Жертвы требуют красоты

– Работает! Ну и зажрались! Такие игрушки бросают.

– Забыли, – уточнил Кирилл. – Перепились и забыли.

– Кассеты нет. – Валера бросил камеру в машину. – Заберем. Что с воза упало, то пропало, так?

Ему ответили дружным «да». Потом девушки с брезгливыми физиономиями сносили в сторонку остатки чужого пиршества, Кирилл разводил костер, Валера собирал удочки. Пятачок поляны очистили, ветки потрескивали в чаше из камней, достали рыбину, поразившую их размерами, разумеется, чистить и потрошить ее придется девчонкам. Но возник вопрос, кто пойдет за водой.

– Ты иди, – сказала Аня Рите.

– Тогда ты будешь чистить всю рыбу, – поставила условие Рита. – Я терпеть не могу запах тины.

– Ну и подумаешь, – пожала плечами Аня. – А ты тогда будешь чистить овощи и варить уху.

– Ладно. – Рита подхватила котел, черный от сажи, и направилась к воде. – Давайте искупаемся, а потом займемся...

– Ни в коем случае! – запротестовал Валера. – Рыбу распугаем. Сначала рыбалка, потом все остальное.

– Пока вы будете ловить рыбу, мы сдохнем от скуки, – заворчала Рита, снимая одежду. – Терпеть не могу рыбалку.

– Все-то ты терпеть не можешь, – поддела ее Аня. – Неси воду, зануда.

Она развернула газеты, положила карпа, сама устроилась на маленьком стульчике, взяла нож... И подскочила от визга, доносившегося с берега. Мальчики тоже несколько оторопели от беспрерывного крика Риты.

– Чего это она? – произнес Кирилл, схватил толстую ветку на случай обороны и побежал к берегу. За ним Валера, за Валерой Аня.

То, что они увидели, заставило их резко затормозить. А Рита кричала, схватившись за голову руками, котел валялся у ее ног. Вскрикнула и Аня, закрыла рот ладонью и попятилась.

На берегу под ивой на спине лежал мужчина. Его ноги были по колено в воде, пах и живот окровавлены, руки раскинуты. Видимо, он пролежал так долго, потому что лицо его приобрело синюшно-лиловый оттенок. Валера подскочил к Рите, увлекая ее, замямлил:

– Идем, идем... Не кричи, он покойник.

Вернулись на поляну, о пикнике не могло быть и речи.

– Сваливаем? – предложил Кирилл.

– Я звоню в ментовку, – доставая мобилу, сказал Валера.

– Его же убили! – занервничал Кирилл. – На фига нам проблемы?

– А при чем тут мы? Мы приехали, нашли труп...

– Не понимаешь? – задергался Кирилл. – Его на нас повесят...

– Не психуй! Не повесят. Его не сегодня убили. Сколько нас? Четверо, а не один человек! На любом допросе у нас не будет расхождений. Между прочим, показания записываются, а ты должен прочесть и подписать. Хуже будет, если мы не сообщим и уедем. Тогда, если нас найдут... Короче, я звоню в ментовку. Только бы связь была... А, черт, нет зоны. Кирилл, дай свою мобилу.

Лучшая связь оказалась у Ани, Валера дозвонился:

– Алло, милиция? Мы нашли труп... Мужчины. Его убили... Не знаю чем, но живот в крови... На берегу протоки... Я объясню...

Он обстоятельно рассказал, как добраться, согласился подождать на трассе группу и показать, где труп. Ребята уложили вещи в багажник, сели в машину и поехали на шоссе, никто не хотел оставаться на поляне.

Глава 5

Со вторника отношения с Мартыном развивались, можно сказать, стремительно. Клара заметила, что он часа не мог прожить без нее – часто звонил, уточнял время встречи, спрашивал, не нужно ли чего, интересовался ее настроением. Вчера он разоткровенничался, рассказал о себе, в общем-то, банальную историю. Был женат, имеет дочь, развелся, оставил жене квартиру, с ребенком видится редко, что его угнетает. Ее так и подмывало сказать: я рожу тебе ребенка, только нам желательно уехать. И причину придумала: климат. Да, ей не подходит климат, в этом нет ничего подозрительного. Обосноваться можно где-нибудь на берегу моря, купить домик и жить припеваючи. Но пока об этом говорить рано, пусть Мартын созреет.

И совсем выветрился у нее из головы Красавчик. Вспомнила о нем только вчера, когда нежилась в постели с Мартыном. Несколько раз Клара отвлекалась и набирала Витин номер. Послушав гудки, она недоуменно пожимала плечами и откладывала трубку.

– Кому ты все время звонишь? – недовольно спросил Мартын.

В его голосе послышались нотки ревности – прекрасно!

– Мне должны были сделать отчет еще в среду, а не звонят, – пожаловалась она. – У меня в подчинении несколько человек, трудно с ними.

– Клара, работу надо оставлять на работе. Иди ко мне, ложись. – Она улеглась, положив ему голову на грудь. – Ты можешь на несколько дней оставить дела?

– Не знаю... А что?

– Давай съездим куда-нибудь отдохнуть? Дней на пять. Я должен получить кругленькую сумму, машина, которую собираюсь купить, подождет.

– Ты серьезно? – приподнялась она, заглянув ему в лицо.

– Конечно. Надо же иногда баловать себя, правда?

– Правда, – нежно прижалась щекой к его щеке Клара. – Но у меня тоже есть начальство, попробую отпроситься.

– Не попробую, а отпросись.

Приказной тон нисколько не унизил Клару, напротив, дал почувствовать себя женщиной. Ей надоело быть сильной и заботиться о себе, одновременно надоело трястись от страха, что система, в которой она рядовой винтик, однажды даст сбой. И тогда в один далеко не прекрасный день ею заинтересуются люди в погонах, а после этого придется сушить сухари. Пора, пора завязывать. В этом смысле идея Мартына великолепна, за пять дней она постарается привязать его к себе, но... Куда пропал этот красивый идиот? Сказала же: позвони! Клару всегда пугали любые накладки.

С раннего утра в субботу, выпроводив Мартына, как любимого мужа, Клара тут же схватилась за телефон, но все ее многочисленные попытки связаться с Красавчиком закончились неудачей.

– Совсем оборзел, – выругалась Клара.

Сегодня Красавчик ей нужен был позарез, чтобы получить свободу, а свобода нужна, чтобы вплотную заняться Мартыном. Пора и о себе позаботиться, ведь за последние четыре года не находилось мужчин, мечтающих о длительных с ней отношениях. Клара всегда нюхом чуяла мужика и его намерения, читала мысли, что вовсе несложно. Мартына ее нюх определил так: твой шанс, не упусти его.

Клара подумала, что бы еще предпринять, набрала номер Роменской. Под такой красивой фамилией прячется редкая гадина, с ней предпочтительнее не иметь дел, но куда денешься? Послушав гудки, Клара вообще растерялась – Роменская не ответила. Клара упорно звонила то Красавчику, то Роменской, оба упорно не брали трубку.

– Испарились все, что ли?

Но когда-нибудь они ответят же? Клара решила звонить через каждые полчаса.

– Ника! – заглянула в комнату мама. – Возьми трубку, тебя.

Поспать в выходной сколько хочешь, поваляться в постели до двенадцати – это ли не счастье? И кому с утра понадобилось ей звонить, что за срочные дела? Ника повернулась на бок, сняла трубку, поднесла к уху:

– Слушаю.

– Это Владимир Васильевич, Ника.

– Да? – мигом села она. Зампрокурора?! Позвонил ей лично?! Значит, полстраны накрыл метеорит. – Что случилось?

– Ты, кажется, хочешь влиться в работу? Собирайся. На пятнадцатом километре труп, говорят, убийство. За тобой заедет Платон.

– Спасибо, Владимир Васильевич.

– Пожалуйста.

Да она бы его сейчас расцеловала! Позвонил! Сам работу дал, она не клянчила! Только бы справиться с двумя делами, хотя второе наверняка передадут другому следователю. На секунду мелькнула мысль: а почему дежурного не отправили? Но Ника сразу же и ответила себе: наверное, за ночь произошло еще одно ЧП. Она торопливо оделась и решила позвонить Валдису, он более опытный, а хороший оперативник – залог успеха:

– Валдис, собирайся, мы заедем за тобой.

– А что такое?

– Труп! Мне звонил сам Владимир Васильевич, сказал – убийство.

– Ладно, я готов.

Ника наскоро выпила чаю, у дома просигналили, она рванула к выходу.

На поляну не стали заезжать, остановились. Из первой машины выскочил Валера, замахал руками:

– Сюда. Он у берега лежит.

– Погоди, парень, – подходя к нему, сказал Платон. – Расскажи, как вы его обнаружили?

– Мы приехали на рыбалку, – начал, волнуясь, Валера, – а здесь полно мусора...

– Какого мусора? – спросил Валдис.

– Ну, обычного, – развел руками Валера. – Какой бросают после себя.

– Точнее, – сказал Валдис.

– Столик раскладной... он был раздавлен. Потом, плед валялся в крови.... А на тех камнях шампуры лежали с подгоревшим мясом. Да вон все, мы в одну кучу снесли, – указал он на горку хлама у куста.

– Так вы тут трогали?.. – вытаращился Платон.

– Конечно, – смутился Валера. – Расчистили поляну... Мы же не знали, что на берегу труп.

– Ну, дела, – обреченно вздохнул Платон. – Ладно, показывай труп.

Прибывший вместе с группой опер остался допрашивать Кирилла и девочек, криминалист Сократ Викентьевич, поглаживая ладошками выступающий живот, прохаживался по поляне и мурлыкал:

– Красота, ей-богу. Чудненькое местечко, надо бы сюда на отдых ездить. И костерок приготовлен. Аккуратненько...

Ника, завидев мужчину на берегу, ощутила дрожь в коленках. Неужели опять проявит слабость? «Это всего лишь труп, – панически уговаривала она себя. – Я видела покойников – и ничего. Я справлюсь».

Семен Семенович поставил на траву чемоданчик, раскрыл его, достал перчатки, тогда как Платон и Валдис стали у изголовья тела. Ника остановилась чуть поодаль, ей надо постепенно привыкать к такого рода находкам, а то они при ослабленной нервной системе обязательно по ночам ей будут сниться. Этот – точно приснится. Жуть, а не труп. Будто его грубо загримировали для съемок ужастика.

– Он отвратительно выглядит, – не удержалась она от комментария.

– Так лежит несколько суток, на мой поверхностный взгляд, – сказал Семен Семенович. А этому трупы в кайф. Склонился над убитым буквой Г, изучал, словно любимую женщину во время сна. – Сейчас тепло, плюс влажность, плюс его ноги лежали в воде. Естественно, труп изрядно подпортился. М-м-м! При жизни он был красивым мужчиной.

– Вы считаете? – покривилась Ника, не представляя сине-лилового покойника красивым мужчиной.

– Хм! – усмехнулся криминалист, присаживаясь на корточки. – Это же видно невооруженным глазом. Спорим, у него баб... то есть женщин было полным-полно. Так... Кто будет писать? Ника? Или Платон?

– Нет-нет, – запротестовала девушка, зная, что сейчас начнется подробное описание трупа, пятен на нем, ран и так далее. А ее фантазия облекает скупые слова в яркие образы, в результате предстает картина хуже, чем есть на самом деле. Но и Платон не хотел заниматься писаниной, Валдис тем более:

– Я с ошибками пишу.

– Позову второго оперативника, – предложила Ника.

– Я сам позову, – остановил ее Платон, уходя.

– Валдис, помоги вытащить его из воды, – попросил Семен Семенович. Вдвоем они взяли тело под мышки и вытянули на берег. – А то вода – прекрасный разрушитель мертвецов... Как интересно... – пробормотал Семен Семенович. Валдис склонился над трупом, держась за колени. – Застрелен из пистолета, но! Выстрелы сделаны в пах и низ живота... Последнее время убийцы предпочитают в качестве мишени нетипичные места на теле.

– Семеныч, смотри, у него что-то изо рта торчит, – указал пальцем Валдис.

Тот живо приблизил нос к лицу трупа, отчего Нику чуть не вывернуло наизнанку, но она пока успешно справлялась с собой, поэтому приподнялась на цыпочки, вытянув шею, но не решаясь подойти ближе. И правда: из приоткрытого рта убитого торчал какой-то прутик или что-то другое – издали не определишь.

– Хвостик! – радостно воскликнул криминалист. – Может, ящерица залезла в глотку, да и подохла? Сейчас вытащим...

Он потянул за кончик предполагаемого хвостика... Вот теперь Нику повело, ее затошнило не на шутку, когда изо рта убитого криминалист стал вытягивать нечто длинное и тонкое в слизи. Девушка отвернулась и отошла, чтоб не упасть. Ника несколько раз втянула носом воздух, задерживая дыхание, в голове наступило просветление.

– Это не ящерица, – сообщил озадаченно Семеныч. – И она никогда не была живой.

Ника опасливо скосила на него глаза. Криминалист держал в руке прутик с изгибами...

– Змейка! – вытаращился Валдис, он тоже был немало удивлен. – Точно такая же, какую мы нашли в руке Канарейки.

– Абсолютно верно, игрушки одной фабрики, – кивнул Семен Семенович. – Резиновая змейка.... Второй раз... Это уже похоже на знак.

– Какой знак? – вымолвила Ника.

– Не знаешь, что такое знак? – повернул к ней голову Валдис. – В данном случае это дешевый понт. Преступник дает нам метку, подбрасывая змейку, что убийца один и тот же человек, а не разные люди. По-другому такие понты называются – вызов. Вызов нам.

Ника расширила глаза, несмело приблизилась к трупу. Это действительно интересно. Вызов! Звучит загадочно, неужели преступник начал серию убийств, о чем говорит метка в виде резиновой змейки?

– Выходит, Канарина расстрелял тот, кто убил этого мужчину? – сказала она вслух то, о чем догадались и Валдис с Семенычем.