Остров

Дервиш вытащил из кармана носовой платок, стер кровь с рукояти трости и бросил платок на пол.

– Все? – спросил Дервиш. Он выглядел совершенно спокойным.

– Здесь – все, – ответил Иван. – Еще один на крыльце. Остальные снаружи.

– Тогда, Иван Сергеич, пригласите сюда того красавца, что на крыльце.

Палтус услышал звук отодвигаемого засова. Потом дверь распахнулась, и появился человек. Палтус не мог понять, кто такой. Мелькнула мысль, что это кто-то из оперов, но уже через секунду он понял, что ошибся. Еще через секунду под челюсть Палтусу уперся цилиндр глушителя и незнакомый голос тихо приказал:

– Дернешься – положу. Оружие на землю. Медленно, аккуратно.

Палтус осторожно снял с плеча АКСУ, опустил вниз. Потом расстегнул кобуру, вытащил «глок», положил на перила.

– Нож, – сказал Иван. Палтус вытащил боевой нож из ножен… Он весьма неплохо работал ножом, и в голове мелькнуло: а если?.. Но под кадык Палтуса упирался глушитель, и шансов было ноль. Палтус покорно выпустил нож из руки.

– Второй, – приказал Иван. Из кармашка на левом рукаве Палтус извлек складной тактический нож, тоже положил на перила.

– Что еще есть? – спросил Иван.

– Ничего, – пожал плечами Палтус.

– Ну смотри, – сказал Иван и кивнул головой на дверь: – Пошли.

Когда Палтус вошел в коридор, то испытал мгновенный шок. В луже крови на полу лежало шесть тел. Пять трупов, шестой – в агонии. Шестой – это был оперативник – сидел, прислонившись спиной к стене, и крупно вздрагивал. Чуть дальше по коридору стоял высокий седой старик с тростью.

Ошеломленный Палтус стоял и смотрел. Он не мог поверить, что эту бойню устроили какие-то чмошники. И положили шестерых опытных сотрудников. Вдвоем.

– Как зовут? – произнес Дервиш. Палтус его не услышал, и Дервишу пришлось повторить: – Как зовут?

– Па. Палтус.

– Нет в святцах такого имени, но если нравится – носи. Слушай меня внимательно, Палтус: сейчас ты по рации начнешь вызывать сюда своих корешей. По одному. Понятно?

– А.

– Живой останешься. Понял?

– А гарантии? – выдавил Палтус. Сам понимал, что глупость, но почему-то спросил.

– Только мое слово, – ответил старик. Раненый опер на полу вдруг открыл глаза и отчетливо произнес: «Скотобаза! Скотобаза!» – потом выгнулся дугой, захрипел и затих. Палтус смотрел на него не отрываясь.

– Я. я согласен, – выдавил он.

– Молодец. Давай-ка порепетируем.

Через три минуты в дверь вошел первый из четырех бойцов, охранявших периметр. Спустя еще две – второй. Они умерли легко. Палтус уже собрался вызвать третьего и положил палец на тангенту, как вдруг рация сама издала короткий требовательный сигнал вызова. Палтус покосился на дисплей, увидел, что вызывает Лом. Палтус посмотрел на Дервиша, и Дервиш кивнул: ответь.

– Палтус, – сказал Палтус в рацию. – Прием.

– Лом на связи, – ответила рация. – Что там у вас происходит? Прием.

– Нормально все. Давай. это. подтягивайся сюда. Чуб приказал.

– А почему он сам не отвечает? Я пытался вызвать его – молчит. Прием.

Секунды три или четыре Палтус молчал, потом произнес:

– У него. это. рация накрылась. Прием.

– А почему Конь не отвечает? Почему не отвечает Сынок? У них тоже рация накрылась? Прием.

Палтус растерянно посмотрел на Дервиша. Дервиш шепнул: «Иди сюда. Здесь все объясню…». Палтус сказал:

– Ты, это, Лом, не рассуждай. Двигай сюда. Прием.

– Передай рацию Чубу. Прием.

– Да некогда, бля. Давай сюда.

– Что-то ты темнишь, рыбина. И свету у вас ни в одном окошке не видать.

Палтус промолчал. На лице его выступили капельки пота… Дервиш шептал подсказки в ухо Палтусу, но того заклинило.

Голос из рации произнес:

– Да ты же, падла, под стволом там стоишь.

А Палтуса вдруг заколотило. Он попытался что-то ответить, но получалось только:

– Я… я… я…

Дервиш обрушил на затылок «гестаповца» трость, Иван подхватил падающее тело и выключил рацию. Это, однако, уже ничего не меняло.

Иван подобрал с пола автомат, метнулся к выходу.

Настоятель на колокольне увидел, как двое оставшихся за стеной бойцов стали отходить. Понял: что-то пошло не так… Бойцы отошли метров на тридцать, скрылись в тени леса, остановились под большой разлапистой елью. Через несколько секунд из корпуса выскочил Иван. В руке держал автомат. Настоятель – бывший капитан ВДВ – понял, что пришло время вступать в игру. Он поднял «суоми» к плечу, нашел почти невидимых в тени бойцов «гестаповского» спецназа и нажал на спуск. Финский пистолет-пулемет дал короткую очередь – упал лицом в снег один боец. Настоятель мгновенно перенес огонь на второго.

В трехстах метрах от монастыря Пластилин услышал выстрелы. Он надеялся, что все обойдется, но выстрелы прозвучали, и стало ясно: не обошлось.

Оба «гестаповца», мирно сидевшие на стволе, вскочили.

– Что такое? – спросил один. Второй собрался ответить, но не успел – Пластилин нажал на спуск. «Ремингтон» выплюнул порцию свинца. Сноп картечи накрыл сразу обоих бойцов.

Сквозь сон Лиза услышала отдаленную стрельбу, вскочила. В соседней комнате встали хозяева. На улице заволновались собаки.

– Где стреляют? – спросила Лиза.

– Похоже, в монастыре неладно, – ответила Алевтина Викторовна.

– В ту сторону минут двадцать назад машины проехали, – сказал Валентин Матвеевич.

– Господи! – сказала Лиза. – Там же Ванька. Я пойду.

– Никуда не пущу, – сказал хозяин.

Было очевидно, что нашумели и что стрельбу слышали в поселке. И значит надо уходить. Немедленно, и теперь уже всем, включая монахов. Потому что даже если уничтожить все следы (замыть кровь, спрятать трупы убитых, отогнать в другое место или вовсе утопить в озерах автомобили), это ничего не изменит – приедут другие «гестаповцы», начнут допрашивать монахов. А как они допрашивают – известно.

Дервиш сказал Ивану:

– Иван Сергеич, обыщите этих. Документы, оружие и все такое.

Иван ответил: «Есть». Настоятелю Дервиш сказал:

– Михаил Андреич, поверьте, мне очень жаль, что так получилось.

Настоятель ответил:

– В этом нет вашей вины.

– Вины нет. Но если бы нас здесь не было, то вам, вероятно, удалось бы избежать проблем.

– На все воля Божья.

– Что думаете делать дальше?

– На Урал пойдем.

– В Уральскую республику?

– Да.

Дервиш потер подбородок, спросил:

– И вы всерьез верите в Уральскую республику? Верите, что в оккупированной стране сохранился анклав, который неподконтролен оккупационным властям?

Отец Михаил ответил:

– Я не верю, я знаю точно: Уральская республика существует. Хотя, конечно, в это трудно поверить.

Дервиш спросил:

– Чем я могу вам помочь?

– Спасибо, – улыбнулся настоятель, – помощь не нужна.

К Дервишу и настоятелю подошел Иван, произнес:

– Прошу прощенья. – Он протянул настоятелю несколько листов бумаги: – Вот, взгляните.

– Что это? – спросил отец Михаил.

– А вы прочитайте – все поймете.

Отец Михаил повесил автомат на плечо, взял один лист, поднес поближе к свету. Сверху был изображен символ комитета «Кобра» – приготовившаяся к атаке королевская кобра. Ее капюшон раздувался, а мускулистое тело кольцом обвивало земной шар. Ниже была «шапка»: «Постановление о производстве ареста». Настоятель метнул быстрый взгляд на Ивана. Потом начал читать: «В связи с подозрением в пособничестве террористам и на основании ст. 14, 15 и 19 Закона о противодействии терроризму приказываю арестовать настоятеля монастыря св. Николая Никифорова Михаила Андреевича, а также всех монахов, послушников и прочих лиц, которые будут находиться на территории монастыря. Начальник Особого отдела комитета „Кобра“ майор Малеванный Т. Г. 31 октября 2013 г.»

Настоятель передал бумагу Дервишу, спросил у Ивана:

– Откуда это?

– Вот у него нашел, – Иван кивнул на труп в штатском. Потом раскрыл удостоверение с тисненной золотом коброй на обложке, прочитал вслух: – Старший оперуполномоченный Дауд Хусаинов.

Настоятель сказал Дервишу:

– А вы говорите: удалось бы избежать проблем. В огне брода нет.

* * *

У организации было несколько конспиративных точек – квартиры в Санкт-Петербурге, Петрозаводске и Пскове. Был частный дом в Новгородской области. Но до них еще нужно было добраться. Визит «гестапо» в монастырь показал, насколько это опасно. Иван предложил отправиться в надежное место. Место, однако, не назвал, сказал только, что недалеко и искать там не будут. Он имел в виду лепрозорий.

Настоятель отказался. Сказал:

– Благодарю, но мы с братией все же на Урал двинемся. А молебен о павших воинах отслужу. Об этом не беспокойтесь.

– Удачи вам.

Монахи вынесли трупы «гестаповцев» с территории – «чтобы монастырь не поганить», попрощались, погрузились в «Газель» и вскоре уехали.

Иван сходил в поселок, к Лизе. Объяснил ей, что придется уехать. Не надолго. Не очень надолго. или. А, черт! Я сам не знаю на сколько.

Он боялся, что Лиза заплачет, но она не заплакала. Она перекрестила Ивана и сказала: «Иди. Я буду ждать тебя».

Он ушел. Снег под ногами скрипел: буду ждать. буду ждать… буду жда…