Недруги по разуму

По которым мы бродим,

Не зная другого дома,

Кроме наших шатров.

Наши друзья моропы

Несут нас в битвы,

Разрушая здания тех,

Кто нас предал…

Цитируется по собранию сочинений Гарри Гаррисона,

Том 1, роман “Мир Смерти” (изд-во “Полярис”, 1991 г.)

Прошло с полчаса, когда его заунывный напев прервал сухой металлический голос на межязыке:

- Ты, хадрати… Прекратить! Сбор информации кончать есть.

Язон смолк и поднялся на ноги. Кажется, проблема интеллектуального контакта была разрешена - по крайней мере частично.

Стенка его узилища раздалась, и он увидел коридор с глубокими нишами по обе стороны, тянувшийся, как мнилось, в бесконечность. В коридоре стояло существо - предположительно женщина с именем П’а-та-а-а-рр’и, - а при ней четверо в желтом, с увесистыми цилиндрами в шестипалых конечностях. Из цилиндров торчали зловещего вида стволы, так что в их назначении не приходилось сомневаться.

- Ты, хадрати, идти, - провещал голос с потолка. - Идти, иначе - смерть!

- Спасибо, я тоже тебя люблю, - отозвался Язон, вышел в коридор и уставился на женщину. - Ты - Патари? П’та-а-р’и? Знаете, милая леди, такое мне не выговорить. Может, сойдемся на Патриции? Или просто Пат?

- П’ат, - произнесла она с чудовищным акцентом, коснувшись ладонью пряжки комбинезона. Затем повторила приказ компьютера:

- Идти, хадрати.

- У меня ведь тоже имя есть, - пробормотал Язон, но двое охранников схватили его под локти и молча запихнули в нишу.

Это был лифт, перемещавшийся в невесомости. Первое обстоятельство Язона не удивило, но от второго он чуть не задохнулся, придя в неописуемый восторг. Управляемая гравитация! Кажется, эти бритбаки продвинулись дальше людей в познании тайн природы - во всяком случае, в данной конкретной области! В Галактике распространялась молва, что компенсаторы тяготения уже существуют, но эти устройства, вероятно, были слишком громоздкими, чтоб устанавливать их на кораблях. А здесь…

Чувство падения исчезло, и они шагнули в зал, наполненный непонятными приборами. Матово блестели странные конструкции, что-то щелкало и жужжало, скрипело и попискивало, а над головой переливался огнями сферический купол, похожий на тот, что в покинутой камере, но раза в три просторнее. Терминал компьютера, мелькнула мысль у Язона. Он остановился, чтоб разглядеть получше все эти чудеса, но пара стволов тут же уперлась ему в спину.

- Идти! - раздался с потолка металлический голос, и Пат, дернув прикрывавшим ноздрю клапаном, повторила:

- Идти!

Язона толкнули в коридор, который открылся в переборке. Одна из коридорных стен была прозрачной, и там сидели в клетках пиррянские твари - шипокрыл, птица-пила и злобно скаливший зубы рогонос. Это зрелище его ужаснуло; он вдруг подумал, что окажется в такой же клетке, по соседству с рогатым дьяволом, и будет часами и днями взирать на гнусную тварь.

Но его повели дальше, к открытой двери в самом конце коридора. Здесь находилась камера, похожая на прежнюю, однако размером поменьше; в ней тоже были светящийся потолок и полка, а над полкой - какой-то агрегат с довольно глубокой выемкой и дюжиной отверстий. В отверстиях по временам вспыхивали разноцветные огни, но не такие яркие, как на потолочном куполе.

Пат разразилась свистящими и шипящими фразами. Они, очевидно, не предназначались пленнику, ибо откликнулся компьютер; минуту-другую женщина, энергично дергая клапаном, вела диалог с машиной, и в сухом металлическом голосе Язон уловил несколько знакомых слов.

Наконец она повернулась к нему.

- Это - для спать, - шестипалая ладонь легла на полку. - Это для говорить, - ее рука поднялась к мерцавшим вверху огням, - а это - для есть. Пища для хадрати!

Женщина сунула палец в отверстие прибора, висевшего над полкой, и в выемку тут же упал маленький голубоватый диск. Затем раскрылась ротовая щель, и таблетка, подброшенная вверх, исчезла в ней, как пуля, поразившая мишень.

"Ну и пасть!” - подумал Язон. А вслух промолвил:

- Это все, прекрасная леди?

С потолка донесся резкий визг, потом - нечто протяжное и плавное. Ответ Патриции был кратким.

Компьютер перевел:

- Все!

- Так дело не пойдет. Мне нужны удобства.

Новый каскад взвизгов, шипения, скрежета и протяжных трелей.

- Какие удобства?

- Большой сосуд, в котором циркулирует вода, соединенный с корабельной системой очистки.

- Зачем?

- Для удаления отходов жизнедеятельности.

- Что это такое? Продемонстрировать!

- Боюсь, что демонстрация вам не понравится, - сказал Язон, переминаясь с ноги на ногу. - Поверьте, такой сосуд мне жизненно необходим, и поскорей! Не меньше, чем сон и пища.

Пат поглядела на него, сузив глаза в вертикальные щелки. Возможно, то была гримаса презрения или недоумения, о чем Язон гадать сейчас не собирался; он чувствовал, что мочевой пузырь вот-вот лопнет. Наконец его пленительница отвернулась и что-то произнесла, довольно длинную фразу, но компьютер отозвался кратким: “Ждать!”

Через недолгое время за спинами стражей, стоявших у входа в камеру, возникла новая фигура: такой же бритбак-спиногрыз, но облаченный в зеленое и с отливающей зеленью кожей. Он тащил овальный сплюснутый контейнер размером с башню бронетранспортера и, повинуясь жесту Пат, водрузил его перед Язоном, а после вытянулся будто новобранец в ожидании приказов. Послышался щелчок, и в верхней части контейнера медленно разошлись лепестки диафрагмы.

- Утилизатор! Автономное устройство для уничтожать отходы, - раздался громоподобный голос компьютера. - Уничтожать все, что попадать внутрь. Хадрати быть осторожный!

- Я всегда осторожен, - сообщил Язон. - Может быть, леди покинет помещение?

С потолка обрушился шквал свиста, шелеста и скрежета. Пат повернулась и вышла; за ней исчез бритбак в зеленой униформе, и стена сомкнулась. Оставшись в одиночестве, Язон с минуту глядел в бездонное нутро устройства для уничтожения отходов, потом воспользовался им и облегченно перевел дух. Лепестки диафрагмы плавно сошлись, что-то загудело, и в камере повеяло грозовым воздухом.

- Надеюсь, я смогу открыть эту штуку, когда понадобится, - произнес он.

- Глядеть: отверстие рядом с запирающим механизмом, - сообщил компьютер. - Вложить часть верхней конечности, называемой палец.

- Благодарю. - Голова Язона запрокинулась, взгляд скользнул к потолку. - Теперь объясни мне, что случилось. Зачем я здесь? Что нужно твоим хозяевам? Желают воевать с людьми или вступить в союз? Откуда вы пришли и с какой целью?

- Информация не давать.

- Почему?

- Две причины. Первая: это терминал ограниченного доступа. Вторая: данный искусственный интеллект иметь высокий уровень. Слишком высокий, чтобы общаться с хадрати.

- С кем же мне тогда общаться?

- С мрин, - последовал загадочный ответ, и компьютер замолчал.

- Ты, я вижу, сноб, - скривился Язон, опускаясь на пол.

Он сел, скрестив ноги, подпер подбородок кулаком и задумался.

Итак, его похитили инопланетяне… Высокоразвитый народ, проникший в тайны тяготения и звездных перелетов… Странные твари, которые дышат спиной и разговаривают носом или тем, что у них вместо носа… Похитили! И что же дальше?

Интерлюдия. Пирр, остров в восточном океане

Огромный человек, лежавший у подножия валуна, рядом со штабелем металлических ящиков, пошевелился и протяжно застонал. Веки его дрогнули, глаза раскрылись; они смотрели в небо, на россыпь ярких звезд и луны, мелькающие в облаках, но взгляд оставался бессмысленным, словно человек не понимал, где очутился, почему и для чего. В тусклом свете, изливавшемся с небес, лицо его было похоже на каменную маску: плоскогорья лба и щек, хребты надбровных выступов над кратерами глазниц, каньон полуоткрытого рта и задранный вверх утес-подбородок. Дыхание со свистом вырывалось из его груди.

Внезапно он прищурился, подтянул ноги и вскочил, но тут же, бормоча проклятия, оперся о скалу - его пошатывало. Затем голова на мощной шее повернулась точно боевая башня крейсера, зрачки-стволы уставились в темноту, и хриплый рык перекрыл шелест волн, набегавших на берег.

- Какого дьявола!

Он вскинул руку, грохнули выстрелы, пули защелкали по камням, выбивая мелкую крошку и искры. Человек стрелял, и от секунды к секунде его черты теряли сходство с гранитным изваянием; казалось, знакомый грохот и треск вернули ему жизнь, и каждое нажатие курка вливает в его мышцы энергию и силу. Уже не шатаясь, он отодвинулся от валуна, расправил плечи, ощупал пальцами левой руки патронташ. Стая пуль еще жужжала и посвистывала в воздухе, когда он с привычной сноровкой перезарядил оружие и замер, вслушиваясь в темноту.

- Кто здесь? Что за поганая тварь? Вылезай!

Рокот валов в прибрежных камнях был ему ответом. Остров, затерянный в океане, молчал; безмолвствовали рваные черные глыбы и темная вода в центральном кратере, не доносилось ни шепота, ни звука с ночных небес, от звезд и облаков, и даже шелестевший над скалами ветер стих, будто испуганный громом выстрелов.

Не опуская пистолета, человек поднес пальцы ко лбу, потер висок. Лицо его напряглось, он что-то вспоминал с мучительным усилием.

- Это Пирр… Пирр… Я - Керк… и я - на острове… - Брови его сошлись у переносицы. - Зачем я здесь? - С минуту он размышлял, осматривая контейнеры с приборами, водой и пищевым рационом, каменную стену, что окружала площадку у валуна, и бесшумно вращавшуюся антенну сторожевого локатора. Потом стукнул кулаком о ладонь:

- Остров, дьявол меня добери! Остров! Я здесь один? Нет? Не могу вспомнить… Почему?

Он склонил голову и снова огляделся, напоминая повадкой гигантского пса, забывшего, где спрятаны с вечера кости. Вид пустого пространства у штабеля ящиков заставил его поморщиться, но тут же его лицо прояснилось; согнув руку, он послал пистолет в кобуру, затем усмехнулся, расставил рупором широкие ладони и гаркнул:

- Язон! Где ты, Язон динАльт?

Тишина. Слышен лишь шелест волн да робкий посвист ветра.

- Прячешься? Опять твои проклятые шуточки, инопланетник? Ну, так я с тобою шутить не намерен!

Голос ветра окреп; теперь в нем чудилась насмешка.

- Будет лучше, если ты выйдешь, - с угрозой произнес человек. - Вылезай! Найду - переломаю ребра!

Ветер свистнул, будто издеваясь.

- Ну, погоди! Погоди!

Человек раздраженно сплюнул, включил фонарь, перелез через каменную стену и направился к берегу. Движения его были стремительными и плавными, как у вышедшего на охоту тигра.

Спустя час он вернулся, с мрачным видом распаковал передатчик, настроил его и ткнул пальцем в клавишу вызова.

- Город? Кто на дежурстве? Ты, Кламси? Вызови мне Бруччо, парень, да побыстрей! Так быстро, чтоб твоя задница не поспевала за ногами! Еще разбуди пилота скиммера. Скажи ему: мне нужны шесть человек и поисковые датчики. Ну, еще два огнемета… так, на всякий случай…

Глава 3

…Рассказывают, что случилось это так:

Язон ловил рыбу на острове в одном из океанов Пирра, и в этот миг спустился с неба огромный корабль, и раздались его люки, и вышли из них Творители в серых одеждах, и увидели они перед собой мужа сильного и славного, грозного видом и быстрого умом. И, испытав его многими испытаниями, проверив многими загадками, они восхитились, и поклонились ему, и пригласили на свой корабль, оказав великий почет и накормив его превосходными яствами…

Барни Хендриксон “Мифы и легенды о Язоне динАльте”,

Северо-Западный галактический центр.

Галактическая спираль была огромна - миллиарды светил и миллиарды планет, а среди них - миллионы миров, вполне подходящих для человека. С водой и кислородной атмосферой, с материками и океанами, хаосом горных хребтов и неохватным простором пустынь, с сокровищами недр и тайным богатством морского дна. Одни из них породили жизнь, другие - нет; где-то лишь ветры вздымали пыль над мертвыми скалами, носились над морем и гнали караваны туч, а где-то, в лесах и степях, среди невиданных деревьев, трав и мхов, паслись невероятные животные, то крошечные, то гигантские, искал добычу хищник, струились ручейками змеи, а в вышине парили птицы - или те создания, которых в этом мире можно было счесть за птиц. Странные чудища, похожие то на медуз, то на исчезнувших в прошлом Земли плезиозавров, то на осьминогов или морских звезд, выползали на прибрежные камни и грелись под лучами солнц, тускло-красных или блистающих золотом; бабочки дивной красоты играли в воздушных потоках, перемещаясь с ветром на тысячи миль, чтобы опылить луга заморских континентов; огромные черви сверлили в земле бесчисленные тоннели, пожирая перегной и насекомых; хищные рыбы и черепахи в бронированных панцирях бились в вечной тьме глубин, терзая плоть в поисках пищи. Жизнь, цветущую в мирах Галактики, можно было назвать безжалостной и жестокой, буйной и дикой, восхитительной или устрашающей, но уж во всяком случае не скупой; там, где она появлялась, фонтаны ее били с неиссякаемой щедростью. И порождали они столько странных форм и удивительных тварей, что для создания их не хватило бы всех божеств, придуманных на Земле во все времена и все эпохи.

Разум, правда, был в дефиците. Его искали - то с надеждой, рассчитывая встретить мудрых старших братьев, то с опаской, ибо братья могли обернуться соперниками или того хуже - беспощадными завоевателями. Но чем дольше искали, тем яснее становилось, что в этой Галактике нет у людей ни братьев, ни конкурентов, ни врагов, ни божественных покровителей. Эта проблема обсуждалась на протяжении веков философами и теологами, биологами и математиками, астрофизиками и экологами, тогда как политики облегченно вздыхали - им хватало забот и с тысячами человеческих миров.

Но тайна отсутствия иного разума будоражила воображение. Теологи относились к этому факту как к признаку избранности Земли и, разумеется, земного человечества, биологам и математикам казалось, что вероятность разумной жизни гораздо меньше, чем жизни вообще, а астрофизики напоминали, что множество планет и звездных систем еще не исследованы, а значит, можно ожидать любых сюрпризов. Но для мыслителей иного ранга - тех, кого называют гениальными провидцами, - вопрос был ясен и обсуждению не подлежал. Эта Галактика слишком молода, говорили они, и люди просто оказались старшей расой, самой первой, кому всемогущим случаем, игрой стихий и обстоятельств даровано бремя самосознания. Подождите немного, пару миллиардов лет, и вы увидите костры потомков чудищ с Альтаира или амеб с Цирцеи - а может, не костры, а звездолеты и энергостанции. Увидите! Если, конечно, мы доживем… И если мы дадим им выжить…

Впрочем, проблемы столь отдаленного грядущего Язона динАльта не волновали. Гениям он доверял, и потому наличие в Галактике одной и только одной породы разумных существ являлось для него аксиомой. Во всяком случае, так было в прошлом, до и после Великого Распада, и ситуация не изменится еще два миллиарда лет; лишь люди будут кружить по этому звездному архипелагу, селиться на его островах, взламывать недра планет, вспахивать землю, воевать, строить и разрушать города и империи. Здесь - Галактика людей!

Но откуда тогда взялись спиногрызы?

Он размышлял об этом, сидя на полу около своей загадочной параши, уставясь на столь же загадочный агрегат, производивший голубоватые таблетки. Несложное дело - сложить два и два, чтоб догадаться, где родина пришельцев. Эти таинственные приборы, а также гравитационный лифт, компьютер и космический корабль - Язон не сомневался, что находится на корабле, - словом, все это говорило о высочайшей технологии. Как и факт его похищения, свершившегося с поразительной легкостью и невзирая на охранное устройство. Заснул на острове, очнулся здесь… Такое под силу лишь существам, чья мощь не уступает человеческой! Соперникам, конкурентам! Древней расе из чужой галактики, явившейся внезапно в мир людей… И что теперь будет? Судя по их повадкам, не банкет в честь долгожданных братьев по разуму… Скорее - война! Бесконечная кровопролитная бойня в межзвездном пространстве и на поверхности планет! Намного страшней, чем в эру Великого Распада!

Язон содрогнулся, чувствуя, как холодеет в животе и на висках выступает испарина, но постарался успокоиться; жизнь научила его относиться с недоверием к суждениям, основанным на эмоциях. Как бы то ни было, он - здесь, и постарается все сделать, чтоб исключить кровопролитие! Выведать слабости соперника, переиграть, обмануть, запугать… Возможно, сама судьба привела спиногрызов к Пирру… А Пирр - это вам не Кассилия, не Дархан, не союз миров Полярной Зоны и не Поргорсторсаанд! Пирр - это Пирр! Самая страшная, неукротимая планета Галактики, рождающая неукротимых людей…

Смутный план уже маячил в его голове, однако Язон решил, что полировка и подгонка деталей откладываются; слишком немногое ему известно, а потому не стоит строить гипотез на песке. Он поднялся, подошел к устройству, висевшему над полкой, и начал разглядывать его. Этот агрегат был довольно велик, не меньше метра высотой и шириной, и как бы заглублен в стену; внизу - обширная полость, а над ней - двенадцать отверстий в ряд, озаренных разноцветными огнями. Интересно, в какое из них леди Патриция сунула палец.

- Это - для есть, - пробормотал Язон и ткнул в крайнюю дырку с фиолетовым огоньком. Палец что-то кольнуло, он надавил сильнее, и о донышко полости стукнула таблетка, тоже фиолетовая. С минуту Язон разглядывал ее, потом сунул в рот, разжевал и с отвращением выплюнул.

Господь всемогущий, ну и кислятина! Надо же, пища для хадрати! На этакой пище он заработает язву желудка!

Ему хотелось есть, однако были вопросы поважнее.

- Я хочу узнать о моем спутнике, - произнес Язон, обращаясь к мерцающему потолку. - О том, кто был со мной на острове. Он здесь или вы его убили?

Голос над головой прохрипел:

- Спутник остаться на остров. Без ущерба. Здесь не нужен. Что еще?

Облегченно вздохнув, Язон сообщил:

- Я голоден. Мне нужно поесть, а дрянь из этого чертова ящика для меня не подходит!

- Подходит, - отозвался компьютер. - Обмен веществ в твой организм быть исследован. Метаболизм и биохимия - обычный для кислородный жизнь. Состав пищи: белки, жиры, углеводы, микроэлементы и стимулирующий вещества в малых дозах. Все, как у ругов и большинства хадрати. Ешь!