Первое полухорие
Ода
Муза, забудь про войну. К дружку своему подойди, Пропляши со мною! Воспой ныне Свадьбы богов, пиры героев, Игры блаженных прославь! Таков удел твой издавна. Если же Каркин подойдет, Будет молить поплясать с его сынами, Не поддавайся, не верь, Льстивых не слушай просьб! Все они – помни твердо – Пигалицы, плясуны-головастики, Карлики, козий помет, катышки, штукари – машинисты. Сам их родитель признался, что с муками Им порожденную драму Утащила кошка. Второе полухорие
Антода
Пышноволосых Харит Заветные песенки пусть Песенник искусный Затянет в весенние дни, когда, щебеча, Ласточка лепит гнездо, И Морсим не водит хоров, И Меланфий молчит.[28] Слыхал я Мерзостный голос, визжащий. В хоре трагическом шел Он и почтенный братец, Оба с Горгоньим зубом. Лакомки, гарпии, жрущие камбалу,[29] Хахали гнусных старух, побирашки с козлиным зловоньем. В рожу плюнь им густою блевотиной, Муза-богиня! Со мною В пляс пустись веселый! Эписодий третий
Тригей со своими спутницами спускается на землю и появляется у ворот своего дома.
Тригей
(зрителям)
Не шутка с неба прямиком сойти сюда! Признаться вам, колени ломит здорово! Малюсенькими сверху вы казались мне. Эй, люди, с неба поглядеть – ничтожны вы, А снизу глядя – во сто крат ничтожнее. Раб Тригея выбегает ему навстречу.
Раб
Мой господин, вернулся? Тригей
Говорят, что да. Раб
А что с тобою было? Тригей
Ноги долгий путь Перестрадали. Раб
Расскажи нам! Тригей
Что сказать? Раб
Встречал ли ты, чтоб кто-нибудь другой, как ты По небесам шатался? Тригей
Нет. Блуждали там Две-три души певцов дифирамбических.[30] Раб
А для чего? Тригей
Запевки крали в воздухе Весенне-вейно-мглисто-серебристые. Раб
Скажи, а правду говорят, что на небе, Когда умрем, становимся мы звездами? Тригей
Все правда! Раб
Кто же там звездою сделался? Тригей
Хиосец Ион.[31] Воспевал и прежде он «Звезду-денницу». Как скончался, на небе Его прозвали все «Звездою утренней». Раб
А что это за звезды? Полосой огня Они скользят по небу? Тригей
Возвращаются От богача-звезды с пирушки звездочки С фонариками, и огонь в фонариках. Передает рабу нимфу Жатву.
Теперь вот эту проводи скорее в дом! Ополосни лоханку, вскипяти воды И с нею ложе постели мне брачное. А выполнив приказ мой, возвратись сюда! А я в Совет вот эту проведу сейчас. Показывает на Ярмарку.
Раб
Откуда взял девчонок? Тригей
Прямиком с небес. Раб
Не дам я и полушки за богов теперь, Они, как мы здесь, своднями заделались. Тригей
Да, кое-кто живет и в небе с этого. Раб
(Жатве)
Пойдем теперь. (Тригею.)
Скажи лишь, чем кормить ее Мы будем? Тригей
Да ничем. Не станет есть она Ни толокна, ни хлеба. У богов вверху Она лизать амвросию приучена. Раб
Что ж, полизать найдется для нее и здесь. Уводит Жатву в дом.
Первое полухорие
Строфа
Глядите сюда, какой Счастливейший жребий ждет Достойного старца. Тригей
А скоро женихом меня увидите блестящим! Первое полухорие
Старик, ты завиден нам. Ты юность вернешь себе, Лоснящийся маслом! Тригей
Еще бы! А когда к груди прижму красотку Жатву… Предводитель хора
Блаженней будешь, чем волчки, чем Каркиновы чада! Тригей
И по заслугам. Это я Жука-навозника взнуздал, Спасенье эллинам принес, Чтоб все могли по деревням, Не зная страхов, ночь насквозь Играть и баловаться. Раб возвращается.
Помыта спереди и сзади девочка. Пирог спечен. Коврижки подрумянены. Готово все, как есть. За женихом черед! Тригей
Но Ярмарку должны мы отвести сперва И передать Совету. Раб
Это кто ж еще? Та самая, с которой во Бравроне[32] мы Гуляли, нагрузившись молодым вином? Тригей
Та самая, добытая в трудах. Раб
Ой-ой! Не зад у ней, а праздничное шествие! Тригей
(зрителям)
Эй, кто здесь честный человек? Кому вручить На сбереженье эту вот красавицу? (Рабу, который возится около Ярмарки.)
А ты чего тут крутишься? Раб
На Истмиях[33] Хочу занять палатку для приятеля. Тригей
