П.: Мне кажется, что я должен отбросить низшие формы ментальной активности, кроме тех ее проявлений, которые необходимы.

Ш.А.: Да, это необходимо.

П.: Может быть, мне заняться изучением чего-нибудь, например, астрологии?

Ш.А.: Не советую. До поры до времени оставьте ум в покое. Позже, когда принцип функционирования ума изменится, вы сможете избрать какое-нибудь дело для того, чтобы применить ум в его новом качестве.

П.: Ментальный покой, которого я иногда достигаю, является как бы искусственным. Он навязывается волей, и нужно постоянно следить за тем, чтобы ни одна мысль его не нарушала. Поэтому длится он недолго. Это не тот покой, который должен низойти свыше и воцариться в уме. Но я всегда ощущаю, что он близок, что вуаль тонка и продолжает истончаться. Может быть, мои предчувствия ложны? Последний раз вы сказали, что я еще не готов. Означает ли это, что к принятию Силы не готова именно данная часть ума?

Ш.А.: Да.

П.: Смогу ли я побороть ее?

Ш.А.: Конечно. С вами произошло вот что. Когда вы приехали сюда, вы начали работать с большим воодушевлением. Но, как это обычно бывает, несовершенства ума стали проявляться одно за другим. Чтобы двигаться дальше, их нужно побороть.

П.: Да, это так. Со времени моего приезда и до появления здесь X... я упорно работал. Затем по различным причинам мои усилия ослабились и ум возвратился к старым привычкам. Я все еще не могу вернуть себе прежний пыл, но пытаюсь это сделать.

Ш.А.: Правильно.

П.: Я думаю, не стоит обескураживаться. Честно говоря, меня не удручает тот факт, что процесс затянулся.

Ш.А.: Да, унывать не стоит.

П.: Когда я приехал сюда, вы отметили во мне определенные предрасположенности, но также указали и на определенные внутренние помехи. Изменилось ли сейчас это соотношение?

Ш.А.: Нет.

П.: В таком случае имеет смысл остаться здесь?

Ш.А.: Да, конечно. Я убежден, что вам следует остаться.

Понедельник, 21 июня 1926

П.: Я медленно продвигаюсь вперед, но радикальных перемен все еще нет. Боль в ногах значительно уменьшилась, и я полагаю, что препятствий к нисхождению Силы стало меньше. В целом, однако, ничего не изменилось. Я чувствую, что за вуалью существует сильное давление и если оно проникнет сквозь нее, то сможет быстро стабилизировать ум.

Ш.А.: Вы чувствуете это умом?

П.: Да, но знаю, что оно приходит из-за ума, свыше. Склонность моего ума к увлечению разными вещами уменьшилась. Препятствием, как мне кажется, служит все та же часть ума, которая занята самой поверхностной стороной вещей. Эта часть ума, например, увлекается коллекционированием марок. Мне все еще трудно от нее отделаться.

Ш.А.: Вам чинит препятствие вещь незначительная, но очень упорная.

П.: Не была ли вызвана боль в ногах курением? С тех пор, как я бросил курить, боль уменьшилась.

Ш.А.: Не думаю. Тяга к курению представляет собой в основном витальное желанием и создает, следовательно, витальное препятствие. Сопротивление, очевидно, оказывает само тело. Несколько странно то, что физический ум сопротивляется на этой стадии. Обычно это происходит позже, и сопротивление бывает очень упорным. Очевидно, дело в том, что мы в своей деятельности не можем обходиться без того, что оказывает это сопротивление, - без физического ума. Все восстает у вас одновременно. Нужно, чтобы он попросту измотался.

П.: Я знаю, что делаю то, что нужно, и иду по верному пути. Поэтому мой ум не испытывает беспокойства. Мне все еще трудно отделиться от физического тела, медитация недостаточно глубока. Всякий достаточно громкий или повторяющийся звук отвлекает мое внимание и прерывает медитацию.

Ш.А.: Этого быть не должно. Возможно, в вас засела навязчивая идея о том, что вас отвлекает шум? То, что вы слышите, не должно отражаться на вашем уме. Пусть об этом знает лишь одна из его частей; центральная же часть ума не должна быть обеспокоена нисколько.

П.: Именно так. Слабый шум проходит незамеченным, но как только мое внимание пробуждается звуком более сильным, мне трудно опять погрузить его в тишину. Что легче отделить от моего истинного я - тело или ум?

Ш.А.: Когда вы выходите за пределы тела, то оказываетесь в истинном уме!

П.: Иногда мне кажется, что часть моего сознания находится где-то перед моим лицом. Но как только я это замечаю, я тут же возвращаюсь к телесному сознанию. (Шри Ауробиндо улыбается).

Понедельник, 28 июня 1926

П.: Иногда умственная деятельность становится для меня мучительной, утомляет меня. Несомненно, какая-то часть моего существа получает удовлетворение от этой деятельности, иначе последняя прекратилась бы сама по себе. Но моя сознательная воля и большая часть меня отбрасывают эту деятельность и... свободными.11Каким образом столь малая часть может так успешно противостоять работе?

Ш.А.: Это, возможно, и малая часть, но она сыграла важную роль в предшествующей эволюции.

П.: В начале недели медитация проходила хорошо. Мне удалось полностью отделиться от ума и на некоторое время успокоить его. Но в последние дни положение ухудшилось. Я чувствую себя измученным. Может быть, ментальное сопротивление нашло поддержку в витале?

Ш.А.: Да, а также в физическом теле, которое служит настоящим складом старых привычек. То же можно сказать и о витале. Поэтому пока витал не раскрыт, а физическое тело не побеждено, ни о каком совершенстве не может быть и речи. С другой стороны, вам не следует особо стремиться к совершенству ума. Сейчас он не может быть совершенным, то есть безмолвным и светоносным. Но для того, чтобы Сила могла низойти и работать, он все же должен быть достаточно спокоен. Это как раз и есть то, что крайне необходимо.

П.: Во вторник я почувствовал, будто надо мной витает великая сладость (иначе не скажешь).

Ш.А.: Вот и идите в этом направлении.

П.: Следовательно, подчинение должно быть более активным?

Ш.А.: Да. Речь идет не просто о негативном усилии ума. Вы должны делать упор на положительной стороне. Негативная пустота - не самоцель, а средство.

П.: Почему те неопределенные переживания, которые я имел ранее, - свет, глубокий ментальный покой, - прекратились и более не возобновляются?

Ш.А.: Бывает и так. Развитие не может происходить постоянно и неизменно, свет и тьма чередуются, подобно приливу и отливу. Но указанные переживания с каждым разом должны становиться все более частыми и длительными, пока не настанет день, когда их можно будет вызывать произвольно.

Понедельник, 19 июля 1926

П.: Ум стал спокойнее, и мне легче от него отделяться. Произошло также что-то вроде расширения сознания; я соприкасаюсь с некой живой средой, сосредоточенной вокруг моей головы. Это пока еще смутное ощущение, только начало. В основном я стараюсь оставаться пассивным, предоставляя Силе нисходить и работать. Она спускается, не доходя до пупка, и распространяется вширь. Сейчас я изучаю действие этой Силы. Мне кажется, что она не вполне духовна.

Ш.А.: ... ?

П.: Я хочу сказать, природа ее сродни ощущению (не физическому, конечно, но подобному ему).

Ш.А.: Между духовным и материальным не существует особого различия, в том смысле, что Сила работает и на материальном, то есть психофизическом уровне. Поэтому нет ничего удивительного в том, что вы ощущаете ее воздействие. Но по природе Сила верховна, и цель ее - сделать из тела инструмент, достойный духа.

П.: Дважды во время медитации моя голова запрокидывалась назад. Означает ли это что-нибудь?

Ш.А.: Не думаю.

П.: Я не пришел к вам на прошлой неделе, потому что испытывал большие трудности и решил, что мне не с чем к вам идти. Все это время надо мной властвовал ум. Но сейчас дела пошли лучше. Существует постоянное чередование спадов и подъемов.

Ш.А.: Вы упомянули факт расширения сознания. Оно является важной частью процесса. Когда оно достаточно упрочено, все идет хорошо. Главное внимательно следить за игрой сил, следовать божественной Силе в ее деятельности, ясно видеть, как она работает, то есть видеть, что и как происходит. Сила может нисходить для упорядочивания проводников, она может действовать сверху, а также вызывать различные переживания. В каждом из этих случаев за ее действиями нужно наблюдать.

П.: Иногда во время медитации перед моими глазами проплывают различные образы. Они туманны и напоминают образы сновидений. Кроме того, они не содержат никаких незнакомых мне деталей. Это либо воспоминания, либо привычные цепочки мыслей. Я всегда старался отогнать подобные образы. Правильно ли это?

Ш.А.: Не следует запрещать себе следить за образами. Возможно, что образы, которые являются вам, - только мысленные образы; но они могут отображать более тонкие процессы и служить основанием для чего-то более высокого. Не унывайте, столкнувшись с данным свойством ума, но продолжайте следить за образами, не позволяя им увлекать себя.

П.: Когда я вижу эти образы, то говорю себе: "Что это? А! Это то-то и то-то"; моя мысль (внутренняя речь) начинает воздействовать на них, в результате чего образы изменяют свои начальные формы.

Ш.А.: Внутреннюю речь нужно остановить, так как она все портит. Необходимо оставаться пассивным, не теряя себя.

Понедельник, 19 июля 1926

П.: Всю эту неделю я был спокоен: медитация проходила нормально. Понемногу улучшается отделение активного ума, я испытываю все больший мир и радость. Получил письмо от моего друга У..., жена которого находится в Женеве. Он прислал мне текст одной из своих речей об интернационализме, ознакомившись с которым вы сможете понять, что это за человек.

Ш.А.: (Прочитав текст). Да ведь это же национализм, а не интернационализм! И что за плоский язык!

П.: ... ?

Ш.А.: Он говорит о любви между нациями. Но любовь между нациями это абсурд. Любовь, которую человек может испытывать к себе подобным, есть переживанием тождества, и лишь немногие способны ее познать. Если бы лидеры наций могли испытывать подобную любовь, это было бы очень хорошо, но рассчитывать на большее не приходится. Но говорить о любви так, как это делают они, - значит готовить войну.

П.: Почему?

Ш.А.: Потому что это ложный идеал. Ложный, ибо не реалистичный. Лига Наций основана на алчности и тщеславии, но разбить ее одним ударом при нынешнем состоянии человечества невозможно. Небольшие изменения могут произойти, однако рассчитывать на то, что любовь объединит человечество в ближайшем будущем, было бы в лучшем случае наивностью.

П.: Мне кажется, что его идеалы имеют своим источником скорее всего витальный план. Он не ментальный человек, и ему всегда хотелось выполнять какую-то миссию, быть руководимым высшими сущностями. В чем я могу ему помочь?

Ш.А.: Жизненная энергия, о которой он говорит, представляет собой витальную энергию, которая использует разные идеи и идеалы для того, чтобы поддерживать свое существование. Это обычное явление. Те, кто не предназначен для духовной жизни, не могут подняться выше этого уровня. В данном случае вашему другу следовало бы признать, что эти идеалы не абсолютны, и познать их истинную природу. Но чтобы развеять их, необходимо противопоставить им нечто более высокое.

П.: У... пишет, что он совершенно счастлив, что его душа преисполнена радости.

Ш.А.: Тогда лучше оставить У... в покое и не мешать его развитию до тех пор, пока ему не потребуется нечто высшее.

П.: Можно ли мне чаще бывать на ваших вечерних беседах?

Ш.А.: Можно.

Понедельник, 26 июля 1926

П.: Я отчетливо сознаю присутствие Силы надо мной. Небольшая часть ее спускается и работает во мне.

Ш.А.: Что это за работа?

П.: Я точно не знаю. Это некое давление, которое стремится к распространению. Ничего больше по этому поводу сказать не могу, Я только чувствую, что в меня проникает лишь малая часть. Она воздействует также на физический ум и пытается успокоить его. Во мне имеются два движения: первое состоит в том, чтобы оставаться пассивным и открытым работающей силе, а второе - в том, чтобы пойти ей навстречу и попытаться отождествить себя с ней. В этом случае у меня возникает чувство расширения, огромного и плотного сознания. Два или три раза я видел перед собой дорогу, уходящую в бесконечность. Но этот образ не отличался от обычных ментальных образов.

Ш.А.: Да, это все еще ментальный образ, а все они имеют одинаковую природу. Правда, он мог явиться из высшего ментального плана. Когда вы открываете себя подобным образом, вы познаете вещи, которых не знает обычный ум. Образ дороги характерен для высшего ментала и означает путь, который предстоит пройти.

П.: Если мы окружены этими образами, то почему они не проникают в наш ум?

Ш.А.: Они проникают туда, и очень часто, но человек принимает их за свои собственные мысли. Кроме того, необходимо, чтобы им что-то соответствовало внутри нас, иначе они никак не запечатлеваются и остаются в подсознании. Но поскольку вы уже начали открываться, образы будут являться все чаще, так что вам следует в них ориентироваться.

П.: Какие из них отбрасывать, а какие принимать?

Ш.А.: Прежде всего нужно отбрасывать обычную работу ума и образы окружающей нас материальной жизни. Затем следует пассивно ожидать появления образов свыше. Однако не все, что, как нам кажется, приходит свыше, чисто, поэтому нужно уметь различать.

П.: Господин Г. поговорил с господином В., директором здешнего колледжа. Возможно, меня пригласят принимать выпускные экзамены. Таким образом, у меня появляются ученики. Если бы не господин Г., я бы не мог рассчитывать на эту должность.

Ш.А.: Я не вижу, почему бы вам не принять это предложение. Оно вас не связывает?

П.: Вовсе нет. Я могу лишь благодарить его за это.

Ш.А.: Хорошо. Следует избегать только, чтобы вас не вовлекли в политику.

П.: Да, конечно. Но этой опасности нет.

Понедельник, 2 августа 1926

П.: Ничего нового. Медитация углубляется и проходит спокойно. По временам я вижу вспышки света, но знаю, что они проходят не извне. Они того же порядка, что искры, которые видишь, нажимая пальцами на глазные яблоки.

Ш.А.: Эти вспышки света - первый признак того, что свет нисходит в физическое сознание. Они возникают не всегда, поскольку восприятие света может оставаться чисто ментальным, но при нисхождении света вспышки становятся видимыми. Не следует смешивать эти вспышки со светом, возникающим при надавливании на глаза. Люди вообще склонны воспринимать новый опыт с точки зрения ранее приобретенного. Многие, увидев свет впервые, начинают озираться в поисках зажженной лампы или луча света, проникшего в комнату. Вспышки эти принадлежат более высокой природе.

П.: Тогда каким образом получается, что нефизическое явление вызывает физическое ощущение? Кроме того, вы говорили о слепоте, которая может возникать в эти моменты.

Ш.А.: Дело в том, что при этом затрагивается зрительный центр, а, как я уже говорил, мы привыкли сводить всякий новый опыт к тому, что нам уже известно. Впрочем, если мы научились отделяться от физического зрения, то зрительного впечатления может и не быть. Что касается временной слепоты, то она может иметь две причины. Во-первых, многие из тех, кому приходят видения, имеют привычку сосредотачивать зрительное внимание вовнутри себя, что нарушает нормальную функцию физического зрения. Во-вторых, этот внутренний свет очень ярок и ослепляет точно так же, как и яркий внешний источник света, если смотришь на него слишком долго.

П.: Госпожа X. тоже видела подобные вспышки и говорит, что едва не ослепла.

Ш.А.: Нужно учиться сохранять равновесие, чтобы эти явления не могли вас обеспокоить.

Понедельник, 9 августа 1926

П.: Ничего нового. Я проделал определенную ментальную работу, которая доставила мне некоторые трудности. Ментальная работа сказывается на мне двояко. Подготовка к занятиям или чтение несложной книги затрагивает мой ум лишь поверхностно. Но стоит мне приняться за решение какой-либо интересной для меня задачи, математической например, как ум срывается с цепи и увлекает меня за собой. Он устремляется вперед с удвоенной энергией, отрывая меня от медитации и разрывая мою связь с высшей жизнью.

Ш.А.: Данный разрыв вовсе не неизбежен, а в интересе к работе нет ничего плохого. Не забывайте, что в ментальной работе задействован не весь ум, а только его часть; другая же часть, если вы не отождествляете себя с активным умом, остается при этом спокойной.

П.: Мне не удается осуществить подобное разделение практически. Когда во время чтения я пытаюсь следить за читающим умом, то теряю смысл прочитанного. Это всегда представляло для меня трудность. Всякий раз, когда я берусь за какую-нибудь работу, будь она физической или умственной, я отрываюсь от своих высших стремлений. Я не могу совмещать Йогу с повседневной деятельностью.

Ш.А.: Все дело в том, что у вас не были затронуты витальная и физическая части ума. Их нужно раскрыть.

П.: Мать12сказала, что мое витальное существо сковано. Это действительно так. Мое образование было чисто научным, а артистическую сторону моего существа никто не развивал. Я не находил поддержки в искусстве. Я далек от того, чтобы цепляться за условности морали, но я отверг также некоторые витальные склонности ради обретения относительной свободы и власти над собой. Я не любитель бесконтрольных эмоций, поэтому не особенно нуждаюсь в витале. Как мне быть? Надеюсь, что витал сам откроется высшему свету и мне не придется работать с низшими областями самостоятельно.

Ш.А.: Витал раскроется по мере продвижения в Йоге. Однако необходимо нечто большее, чем пассивное предание себя в дар высшей Силе. В данной системе Йоги недостаточно просто ожидать нисхождения Силы. Вы сделали практически все, на что способен высший ментал; чисто ментальный процесс раскрытия отнимет у вас слишком много времени. Положитесь в этом на высшую Силу. Однако простого ожидания недостаточно. Наблюдая за ее работой, следует настойчиво взывать к ней. И все это должно происходить как в витале, так и в ментале.

П.: Какая разница между витальным и ментальным призывом к Силе?

Ш.А.: Вам следует самостоятельно определить разницу. Всмотритесь в витал, изучите его возможности и потенциал, отметьте все то, что может быть оставлено. Предоставьте окончательное решение высшему Свету, но не оставайтесь при этом пассивным. Он укажет вам, что нужно делать, вы же со своей стороны должны активно желать преобразования. Вначале не все пойдет гладко, возможно различного рода сопротивление. В вашем случае такая активная позиция особо необходима. Многие нуждаются в усмирении витального и эмоционального пыла. Но у вас дело обстоит иначе.

П.: Я всегда боялся умственной вялости, но это, очевидно, было ошибкой. В том, что во мне не происходит никакой умственной работы кроме подготовки к занятиям, по-видимому, нет ничего дурного.

Ш.А.: Иногда возникает необходимость в смене методов работы.

Понедельник, 16 августа 1926

П.: Последняя неделя в целом прошла лучше, чем обычно. Мне было легче медитировать, Сила же нисходила более активно. Она оказывала давление на уровне пупка. Ум стал более спокойным и уже не требует привычных раздражителей. Вы говорите, что ум и витал должны раскрываться; что вы под этим подразумеваете?

Ш.А.: Прежде всего раскрытие высшему свету, а также раскрытие влияниям этого плана, осознание сил, действующих на данном уровне.