— Сделал? Попытался простить. Привести его назад к свету. Но это ему не удалось. Азран погряз уже слишком глубоко. Своих учителей он успел сделать рабами. А еще он нашел искателей. И подчинил их.

— Искателей? Эта птица — ты назвала ее искателем?

— Вот именно. Никто не знает, откуда они взялись. Они древнее драконов. Гораздо древнее. Они жили где-то около Адской Равнины. Мало кто их раньше видел, и еще меньше дожило до того, чтобы об этом рассказать.

— А что они такое?

— Говорят, когда-то именно они правили этой землей. А теперь — ищут. Всегда и везде ищут информацию. Никто не знает зачем — думаю, это и Азрану неизвестно. Он их поработил, но едва ли изучил. И с них наверняка приходится не спускать глаз.

Припомнив силу и ловкость твари, Кейб поежился и кивнул.

— Я поняла, — продолжала леди Гвен, — что слишком изводила себя. Натан не требовал такого напряжения. И вообще мои уроки стали казаться после этого разговора простыми, проще некуда. Я старалась точно следовать его словам, и ошибок становилось все меньше и меньше. Скоро я начала понимать, что понемногу обретаю мощь. Через три года я была как та картинка. И тогда Натан сказал, что любит меня.

Ее глаза вспыхнули, глядя куда-то в пустоту. Она забыла о настоящем — даже о присутствии Темного Коня. Потусторонний скакун все еще прикидывался пасущимся, но Кейб заметил, что делает он это очень тихо. Через минуту она моргнула, вытерла одинокую слезу и продолжала:

— Драконьи Хозяева — это была идея Натана. Его и Ялака. Они решили сбросить Королей-Драконов, которые правили столько лет, сколько человечество помнило себя. Они подавляли в людях всякое стремление к совершенству и угнетали людское племя, стараясь сделать их безмозглыми скотинами. Их слуги искали чародеев и уничтожали, где только могли. К счастью, могли они далеко не все. Хозяева собрали силы и выступили, бросив драконам вызов. Так началась Поворотная Война.

«Поворотная Война. Мало кто ее теперь так называет, — подумал Кейб. — Целые края стали пустошами, пепелища и кладбища испещрили землю. Это было жестокое испытание. Все маги, кто послабее, погибли — и с ними множество огненных змеев. Наконец война достигла Города Знаний.

Не было секретом, что стратегию драконов разрабатывал не Император, а Пурпурный Дракон, Правитель Пенаклеса. И на нем-то Хозяева решили сосредоточить силы. Ялак повел свои силы в Бесплодные Земли, место единственной настоящей победы Хозяев. Он должен был предотвратить возвращение Бурого и остатков его воинства. Лохивар, столица Серой Мглы, должен был задержать Черного. Натан Бедлам должен был повести остальное войско против Города Знаний.

— Их предали с самого начала. Лохивар изменил и открыл ворота врагу. И силы защитников повели драконью армаду к Пенаклесу. И если бы не Грифон, они успели бы вовремя. Он встретил предателей с маленьким наемным войском и отбросил их назад. Вот потому-то он и стал нынешним Лордом Пенаклеса.

Все больше Кейб понимал, почему они так спешат достичь города. Еще немного — и надежда хотя бы на относительную безопасность пропадет.

— Но и Ялака предали. Азран. Этот так называемый сын Натана поразил его в спину Рогатым Клинком. Ялак даже не узнал, что с ним произошло. Здесь его предвидение ему изменило.

— А как меч попал к драконам?

— Даже Азран не всеведущ, — ухмыльнулась Гвен. — Бурый, увидев расстройство в рядах врагов, решил разгромить их окончательно. Он дрался в человеческом обличье, а оружие его сломалось. И тогда он ранил Азрана и похитил клинок. О, почему он не убил его! Тогда-то я и покинула поле боя, чтобы присоединиться к Натану и предупредить их, пока еще не все потеряно. Бурый отбросил и рассеял войска Хозяев, но преследовать не мог. Его кланы были близки тогда к полному уничтожению.

Кейб припомнил слова Бурого Короля. Как он его ненавидел! Кейб почти понял свирепого змея. Но он сам вырыл себе могилу собственной злобой.

Леди глядела на него:

— Я знала, что есть еще дитя. Твоя мать погибла, и Натан, надо думать, похитил тебя у отца, чтобы тебя не постигла участь Азрана и ты не стал рабом тьмы. Я…

— Стоп! — вскрикнул Кейб. — Ты хочешь сказать, что видела меня?

— Ну да…

— Но ведь ты же спала годами, десятилетиями!

— Да. Понимаю… Но… Я не знаю, как это объяснить. — В ее голосе звучало искреннее недоумение.

— Мне же нет еще двадцати пяти! А по твоим словам получается… Получается, что с тех времен…

Темный Конь перестал пощипывать траву. Он все еще казался обычным конем, но в голубых глазах появилась хитринка. Уши стали торчком. Ему тоже стало интересно.

Колдунья начала читать какое-то заклинание, быстро перебирая пальцами.

— Ты помнишь только обычную жизнь? Ничего больше?

— Ничего.

— Странно, очень странно. По-моему, это колдовство, но оно уже настолько с тобой срослось, что даже я не могу отделить. Однако видно, что оно пошло тебе на пользу.

— Что мне делать?

Она развеяла заклинание. Словно мягкая кисточка дотронулась и отскочила от его кожи.

— Не знаю, что и сказать, — развела руками волшебница и повернулась к Коню: — Я готова выслушать тебя. Конь фыркнул:

— Как ве-еликодушно с вашей стороны! Насчет парня у меня только две идеи. Во-первых, заклинание, которое ты исследовала, почти наверняка наложено Натаном Бедламом, и именно оно, скорее всего, причина странного детства Кейба. Ты сама говоришь, оно пошло ему на пользу. И послушай совет: отбрось пустые домыслы, пока не доедем до Пенаклеса. Там мы все узнаем.

— Ты думаешь, в Библиотеках мы что-нибудь найдем? Конь поковырял копытом землю.

— Я думал кое о ком другом.

— О ком? — Лицо ее потемнело.

Кейб не заметил опасного изменения в голосе.

— Ну конечно, о Симоне!

— Симон? — Гвен обернулась к нему.

— Ну да. Это он привел ко мне Темного Коня. И сказал, что мы встретимся в Пенаклесе.

— Опиши его. — От ее голоса повеяло ледяным холодом.

— Высокий. В плаще с капюшоном. Лицо не опишешь — оно всегда какое-то расплывчатое…

— Сумрак! — Крик Гвен напомнил первую встречу с Темным Конем. — И ты принимаешь от него помощь, от проклятого страшнее Азрана! Глупец!

— Леди Гвен, вам известно о проклятии Сумрака не более, чем мне! — Темный Конь сумел перекричать девушку. Кейб тихо порадовался, что на дороге никого не было.

— Я убью его!

— Ха! И перекалечишь всю землю вокруг? И кто после этого сдвинет Чашу весов в другую сторону?

— Он, — она утихла и, казалось, выбирала слова, — сотрудничает с Грифоном?

— Да, они вместе до конца, и ты это знаешь!

— До конца? Ну таким манером это недолго… Кейб, ошарашенный, переводил взгляд с одного на другую. Что за белиберда?

— Хватит тратить время. — Леди встала. — Теперь, когда я знаю, кто еще с нетерпением ждет нас в Пенаклесе, я тороплюсь туда еще больше.

Не дожидаясь Кейба, она вскочила на спину Коня. Кейб последовал ее примеру, все еще надеясь, что она объяснит свое поведение. Вот уж воистину темпераментная женщина!

— Кто такой — Сумрак? Какое он имеет ко всему этому отношение?

Слова ее были непонятны.

— Единственный чародей, сравнимый с Натаном. И самый ненавистный. Он может все спасти — и все погубить. Противоречивая натура…

Темный Конь приготовился к новой скачке. Но больше он не смеялся.

8

Пенаклес был совсем близко. Этот край был густозаселенным. По дороге шло множество людей. Порой, столкнувшись, они начинали жарко спорить, куда лучше идти и где, будет безопаснее в приближающейся заварушке. Кейб не понимал большей части их слов, но все было и так ясно.

Гвен тоже наблюдала за людскими передвижениями.

— Некоторые думают, что в Пенаклесе безопаснее всего — он так мощно укреплен. Другие уверились, что ничто не устоит против Королей-Драконов.

— Разве война уже идет?

— Я слушаю сейчас все, что говорят на очень большом расстоянии. Вот что тут знают. Идут огненные змеи, виверны и другие твари, такие мерзкие, что им и названия нет. Все это движется от Тиберийских Гор на юг, и у них знаки самого Императора. А Серая Мгла, говорят, собирается напасть на Пенаклес с востока.

Кейб все вглядывался вдаль, надеясь различить городские стены, но видел только бредущий по дороге разношерстный люд.

— Как ты думаешь, город выстоит?

— Грифон наверняка узнал многое из Библиотек, и способности у него уникальные. Война будет долгой и тяжелой.

Сбоку от дороги, чтобы не спотыкаться о пешеходов, проследовала колонна всадников. Все были одеты в кожаные доспехи, и особый взгляд выдавал в них ветеранов, долгие годы изучавших искусство войны. Небольшие блестящие шлемы не прикрывали полностью пышных светлых шевелюр. Из-за сходства их можно было принять за братьев.

— Солдаты из Зуу. Грифон ждал этого и послал за подкреплениями заблаговременно.

— И что — они оставили собственный город без защиты?

— Едва ли, — пожала плечами Гвен. — С юга у них Бесплодные Земли, а с севера — лес Дагора, где Зеленый Дракон правит спокойно и не лезет в чужие дела. Ему всегда было наплевать на иные расы — даже во время Поворотной Войны. А потому и мы никогда не нападали на него. — В ее голосе проскользнула странная нотка, словно она хотела добавить что-то еще.

Вдруг Темный Конь насторожился и дал понять всадникам, что намерен что-то им сообщить. Кейб прикинулся, что натягивает поводья, а Конь сам определил, куда идти.

Когда они отъехали от дороги, Темный Конь остановился. Он сделал небольшую паузу, прежде чем говорить.

— Что-то не то. Что-то большое — думаю, огненные змеи. Идут сюда.

— За нами? — Кейб оглядел небеса.

— Какая разница? — фыркнул Конь. — Все равно окажемся в самой гуще.

Гвен недовольно взглянула на Коня:

— Твой юмор оставляет желать много лучшего. Сколько их?

— Всего двое. Но довольно быстрые.

— Разведчики, — кивнула она. — Скоро будут здесь?

— Их станет видно раньше, чем мы вернемся на дорогу. Если, конечно, мы собираемся туда.

— А что это там? — Кейб указал вперед. — Что-то мешает движению!

— Прошу прощения! — Конь скосил голубой глаз на седока. — Я просчитался! Они уже там и разгоняют путников! Колдунья стиснула зубы:

— Вперед! Их надо уничтожить!

— А еще обвиняла меня в кровожадности… — фыркнул Конь.

Прежде чем она успела ответить, Конь был уже у дороги. Драконы то снижались, то взмывали в небо и явно получали массу удовольствия от происходящего. Пока что они развлекались тем, что пугали людишек, но было видно, что вот-вот начнется более серьезная игра.

— Предлагаю спешиться, — заметил Конь уже у дороги, — иначе мы — слишком легкая мишень!

Драконы резвились как могли. Их долго держали в черном теле, не отпуская далеко от лордов, и вот теперь они наслаждались свободой. Один из них заметил двоих путников на одном вороном коне и рыча спикировал к ним.

Кейб уже спешился и извлек из ножен Рогатый Клинок. Гвен тоже успела слезть с конской спины.

— Сможешь управиться с ними, как с теми тремя? — прокричал Кейб в ухо Коню.

— Нет! Воздух — не моя стихия! Вот если удастся их посадить на землю…

Пальцы Гвен двигались быстро-быстро.

— Боюсь, он не стремится нам в этом помочь!

Заклинание с треском разрядилось. Дракон почувствовал, что по его брюху колотят какие-то маленькие взрывающиеся шарики. Змей попробовал ускользнуть от них, но они не отставали.

— Фейерверки, леди Гвен? Сегодня не праздник!

Второй дракон увидел происходящее и тоже направился к оказавшей сопротивление добыче. Он был уже готов к тому, что столкнется с магией, и вилял в воздухе, надеясь сбить волшебницу с толку. Приблизившись, он разинул пасть с громадными клыками и изрыгнул не огонь, а какой-то невнятный серый пар.

— Это еще что? —Про такое Кейб даже не слышал.

— Это воздушный дракон, он дышит не огнем, а ядом!

Первый, сбитый с толку фейерверками, потерял ориентацию и шлепнулся на землю. Второй твердо решил покончить с противниками. Он развернулся и помчался к Кейбу тем же самым зигзагообразным манером. Кейб понял, что на ударную дистанцию он не выйдет. Почему-то страшно не было.

Темный Конь приблизился, чтобы его прикрыть.

— Я попробую втянуть в себя яд, если леди Гвен не сможет его остановить!

— Нет! — Что-то внутри Кейба ответило за него. — Стойте оба где стоите!

Он говорил с такой уверенностью, что оба подчинились. Странное ощущение спокойствия завладело им. Дракон победно затрубил. Кейб не двигался.