Два шага до катастрофы

Денис обиделся:

– Сколько раз тебе нужно повторять: я не ракетчик!

– А кто, космонавт?! – заржал Стремоусов, но, увидев, как плотно сжались губы Дениса, дал задний ход. – Ладно, не кипятись. Пойдем, я тебя с нашими познакомлю.

Он схватил Дениса за руку и потащил к оккупированным гостями столикам. За одним из них сидела рыжая девица с шалыми глазами и угрюмого вида мужик на несколько лет старше Дениса.

– Семен, Анна, – коротко представил их Стремоусов, после чего перевел взгляд на своих знакомых и с пафосом объявил: – А это друг моей грешной юности Денис Ракитин! Вот такой парень! – Для большей убедительности Олег отогнул большой палец, но почему-то держал его не вертикально, а горизонтально.

На угрюмого Семена его слова не произвели никакого впечатления, зато рыжеволосая Анна стрельнула в Дениса заинтересованным взглядом.

– Здравствуйте, – переглянувшись с ней, поздоровался Денис.

– Здорово, – буркнул в ответ Семен и, поднявшись из-за столика, ухватил Олега за рукав. – Идем, сейчас как раз наша очередь шары бросать.

Они тут же испарились, а Денис охотно присоединился к оставшейся за столиком девице. На столе стоял на две трети опустошенный графин с водкой и разнообразные закуски.

– Давайте выпьем за знакомство, – предложил своей соседке Денис, ловко наполнив водкой две первые попавшиеся под руку стопки.

Та возражать не стала. Лихо опрокинув в рот содержимое своей рюмки, Денис закусил ломтиком наколотой на шпажку ветчины с «мясной тарелки» и тут же налил по второй. Водка оказалась хорошей, закуска сытной, девица бойкой и словоохотливой, и через пару минут общения Денис уже азартно рассказывал ей сальные анекдоты, незаметно щупая под столиком ее обтянутое прозрачным нейлоном колено.

– Вы такой веселый, Денис. А чем вы занимаетесь? – в разгар «беседы» неожиданно спросила она.

Денис замялся, гадая, что бы такое сказать, но его выручил возвратившийся к столику Олег.

– Денис у нас секретный военный инженер, – наклонившись к самому уху Анны, прошептал Стремоусов. – Но об этом тсс… никому. – Он приложил палец к губам и замотал головой из стороны в сторону.

– Правда? – Анна недоверчиво прищурила глава.

– Чистая! – продолжая дурачиться, Олег ударил себя кулаком в грудь.

Девица хотела еще что-то спросить, но у столика некстати появился Семен, и Олег тут же переключился на него:

– Что, съел?!

– Проиграл, признаю, – пробурчал Семен, потом взял со стола прижатую одной из тарелок бумажку со счетом и, добавив к ней две тысячи рублей, положил обратно под тарелку. Расплатившись, он строго глянул на притихшую Анну, которая спешно поправляла под столом смятую юбку, и требовательно сказал: – Все, пошли.

Девица не посмела возразить. Она подхватила свою сумочку, кокетливо и, как показалось Денису, с сожалением взглянула на него и послушно засеменила за Семеном в сторону выхода.

Олег даже не взглянул в их сторону и, явно довольный своим выигрышем, плюхнулся на освободившееся место.

– Ну, ты чего нос повесил? В кои-то веки увиделись? – весело произнес он, разливая по стопкам остатки водки.

Денис неопределенно пожал плечами и, посмотрев вслед скрывшейся девице, спросил.

– Слушай, Олег, а это кто такая?

– Анька-то? – небрежно переспросил Стремоусов. – Шут ее знает. Семен притащил. – Он пристально взглянул на Дениса и уточнил: – Ты на нее запал, что ли? Брось! Мы тут с тобой таких телок снимем! Только давай сначала выпьем!

Водка быстро закончилась, и Олег, подозвав официантку, попросил у нее принести второй графин. Денис, помня, что ему придется садиться за руль, не особенно налегал на спиртное. Олег же опрокидывал стопку за стопкой и, когда уже основательно набрался, неожиданно предложил Денису покидать шары. Он уже с трудом держался на ногах, но, очевидно, не желая признавать факт своего опьянения, вкладывал всю силу в удар. Шары летели у него куда попало, и Денис подумал, что если бы сейчас предложил Олегу пари, то легко бы обыграл его. Однако до пари дело не дошло. Не дожидаясь, когда автомат выставит кегли для очередного броска, Олег пустил шар и угодил им в предохранительную планку, переломив ее пополам. Тут же прибежали механик и инструктор, а следом за ними два громилы охранника. Денис пытался уладить дело миром, но Олег встал в позу, заявив, что автомат был неисправен и поэтому он отказывается платить за причиненный ущерб. Естественно возник скандал, и Денис, чтобы избежать вызова милиции, на чем настаивал механик, вынужден был заплатить штраф из собственного кармана. Вмешательства милиции удалось избежать, но из боулинга их обоих бесцеремонно выставили. Девчонок, естественно, снять не удалось, что окончательно испортило Денису настроение. Олег, правда, предлагал отправиться в какое-нибудь другое место, но Денис, более-менее трезво оценив его состояние, решил, что лучше всего будет отвезти захмелевшего приятеля домой. Стремоусов по дороге задремал, и Денису кое-как удалось растолкать его, когда они подъехали к дому.

Проснувшись, Олег повел вокруг осоловевшими глазами и гневно воскликнул:

– Какое право они имеют выставлять меня, специального корреспондента «Новых известий», на улицу?! Меня в президентский пул приглашали, чтобы работу самого президента освещать, а они меня, как щенка, на улицу!

Олег всегда был о себе высокого мнения, а когда напивался, самомнение вообще било у него через край. Денис знал по опыту, что лучше всего с ним не пререкаться и не спорить, иначе Олег заводился, и тогда его уже было не остановить. Он обошел машину и, открыв дверь, помог приятелю выбраться наружу.

– Да я про них такое напишу! На всю страну их балаган ославлю! – продолжал негодовать Стремоусов, когда Денис вел его к подъезду.

У Дениса уже голова раскалывалась от его болтовни, но Стремоусов явно был в ударе и замолкать, похоже, не собирался. Выходя из лифта, он повис на плече Дениса и горячо зашептал ему в ухо:

– В этот вшивый боулинг вообще никто не пойдет. Я тебе отвечаю!

– Давай уже, открывай! – Денис подтолкнул его к двери.

Олег долго возился с ключами, прежде чем открыть дверь, а когда все-таки открыл, остановился на пороге и снова повернулся к Денису.

– Поверь моему слову, они все у меня в ногах валяться будут, когда узнают, кто я такой. У меня же каждая статья – сенсация. После каждой публикации море писем! Не поверишь, старик, мо-ре!

Последние слова пьяного приятеля переполнили чашу терпения Дениса. Он довольно грубо втолкнул Олега в квартиру и, захлопнув за собой дверь, закричал:

– Какое море писем?! Чего ты гонишь?! Кому интересны твои сплетни про любовные похождения правительственных чиновников или про гомосексуализм в армии?! И такие статьи ты называешь сенсациями?!

Сказав все, что он думает о журналистском творчестве приятеля, Денис приготовился выслушать от него поток оскорбительных слов, но этого, как ни странно, не произошло. Затуманенное алкоголем сознание Олега вяло отреагировало на критику. Он лишь улыбнулся в ответ и, с трудом ворочая языком, произнес:

– Старик, в нашем мире не может произойти ничего экстра-орди-нарного. Все сенсации создаем мы, журналисты.

– Через двенадцать дней на Землю упадет искусственный спутник с ядерной боеголовкой! – в запале выкрикнул Денис. – Это тебе не сенсация?!

Денис так и не понял, что заставило его сообщить Стремоусову о «Зодиаке». То ли всему виной оказался стресс, который ему так и не удалось снять, то ли выпитая в боулинге водка, то ли желание поставить приятеля на место. Затаив дыхание, он ждал, как отреагирует Олег на его последние слова.

Но тот лишь кивнул и пробормотал:

– Сенсация.

После чего свалился на стоящий в гостиной диван и уже через несколько секунд захрапел.

Глава 2

Откровение

Денис проснулся с больной головой – видимо, накануне он все-таки хватил лишнего. Где-то на кухне гремел посудою Олег. «Небось ищет, чем опохмелиться», – злорадно подумал о нем Денис. Он встал с кушетки. Диван в гостиной занял Олег, и Денису пришлось расположиться в его рабочем кабинете, где, кроме письменного стола с компьютером и принтером, вертящегося кресла на колесиках и шкафа-стеллажа, вечно заваленного журналами и какими-то папками с вырезками из российских и зарубежных, в основном английских, газет, имелась только тахта.

В окно ярко светило солнце, обещая такой же знойный день, как накануне. Щурясь от режущего глаза солнечного света, Денис кое-как расправил на тахте смятый плед, затем натянул джинсы и прошлепал на кухню.

– Здорово, старик! – приветствовал его Стремоусов. – Как сам?

К удивлению Дениса, он выглядел, как огурчик, словно и не влил в себя накануне почти литр водки.

– Дай, что ли, рассолу или чего там у тебя есть, – попросил Денис.

– Какой рассол, старик?! – воскликнул Стремоусов и, взяв что-то с разделочного стола, потряс в воздухе распечатанной упаковкой каких-то антиалкогольных импортных таблеток. – Вот чем лечиться надо! – назидательно произнес он. – Сейчас я тебя мигом на ноги поставлю.

Щедро налив в высокий стакан минеральной воды из пластиковой бутылки, Олег бросил туда две крупные таблетки, которые сейчас же окутались облачком газов. Он поболтал стакан в руке, ожидая, когда таблетки полностью растворятся, и протянул его Денису.

Шипучий напиток по вкусу чем-то напоминал «спрайт». Денис выпил его с удовольствием. Но самым удивительным оказалось то, что уже через несколько секунд голова прояснилась, да и тупая боль куда-то исчезла.

– А я что говорил, – с довольной улыбкой заметил Олег, наблюдая за изменением выражения лица Дениса.

Открыв дверцу подвесного кухонного шкафа, он покопался внутри и вынул оттуда еще одну упаковку таблеток, только нераспечатанную.

– Держи, старик, и вспоминай меня добрым словом, когда придется воспользоваться! Средство проверенное, любую интоксикацию в два счета снимает!

Денис с благодарностью принял подарок. Судя по практически мгновенному результату, это действительно была стоящая вещь.

Олег озорно подмигнул ему и вдруг без всякого перехода спросил:

– Так что у вас случилось с этим спутником?

– С каким спутником?! – в первый момент Денис не сообразил, о чем ведет речь его приятель.

– С тем, на котором установлена ядерная боеголовка и который, по твоим словам, вот-вот шлепнется на Землю.

Денис оцепенел. Он был уверен, что в своем вчерашнем состоянии Олег пропустил мимо ушей его слова о «Зодиаке», а тот, оказывается, все прекрасно запомнил. Денис тяжело опустился на табурет. Олег тут же подскочил к нему.

– Ты не уходи от ответа. Давай колись.

– Это секретные сведения, – попытался возразить Денис.

Олег насупился и, усевшись напротив Дениса, с обидой в голосе произнес:

– Старик, мы же друзья. А какие могут быть между друзьями секреты?

Денис тяжело вздохнул. Трудно отказать другу, особенно когда он только что выручил тебя.

– Ладно, слушай. Но учти, это не для печати.

Стремоусов осуждающе взглянул на Дениса:

– Обижаешь, старик.

Он слушал, затаив дыхание, а когда Денис закончил свой короткий рассказ, изумленно воскликнул:

– Ничего себе! Если бы не от тебя услышал, ни за что бы не поверил! Значит, теперь этот спутник должен упасть на Землю?!

Денис задумчиво покачал головой:

– В штабе изучают разные варианты по его безопасному возвращению. Может, что-нибудь и придумают.

Стремоусов вскочил с табурета и возбужденно заходил по кухне.

– Но ведь это же невиданный случай – Земле угрожает космический аппарат с ядерной боеголовкой! Ваше командование должно объявить общественности о грозящей опасности!

– Во-первых, еще неизвестно куда он упадет, – возразил Денис. – А во-вторых, в штабе и без нас с тобой разберутся, когда, кому и о чем объявлять.

Олег озадаченно взглянул на Дениса, но ничего не сказал. По выражению его лица нетрудно было догадаться, что на этот раз он не согласен с другом.

* * *

– …Личности сообщников Макоевой установлены. Они проходят по нашим учетам как члены чеченской криминальной группировки Аслана Самедова, но с нашей стороны им инкриминировать нечего. Без денег их связь с курьером недоказуема, так что обоих задержанных пришлось освободить, – закончил свой доклад полковник Егоров.

Он сидел за приставным столом в кабинете начальника управления по борьбе с терроризмом, меньше чем в метре от возглавляющего управление генерала Локтионова. Егорову было бы в тысячу раз легче доложить о провале операции у офиса «Ара-банка» кому-нибудь из заместителей начальника управления, а не самому Локтионову, которого он считал не только своим начальником, но и другом. Со своего места Егорову было отлично видно, как с каждой его новой фразой мрачнеет лицо Локтионова, но, собираясь на доклад к генералу, Егоров твердо решил, что не будет оправдываться, и сейчас не собирался этого делать.

Выслушав его, Локтионов потянулся к лежащей на столе пачке сигарет. Егоров знал, что после перенесенного еще в молодости ранения, врачи запретили Локтионову курить, и сейчас мысленно укорил себя за то, что своим последним провалом невольно вынудил его нарушить медицинский запрет.

– Как же так получилось, Андрей? – обратился к нему Локтионов, разминая в пальцах извлеченную из пачки сигарету.

– Исключительно по моей вине, товарищ генерал, – твердым голосом ответил Егоров.

Локтионов вздохнул:

– Хорошо, что ты это понимаешь. Ведь у тебя большой опыт, а попался на элементарный трюк с пустой сумкой! А может быть, ты устал, Андрей?

Егоров так плотно сжал челюсти, что на его лице на мгновение обозначились желваки.

– Готов понести любое наказание, товарищ генерал!

Локтионов раздраженно сморщился. Сигарета переломилась в его пальцах.

– Я не об этом. А взыскание получишь, не сомневайся! Погиб наш сотрудник! Его убийцу-курьера вы с Ватутиным упустили! И полученные курьером деньги, двести пятьдесят тысяч долларов, уже, очевидно, на пути к воюющим на Кавказе исламским боевикам!

Генерал замолчал. Молчал и Егоров, глядя, как начальник вертит в руках сломанную сигарету. «Все правильно: провал по всем позициям». Наконец Локтионов выбросил сигарету в корзину для бумаг и уже спокойнее закончил:

– Короче, так, от этого дела я тебя отстраняю. И от оперативной работы пока тоже. Сейчас по указанию директора в центральном аппарате формируется специальная группа по обеспечению режима секретности какого-то научного проекта. Подробностей я не знаю, но что-то связано с космосом. Пойдешь туда.

Егоров выпрямился на стуле. В душе закипела обида, но он сдержал ее.

– Есть, товарищ генерал.

Вернувшись к себе в кабинет, Егоров первым делом снял пиджак и, повесив его на плечики, убрал в шкаф. В отличие от апартаментов начальника управления в его собственном кабинете не было кондиционера, а даже открытая настежь форточка не спасала от жары. Андрей распахнул дверь, чтобы сквозняком хоть как-то проветрить кабинет, потом стянул с шеи галстук и швырнул его на одну из пустующих в шкафу полок. К черту! Если Локтионов считает, что он годится только на то, чтобы подшивать загрифованные бумажки и следить за соблюдением режимных мер во избежание разглашения подробностей какого-то научного эксперимента, он тоже не обязан соблюдать установленные генералом требования, по крайней мере, касающиеся внешнего вида!

– Разрешите, товарищ полковник? – раздалось со стороны двери.

Егоров обернулся – на пороге стоял Валентин Мальцев.

– Я к вам, – объявил он.

– Вижу, что ко мне. Зачем? – спросил Егоров.