Сибирь

Губернатором сел

Тобольским.

Потомства

Свет. Ясен-Фенист!

Сибирское солнце —

Чичерин Денис.

В границах несведущ.

Как солнце и дождь

Дававший на немощь,

Дававший на мощь.

Речь русскую “нате” –

Внедривший-словцом,

В раскрытом халате,

С открытым лицом,

С раскрытою горстью

– В морозной соли —

Меж Князем Обдорским

И Ханом-Вали.

...Зато уж и крепко

Любила тебя

Та степушка, степка

Та, степь-Бараба,

Которую – версты

Строптивых кобыл! —

Ты, ровно бы горстью

Соля, – заселил.

– Сей, дяденька, ржицу!

Тки, девонька, холст!

В тайжище – в травище

– Ужу не проползть —

В уремах, в урманах

– Козе не пролезть —

Денису Иванычу

Вечная честь.

Так, каждой хатенкой

Равнявшей большак,

Сибирский Потемкин

С Таврическим в шаг

Шел.

Да не споткнись шагаючи

О Государства давешний

Столп, то бишь обесчещенный

Меньшикова-Светлейшего

– В красках – досель не умерли! —

Tруп, ледяную мумию

Тундры – останки мерзлые

Меньшикова в Березове.

(Без Саардамским плотником

Данной, злорадством отнятой

Шпаги – в ножнах не нашивал! —

Только всего-то навсего —

Тундра, морошка мражена...

Tак не попри ж, миражными

Залюбовавшись далями,

Первого государева

Друга...)

Где только вьюга шастает,

Кто б меня приласкал,

Седу? Тобольск, Град-Царствующ

Сибирь, чем был – чем стал!

Как еще вживе числятся-то,

Мертвых окромя,

Tвои двадцать три тысячи

Душ, с двадцатью тремя

Церквами – где воровано,

Tам молено, казак! —

С здоровыми дворовыми,

Лающими на кряк

Кареты предводительской

В глиняной борозде.

С единственной кондитерской

– Без вывески – в избе...

Не затяни ошибкою:

“Гроб ты мой, гроб соснов!”

С дощатою обшивкою

Стен, досками мостков

И мостовых... И вся-то спит

Мощь... Тёс – тулуп – сугроб...

Тобольск, Тобольск, дощатый скит!

Тобольск, дощатый гроб!

Медон, 1930