Тайна золотой маски

Джейми поднял на сестру несчастные глаза. Ее жажда мести немедленно улетучилась.

— Что это с тобой?

— Ничего, — пробормотал Джейми.

— Да ладно тебе, перестань, — сказала Холли. — Ну, подумаешь, лишили тебя прогулок на пару дней — велика беда. А ты что ожидал? Думал, похвалят? Ты еще дешево отделался: а ну как в твою ловушку угодила бы не я, а мама?!

— Я не из — за этого, — мрачно проговорил Джейми.

Что — то с ним явно было не так. Начисто забыв о своих планах мести, Холли присела рядом.

— Тогда из — за чего?

— Меня обжулили, выманили все карманные деньги, — буркнул Джейми. — Вот из — за чего, если тебя это так интересует.

— Ты сказал об этом учительнице? — нахмурилась Холли. — Где ты их посеял?

— Да не посеял я их, — махнул рукой Джейми. — У меня их отняли.

— Кто?

— Этот Марк Гринэвей, — с горечью произнес Джейми.

Огорошенная Холли уставилась на него.

— Марк Гринэвей отнял у тебя деньги?

Джейми искоса посмотрел на нее.

— Ну, вроде того. Он меня надул. Он показывал игру с тремя картами. Две шестерки и одна дама — клал их лицом вниз и перемешивал. А ты должен угадывать, где дама. На вид все просто. Я каждый раз правильно угадывал. Тогда он предложил сыграть на мои карманные деньги, сказал: «Спорим, не угадаешь?» И пообещал, что, если угадаю, даст мне вдвое больше.

— Ой, Джейми, какой же ты осел! Ты играл с ним в три карты? Что тебе мама всегда говорила про азартные игры на деньги? Забыл?

— Но это не было похоже на азартную игру на деньги, — пробормотал Джейми. — Я уверен, что правильно угадал. Но он их как — то подменил. Он обманщик.

— Ты должен сказать об этом своей учительнице. Нельзя позволять Марку безнаказанно дурачить людей.

Джейми покрутил головой.

— Нет, к училке жаловаться я не побегу. Ты думаешь, я кто — ябеда?

Холли решительно встала.

— Ладно, если ты сам не собираешься ничего делать, это сделаю я.

Ей не составило труда найти Марка. Он сидел в компании других ребят на поросшем травой склоне холма за школой. Они играли в карты.

— Мне надо с тобой поговорить, — сказала Холли.

Марк вскинул на нее глаза.

— Давай, говори.

— Без свидетелей.

— Я сейчас вроде как занят, Холли. Это что, очень срочно?

— Да.

Марк встал, и Холли отвела его на несколько шагов от ребят.

— Ты должен вернуть Джейми деньги, — сказала она. — Он, может, сдуру и поверил, что этот твой фокус с тремя картами не обман, но мы — то с тобой знаем, что это не так, верно?

— Его никто не заставлял играть, — буркнул Марк. — Если бы выиграл, он бы получил в два раза больше.

— Да, если бы у него был шанс выиграть, — парировала Холли. — Но ты в этих делах слишком хороший специалист.

Марк ухмыльнулся.

— Значит, он послал старшую сестричку, чтобы вернуть свои денежки.

Он пошарил в кармане и высыпал в протянутую руку Холли кучу мелочи.

— Он меня не посылал, — сказала Холли. — Но я считаю, это не должно сойти тебе с рук. Нельзя обманывать людей.

— Обойдусь как — нибудь без твоих нотаций, — огрызнулся Марк. — Свои деньги ты, кажется, получила.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Холли. — Зачем ты так себя ведешь?

Марк пожал плечами и отвернулся.

— Я знаю, что ты нам соврал, — в Лондоне вы жили не в Кенсингтоне, — продолжала Холли. — И я знаю, чем на самом деле занимается Джо Шарп.

Когда она это говорила, Марк стоял к ней спиной, поэтому она не могла видеть его непосредственную реакцию, а к тому времени, как он обернулся к ней снова, лицо его было непроницаемым.

— Не понимаю, о чем это ты, — заявил он.

— Я видела письмо на адрес вашего магазина, — сказала Холли. — Его переслали из Кеннингтона. И адресовано оно было мистеру Шарпу, так что не утруждай себя враньем.

— Да ты прямо ищейка, — процедил Марк сквозь зубы. — Чем еще ты занимаешься, кроме того, что суешь свой нос в чужие письма?

— Я не совала нос в чужие письма. Я случайно увидела это письмо и прочла адрес, — сказала Холли.

— Ну да, как же, — бросил на нее Марк уничтожающий взгляд. — Случайно! Знаем мы эти «случайно». И теперь ты думаешь, что все разузнала.

— А разве нет?

Марк снова злобно глянул на Холли.

— Я не обязан давать тебе отчет. Но, если ты хочешь знать правду, — пожалуйста, я скажу тебе. Джо написал маме в Лондон, когда мы еще жили там. Он хотел встретиться с ней, попросить помочь ему с его болезнью. Она собиралась это сделать, но мы приехали сюда раньше, чем она смогла с ним встретиться. Тогда мы договорились сделать так, чтобы он приехал сюда и пожил у нас. Вот в чем правда.

— Тогда зачем было притворяться, что они незнакомы? — допытывалась Холли.

— Мы не знали его в лицо. Он приехал как раз в тот вечер, когда был сеанс. До этого мы никогда его не видели.

Холли с сомнением посмотрела на Марка. Она слишком хорошо помнила тот сеанс, чтобы эти объяснения могли убедить ее.

— Твоя мама сделала вид, что никогда о нем ничего не слышала, — покачала она головой.

Марк скривил губы в холодной усмешке, глядя куда — то мимо нее.

— Мне этот разговор уже начинает надоедать. Ты хотела знать правду — я тебе ее сказал. А если ты мне не веришь, это твоя проблема. У меня есть занятия поинтереснее, чем отвечать на твои дурацкие вопросы.

С этими словами он повернулся, пошел к видевшим в кружок на траве ребятам и как ни в чем не бывало преспокойно продолжил карточную игру.

Во время большой перемены по школе распространился слух о еще одном ограблении. Мальчик по имени Мэтью Купер рассказывал, как накануне ночью в их дом залезли грабители.

Белинда знала эту семью, как знала почти всех обитателей шикарных особняков своего самого престижного района Виллоу — Дейла. Куперы жили всего в нескольких кварталах от Белинды, и мама Мэтью была членом нескольких благотворительных комитетов, которые возглавляла миссис Хейес.

Когда большая перемена уже близилась к концу, Холли и Белинда подошли к Мэтью, чтобы поговорить. Белинде особенно хотелось узнать, похоже ли это ограбление на то, что произошло у них.

Мэтью, казалось, был просто счастлив потрепаться на эту тему. Пока он рассказывал, Холли делала записи в дневнике Детективного клуба.

— И что совершенно непонятно, — говорил Мэтью, — это как они залезли в дом. Отец их спугнул, представляете? Он услышал шум и пошел вниз проверить, в чем там дело. Но они, видимо, его засекли, потому что дали деру. И когда он спустился, там уже никого не было. Они смылись через парадную дверь. И ничего не успели прихватить, — заключил он с довольной улыбкой.

— А разбитого окна или чего — то такого не было? — спросила Белинда.

— Не — а, ничего. Полицейские считают, что, наверное, бабушка оставила дверь открытой, когда провожала эту тетку — целительницу. Бабушка у нас стала что — то забывчивой. Вот на днях…

— Ты говоришь, провожала целительницу? — прервала его Холли. — Ты имеешь в виду Мэри Гринэвей?

— Может, ее зовут так — я не знаю. Ее вчера вечером приглашала бабушка для какой — то консультации, что ли. Отец считает, что это все чушь, но бабушка от кого — то на днях услышала, что она вроде и вправду помогает. У бабушки ревматизм. Ну, в общем, я уже говорил — полицейские считают, что бабушка забыла как следует запереть дверь. Поэтому грабители просто взяли и вошли.

Прозвенел звонок — перемена кончилась. Времени на то, чтобы поподробнее обсудить это событие, уже не оставалось, но девочки решили сразу же после школы провести совещание Детективного клуба дома у Белинды и все как следует обговорить.

Они сообщили о намеченном совещании Трейси.

— Ой, извините, но я никак не могу, правда! — сказала она. — Я не капризничаю, не думайте. Просто мне обязательно нужно потренироваться в этом жонглировании, а то я никогда к сроку не научусь. Завтра мне все расскажете. И обещаю, как только праздник закончится, я тут же присоединюсь к вам.

Холли и Белинда вдвоем отправились в дом Хейесов.

Белинда настояла на том, чтобы сначала навестить Мелтдауна, который жил в отдельной конюшне, помещавшейся в дальнем конце необъятного участка Хейесов.

— Не думаю, что это похоже на правду, — сказала Холли, когда они вдвоем с Белиндой усердно терли щетками поджарые гнедые бока Мелтдауна. — Я имею в виду эту версию насчет забывчивой бабушки. Слишком уж невероятно совпадение, что грабители случайно оказались именно около этого дома и именно в эту ночь.

— Ты слышала, что сказал Мэтью, — напомнила Белинда, разбирая спутанные пряди длинной гривы Мелтдауна. — Никаким другим способом они попасть в дом не могли — только через парадную дверь и никак иначе.

— Может быть, у них был ключ? — предположила Холли.

— Не говори глупостей. Откуда у них мог взяться ключ?

— Не знаю, откуда. Я просто изучаю любые возможные варианты. Я над этим весь день голову ломаю. Помнишь, Мэтью сказал, что грабителей спугнули, так? А как тебе такая версия: каким — то образом преступники добывают ключ от дома. Они попадают в дом через парадную дверь, но, прежде чем смыться со всей добычей, разбивают окно просто для отвода глаз. Таким образом, никто не догадывается, как они на самом деле проникли в дом. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

Круглая физиономия Белинды вынырнула из — за шеи коня.

— Тогда скажи на милость, великий сыщик, как они умудрились раздобыть ключ?

Вдруг ее глаза сузились.

— Кстати, мои ключи побывали в руках отца Марка в тот вечер, когда он выступал у нас в роли Великого Мистериозо.

— А Мэри Гринэвей побывала в доме Куперов накануне ограбления. И к миссис Келлетт, о которой ты мне рассказывала, она тоже приходила. Ее ограбили до или после визита Мэри Гринэвей, не помнишь?

— Кажется, после, — сказала Белинда.

— Таким образом, получается, что по крайней мере три ограбления произошли в домах, где раньше побывали Гринэвеи, — задумчиво произнесла Холли. — Выходит, мы совсем не туда смотрели. Настоящее преступление — это не целительство, которым занимается Мэри Гринэвей. Их главный промысел — ограбления. Да, я уверена, они причастны к ограблениям!

— Нет, погоди минутку — тряхнула головой Белинда. — Мои ключи находились в руках мистера Гринэвея всего минуты две — три. Не может быть, чтобы он успел за это время сделать с них дубликат. Нет, Холли, твое предположение занятно, но на серьезную версию оно не тянет. К тому же за последнее время в городе произошло с полдюжины ограблений.

— Да, — согласилась Холли. — И все они случились сразу после того, как Гринэвеи поселились в Виллоу — Дейле. К тому же мы не знаем, — может быть, Мэри Гринэвей побывала и в других домах тоже. Посмотри, какой блестящий замысел: целительница ходит по домам со своими сеансами, попутно крадет ключи, а потом вместе с мужем возвращается ночью, чтобы обчистить дом.

— Мэтью не говорил нам, что у них пропали какие — то ключи, — заметила Белинда. — И мой ключ они тоже не крали, ведь так? Ты опять даешь волю своему воображению, и оно тебя заносит невесть куда.

Вдруг рот Белинды приоткрылся, глаза округлились.

— Ой! — выдохнула она.

— Что?

— Я только что кое о чем вспомнила. На нашей входной двери установлен такой хитрый двойной замок, — знаешь, когда запираешь дверь изнутри, его нужно не только защелкнуть, но еще и на ключ запереть, чтобы никто не смог разбить стекло в двери, протянуть руку и открыть. И мама всегда таким образом запирает дверь, прежде чем идти спать. Как же тогда получилось, что грабители смогли выйти через парадную дверь? Я уверена, что мама вечером забирает с собой ключи в спальню. Они должны были открыть дверь ключами, чтобы выйти!

Холли повеселела.

— Выходит, моя теория не так уж и безнадежна.

— Я считаю, мы должны сейчас же пойти и рассказать об этом моей маме, — решила Белинда.

Девочки опрометью бросились через широкую лужайку к дому. Пробежав через кухню, они влетели в прихожую.

— Мам! — крикнула Белинда.

Миссис Хейес разговаривала в коридоре по телефону. Она махнула рукой, призывая не шуметь. Запыхавшиеся Белинда и Холли остановились, нетерпеливо дожидаясь, когда на них обратят внимание.

Миссис Хейес улыбалась.

— Благодарю вас, — говорила она в телефонную трубку. — Для нас это очень приятная новость. Огромное спасибо. До свидания.