун жестами показал ему оставаться на месте. Взгляд Алекса красноречиво говорил о том, что с ним лучше не связываться.

— Теперь давай попробуем еще раз, — сказал Алекс. — Я хочу видеть Майкла. Ты против?

— Нет.

Алекс отпустил громилу. Тот отшатнулся назад, массируя горло. Габби захихикал, но Драчун рыкнул на него, и тот притих.

Алекс распахнул дверь часовни и вошел внутрь. Телохранители вошли за ним и встали спиной к дверям.

Часовня была большой и красивой. Колонны из белого камня поддерживали уносящиеся вверх арки, в стенах под потолком были прорезаны высокие окна. Напротив алтаря чернели пустые ряды деревянных скамей. Это место в самом сердце тюрьмы было странно тихим и спокойным.

На одном из последних рядов сидел Стоун. Облокотившись на соседние стулья, он всматривался в недосягаемые окна часовни.

Алекс тихо прошел по проходу и сел за спиной Стоуна.

— Здравствуйте, мистер Стоун, — произнес Алекс. — Молитесь о чуде?

Стоун повернул голову.

— Так-так. Бьюсь об заклад, это кто-нибудь из малышей Джека Купера, — ответил Стоун. В его голосе не было и тени юмора. — В чем дело, почему здоровяк не пришел сам? Ах да, я совсем забыл, он ни за что не смог бы подняться сюда в своей коляске.

Секунд тридцать противники сверлили друг друга взглядом. Глаза Стоуна горели ненавистью. Алекс смотрел холодно и спокойно. Алекс ни за что не доставил бы Стоуну удовольствие узнать, насколько его слова были близки к истине. Стажер не собирался заглатывать эту наживку.

— Джек Купер подставил меня, — наконец медленно произнес Стоун, прищурив глаза. — Я ничего не знаю об этих преступлениях, которые я якобы совершил. Я всего лишь бизнесмен. Я и мухи-то не обижу… пока она не встанет у меня на пути — тогда…

Тут Стоун хлопнул ладонью по стулу.

— …Я раздавлю ее. Вы меня понимаете, мистер Кокс?

Алекс и глазом не моргнул, даже не ответил. Стоун холодно улыбнулся.

— Когда в следующий раз увидите Джека, передайте ему мои наилучшие пожелания. С тех пор, как он потерял жену, прошел год, ведь так? Как же он один справляется? А, да он же не один, у него есть чудесная дочурка, которая когда-то хотела стать балериной.

Алекс почувствовал, как нервно дернулся его правый глаз. Все его мускулы были напряжены, юноше хотелось придавить Стоуна к полу, стереть эту злобную ухмылку с его лица, но он огромным усилием воли сдержался и спокойно проговорил:

— Это всё, что вы хотели сказать мне, мистер Стоун? Я здесь для того, чтобы дать вам последний шанс оказать самому себе неоценимую услугу.

Стоун уставился на него.

— Вы имеете в виду, заключить с вами сделку, как эта трусливая крыса Брайсон? — Он хрипло рассмеялся. — Бросьте это, Кокс. Ничего не выйдет. Сейчас я жду своего адвоката. А на вашем месте, мистер Кокс, я бы помолился, прежде чем выйти отсюда.

Стоун поднялся и тяжелой походкой направился к двери. Саночник и Драчун Джон последовали за ним. Дверь захлопнулась.

Полчаса спустя Алекс вышел за ворота тюрьмы и с удовольствием глотнул свежего воздуха. На стоянке машин он должен был встретиться с адвокатом Майкла Стоуна.