Ода
Мерзкий, ненавистнейший, бесстыднейший Крикун! Твоих дерзких дел Белый свет полон весь, полон Пникс. Все суды, все ряды, Лавки все, рынки все. Пугало горластое! Город возмутил ты наш. Все перевернул вверх дном. Ты ведь светлые Афины ревом оглушил своим, Дань союзников, как рыбу, сторожишь ты со скалы. Клеон
Знаю, знаю я подкладку вашей брани и угроз! Колбасник
Коль не знать тебе подкладок, значит – фарша мне не знать. Мастер ты гнилую кожу за добротную продать Простакам, крестьянам, срезав вкось ее по-плутовски. Только суток не проносишь, глядь, разлезся весь сапог. Демосфен
И со мной недавно шутку он такую же сыграл. И друзья и домочадцы на смех подняли меня: До Пергас[17] я не добрался, а уж в стоптанных поплыл. Первое полухорие
Разве ты с первых дней Не был груб, не был глуп. Нет стыда, чести нет У таких крикунов. Грабишь жатву чужеземцев, а в театре первым ты.[18] Сын же бедный Гипподама[19] жмется, сидя наверху. Все ж нам на радость нашелся другой теперь, Много подлей тебя, много хитрее. Он управится с тобою, это ясно, дважды два! Бесстыден и бесчестен он И на выдумки силен. Предводитель первого полухория
Теперь, голубчик, покажи, каким ты уродился. Пусть знают все, что грош цена наукам и ученью. Колбасник
Эпиррема
Каков вот этот гражданин, я расскажу вам тотчас. Клеон
Не дашь мне первым говорить? Колбасник
К чему? Я вор такой же! Демосфен
А если недоволен он, прибавь: «Отродье вора». Клеон
Мне говорить не дашь? Колбасник
Не дам. Клеон
(бросается на него)
Нет, дашь! Колбасник
Так вот не дам же! За то, чтоб первым говорить, полезу первым в драку. Драка. Клеона бьют.
Клеон
Со злости лопнуть я готов. Колбасник
(в азарте)
Не дам, клянусь богами! Демосфен
Ах, почему? Уж это дай! Пусть на здоровье лопнет. Клеон
Кто ты таков, наглец, что в спор со мной вступить решился? Колбасник
Таков, что говорить и лгать, как ты, могу не хуже. Клеон
Туда же: «Говорить могу!» Я поглядеть хотел бы, Как принялся бы ты, дружок, за свеженькое дельце? Да знаешь ты, кто ты таков? Хоть пруд пруди стадами Таких, как ты, говорунов. Небось процессик выиграл У чужеземца-простака, бедняги-поселенца. И то ночами прозубрив, на улицах мурлыча, Друзьям все уши протрубив, сырую воду пивши, И думает – «оратор я». Дурак, а не оратор! Колбасник
А ты какое зелье пил, что город обморочил? Что все молчат, а ты один кричишь, не уставая? Клеон
А где ты ровню мне найдешь, чтобы без долгих споров, Подзакусивши балычком да опрокинув кружку Винца покрепче, прикрутить пилосских полководцев? Колбасник
А я натрескаюсь рубцов, налопаюсь печенки, Похлебки выдую горшок, а там, не умываясь, Взъерошу всех говорунов и Никия взлохмачу. Демосфен
Мне нравятся слова твои, одно лишь не по вкусу, Что собираешься один похлебку ты прикончить. Клеон
Хоть камбалы наешься ты, милетян не осилишь.[20] Колбасник
Что? Да нажравшись студня всласть, и рудники куплю я. Клеон
Вот погоди, ворвусь в Совет и заору истошно. Колбасник
Вот погоди, кишки тебе и потроха я вырву. Клеон
За двери выброшу тебя, пинками в зад поддавши. Демосфен
(бросается на него)
Так заодно уж и меня, я с ним, клянусь богами! Вступается за Колбасника. Драка. Клеона снова бьют.
Клеон
(кричит)
Тебя в колодки закую! Колбасник
(тоже кричит)
Тебя к решетке притяну! Клеон
(еще громче)
С тебя покрышку я сдеру! Колбасник
(еще громче)
Тебя в пустышку оберу! Клеон
На стельки раскрою тебя! Колбасник
Для фарша раскрошу тебя! Клеон
Ресницы выщиплю на лоб! Колбасник
Тебе повыпотрошу зоб! Демосфен
Ей-богу, да! И пасть потом, Как повара, колом проткнем, Язык мясистый оторвем, Свиную глотку раздерем, Задище толстый раздвоим Да поглядим, Уж не паршив ли боров! Второе полухорие
Антода
Пламеннее пламени огонь нашелся. Брани той, что была, Жарче брань и наглей. Ловок был Мой расчет, и побед Близок час. Враг уж слаб. Спуска не давай ему, Крепче нападай и бей. В крепости пробита брешь. Если бросишься на приступ жарче, тверже и смелей, Будет твой он, вот увидишь, я ведь знаю нрав его. Колбасник
И таким презренным трусом был всегда он. Молодцом, Смельчаком казался только. Где не сеял, там он жал. Вот и те снопы,[21] что в город он недавно приволок, Он гноит сейчас в темнице, чтобы дорого продать. Клеон
Не страшусь твоей угрозы, знай, пока живет Совет И Народ с дурацким видом на собраньях, сидя, спит. Второе полухорие
Антода
Вот наглец, а с лица, Как и был, он румян, Прежних дол и грехов Не боясь, не стыдясь. Если ты мне не противен, в драмах Морсима[22] играть И для пьяницы Кратипа стать подстилкой я готов. «Ты, словно пчелка, высоко взлетевшая, С каждой былинки сбираешь по взятке». Как схватил кусок нахрапом, так и вырыгни его. Тогда одно я стану петь: «В день веселья пей до дна».
