Акулы выходят на берег

Поручик усилием воли прогнал неприятные ощущения, махнул Деду и продолжил погружение. Он направился в темную глубину, куда уходили тросы, которые удерживали утопленников в вертикальном положении.

Дно оказалось недалеко, метрах в десяти. Здесь, наполовину утопленные в песок, покоились массивные бетонные кубики с кольцами из металлической арматуры.

На глаз вес каждого кубика был никак не меньше пятидесяти килограммов. Старший лейтенант Голицын знал: для того, чтобы удержать под водой раздуваемый газами труп среднего человека и не дать ему всплыть на поверхность, достаточно двухпудового груза. А здесь брали с запасом. И не хватали то, что под руку попадется, а привезли с собой.

Предусмотрительные ребята, запасливые. И на якорные концы по десять метров троса не пожалели, чтобы потом легче найти было. Значит, скоро вернутся. И уж трупы эти явно не с берега привезли.

Сомнений не было, здесь поработала организованная группа пиратов-профессионалов. Одни захватили судно и по-быстрому утопили экипаж, чтобы буквально спрятать концы в воду. А теперь нужно ждать других, которые основательно, не спеша, зачистят останки: подберут утопленников и утилизируют. И если бы случай не привел сюда беспечных экскурсантов – Хрякина с девчонками, – так никто бы ни о чем и не узнал.

При таком развитии событий недавняя драка в ресторане предстала перед Поручиком совсем в другом свете. Нет, не хулиганы это были, посерьезнее ребята. И намного опаснее. Как те «крокодилы», про которых рассказывал начальник полиции.

Внимание Поручика привлек светлый предмет, мелькнувший в свете фонаря. Он наклонился. За кольцо одного из бетонных блоков зацепился оборванный ремешок. На нем болтался приличных размеров крокодилий зуб. Очень похожий на тот, который начальник полиции показал им с Марконей, только побольше. Прямо не зуб, а бивень. Поручик рванул ремешок и спрятал находку в специальный карман.

Издалека сквозь толщу воды мелькнуло что-то похожее на свет. Мелькнул луч прожектора. Поручик немедленно отключил свой фонарь. Кто это приближается – друзья или враги? Поручик сверился с компасом. Прожектор светил с запада. А на западе у спецназовцев друзей не было. И быть не могло.

Предупредить Деда? Но тот быстро среагировал и уже был рядом. Он тронул Поручика за плечо и знаком указал на бетонные блоки. Поручик кивнул. Оба укрылись за кубиками. Не то чтобы совсем спрятались, но если не знать, что тут люди, то и не догадаешься.

Прожектор приближался, следом показался второй. Неизвестные водолазы шли на буксировщиках. Спецназовцы к бою не готовились и оружия с собой не брали. При себе оба имели только ножи. Голицын прикинул – на двух буксировщиках могут идти пять-шесть боевых единиц противника. «Не проблема», – как говорит капитан-лейтенант Марконя.

Поручик извлек из ножен на ноге свой «катран» – нож, которым можно как побриться, так и открыть самую толстую консервную банку или цинк с патронами. Ударом такого ножа Поручик пробивал кевларовый бронежилет.

Буксировщики остановились в нескольких метрах от крайнего тела. Прибывшие водолазы по-хозяйски принялись отвязывать утопленников, чтобы затем прицепить к своим плавсредствам.

Поручик и Дед переглянулись. Случай подходящий. Прибывшие целиком заняты своим грязным делом. Никаких дурацких сомнений типа «подло нападать со спины» у боевого пловца не могло бы возникнуть даже в дурном сне.

Спецназовцы стремительными черными тенями рванулись навстречу противнику. Поручик атаковал ближний буксировщик. На нем прибыли трое аквалангистов. Первому Поручик засадил «катран» под ребра, пробив легкое, тут же вырвал нож и взялся за второго. Серейторной заточкой, которая шла по обуху клинка «катрана», старший лейтенант полоснул по гибкому дыхательному шлангу противника. Другой рукой он нанес ему удар в солнечное сплетение. Непроизвольный вдох, вода вместо воздуха – и этот не жилец. Итого – минус двое.

Третий водолаз успел перекинуть из-за спины гарпунное ружье. Интересно, парень в курсе, что подводное ружье в сочетании с аквалангом – уже состав преступления? Называется это браконьерством. Конечно, когда стреляешь в рыбу, а не в человека.

«Придется вынести тебе суровое порицание, – со злостью подумал Поручик. – И возможно, с летальным исходом».

Противник выстрелил. Старший лейтенант крутанулся «юлой». Гарпун пробуравил воду в сантиметре от спецназовца. В ту же секунду Поручик насадил на нож и этого.

У Деда противников было только двое, и управился он с ними намного быстрее. Работал он размашисто и небрежно, одному из своих клиентов чуть совсем голову не отхватил. Через несколько секунд над жуткой картиной морского дна поднимались клубы крови. Отсюда следовало уходить как можно быстрее, пока не пожаловали акулы.

* * *

Наверху, на борту тральщика, их с нетерпением ждали товарищи.

– Ну что, нашли трупы? – с надеждой спросил мичман Малыш.

– Нашли, куда они денутся, – кивнул Голицын, стаскивая маску. – Только Деду показалось, что их там маловато, пришлось накрошить еще пятерых. Можно поднимать. А лучше вызвать кого-нибудь из местных коллег. Гнилое мясо – не моя группа товара. А что тут у вас случилось? Где Кэп?

– Беседует по рации с вице-адмиралом Старостиным. Базар у них секретный, даже меня выпроводили, – пояснил Марконя.

– И чего товарищ адмирал из-под нас хочет? – Голицын снял дыхательный аппарат и помог освободиться от снаряжения Деду.

– Сейчас узнаем, вон Кэп идет, – Марконя указал в сторону рубки.

Капитан второго ранга Татаринов действительно направлялся к ним. Жестом он пригласил свою группу собраться в кучу.

– У меня для вас две новости: хорошая и плохая, – сообщил он. – Начну с хорошей – мы получили задание особой важности.

– А плохая? – уточнил Марконя.

– Задание, похоже, из разряда «Пойди туда, не знаю куда». И здорово попахивает. Короче, где-то в нашем регионе пропал контейнеровоз «Британик Оушн». То ли утонул, то ли захвачен пиратами. Нам приказано его отыскать.

– Лучше бы утонул, – размечтался Марконя. – Надоели эти пираты. Куда приятнее по морскому дну ползать. Давай, командир, выкладывай подробности.

– Спасибо за разрешение, – усмехнулся Татаринов. – И, раз ты не против, тогда я, пожалуй, продолжу. Так вот, контейнеровоз «Британик Оушн» под либерийским флагом, принадлежит фирме-перевозчику «Шарк Лайн». Шел из Соединенных Штатов с грузом гуманитарной помощи и стройматериалов.

– А куда?

– На кудыкину гору. Место назначения не установлено. Судно пересекло Атлантику, потом прошло через все Средиземное море. Похоже, ребята направлялись в Черное море, но турки почему-то не пропустили их через проливы. Тогда «Британик» положил «право руля» и через Суэцкий канал и Красное море добрался сюда к нам. И где-то здесь пропал. За свои скитания судно получило кличку «Летучий голландец».

Дед слушал командира, прикрыв глаза, будто спал. Но тут вдруг встрепенулся:

– Слушай, командир, а ведь «Шарк Лайн» – серьезная фирма. У них и своя частная охрана имеется. Они обычно свои суда сопровождают. А на «Британике», выходит, охраны не было. Почему? Что-то тут не так…

– Это сейчас наша разведка выясняет. Тайна на высшем межгосударственном уровне, – буркнул Кэп.

– Похоже на случаи с «Фаиной» и «Дайаной», – высказал предположение Голицын. – Может быть, эти тоже оружие везли?

Татаринов кивнул:

– Возможно. Но по документам на судне только стройматериалы и гуманитарная помощь. Командование рассматривает разные варианты, люди работают. От нас же требуется не гадать на кофейной гуще, а найти «Британик».

– Если бы мы знали, что он вез, было бы проще понять, куда он подевался, – гнул свое Поручик. – А так действительно – найди то, не знаю что.

На помощь напарнику пришел Дед:

– И правда, командир. Что искать-то будем? Судно или груз? А если груз неизвестен, как быть?

Кэп разъяснил:

– Поскольку судно принадлежит компании «Шарк Лайн», то и контейнеры на нем с фирменной картинкой «Шарк» – то есть с акулой. По лейблу и найдем.

Дед аж свистнул.

– «Шарк Лайн» – это же чуть ли не четверть мировых перевозок! Тут этих контейнеров с акулой – что грязи. Как определить – где наши, а где не наши? По запаху?

Кэп помялся.

– Есть непроверенная информация: судно и его груз могут слегка фонить. Легкая радиация. Прибором можно засечь, правда, только на небольшом расстоянии. Метров с пятидесяти.

– Все-таки похоже на ядерное оружие, – вставил замечание Марконя. – И неужели, кроме этого легкого фона, никаких следов? Как это так – пропал целый контейнеровоз, и ни спутники, ни прочие устройства его не засекли? Разве так бывает?

– Как видишь, бывает. Кстати, нам по факсу перегнали фотографии членов команды. Может, где их встретим. Вот, поглядите.

Поручику достаточно было лишь мельком заглянуть в портреты.

– Считай, уже встретили. Вот этот, с рыжей бородой, тут, под нами. На дне. А с ним, похоже, и вся команда. И вообще, что творится? «Возможно», «примерно», «вероятно»… Командир, я тебя просто не узнаю! Я требую конкретности! Скажи, кого мочить, и я все сделаю. А этих намеков я решительно не понимаю!

Татаринов с досадой плюнул.

– Да я сам как в тумане. Разведка докладывает, что «Британик Оушн» после исчезновения оставил за собой след легкого радиоактивного загрязнения. Его удалось зафиксировать. Он ведет на юго-запад вдоль сомалийского берега и скоро теряется.

Поручик просветлел лицом.

– Ну вот, это уже можно взять в руки, помацать и разгрызть. Если вдоль сомалийского берега, значит, все-таки судно захватили пираты. Следовательно, пора навестить нашего друга Абдуллу. Может быть, он в курсе?

Спецназовцы еще не успели забыть, как недавно освобождали сухогруз «Дайана». Он был захвачен бандой Находа Али, в состав которой входил и племянник главаря, молодой пират Абдулла. Но в захвате сухогруза пираты выступали лишь ширмой – за их спиной действовала опасная группа террористов. Им нужно было заполучить груз – оружие, которое везли на судне. Было там и тяжелое вооружение, и даже компактное ядерное устройство. Захватив груз, террористы планировали уничтожить и своих помощников – пиратов. Им удалось убить главаря пиратов Находа Али. Абдуллу и остальных сомалийцев спасло вмешательство спецназовцев. Так что за Абдуллой был должок.

Кэп нахмурился:

– А как мы на берег попадем? «Алатырь» – военный корабль. Кто его в сомалийские территориальные воды пустит? Ты что, хочешь международный конфликт начать?

Дед ухмыльнулся как сытый кот:

– Ничего, командир. Ночью подойдем к берегу, на шлюпочке, на веслах, потихонечку высадимся. В первый раз, что ли? А там видно будет.

– А как обратно?

– Как-нибудь. Кривая вывезет.

На том и порешили. Спецназовцы спустились в кубрик и начали готовиться к высадке на гостеприимную африканскую землю.

* * *

Господин Хрякин был глубоко разочарован. Он разработал блестящий план использования спецназовцев в своих корыстных целях и уже приступил было к его осуществлению. А тут – на тебе – какой-то паршивый корабль исчез! Как же это все не вовремя!

Впрочем, как всегда, господин Хрякин быстро успокоился. Так он был устроен. Серьезная проблема поначалу вызывала у него ярость пополам с паникой, но потом, выплеснув эмоции, его изворотливый ум быстро находил выход.

Так и сейчас. Пораскинув мозгами, он понял, что все к лучшему. Операция по возврату сокровищ несколько затягивалась, зато теперь он получил возможность еще месяц не показываться в родном столичном террариуме. Можно считать это дополнительным отпуском.

Он решил, что сначала просто поговорит с толстяком Азикиве. По-хорошему. И предложит вернуть должок. Вдруг тот и вправду не виноват? Мог ведь забыть или кому-нибудь одолжить до получки. А спецназовцев можно будет подтянуть потом, это никогда не поздно.

Господин Хрякин вызвал Спирю, приказал сниматься с якоря и держать курс на Лугамбию.

* * *

Высадку на сомалийский берег спецназовцы провели идеально. Ночью в полукабельтове от берега – ближе тральщик подойти не смог – они перебрались в шлюпку и в полной тишине, на веслах преодолели остаток пути. Потом двое матросов, отправившихся с ними, погнали шлюпку обратно на «Алатырь», а спецназовцы направились искать подходящий транспорт.

Наступивший рассвет застал их трясущимися в кузове пикапа. По сторонам от дороги простиралась пустыня. Настоящая, африканская. То есть песок – он и в Африке песок, но кроме него имелись редкие деревья, кусты, трава. И по траве, хотя и не густо, бродили разные звери и птицы.

Больше всего дивился мичман Малыш. Будучи младшим, как по возрасту, так и по званию, он не стеснялся громко высказывать свое изумление.

– Это же страусы, мать их!.. Ох, ешкин пень, жирафы! А это кто, носороги? Не, блин, смотри – попугаи!

Так он доставал всех довольно долго. Наконец, Марконя не выдержал и урезонил боевого пловца.

– Малой, ты как колхозник в Эрмитаже. Пока все на картины пялятся, он уставился через окно на Неву и кричит на весь зал: «Тату, глянь, корабь!»

Дед посмотрел на Марконю с непониманием:

– Ты это к чему?

Тот пожал плечами:

– Да так. К тому, чтобы по сторонам глядел не на скотину, а черных пацанов с автоматами высматривал. Так ведь и в засаду залететь можно. А то – страусы!

Страусов и в самом деле было много. Намного больше, чем людей или еще кого-то.

Интересно, почему?

– Негритосы страусов не едят, брезгуют, – ответил на общий незаданный вопрос командир. – Поэтому их тут и развелось, как мух на навозе.

– А чем же местные тогда харчатся? Тут ведь и жрать-то особо нечего! – удивился Малыш.

– Коз едят, баранов. И не все подряд, а с выбором. Некоторые части, – сообщил Марконя. – Ты гляди внимательнее, пока нас самих на части не порубили.

По сторонам дороги иногда и в самом деле попадались мрачные мужики с автоматами.

– Щуплые они какие-то и маленькие, – заметил Дед. – А дерутся как черти.

Кэп покачал головой и напомнил:

– Вьетнамцы тоже щуплые и маленькие, а американцам задницу надрали. И эти тоже. В Могадишо, в девяносто третьем. Кстати, мы сейчас именно туда и направляемся.

Издалека Могадишо показался прекрасным белокаменным городом, но когда спецназовцы подъехали ближе, выяснилось, что значительная часть белокаменных построек находится в состоянии руин. От построенного итальянцами города осталось немного. Особенно дико и уныло выглядели развалины величественной арки Муссолини. Более поздняя советская застройка тоже пришла в запустение. Традиционные местные дома сохранились лучше.

Дом Абдуллы Находа – это прозвище досталось ему вместе с наследством погибшего дяди Али – стоял на краю города. Спецназовцам почудилось, что в доме и вокруг него что-то празднуют. Глаз разведчика не подвел; оказалось, что хозяин дома празднует день рождения.

– С корабля на бал, – отметил Марконя.

Больше того, это был не просто день рождения. Двадцать два года в жизни сомалийца – это переход из категории «щитоносцев» в возраст «чернобородых». До сих пор некоторые соратники нет-нет да и упрекали Абдуллу в молодости. Отныне авторитет Абдуллы становился непререкаемым.

Хотя спецназовцы не рассчитывали попасть на праздник, но за подарком дело не стало. Новенький китайский «калаш» и фирменный американский нож «ка-бар» – лучший подарок умному африканскому мужчине. Глупые европейцы и американцы предпочитают по такому случаю получить «Мерседес» или золотой «Ролекс». Они не понимают, что с «калашом» человек может получить и «Мерседес», и золотой «Ролекс», и вообще все золото мира.

Абдулла обрадовался новым гостям и принял их как самых дорогих гостей. Но надо понимать, что афромусульманское застолье – это вам не крестный ход в Курской губернии. Ни тебе баб, ни водки. И музыка несколько своеобразная, на любителя.

После вручения подарков Татаринову удалось ненадолго уединиться с виновником торжества.

– Вы к нам надолго? – спросил Абдулла. – Можете остановиться у меня. А если хотите, могу вас устроить в гостиницу. Она у нас в столице единственная осталась. Там и все наше правительство живет.

Кэп покачал головой:

– Нет, спасибо. Мы проездом. Как у тебя дела?