Помоги проекту - поделись книгой:
Одна из девушек сломя голову кинулась к кофейному аппарату, предварительно удостоверившись, что выгодная клиентка не откажется от двойного каппуччино. Другая почти силой усадила ее на обтянутый золотым атласом диван и грохнула ей на колени альбом с фотографиями образцов. Третья умчалась в подсобное помещение, чтобы принести в зал наиболее выгодные туалеты, которые придерживались для особенно близких клиенток. А четвертая, как выяснилось, оказалась хозяйкой бутика. Она уселась на диван рядом с Ярославой и заявила, что готова лично выступить в роли ее стилиста и свадебного консультанта.
От такого агрессивного гостеприимства Яся даже опешила.
– Какая же вы счастливая! – воскликнула хозяйка бутика. – Миллионы девушек мечтали бы оказаться на вашем месте.
– Да, Михаил Марленович – жених завидный, – сдержанно улыбнулась Ярослава.
– Да я имею в виду вовсе не это! – расхохоталась ее оптимистичная собеседница. – У вас есть уникальная возможность устроить себе такую свадьбу, какую душа пожелает! Ваш жених ясно дал мне понять, что никаких материальных ограничений нет. У вас будет свадьба, как у принцессы голубых кровей. Зрелище, которое запомнится на всю жизнь. Платье, в котором не стыдно было бы на вручение Оскара пойти.
– Он так и сказал? – вскинула голову Ярослава. – Про материальные ограничения.
– Ну вот, я вижу, глазок у вас загорелся! Именно в таком состоянии и нужно платье выбирать.
Эта женщина выглядела такой счастливой за Ярославу, такой располагающей к себе и милой, что Ясе вдруг захотелось взять и рассказать ей все. Что на самом деле она вовсе не счастливая принцесса в ожидании самого главного в жизни события. А подлая обманщица, которая, сама того не желая, готовится к двум свадьбам одновременно.
– Я вспоминаю свою свадьбу, и у меня слезы наворачиваются! – вздохнула хозяйка бутика. – Ах, если бы у меня была возможность купить такое великолепное платье! Но тогда были другие времена. Мне наряд сшила моя тетя, из марлевой занавески. Получилось очень красиво, но все равно, конечно, не то…
Ярослава вежливо улыбнулась. Уж лучше бы впереди ее ждал не леденящий кровь выбор, а развеселая студенческая попойка, сшитое тетей платье и марлевая фата.
– Ну что же, посмотрим, что у нас есть, – щелкнула пальцами ее советчица, – скажите мне, когда вам что-нибудь понравится. И не стесняйтесь требовать следующее, если наряд придется не по вкусу.
– А мне всегда казалось, что все невестины наряды примерно одинаковые, – устало вздохнула Ярослава, которая чувствовала себя морально опустошенной, находясь в центре этого свадебного великолепия.
– Просто вы никогда не были в нашем магазине!
Продавщица вынесла в зал первое платье, которое было таким красивым, что дух захватывало.
Многослойная летящая юбка, расшитый натуральным жемчугом корсет, прозрачные рукава. Ярослава даже с мечта вскочила, чтобы получше разглядеть это совершенство. Осторожно прикоснувшись к подолу, она убедилась в том, что на ощупь ткань нежнее страусиного пуха.
– Мне нравится вот это, – пробасила она. От волнения голос сел, и ей пришлось прокашляться, – никогда такого не видела.
– Ну вот, а вы говорите, все одинаковые, – снисходительно улыбнулась хозяйка, – и все же я советую вам не торопиться. Давайте посмотрим еще несколько вариантов.
То, что было дальше, она запомнит на всю жизнь. Ярослава всегда была неравнодушна к моде, и тут вдруг ей посчастливилось попасть в осиное гнездо настоящих ценителей роскоши. Каждое следующее платье было еще шикарнее предыдущего, и скоро у нее закружилась голова.
И она прошептала:
– Я замуж хочу… Нет, правда. Я хочу замуж.
– А кто же не хочет? – заливисто расхохоталась хозяйка.
Ярослава никогда не принадлежала к разновидности девиц, изо всех сил стремящихся свить гнездо. Многие ее однокурсницы повыскакивали замуж в двадцать, у некоторых уже и дети были. А вот Ясе всегда казалось, что в будущем ее ждет нечто более захватывающее и волнующее, чем вживающийся в роль мужа юнец, который будет важно отдавать ей часть стипендии взамен на слепленные пельмени и выглаженные рубашки.
– Но я осознала это только что… то есть раньше я понимала, конечно, что в один прекрасный день… бла-бла-бла… Но сейчас… Я точно знаю, что я хочу замуж. Я все решила.
– Конечно же решили, – удивилась хозяйка, – иначе бы к нам не пришли.
Ярослава предпочла отделаться многозначительной усмешкой.
Хозяйке салона такого не понять.
– А в чем ты собираешься замуж выходить? – спросил ее Максим, когда они сражались в русский бильярд в прокуренном тесноватом баре.
– В платье за двенадцать тысяч долларов, украшенном морскими раковинами и розовым жемчугом, – отрапортовала она перед тем, как спохватиться и прикусить язык.
– Очень смешно, – надулся он, – а если честно, я против всех этих идиотских условностей и формальностей. Я имею в виду белое платье.
Она неопределенно пожала плечами.
– Нет, но если ты хочешь, то я не против. Это твой праздник, в конце концов.
– Что значит мой? – В Ярославе неожиданно проснулась агрессивная феминистка. – А я-то всегда считала, что свадьба – это праздник для двоих.
– Формально так и есть, – улыбнулся он, ловко вгоняя в лузу очередной шар. Он выигрывал у Яси с разгромным счетом 6: 0. – Но ты же знаешь, как я отношусь к законам социума. Я бы мог прожить с тобою всю жизнь, и не регистрируя брак.
– Постой, но я тебя, кажется, не насиловала. Ты сам позвонил мне среди ночи, чтобы сказать, что спишь и видишь на мне жениться! И колечко подарил. Если хочешь, можем отыграть все обратно. Еще не поздно, – сказала она и чуть было не добавила: «В самый раз!»
Настала его очередь возмущаться.
– Я этого не говорил! Конечно же я хочу на тебе жениться. И я хочу, чтобы ты запомнила день нашей свадьбы. Поэтому у меня есть к тебе интересное предложение.
– Что на этот раз? – с опаской поинтересовалась она. – Ты решил все переиграть с велосипедами, и теперь это будет свадьба на роликовых коньках?
– А что, это идея, – нахмурился он, – если тебе так больше нравится. Можно было бы поставить рампы и освещение и купить тебе белые защитные наколенники…
– Эй, притормози, я же пошутила, – испугалась она.
– Ладно, в любом случае, речь сейчас не об этом. Я хотел бы пригласить тебя в один классный магазин.
Вот тут она удивилась по-настоящему:
– В магазин?! Но ты же ненавидишь магазины.
– Так точно, сэр. То есть леди. Но это особенный магазин, – лукаво прищурился Максим, – я хочу купить тебе свадебное платье.
Яся присвистнула – это что-то новенькое. Когда они жили вместе, основным предметом преткновения был Ясин гардероб. Максим предлагал распродать половину ее вещей, а на вырученные деньги съездить на Мадагаскар. Яся возмущалась и принималась доказывать, что у нее нет ничего лишнего. Скорее наоборот – ей не помешали бы новые джинсы и пара свеженьких кофточек. На что Максим, стервенея, возражал, что двенадцать пар джинсов – это диагноз, а любой нормальный человек может вполне обойтись одними.
И вот теперь он собирается купить ей платье.
– Это же наша свадьба, Яська, – улыбался он, – мне так хочется, чтобы это был для тебя действительно особенный день!
В магазинчике, в который привел ее Максим Андрейчик, пахло помойным ведром, пару дней протомившимся на солнышке. И быстрорастворимым супчиком «Магги».
Ярослава демонстративно зажала двумя пальцами нос и хмуро взглянула на Максима:
– Что это за шарашкина контора?
– Это же лучший секонд-хенд свадебной моды в Москве! – развел руками он.
– Секонд-хенд?! – с трудом подавив рвотные позывы, воскликнула Яся. – Ты издеваешься?
– Это ничего. Подумаешь, каждое из этих отличных платьев всего-то по одному разу и надевали!
Он махнул рукой в ту сторону, где снулая продавщица с остервенением отрывала от заляпанного разномастными пятнами платья какие-то тесемки. Да еще и приговаривала притом:
– Ни одна химчистка не возьмет эту дрянь! И это еще, называется, невеста. Ну пролила шампанское, это я еще могу понять. Но зачем же было блевать на подол?!
Максим деликатно кашлянул:
– Согласен, пример неудачный. Но здесь же есть и другие платья, совсем новые. Делов-то.
– Слушай, а может быть, вообще без платья обойтись? – От неприятного густого запаха у Ярославы кружилась голова. Ей хотелось только одного – поскорее покинуть этот притон для заблеванных нервными невестами платьев и оказаться на свежем воздухе. – Я могла бы надеть просто нарядный белый костюмчик.
– Только не говори, что ты сноб, – нахмурился он, – для меня это вопрос принципиальный.
Надо же, как все просто. Надо только радостно подтвердить: да, я сноб. И вопрос снимется сам собою. Максим закудахчет, что она его обманула, что она прикидывалась смелой свободной девушкой, а сама – такая же, как и все. И отправится на поиски новых приключений и новых невест. А она выйдет замуж за Михаила Марленовича. В роскошном платье ручной работы, на создание которого французские модельеры потратили несколько недель.
– Да, наверное, – подтвердила она, – я сноб. По крайней мере, мне не хотелось бы примерять платье с кругами пота в подмышках. Или с пятном от вина. И даже если оно будет выглядеть как новое, я все равно буду знать, что до меня его кто-то носил.
Рано она радовалась. Максим поник, но ненадолго.
– Нет, я знаю, что ты не такая, – покачал головой он, – Яська, я тебя как облупленную знаю. Должен же быть какой-то выход.
И в этот момент их заметила продавщица.
– А вам чего надо? – гостеприимно поздоровалась она.
Они ответили дуэтом:
Ярослава: ничего-ничего, уходим уже.
Максим: мы хотели бы купить самое шикарное свадебное платье, которое только у вас есть.
Продавщица смерила его презрительным взглядом.
– Это вам не элитный бутик, – процедила она, – если хотите чего поприличнее, ступайте в другой секонд-хенд. А здесь магазин для честных порядочных людей, у которых нет денег, чтобы покупать дорогую водку, а потом бессовестно выташнивать ее на новое платье!
Тетка была настроена так агрессивно, что Ярослава постеснялась спросить:
а) откуда она узнала, что платье оказалось перепачканным именно в результате распития водки? Может быть, несчастная невеста просто переборщила с шампанским или и вовсе съела несвежий жюльен?
б) как связаны между собою порядочность и наличие денег на дорогую водку и новое свадебное платье?
Но открытая улыбка Максима, его простодушный взгляд и иронический прищур синих глаз всегда действовали обезоруживающе даже на самых мерзких теток.
– Понимаете, у нас скоро свадьба, – проникновенным голосом начал он, – а я недавно потерял работу и не могу купить своей девушке новое платье… Один знакомый присоветовал мне ваш магазин.
Продавщица немного смягчилась:
– Потерял работу, говоришь? Во всем паршивая демократия виновата!
После этих слов она разразилась монологом, достойным центрального разворота газеты «Завтра», в котором с завидной регулярностью фигурировали фамилии Гайдар, Чубайс, Ельцин и почему-то Билл Гейтс.
– Совершенно с вами согласен, – давясь смехом, кивнул Андрейчик, – а теперь, может быть, вы нам все-таки поможете с платьем?
– Ладно уж, есть у меня кое-что, – поколебавшись, сказала скандалистка, – обычно я самые лучшие платья на витрины не выставляю, приберегаю для своих.
«А потом дерешь за них втридорога и считаешь себя порядочной», – мысленно продолжила Ярослава.
Тетка скрылась за обветшалой застиранной занавеской, которая играла роль двери в служебное помещение. И через минуту вернулась оттуда с огромным бумажным свертком, из которого то тут, то там торчали мятые сероватые кружева.
Ярослава уничтожающе взглянула на Максима, тот виновато улыбнулся и развел руками: мол, ну что с нее возьмешь.
– Вот, – продавщица бухнула сверток на прилавок, – вообще-то это здесь уже пять лет пылится, с самого открытия. Сначала оно висело в зале, им никто не заинтересовался. А потом я его отстирала, отчистила и отвесила на задворки. Вдруг пригодится кому, думаю? А тут вы.
Ярослава грустно усмехнулась. Да уж, начало многообещающее. Сейчас она извлечет из свертка какой-нибудь шедевр в стиле «привет, восьмидесятые!». А ничего не понимающий в моде Андрейчик начнет умолять, чтобы она примерила эту гадость.
К некрасивой бесталанно сшитой одежде Яся всегда относилась брезгливо и ничего поделать с этим не могла.
Тетка тем временем, засучив рукава, снимала с платья один слой бумаги за другим, время от времени наклоняясь к нему, чтобы зубами перекусить очередную обветшалую бечевку. Процесс распаковывания свадебного наряда в ее исполнении выглядел так же тошнотворно, как и большинство экспонатов этого странного магазина.
– Может, пойдем все-таки отсюда? – прошипела Яся.
– Подожди, невежливо же, – одними губами ответил Максим, – давай хотя бы посмотрим на платье. И сразу же уйдем, я тебе обещаю.
Наконец последний слой бумаги был сорван, и Ярослава увидела…
… Нет, она не могла поверить своим глазам! Потому что это было… роскошное серовато-голубое кружевное платье в стиле тридцатых годов! Такие платья носили красавицы черно-белого немого кино.
– Ты права, какое жуткое платье, – толкнул ее локтем в бок Андрейчик, – сматываемся.
– Подожди! – Ярослава не могла оторвать глаз от платья. – Откуда… откуда оно у вас? Это французское?
– Почему же, отечественное, – гордо распрямила плечи продавщица.
– И кто же из наших модельеров шьет такие платья в стиле ретро? Я срочно хочу в его шоу-рум!
– Девушка, это не платье в стиле ретро, – снисходительно усмехнулась тетка, – это и есть настоящее ретро. Это платье было сшито в тридцать втором году. Во всяком случае, так свидетельствует запись в нашем журнале.
– Но… Как же… – Ярослава была не в силах справиться с внезапным волнением, – почему же оно так хорошо сохранилось?
– Потому что за ним ухаживали! Потому что его проветривали каждый год. Потому что им гордились. А потом, когда понадобились деньги, его отнесли к нам.
– Я хочу это платье! – решительно сказала Ярослава. – Только вот… наверное, оно диких денег стоит.
Поделиться книгой: